Завод п/я-5566

Пока я, сидя на столбе, переводил дух и размышлял о своих дальнейших перспективах, меня окружили несколько странных граждан. Правда, заметил я их, только тогда когда один из них, странно коверкая речь, растягивая гласные, обратился ко мне. — Граажданин, предъявите документики. — Ну наконец-то. Я уже думал, что никогда до населённого сектора не дойду, — радостно улыбаясь, достал из-под рубашки висящий на шнурке Единый Гражданский Документ, представляющий собой небольшую книжицу со страничками из тончайшего, но очень прочного пластика. Под одной обложкой были все мои справки. Свидетельство о рождении, аттестат зрелости, диплом, справка военной обязанности, трудовой билет, удостоверение ГТО, листочек с пропиской, справка о составе семьи, удостоверение донора, разрешение на передвижение в секторах с пятисотого по восьмисотый (такой широкий перечень секторов мне удалось выбить благодаря тому, что иногда мне приходилось отправляться в командировки на смежные с Заводом предприятия), ну и все прочие справки, допуски, свидетельства и разрешения. Всего около ста страниц. Протянув сотруднику народной милиции, или, может, этот гражданин являлся представителем какого-нибудь иного органа или комитета официальных представителей из осуществляющих контроль в области общественного порядка и социальной стабильности, свой документ, принял позу проверки — широко расставил ноги и развел руки в стороны, чуть наклонившись вперёд, чтобы сотруднику удобнее было проводить досмотр. Но к моему удивлению, сотрудник просто со странным выражением лица покрутил книжицу в руках и открыв, зачем-то просто пролистал ее, даже не проверив ни один квадрато-код, и ни он, ни кто-либо из присутствующих не стали проводить досмотра. Получив обратно свой документ, пристегнул его обратно на ремешок, и обратился к окружающим: — Товарищи, подскажите, пожалуйста, где здесь ближайший телефонный аппарат, мне необходимо связаться со своим руководством. — Граажданин, пройдемте с нами… — А у вас есть телефон? — У нас всё есть, вы главное не сопротивляйтесь. В этот момент во мне начало зарождаться странное предчувствие. Документы у меня в полном порядке, конечно, я не знаю, какой это сектор, так что, возможно, разрешение на передвижение именно по этому коридору, и права нахождения в этой ячейке у меня не имеется. Но так как я попал в трудную жизненную ситуацию — заблудился при отступлении при нападении агрессивной фауны, то при рассмотрении моего правонарушения мне положено снисхождение по реабилитирующим мотивам. Но странность была не в этом, а в том, во что были одеты мои сопровождающие. Конечно, в разных блоках, да что там, на разных этажах униформа, как дружинников, так и народных милиционеров могла отличаться довольно заметно, но, тем не менее, это всегда была форма, однозначно одинаковая у членов одного патруля, и обязательно включающая в себя или погоны, или нарукавные повязки, отражающие звание или уровень должности сотрудника уполномоченной службы. На встреченных же мною гражданах были надеты странные балахоны из какой-то дерюги, причём складывалось впечатление, что пошитые вручную. Хотя может это маскировочные накидки? Единственным элементом, хоть как-то напоминающим форму, из-за которого я, собственно, и соотнес их с сотрудниками милиции, являлись высокие сапоги — по середину бедра, очень похожие на те, которые носили работники сантехнических служб. Но мне ничего не оставалось, кроме как последовать за сотрудниками органов правопорядка. Пока мы шли к, по всей видимости, опорному пункту, я не переставал крутить головой, осматривая странную обстановку этой необычной ячейки. Канал, вдоль которого мы шли, становился всё шире и мельче, а столбы с шелестящими конструкциями всё тоньше и ниже, пока наконец они не стали встречаться просто торчащими из пола. Глядя на все эти странности, тем не менее, пытался разговорить моих сопровождающих. — Не подскажете, а это вообще какой сектор и этаж? — спросил у одного из сотрудников, показавшегося мне наиболее склонным к разговорам. Но похоже, в своей оценке я ошибся, так как он только буркнул в ответ: — Не положено. Дальнейший путь пришлось проделать в полном молчании. Но я всё