Если совершать самоубийство, то до конца

— Это лоли?! — Ло…ли? — недоумевала Виктория. Неудивительно, что этот термин был ей незнаком. Он используется в основном в среде отаку и редко всплывает в разговорах людей, к ним не относящихся. Несмотря на имя, Хикки сложно было назвать таковым, но всё же с этой культурой он был хорошо знаком. У многих людей возникает желание узнать значение своего имени. Хикки не был исключением. Ему очень хотелось узнать, что же означает столь необычное, выделяющееся имя. Однако узнав значение, он удивился и мягко говоря разочаровался. «Затворник». Как в голову могло прийти подобное?», — размышлял он. Отвлекаясь от этой неприятной новости, Хикки продолжил читать статьи из «Вам также могут понравиться». Так вот он узнал много нового. Что же касается маленькой волшебницы в пышном платьице, слово «лоли» действительно очень точно и кратко описывало её. Она была не просто миниатюрной девушкой, весь её образ соответствовал этому понятию. — Если говорить по-простому, лоли — маленькая девочка, — с нескрываемой гордостью за свой словарный запас ответил парень. — Угу, понятно, — отозвалась Вика. — Если не прекратишь, испытаете на себе некоторые мои заклинания, — лопнуло терпение ведьмы, — я уж точно куда старше тебя. Отложив познавательную лекцию о лолях, Хикки обратился к ней: — Так ты можешь, скажем, снять проклятье? Это было то, зачем они пришли. Проклятие. Или, может, порча? Кто его знает, как на самом деле правильно называются явления мира магии. Если кто-то действительно его наложил, это хорошо объясняет многочисленные неудачи. Единственное, что не вяжется со всем этим — неспособность умереть. Она должна считаться чем-то хорошим, разве нет? Хотя может быть такое, что само проклятие рассчитано на совместное действие этих факторов, то есть на вечное невезение и страдания самых близких людей. — Не так быстро, хоть вы меня и повеселили, этого недостаточно, чтобы оплатить мои услуги. Ну, знаете, любая работа имеет право быть оплаченной деньгами. Хикки был разочарован этими словами, хоть и знал, что они являются самой что ни на есть истиной. Он-то как никто другой понимал ценность денег, потом что их ему не хватало. В этом и кроется причина разочарования. Естественно денег в этот момент Хикки не имел от слова совсем. — Эм, Вика, у тебя есть деньги? — взволнованно спросил Хикки. — Я не обязана платить вместо тебя, — возмутилась девушка, однако начала шарить рукой в кармане. Она достала слегка помятую, но вполне пригодную купюру. Хикки улыбнулся, всё-таки девушка невероятно добра к нему, хоть и не признает этого. Таких, кажется, называют цундере. Ещё раз окинув взглядом Викторию, Хикки задумался над тем, можно ли отнести её к этому архетипу. Если так подумать, она слишком легко соглашается помочь, но, несмотря на это, её взгляд всё так же обжигает холодом. Помогая, она ни доброты не показала, ни отговорку подыскать не потрудилась. Похоже, Виктория действительно неискренна, вот только не с собой, а с ним. Странно. Иначе не скажешь. Она ведёт себя очень странно. Прицепилась без видимой на то причины, это очень подозрительно, но её помощь приходится очень кстати, а ради неё можно и смириться со странностями. Виктория протянула купюру. Всё бы ничего, но она имела номинал пятьсот тысяч рублей. Похоже, она сама понимала, что эти деньги не в ходу, но всё же попыталась. — Что это? Я не принимаю такое, — нахмурилась ведьма. — Где ты это взяла? Когда такие деньги использовались, я ещё не родился! — Эм… я знаю, но других у меня нет. Ведьма с недовольным лицом подошла к ним, чтобы растолковать, что без денег им тут делать нечего, но вдруг остановилась. Возмущение сменилось искренним удивлением, девочка опустила взгляд так, будто ей было больно. Такое резкое изменение не должно было