When you need

      «Она мечтала о принце, но принц и секунды не думал о ней».       Не сказать, что Очако любила романтические истории с принцем на белом коне и героем, спасающим даму сердца. Ее больше интересовали собственные силы и то, как она сможет ими воспользоваться для блага семьи и собственного. Ей было не до героев и принцев, когда нужно было найти правильное применение на первый взгляд не очень-то полезной причуды. Не думала она о любви, когда поступала в Геройскую Академию — важнее было выучиться и обеспечить семью. Не замечала она и краснеющего Изуку на первом курсе, ведь тогда только началось их обучение, времени на игры в отношения и чувства не было, важнее было не уничтожить себя своей причудой и выжить в нападениях злодеев, которые слетались на их класс, как мухи на мед.       А потом все как-то само собой шло. Занятия, сражения, совместные приключения. И оглянуться она не успела, как сама при виде зеленоволосой макушки заливалась краской и едва могла сдерживать причуду, чтобы не улететь в атмосферу. Однако, когда Очако для чувств уже созрела и поняла, что время, в общем-то, самое подходящее, а силы можно совершенствовать и находясь в отношениях, стало поздно. Теперь Изуку и позабыл о первой влюбленности, полностью отдавшись тренировкам, самосовершенствованию и помощью всем нуждающимся. Он стал заправским принцем, героем и просто добряком, который был ослеплен своим простодушием и желанием быть героем номер один. И это было вовсе не плохо. Наоборот, Очако гордилась тем, к чему он стремился и кем становился. Но одновременно она понимала — ей рядом с ним места нет. Просто потому, что ему это не нужно. По крайней мере сейчас. А ждать она, конечно, могла бы, но время идет, а взгляд Изуку может еще долго быть обращен на страждущих и слабых.       Она даже смирилась с этим. Почти. Убедить себя — одно, а вот не позволить после этого раскиснуть — другое. К сожалению, ей не хватило выдержки просто улыбаться и сделать вид, что чувств не было. А поэтому в какой-то момент накопленные обида, сожаления и ненависть на саму себя выплеснулись в неконтролируемые слезы и всхлипы, которые с каждой секундой становились все громче. Нервное напряжение порвало все возможные барьеры и позволяло давно скопившимся эмоциям бурным потоком выйти наружу. Причем в самый неподходящий момент. Под конец тренировки, когда она случайно услышала разговор Изуку и Ииды.       «Ты в последнее время какой-то рассеянный. Что-то случилось?»       «Ох, прости. Это так заметно? Ну… просто… У меня появилась девушка».       В это время она стояла поодаль, за углом дома — они тренировались на полигоне городской местности — и не смогла расслышать последующих слов из-за шума крови в ушах и дрожи во всем теле.       Она-то убедила себя, что ему сейчас не нужны отношения, что она будет лишь мешаться. Но что если это все лишь ее выдумки и ему просто не нужна она? Безответная влюбленность сходит на нет со временем, а вокруг него уже появлялись фанатки и просто хорошие подруги. Чего же ему стоять в стороне? А Очако просто неправильно поняла его, не сумела разобраться в нем самом, хотя носила гордое звание «лучшей подруги». Что же, как "подруга", быть может, она и хорошо поработала. Как "лучшая", вряд ли. Быть может, она просто испугалась; испугалась того, что может последовать после признания: провал или же ответные чувства — оба варианта страшили, хоть с первым она и смирилась, а о втором лишь мечтала. И этот подсознательный страх и выдавал желаемое за действительное, в то время как реальность и время пожирали ее последние шансы на счастливое будущее.       Она смогла сдерживаться до того самого момента, как двое друзей скрылись вдали, а их голоса понемногу утихли. А потом позволила этой истерике, как ее можно смело называть, вырваться наружу. Хотелось упасть, свернуться калачиком и просто все это перетерпеть, освободиться и с новыми силами, хоть и с красными глазами и опухшим лицом, ринуться в бой. Стать храброй Уравити, которой не нужны были принцы и чувства, важна была лишь сила и умение ее применить. Но кого она обманывала, пусть даже она рассталась с мыслью быть девушкой Изуку, принять тот факт, что он с кем-то был, не так просто. Ведь в голове теперь крутилась навязчивая мысль: «А ведь это могла быть я». Если бы не была слепой эгоисткой, если бы больше была рядом, если бы призналась в чувствах, если бы так просто не смирилась со своим призрачным положением… И еще куча «если», которыми уже ничего не изменишь. И осознание этого уязвляло, кривило рот в немом крике, заставляло слезы литься еще больше. Поступков не изменишь, прошлое не вернешь, с потерянными возможностями не примириться. Это все будет грызть до последнего, не давая продохнуть и отзываясь неясным призрачным натяжением внутри.       — Тебе не идут слезы, Круглолицая, — она не знала, когда все вокруг потемнело и теплая ладонь прижалась к мокрым глазам, а недовольный голос раздался позади.       Впрочем, в тот момент ей было как-то все равно, кто именно стоит позади, что он говорит или что вообще здесь забыл. Она, конечно, не любила казаться слабой, ведь если ты не будешь сильной, то и воспринимать всерьез тебя никто не будет. Поэтому она всегда шла до конца, выкладывалась без остатка и улыбалась.       «Не унывай, у тебя все получится. Все обойдется», — подбадривала она себя. Но теперь это совсем не работало. Уже неоткуда было брать силы, чтобы давать пинки самой себе. Сейчас нужен был кто-то рядом, чтобы просто создать ощущение участия. Поддельного или нет, какая разница для рыдающего человека, не так ли?       А поэтому она просто позволила себе облокотиться макушкой о широкую грудь — чувствовала, что человек находится совсем рядом, а потому не боялась упасть. Очако не прижималась к чужом телу, не хватала мощные руки, не обхватывала сама себя. Она просто стояла без сил, с безвольно опущенными по бокам руками, способная лишь реветь, шмыгать носом и время от времени закусывать губу, чтобы уж совсем не заскулить. А ее спутник молча был рядом, не пытался что-то сказать или каким-то движением нарушить то состояние, в которое она впала. Он понимал ее и просто служил тем, что держало ее на ногах, позволяло забыться в собственных чувствах. Будет ли она жалеть позже? Кто знает. Придется ли слушать насмешки или шутки? Определенно нет. Ведь человек позади легко мог просто проигнорировать ее, уйти восвояси и забыть о горюющей девушке, но он подошел и остался рядом, когда действительно был нужен.       Наверно, именно так поступают настоящие рыцари, которые не гонятся за славой? Просто молча оказываются в нужном месте и в нужное время, не преследуя определенные цели, а просто потому что могут. А потом скрываются и молчат о собственном участии, ведь в этом нет необходимости. Дело сделано, а благодарности излишни.       Он ушел так же неожиданно и тихо, как появился. Когда понял, что она успокоилась, просто отступил, поддерживая на случай, если упадет после потери равновесия. А потом, спрятав руки в карманы, прошел мимо, будто и не стоял позади нее, слушая всхлипы и надрывной плач, будто он просто возвращался с тренировки и даже не видел ее сгорбившейся фигурки. А Очако все стояла, провожая размытым взглядом светловолосую колючую макушку и чувствуя, что хоть сердце и неприятно ноет, на душе определенно стало светлее.