же не смог сдержать эмоций когда мы вышли из плотного конгломерата конструкций на край гигантской открытой емкости. Канал заканчивался просто циклопической открытой емкостью с водой. Мне никогда прежде не доводилось видеть ничего подобного. Насколько хватало взора, всё расстилалась поверхность воды. Хотя немного присмотревшись, понял, что слегка ошибся в оценке размеров этого сооружения. Зеркало водохранилища было метров двести-двести пятьдесят в поперечнике. Единственное что, края были не ровными, а довольно причудливой формы, образовывая небольшие выступы и впадины, причем кое-где зачем-то были организованы лакуны, наполовину засыпанные песком. А на противоположном крае стояла странная конструкция — словно кто-то вырвал из своих мест несколько жилых ячеек и составил их друг на друга в несколько стопок. От открывшейся картины я даже остановился и в изумлении обведя рукой вот это всё, даже не надеясь на ответ, спросил: — И что же это такое? — Объект №8 ГУО МГБ, — гордо подбоченившись, ответил один из милиционеров, за что тут же получил смачный подзатыльник от командира отряда. — Впечатляет, а меня то зачем сюда ведете, если объект режимный, то просто бы развернули обратно и все… — Граажданин, там разберутся, у нас приказ. — Ну если приказ, тогда ладно, — против приказа мне возразить было нечего, ситуации как и приказы бывают разные, так что лучше мне пока не барагозить, а просто следовать распоряжениям. Наконец спустя некоторое время мы пришли к очередному контрольно-пропускному пункту, на этот раз вполне функционирующему. Здесь караульные снова проверили мои документы и внесли информацию обо мне в какой-то журнал учёта. Вроде стандартная процедура, но глаз немного зацепило то, с какой торжественностью и даже немного робостью они это делают. А краем глаза взглянув на журнал, поразился его старости и ветхости, причём заполнены в нём были едва-едва несколько первых страничек. Проводив меня внутрь нагромождения ячеек и заведя в один из отсеков, мои сопровождающие оставили меня заперев за собой дверь. Оглядев отсек, понял, что здесь когда-то была кладовая, так как на полу и в стенах имелись крепёжные отверстия и кронштейны для отсутствующих сейчас полок и стеллажей. Но долго скучать мне не пришлось. Плохо смазанная дверь снова заскрипела, открываясь, и в отсек вошел старый дед. Вернее, не дед, а сотрудник службы правопорядка в возрасте. В идентификации я ошибся из-за его разросшийся бороды, практически полностью закрывавшей форменный китель. Вот у этого сотрудника с формой всё было в порядке, пока шли приготовления, я хорошо разглядел сквозь бороду и китель, и форменные брюки, и ботинки, и наградные планки у него на груди. Правда, все ленты на планке, насколько я мог судить, были за выслугу лет. Но на погонах у него были две полоски и три звезды. Вместе с ним в комнату вошла девушка, на вид примерно восемнадцати-двадцати годичных циклов. Невысокого роста с голубыми глазами и светлого цвета волосами, заплетенными в небольшую косу, довольно хрупкая на вид, но развитая не по годам. В руках она несла раскладные стол и стул. Разложив их, она усадила хмуро глядящего на меня сотрудника и вышла, тихо притворив дверь. Пока она подготавливала рабочее место, я не мог оторвать взгляда от ее форм, которые не могла скрыть даже мешковатая форма рядового, почему-то без знаков различия. Тем более, судя по паре брошенных в мою сторону взглядов, я чем-то заинтересовал ее. Пару минут мы рассматривали друг друга. Наконец полковник не выдержал и заговорил первым: — Мне доложили, что во время регулярного обхода группой патрульно постового отряда, вы, гражданин, были обнаружены в районе мертвых коридоров. Извольте объясниться. — Я, вообще-то, заблудился. Мне пришлось срочно эвакуироваться из испытательного маршрута со сдачи испытания по ГТО, из физкультурного комплекса в секторе 512, там произошло нарушение внутреннего герметичного периметра. А вообще я живу на 364 этаже в секторе 623. Пока я сюда шёл, мне не попалось ни одного телефонного аппарата или радиоточки. Пожалуйста, сообщите обо мне на завод п/я-5566. А то меня уже, наверное, потеряли. Полковник немного пожевал губами. — Понимаете, товарищ, в чём