сулить ничего хорошего. — Ах, ладно… Знаете, я подумала, что это будет полезно для моей науки — пробормотала она, — так что радуйтесь, что мне стало жалко вас. Кстати говоря, я так и не представилась — оживилась ведьма — меня зовут Мэй. Вы тоже назовите свои имена и опишите проблему — она с энтузиазмом подошла к делу, от которого отказывалась пару минут назад. Будто забыв о своем предложении налить чай гостям, она отодвинула чайник, наполнив ароматным напитком свою чашку, и снова уселась на диван с довольным видом, дожидаясь ответа. Однако в комнате повисла тишина. С чего бы начать? — Ну-ну, не стесняйтесь, у вас, что дела любовные не идут? В этом заключается ваше проклятие? — ухмыльнувшись, спросила Мэй. Хикки всё так же оставался в раздумьях, а вот Вика заметно смутилась, но её реакция была запоздалой, и вопреки её тону, она даже не покраснела. — Н-не шути так! Я просто мимо проходила и решила помочь ему, так что мы не более чем знакомые! — Ясно, но тем не менее ты не похожа на ту, кто будет помогать каждому встречному… — снова начала ведьма. Виктория приготовилась натянуть маску возмущения на лицо, но вмешался Хикки: — Моя проблема заключается в том, что неудачи преследуют меня на каждом шагу. Каждый день что-то идёт не так: то упаду где-то, то обожгусь горячим бульоном… Вот я и подумал, быть может меня прокляли, — о том, что в его присутствии люди плохо себя чувствуют, он решил пока что скромно умолчать. «Если ты неудачник, не стоит винить в этом кого-то», — хотела бы сказать Мэй, но она уже увидела проблему. — Полагаю, ты ничего не знаешь о магии, — сказала она, на что Хикки утвердительно кивнул. — Душа есть сосуд для маны. Обычная «прозрачная» мана служит пищей…гм… магическим существам. Однако, пребывая в душе она заряжается энергией, такая мана используется для заклинаний. Есть энергетическая оболочка, обволакивающая душу снаружи. Тут всё просто — чем ты сильнее, тем больше энергии она содержит. Такие как я могут узнать о магической силе противника благодаря ей. Кому-то может повезти, и он родится с большим количеством этой энергии. — Ближе к делу, — поторопил Хикки. — Мм… Я… Не знаю, как это описать… Твоя энергия, она… тёмная, можно сказать, и её много. — Значит ли это, что я на самом деле могущественный темный маг?! — восторженно спросил Хикки. Всё же он слышал, что тёмная магия очень сильна, хоть её носители и используют обычно довольно бесчестные методы. — Ай-ай, так нечестно, ты что, будешь сильнее меня? — по-детски возмутилась Вика. Мэй закатила глаза: — Вроде маг, а ничего не понимает. Даже самые ужасные злодеи пользуются светлой магией. Точнее, таких определений как «светлая магия» и «тёмная магия» не существует. Я их придумала, потому что это неизвестный науке случай. И вот я думаю, что выразилась неправильно. Твоя энергия отрицательная. — Как это? — Хикки и Виктория были шокированы. — Понятия не имею, откуда она могла взяться, но ясно одно, если большое количество энергии улучшает самочувствие людей вокруг, то отрицательное их просто медленно убивает. Я ещё могу держаться, но простым людям было бы нелегко. Ты не замечал ничего такого? — грозно проговорила она. Хикки был в ужасе, он не верил до конца, но сейчас он понял, что все несчастные случаи, которые так часто происходили вокруг, точно были из-за него. В школе никто с ним не сидел, потому что вскоре все уходили из-за того, что им плохо. Кем-то кроме него, кто забыл тетрадь, всегда оказывался человек, находящийся недалеко. Он перенимал невезение. Все действительно избегали его, и их вполне можно понять! А учитель вот решил помочь Хикки завести друзей. И чем это кончилось? Он попал в больницу! Всегда так, каждый раз. Постоянно. Почему? Почему? Почему именно он? Почему он должен приносить всем боль? Лучше уж вовсе не