Треугольник змеи

      — Найден новый труп на Рейвер — Стрит, — говорю я испуганно и смотрю на время — 00:15. Ну, что сказать. Убийца смог удивить меня, не ожидала, что убьёт так рано.       Джеймс тяжёло вздохнул и выехал на место преступления. Бессонная ночь жди меня! Уже и так глаза слипаются, а здесь нужно будет ещё думать! Кажется, я понимаю почему было выбрано именно это время суток для совершения такого преступления. Ночь, тёмное время суток, мы уставшие, все улики можно с лёгкостью не заметить . Это идеально, кажется, что сам Шерлок Холмс не додумался бы до такого.       — В смысле нашли ещё одно тело? Это точно дело руки серийного убийцы? — с заднего сиденья задала очевидные вопросы Сара Добэрли, на, что я сжала руки в кулаки. Мой гнев страшен. POV Сара Добэрли       Вчерашний секс с Оливером это большая ошибка. Нельзя было этого делать. Да и вообще, это такой тактический ход со стороны парня? Придти и сразу же напасть с поцелуями, и всем прочем. Должна признать, он выбрал отличный способ меня заткнуть хотя-бы на день.       Правда сегодня я была крайне удивлена запиской в своём шкафчика: «Литература P.S Оливер». Да понятно, что он имел ввиду. Снова пропустить урок и встретится с ним в раздевалке. Рассчитывает на очередной секс? Но Саливар же не придурок, я надеюсь. Он должен понимать, что до смерти меня не успокоить плотскими утехами. Сара Добэрли будет всех добивать.       И вот я уже захожу в женскую раздевалку. Соответственно, Оливера здесь ещё нет, ведь он приходит всегда пятнадцать минут спустя того, как прозвенит звонок на урок.       Один день, или меньше мне осталось? Кто знает. Хотя, радует одно, я могу ещё свободно ходить по школе, а не сижу в каком — нибудь подвале и не истекаю кровью. Надеюсь, что меня не будут мучать, только сразу убьют.       Беру телефон и открываю «Блокнот», всё-таки предсмертную записку нужно написать. Интересно, чтобы я хотела сказать после смерти? Привет. Если вы читаете это, то я мертва.       Стандартное начало. Ох, ну и как ещё написать? Я ведь никогда не писала такое. Как говорится в дурацких сериалах: «Пиши от души». Чёрт, меньше нужно было их смотреть. Я стираю всё написанное и начинаю заново. Избавились наконец от меня? Да? Поздравляю, ваша мечта сбылась. Знаете, меня никто не любит в этом мире. Я всегда говорила себе, что если совершу самоубийство, то сдамся, но меня убили. И легче вам? Мне кажется, что нет. Легко винить во всех своих бедах Сару Добэрли, но меня нет и ваши проблемы не пропали. Просить прощения? А есть перед кем? Нет. Я даже поняла, что мне не жалко Элизабет и Лару, это было предначертано им судьбой, они на это заслужили. А меня забудут, спустя месяц моей смерти обо мне все забудут так точно. Наверняка, только детективы будут возвращаться к моей истории, чтобы раскрыть расследование и получить какое чёртово повышение! Всё только из-за денег!       Меня что-то понесло не в ту степь. Почему я такая жестокая? Во мне же должна жить душа, которая направляет на светлый путь. Почему я её закрыла за семью замками и не выпускаю?       Но не долго я размышляю, так, как сюда заходит Оливер, и как всегда, с пофигическим лицом, типа: «Пришёл, что дальше», но нужно все-таки всё прояснить.       — Я сюда пришла не трахаться, а узнать правду! — разъярённо проговорила я, спустя пять минут нашего молчания и коварного взгляда парня. Он всегда на меня так смотрит, перед тем, как заняться сексом, но нет! Сегодня нельзя этого допустить.       — А мы вас везде искали, — прозвучал разьерённый женский голос и мы с парнем повернулись к источнику звука — Ребекка Джэнстон. По школе очень много плохих слухов ходит о ней. Бесчувственная женщина, которая в Канаде прославилась не разоблачению убийцы, а тем, что и сама убивала. Не знаю, насколько это правда, но её взгляд, такой строгий. Может сплетни иногда и бывают правдивыми?       — З-здравствуйте, — испуганно говорю я и не свожу взгляда з девушки. Зачем она здесь? Нас искали? Неужели, все узнали правду? Так меня убийца может и не поймать, если я буду в тюрьме.       — А теперь рассказывайте мне, — в грубой манере сказала, а точнее, приказала, Джэнстон, и я начала трястись от страха.       — Что? — всё-таки смогла выдавить из себя. Оливер мог бы хотя бы поучаствовать в разговоре, но нет! Он так вовремя решил язык проглотить. Тряпка.       — А это лёгкий вопрос. Кто серийный убийца? — спокойно спросила девушка и я в тот же момент захотела провалится сквозь землю.       Почему именно мы? Как прокололись? Это пиздец? Да, и походу большой такой.       — Не знаю, — тихо произнесла я, что даже на секунду подумала, что это никто не услышал, но мои ожидания всё не оправдались.       — Вы знаете, что вам роят могилы, почему не сообщили. Вот, посмотрите, — Ребекка начала что-то искать в своём телефоне и через десять секунд показала нам фото. Одно из которых у меня было на телефоне, то которое я вчера отправляла Оливеру. Конечно же, что у меня на лице другой эмоции, кроме шока нет.       