дело…. У нас тут со связью... не очень… — он хмурился и мялся, словно не решаясь что-то сказать. А мне в голову начали закрадываться самые нехорошие предчувствия. — И сколько же циклов у вас нет связи? — Больше ста тридцати. Я последний, кто застал в живых тех, кто пришел сюда извне. Это место —объект номер восемь — дом отдыха для руководящих кадров и секретарей сектомовского уровня. После Особо крупного самосбора все ведущие сюда проходы пришлось замонолитить, а последний эвакуационный тоннель почему-то оказался непроходимым. Во всяком случае, все поисковые партии и спец-курьеры либо не смогли найти дорогу, либо вообще не вернулись. — А почему не запросили помощь или в крайнем случае эвакуацию? — При мне уже никакой связи не было, но отец рассказывал, что и раньше со связью были перебои, а после произошедшего вообще как отрезало. — Но ведь спец-связь… — Ну линия-то, конечно, есть, но только молчит она, и при отце молчала, и вообще всегда молчит... — Как же вы тут выживали? — Пришлось, конечно, тяжело, но мы не скатились к животному существованию и продолжили нести возложенную на нас предками обязанность по охране вверенного объекта! — гордо произнёс он. — Но ведь поставок продовольствия и техники у вас не было… — Наш объект непростой, тут располагалось рыбное хозяйство…, — заметив мой непонимающий взгляд, он пояснил: — Рыбы — это такие маленькие существа живущие в воде. — Типа бактерий, что ли? — Нет, больше. Вот примерно такие, — полковник развёл ладони примерно сантиметров на двадцать пять-тридцать, — вот их ловили и ели. А все текущие сотрудники — это потомки тех, кто пришёл в последнее пополнение в полк охраны, ну и обслуживающего персонала. Тут помимо рыбного хозяйства также был размещён ансамбль песни и пляски, так что с воспроизводством сотрудников для укомплектования штатной численности проблем не было. Сейчас, к сожалению, людей становится всё меньше. Большая часть детей рождается с генетическим отклонениями, и мне всё труднее становится поддерживать порядок и строгое соблюдение советских законов. — Дела… — я пораженно отошел от столика и сел на пол, — ну и в передрягу я попал. Хотя, подождите, я ведь пришел с обитаемых секторов, значит и выход есть! — Он может и есть, но не для нас. Большинство уже не верит в существование цивилизации за пределами объекта, так как и они, и их родители родились и выросли уже при изоляции объекта. Так что единственное, что ты можешь попытаться сделать, это выбраться самому. Я отдам распоряжение, чтобы тебя разместили как гостя. Отдохнешь, а там подумаем, что делать дальше. После того как он, грузно поднявшись, вышел из помещения, я ещё некоторое время пребывал в некоторой растерянности. Всё-таки шанс попасть в подобную ситуацию довольно низок, но где наша не пропадала, как говорится — будем посмотреть. Вскоре дверь открылась и в отсек вошла та девушка, которая устраивала рабочее место для полковника. — Здравствуйте, меня зовут Вика. Мне поручили сопровождать вас на нашем объекте, — довольно робко произнесла она. — Я отвечу на все ваши вопросы, если они не будут касаться сведений, составляющих государственную тайну. А также мне поручили организовать выполнение всех ваших просьб. На этих словах она потупила взгляд и мило покраснела. Не представляю, что в голове у этой девушки. — Прямо всех? — вопросительно поднял я бровь. — Всех-всех, — она покраснела ещё больше и наклонив голову, сцепила в замок опущенные и прижатые к телу руки. От этого жеста ее большая грудь очень чётко обрисовалась под формой, — даже самых неприличных. Шагнув к ней, наклонился и тихо произнёс в ее миленькое розовое ушко: — А нас тут никто не побеспокоит? — Нет-нет, это режимная часть комплекса, сейчас тут никого, кроме нас, нет. Товарищ полковник ушел, так что… Я не дал ей договорить, а наклонившись ещё ниже, языком провел по ее изящной шейке от ключицы к ушку и, легонько его куснув, предложил: — Осмотр объекта мне хотелось бы начать с инспекции дырочек и сисичек рядовой Вики. Она с лёгким испугом посмотрела на меня. — Но для предоставления подобного сервиса на объекте есть сотрудницы из ансамбля песни и пляски при ГУ МОСБ ПЦК. — Раздевайся, с артистками я потом пообщаюсь. Она