существовать! Но может быть есть ещё надежда на спасение в лице этой маленькой девочки? — Мэй, прошу! Сними это проклятие! Я даже умереть нормально не могу! — взмолился Хикки. — Если это проклятие, то тот, кто его наложил, может легко уничтожить вселенную, — эти слова звучали действительно угрожающе, такая мощь была невообразима, если ей обладает злодей, это просто ужасно, — Даже я была бы не в силах снять такое. Но у меня есть пара снадобий для такого случая, — она достала с полки ящички, — вот, они должны увеличить количество энергии. Не гарантирую, что она выйдет в плюс, но должно помочь. Однако, недостаток их в том, что действуют они недолго. Вот ещё пули, думаю, они вам пригодятся. Если найдете информацию по этому делу, обязательно приходите ко мне, это плата за мою услугу. — Кстати, о пулях — вспомнил недавний инцидент Хикки, — что за монстр набросился на нас, когда мы мирно стояли на улице? — Это было не очень мирно, — тихо проговорила Виктория. — Ха-ха, вот вам повезло, энерджитеры почти никогда не нападают на… — тут ведьма опомнилась, — неважно, это неудивительно, раз ты притягиваешь неприятности. Хотя, думаю, есть ещё одна причина. Они питаются энергией, как это понятно из названия, и им всё равно положительная она или отрицательная, я считаю. Но это всего лишь догадки. Забавно, обычно у тех, кто притягивает монстров своей силой, не возникает с ними проблем из-за этой же силы, а ты… — Мэй засмеялась, но в её взгляде было сочувствие. — То есть чудища рвутся ко мне с удвоенной силой? Замечательно, ничего не скажешь, — вздохнул Хикки, — наверное, неприятно, когда тебя жуют… — Кстати, ты говорил, что не можешь нормально умереть, что это значит? — вспомнила Мэй. — А, это. Просто я спрыгнул с крыши, застрелился и перерезал себе горло, и, как видишь, в полном здравии. — Что? — Ведьма пыталась переварить информацию. Похоже даже для магов это было необычное явление. — Суицидник-неудачник, вот как это называется, — сказала Виктория, прикрыв глаза, — но, между, прочим у него и шрамов нет, я дивлюсь! — Так я и думала, не всё так просто. Пока единственное объяснение, которое я могу дать: повезло родиться с необычайно редкой способностью — бессмертием. Но в таком случае, получится, что ты принадлежишь к роду магов, в чём я очень сомневаюсь. — Как бы ни было неприятно это осознавать, я полностью соглашусь, не верю я в особенность своего происхождения, — вздохнул Хикки, в конце концов, он родился в совершенно обычной семье, не стали бы его родители скрывать, что они колдуны, — во всяком случае, спасибо за всё, — он встал и пошел к выходу. — И тебе лучше не распространяться об этом всём. Бессмертие — то, чего очень желают многие. За тобой могут начать охоту, чтобы узнать его секрет. Мэй также направилась к двери, позаботившись о том, чтобы проводить гостей. Сад погрузился в сумерки, на западе ещё розовели облака, тишину во дворе нарушало лишь стрекотание кузнечиков. Виктория поёжилась: — Не думала, что уже вечер. Так быстро стемнело! — она поспешила выйти за калитку. Мэй, убедившись, что гости не заблудились на ее маленьком дворе, повернулась, чтобы направиться к дому. Хикки оглянулся на неё. Эта девочка помогла ему по сути даром. Он не может дать ей много информации, но Мэй всё равно делает всё возможное. Ну и что, что она ведьма, деньги каждому нужны, она была вправе отказать столь нахальной просьбе! Всё-таки она очень добрая девушка. Мэй действительно сделала ситуацию гораздо понятнее, простого «спасибо» мало будет. — Словами не передать, как ты меня выручила, Мэй, — Хикки набросился на неё, пытаясь обнять. Мэй уже собиралась оттолкнуть его, но делать этого не пришлось. Раздался громкий свист, что-то, что двигалось очень быстро, рассекло воздух между ними. — Эй, ты, не смей дотрагиваться