Смотрю на Оливера, а тот прибить меня готов. И как теперь доказать, что не я это отправляла? Почему всё против меня?       — Предлагаю выйти к моему напарнику и решить, как поступим дальше, — сказала Джэнстон и мы пошли следом за ней.       Странно, говорили, что Ребекка работает одна и, что никогда не дослушивается к мнению других людей. Интересно познать её с новой для меня стороны.       Мне кажется или Джэнстон сегодня какая-то странная? Не такая, как была в прошлый раз. Сейчас ей не хватает… уверенности, что-ли? Наверное, тяжело вести расследование? А вот как ужасно быть жертвой и знать, что ты никому об этом не можешь сказать.       Мы с Оливером идём позади Ребекки, как на казнь. Но тут совсем неожиданно к нам подходит мис Томá. Чёрт, сейчас у нас должна была быть литература, но девушка же хорошая, понимает нас, надеюсь.       — Ребекка, можно тебя на минуту? — спросила учительница у Джэнстон и не посмотрела на своих учеников. Что за чёрт? Что происходит? Почему они общаются на «Ты»? Неужели у этой женщины — терминатора есть свои люди в нашей школе?       Вопросов у моей голове появилось дофига, но я же культурная и не буду их задавать так прямо.       — Давай потом, у меня каждая минута сейчас рассписана. Если что-то по делу, то приходи в участок, только не к помощнику шерифа Дилана Клоу, он тебе не поможет, — как-то странно ответила женщина и без каких либо слов ушла дальше по коридору.       Жаль Леа (вроде, так её зовут), она хорошая учительница и, как человек понимающий, только вот каждый с ней поступает, как с последней тварью.       — Да уж, а я сомневался, что сможешь их найти, — с каким-то странным для меня подтекстом сказал Джеймс и улыбнулся.       Только не говорите, что мы подопытные кролики, над которыми сейчас будут издеваться. Чувствую, что так и произойдёт.       Оливер тычет мне в локоть чем-то металлическим, наверное, телефон и я оборачиваюсь к нему. Такого лица Саливара, кажется, ещё никто не видел. Такое ощущение, что он сейчас готов меня прямо здесь убить. Смотрю в его телефон, где и сообщение от Феликса: «Придурки. Это фото отправили всей школе! А мне было сказать не вариант?»       — Это не я! — закричала я, чем привлекла все внимание к себе. Ну и что теперь делать? Как доказать? Оливер же должен понимать, что я всё время была с ним и как могла отправить эти фото? Да и вообще, зачем мне это? Нет никакой выгоды.       — Что-то случилось? — спросила Ребекка и посмотрела на меня с сожалениям.       Точно! У меня есть догадки почему эти фото отправили! Мы же с Оливером знаем всю правду об убийствах. И очень большая вероятность, что сейчас расскажем всё детективам. А у маньяка есть достаточно компроматов на нас и он с лёгкостью сможет сделать так, что убийцами станем мы с Оливером. Нужно молчать.       — Фото отправлено по всей школе. Мне так говорила их учительница литературы мис Тома, — заступился Джеймс и я теперь поняла почему преподавательница подходила к нам. Она хотела это рассказать Ребекке, но та почему-то не захотела её слушать.       — Я надеюсь, что вы понимаете в какой сейчас опасности. Серийный убийца решил копать под вами непонятно почему. Может вы знаете? — холодно спросила Джэнстон и начала испепелять нас взглядом.       «Ну что, Сара, давай, придумай отмазку, до Оливера же не будут докапываться, ведь одну из фото делала лично ты», — будто пожелал удачи мне мозг и кажется, ушёл.       — Мы тут начали думать, что суицид Элизабет не суицид. Возможно, она была жертвой. И не исключено, что серийный убийца хочет нас предупредить, что не нужно вмешиваться во всё это, иначе расплатимся за это. А, ещё я следующая жертва, — на последнем я глупо улыбнулась, на что, детективы округлили глаза. Ну, а что? Должна же я себя обезопасить. Не хочется умирать так рано. На одноклассника даже смотреть не хочу, он уже давно упал в моих глазах.       — Что значит следующая? Откуда ты это знаешь? Тебе известно как именно выбираются жертвы? — напал на меня со своими вопросами Брэй, что немного не ожиданно. Я ожидала, что это Ребекка будет валить меня, но нет.       — Сегодня утром я получила письмо, где было сказано, что подхожу по всем критериям, но сразу же выкинула его, — соврала я, ну почти. Лист был, но не так там всё было написано. Поэтому решила немного приукрасить все, чтобы не было лишних вопросов.       — Ты об этом вообще думала рассказывать нам? — спокойно спросила Джэнстон и я удивилась. Она умеет так разговаривать? Да уж, не знала. Особенно, её тон поразил меня в этой ситуации, когда Джеймс рвёт и мечет, то его напарница поступает сдержанно.       — Не знаю, поэтому решила встретиться с Оливером и рассказать ему всё, — выдохнула я и посмотрела в пол, так, как мои глаза сейчас могут выдать меня, что это не правда. Господи, иногда так полезно научиться врать.       — Предлагаю так. Мы с вас, хотя-бы два дня не будем спускать взгляд. Я возьму на себя Оливера, а ты отвечаешь за Сару, — предложил старший сержант и я даже обрадовалась этому. Может не убьют?