начала тут же снимать с себя форму и аккуратно складывать ее в стопочку рядом с собой. Оставшись в форме номер один, она выжидательно уставилась на меня. Обойдя ее кругом, я присмотрелся к фигурке стоящей передо мной девушки. Белая майка не могла скрыть аппетитную грудь размера четвёртого, а белые же сатиновые плавки — шикарную попу. Всё бельё было изрядно поношенным, но чистым и целым. Оттянув резинку ее трусиков, убедился, что лобок чисто выбрит. Подойдя сзади, прижался к ней и запустил руки под майку. Сиськи, конечно, у неё шикарные. Немного помяв упругое тело, добился того, что соски у неё встали и затвердели. — Форма одежды ноль! Вика, тяжело дыша и глядя на меня с непонятным выражением лица, принялась стягивать последние вещи. Подождав, пока она закончит с одеждой, взял её за подбородок и впился в полуоткрытые губы грубым поцелуем. Посасывая и покусывая ее пухлые губы, понял, что девушка совсем неопытна в этих вещах. Интересно, неужели она девственница. Это довольно забавно — встретить в подобном месте невинную девушку. Продолжая одной рукой удерживать за подбородок ее голову, пальцы второй запустил ей в промежность. Сучка текла так, что капли выделений стекали по ее ножкам. Введя палец в ее пышущее жаром лоно, не встретил никакого сопротивления. Ну что же, тем будет проще. Немного поиграв с ее клитором, от чего девушка начала делать такие движения бедрами, словно старалась насадиться на мой палец, наконец, расстегнув штаны, достал член. Оторвавшись от распухших от агрессивного поцелуя губок, принялся расспрашивать девушку. — Вика, знаешь, что это такое? — Это мужской половой член, — с придыханием произнесла она. — Знаешь, зачем я его достал? — Вы хотите совершить со мной половой акт. — Ты знаешь, что нужно делать? — Да, мы проходили это на курсах оказания психологической разгрузки, — она ловко вывернулась у меня из рук и опустилась передо мной на колени. Взяв в одну руку член, она недолго рассматривала его, словно на что-то решаясь, а затем, слизнув выступившую на кончике мутную каплю смазки, принялась облизывать его со всех сторон. Добившись того, что член блестел от покрывающей его слюны, она наконец выпустила его из рук и встала передо мной. Игриво улыбнувшись, повернулась и, расставив ноги, наклонилась, обхватив руками щиколотки, сложившись практически пополам. Не знаю, какие она там курсы посещала, но гибкости ей не занимать. Немного полюбовавшись на открывшийся мне вид ее готовых принять меня дырочек, сделал шаг и, схватив девушку за бедра, насадил на свой звенящий от напряжения член. Стенки её влагалища плотно обхватывали моего бойца и слегка пульсировали в такт моим движениям. Размашисто трахая сучку, принялся слегка шлёпать ее по попке, от этого Вика начала громко стонать и потекла ещё сильнее, так что при каждом толчке в ее пизде хлюпало совсем уж неприлично. Почувствовав, что подхожу к финалу, я стал совершать более быстрые фрикции уже не так сильно выходя из неё. Видимо поняв, что я собираюсь кончить, она прижалась ко мне бедрами и прошептала: — Подожди, давай я сама… Я отпустил ее бедра и перестал двигаться, уступая инициативу девушке. Она же, совершив несколько круговых движений бедрами и словно к чему-то готовясь, наконец замерла, и я почувствовал, что ее влагалище словно рукой обхватило мой член и начало мять и перекатывать его. Удивительное чувство, она своими влагалищными мышцами как будто доила меня. Почувствовав, что не могу больше сдерживаться, принялся с глухим рычанием кончать внутрь удивительно умелой девушки. Дождавшись, пока последние струи спермы оросят ее жаркое лоно, она качнулась вперёд, с чмоканьем выпустив член из распутной пиздёнки. Опустившись передо мной на колени, тут же взяла член в рот и принялась слегка посасывать. Нежно порхая язычком по головке, вычистила остатки семени и своих выделений. Закончив с этим, встала, быстро оделась, пока я пребывал в блаженном обалдении и, лукаво мне подмигнув, предложила следовать за ней. Ну что же, похоже, мне выпал редкий шанс посмотреть, как отдыхает партийная номенклатура, причём не в статусе безмолвного наблюдателя из ремонтной бригады, а самого гостя. Почему-то мне кажется что, мне здесь понравится.