до него! — из темноты вышла фигура человека. Он был явно разгневан, когда он подошёл поближе, стало видно, как он скалит зубы. Теперь ясно, что только что чуть не ударило Мэй. Руки парня дрожали от злости, в них он крепко сжимал кнут, теребя и натягивая его. Ещё раз окинув взглядом растерянных Хикки, Мэй и Викторию, он снова закричал: — А ты, как ты можешь лезть к этой ведьме?! Ещё и она — парень злобно посмотрел на Викторию, — я же вижу, она к тебе вообще без каких-либо видимых причин привязалась, понравился, значит! Тут и Вика стала выходить из себя. Как можно так бесцеремонно себя вести? — Знал бы ты, о чем говоришь, ты скорее себя описываешь. Знал бы ты мои мотивы, не говорил бы так. — Ох, девушка, я очень надеюсь, что ты честна с собой. Но если не хочешь испортить свое лицо шрамом от кнута, советую тебе не приближаться к нему. — Что-то я его совсем не понимаю, — вздохнула Мэй — Такой ты логичный, — с сарказмом ответила Вика, — конечно, я не буду приближаться к кнуту. — Эй! — покраснел юноша — я вообще-то имел ввиду его… Ну… — он подошёл к Хикки и нежно взглянул на него. — Хикки? — удивилась Виктория. — Спасибо, теперь я знаю как его зовут. Честно, за все время, пока следил за ним, не смог узнать имени этого прекрасного молодого человека, впрочем, мне было не до этого. А теперь позвольте мне представиться, зовите меня Кошмар! Хикки поморщился. Не ему об этом говорить, но прозвище этот Кошмарик выбрал безвкусное. Хотя внешность его тоже была очень странной. Это был высокий статный юноша с очень бледной, синеватой кожей. Его волосы были довольно длинными и красивыми, они были похожи на ночное небо. Среди них находились рога, было ясно, что это какой-то маг. На светлом лице выделялись ярко-розовые тени для век. Элементы того же цвета присутствовали и на одежде, вроде и правильно, но причудливости образу это только добавляло. Кофточка была откровенной, из-под штанов с лампасами выглядывал хвост, это придавало парню схожесть с инкубом. И всё это с сандалиями с носками! Таких чудиков в нашем мире бьют без лишних вопросов сразу по лицу, особенно учитывая его вызывающее поведение. — Что тебе, чёрт возьми, нужно от меня? — недовольно спросил Хикки. Странно одетый, хамоватый, враждебно настроенный и к тому же абсолютно незнакомый парень появился из ниоткуда и то орёт от гнева, то смущается как юная девица. Конечно, это событие никак не могло входить в планы. — Ты ведь и есть тот молодой человек с бешеной регенерацией! Я никак не мог пройти мимо! Понимаешь, я человек искусства, меня очень интересуют необычные случаи, необычные люди. Конечно, не ради того, чтобы сразу же бросаться писать о них поэмы, я по своей натуре очень любознательный и человек высокой культуры, — воодушевленно заявил Кошмар. — Я тебя знать не знаю, а ты вон какой сведущий! — продолжала негодовать Виктория. — За это стоит сказать спасибо моей слуге, она просто прелесть. Уверен, вы бы тоже так подумали, если бы увидели её. Но вы не подумайте, что я все заботы спихиваю на подчинённых, я вовсе не хочу сказать, что ты недостоин моего внимания. Честно-пречестно, я правда лично наблюдал за тобой, потрудился спуститься на землю! — напавший разошелся и это стало похоже на цирк. Это то, о чём недавно предупреждала Мэй. Слова о простом интересе звучали как абсолютная ложь. Похоже, этот человек хочет заполучить бессмертие, о котором давно прознал с помощью магических способностей. Как он собирается его добыть остаётся загадкой, но лучше держать источник желанного при себе. Хикки нисколько не прельщала такая перспектива. — Как я сказал, я наблюдал, но наблюдал, соблюдая дистанцию, — продолжил Кошмар, подойдя к Хикки ближе, — прости, я так волнуюсь, говоря такое, мое сердечко так трепещет, — резко переменил он тон, и в тот же момент