***

      Я не ожидала, что мы поедем к Элизабет Лоуф домой. Да и вообще зачем? Но у меня не было выбора, ведь я только подопечная Джэнстон, у меня нет право выбора. Спасибо, что хоть не бросили умирать и не провожу свой последний день жизни в школе на уроках.       Как оказалось потом, то Джеймс и Ребекка тоже думают, что за суицидом Элизабет прячется убийство.       Никогда не понимала эти детективные мысли и тому прочие. Зачем родителей Лоуф спрашивать о том, знали ли они о беременности дочери. Конечно, нет. Покойная это идеально скрывала. Но разговора Брэю и Джэнстон было мало и мы должны были осмотреть комнату Элизабет и место, где она совершила самоубийство.       Мне с Ребеккой досталась комната, а парням гараж. Четыре грёбанных часа нам понадобилось для того, чтобы это всё обыскать и в итоге ничего не найти! Капец, но есть и плюс. Я бы могла сейчас истекать кровью.

***

POV Ребекка Flashback       Мы зашли в дом Элиаса и я улыбнулась. Сколько здесь воспоминаний. Кажется, что даже воздух пропитан моим детством.       — А здесь ничего не изменилось, — сказала я, как только осмотрела дом и зашла на кухню, где парень уже наливал в чашку чай? Не удивлюсь если это мой любимый.       — Чёрные, без сахара, — с улыбкой произнёс парень и протянул мне кружку. Но его чашки я не вижу. Уже выпил? — не хочу, — коротко ответил брюнет на мой немой вопрос.       И вот сейчас наступил снова этот момент, когда ты неловко смотришь на собеседника и вам нечего сказать друг другу. Я даже не сделала глоток своего напитка, что крайне невежливо с моей стороны, но где Ребекка Джэнстон и вежливость? Поставила чашку на стол, что и розбавило эту тишину немного, и сама не понимаю почему, но бросилась в объятия Элиаса. Так нежно и тепло, и так по домашнему . Парень даже не пошевелился, будто знал, что я захочу так сделать.       — Я соскучилась, — сказала я в реальности или в голове? Наверное, первый вариант. Друг посмотрел мне в глаза и начал тихо и в тот же час медленно говорить:       — Знаешь. Я очень много думал о тебе в США. Почему у нас вышло именно так нелепо попрощаться и тому подобное. И я нашёл ответ.       — Какой? — не выдержала я, но всё-таки в глубине души знаю какой ответ последует.       Но я его не услышала, я его почувствовала. Элиас поцеловал меня. Сначала нежно и с трепетом, будто я какой-то цветочек, который в миг может рассыпать все свои лепестки, но в какой-то момент, я превращаюсь в розу, которая начала понемногу выпускать свои шипы, тем самым добавляя огня в поцелуй. Его язык умело руководствует в глубине моего рта, но нам мало и мы оба это поняли.       Парень берёт меня за ягодицы и сажает на кухонную стойку. Что-то упало, но звук стекла не слышно, значит ничего страшного. Я начинаю тянуть Элиаса за волосы и о Господи, это так охуенно. В детстве мне приходилось всегда играться с его причёской, но никогда бы не подумала, что это занятие будет приносит мне ТАКОЙ кайф. От удовольствия я мычу парню в поцелуе. Линия нашей дружбы стерта. Элиас переходит с моих губ на шею, но в тот же момент, его пальцы делают со мной, что-то из мира сего. Они переходят с моей талии на бедро, то сжимают мою попу. Это нереально уследить за их действиями. Я немного отстраняю от себя парня, но только для того, чтобы сбросить свою ненужную футболку. Кидаю этот кусочек ткани куда подальше и снова притягиваю к себе Элиаса. Он решил не тянуть и сразу же снял с меня лифчик. А тут его должен ждёт сюрприз, татуировка, которая находится под моей грудью «Трахни, но сначала поцелуй».       — Крутое тату, — тяжёло дыша произнёс парень и поцеловал.