его щеки залились румянцем, — вот, теперь, когда я подошёл поближе, я могу сказать, что… Ах… У тебя милое лицо и твои волосы словно чистый снег, прямо как девственная и непорочная душа! — сбиваясь, пробормотал Кошмар. Хикки это замечание показалось совершенно неуместной попыткой обольстить его и заставить по доброй воле присоединиться к нему. И действительно, он сразу же, недолго думая, пригласил его. — Прошу, ступай со мной  — Я ни за что не сделаю этого. — Пожалуйста! Мне очень обидно об этом говорить, но со мной есть милые девушки! — «Нет» значит «нет». — Это был твой последний шанс. Я в любом случае заберу тебя. — Прости, но я не позволю тебе обижать моих клиентов, — вмешалась Мэй, — да и в конце концов, без него будет сложно исследовать этот феномен. — Не думай, что я вот так отступлю, после того, что ты сделала. Договориться с Кошмаром не вышло. В ту же секунду кнут полетел прямо на Мэй. Она же, однако, спокойно стояла на месте. Виктория, видя это выпрыгнула вперёд, движимая желанием защитить. Спокойствие тут же сошло с лица девочки. Вика неожиданно почувствовала толчок в спину и покинула траекторию кнута. Любой, видевший это, сказал бы, что в момент удара не было ничего, что могло его нанести. Виктория упала на землю, участь Мэй она наблюдать не смогла, так как та уклонилась ещё несколько секунд назад. Вот ещё один удар. На лице Кошмара вспыхнуло ликование. Плетёный змей хлестнул со всей силы прямо по голове Ведьмы. Во всяком случае, именно так это выглядело со стороны Кошмара. Она должна была упасть. Она должна была кричать. Но на деле её розовые волосы даже не выбились из укладки, девушка светилась уверенностью. Но выражения её лица изменилось, когда она отвлеклась и крикнула Виктории: — Не лезь, дура! Оставь этот бой мне! Он говорил о слугах, так что лучше последи за Хикки! В конце концов, несмотря на выдающиеся магические способности, Виктория всего лишь обычная девушка, в том числе в плане физической силы. Мэй перешла в наступление. Возможно. Было видно лишь, что Кошмара отбрасывает и он получает урон. Но Мэй тоже его получала, хоть и в меньшей мере. Какова же была радость парня, когда он увидел, что Ведьма не неуязвима. Кошмар скакал, уклонялся, ударял. Битва была напряжённой. Правда выглядела она односторонней. Нет, никто никого не избивал. Но Мэй лишь стояла неподвижно. С кем же тогда сражается Кошмар? — А ты сильна, чёртова Ведьма, я бы взял тебя телохранителем, но мнится мне, что ты мразь ещё та. Непонятно, зачем такому парню телохранитель, он же может и сам сражаться. Впрочем, этот вопрос не так и важен. Главное сейчас скрыться. — А куда это вы собрались? Я всегда найду тебя, ты знаешь, — прерывисто дыша, окликнул Хикки Кошмар, — не лучше ли остаться под защитой девчонки? Конечно, это мог быть простой трюк, но если это правда, то им будет только хуже, если сбегут. Кошмар последует за ними, а на первый взгляд Мэй уступает ему в скорости. Она видела картину иначе. Буквально. Перед ней было множество розовых кристаллов, лезвий, щупальц и щит. Всё это была простая мана из атмосферы, но концентрированная. Так как в ней не было никаких примесей, она оставалась прозрачной. С невидимыми атаками сложно бороться, тут стоит восхититься Кошмаром, который умудряется от них уворачиваться. Хотя нет, его навыки для этого слишком посредственны. Скорее уж он обладает способностью видеть невидимое, чем действительно так силен. Мэй могла бы покрыть этим барьером всё тело, но это сложная форма и её создание требует много маны. Также в таких условиях очень сложно двигаться, почти невозможно, в конце концов, предметы из маны Мэй в любом случае в твердом состоянии. — «Боже, как же давно я не сражалась! Я защищу этих людей несмотря ни на что. Может это всего лишь один день, но отец был бы рад…»