Вереница событий или глава пятая новая жизнь
26 марта 2021 г., 21:42
Алиса проснулась оттого, что что-то нещадно щекотало ей нос. Она открыла глаза, беззвучно фыркнув, пытаясь избавиться от навязчивого ощущения, и поняла, что всё ещё была тесно прижата к груди спящего Семёнова
Она бросила взгляд на часы. Четыре утра
Они всё ещё спали в том же положении, в коем уснули много часов назад. Его рука обхватывала её талию, тесно прижимая к себе. Алиса почувствовала, как затекли её мышцы. За всю ночь она никуда не перелегла, что удивило саму девушку: она привыкла вертеться, спать так, как ей удобно — на животе, сложив руки под себя, поутру могла проснуться в совершенно другой части кровати.
Алиса зевнула и пока дурацкие мысли и сомнения не начали заполнять её и без того забитую голову, провалилась в сон…
***
Поутру, когда на часах было уже десять часов дня, Алиса открыла глаза и осмотрелась. Её охватила грусть. Паша ушел. Не было ни его одежды, ни его ключей, ни часов. Ну, чего она собственно ожидала? Клятв в вечной любви? Не о том она думала… Встав она пошла на кухню и обратила внимание на стол. Там лежала записка. «Ушел в магазин, а то у тебя в холодосе мышь повесилась. По шее получишь за плохое питание!» Вернулся Паша через пятнадцать минут, с полным пакетом еды. Заставил поесть и поел сам. И, пока Семёнов убежал улаживать дела с Тузом, Алиса лежала, листая каналы по телеку. Спустя несколько часов Паша вернулся и, одарив Рыбкину поцелуем, сообщил о необходимости возвращения его в Петербург. Она все поняла и отпустила, взяв с него обещание вернуться. И вот уже Паша в Питере. Только ощущение беды гложило его. Семёнов поехал домой. Как раз его жена с сыном вернуться должны были. Но приход домой был вовсе не приятный. Стоны, доносившиеся из спальни, красноречиво обо всем сказали… Семёнов горько усмехнулся и исчез словно и не было его. Снова ночной город, снова набережная и бесконечный поток мыслей в голове… Паша почему-то не чувствовал себя преданным или обманутым. Сам ведь с Алисой переспал! Снова сделав глоток алкоголя, Паша усмехнулся и опустошив фляжку сел в авто и уехал.***
Сидеть и ждать. Вот чего Павел Семёнов никогда не любил. С момента, как он вернулся в Питер прошло двое суток, а на вопрос, где Алексей Фомин ответа нет. Ни городская братва, ни полиция, ни даже ФСБ ничего не знало. Ну, или очень хорошо делало вид, что не знает. Паша сидел в кабинете лучшего друга, теребя в руках пулю. Вот сложно, что ли, было предупредить?! И Вася пропал… От всего этого Семёнов вырубился прямо на столе. Раздался звонок. — Семёнов. Да… — Паша сонно промычал в трубку обычное телефонное приветствие. Он так устал за день, что даже не обратил внимания на то, кто ему звонил в три часа ночи. Различил только, что высветилось не имя, а набор цифр, значит, этого номера в его телефонной книге не было. На том конце провода молчали, потом послышался тяжелый вздох, а затем уже звонивший заговорил. Четко, без эмоций, по делу. В первый момент у Семёнова от удивления вытянулось лицо и он резко вскочил, но сумел взять себя в руки и, выслушав до конца, коротко ответил: — Я все сделаю. Можешь на меня положиться. Звонивший отключился, и Паша снова откинулся на спинку стула. Сон как рукой сняло… — Час от часу не легче...Спустя три с половиной года…
Слышны крики и выстрелы. Автоматные очереди всё ближе. Выстрел! Нырок в укрытие, очередь в ответ и враг падает на землю. — Товарищ Майор, — к мужчине подбегает совсем молодой парень с СВД в руках. — Не прорваться! В кольцо зажимают, если вместе пойти нас прихлопнут тут! — Так, без паники! — мужчина проверил количество патронов в магазине и перезарядился. — Значит так, Я и Силаев остаемся здесь, устроим ложный прорыв, а вы уходите с юга, там кольцо замыкается и народу поменьше. Автоматы убитых оставите нам! И самое главное! — он сделал упор на этих словах. — Не при каких обстоятельствах не отстреливаться! Даже если ранят или убьют! Не отстреливаться. Даст бог выйдите к посадочной площадке в километре от Айтоха. Там местная полиция, должны помочь. Всё, пошли! — Паша… — Что? — Держи, — Силаев передал пару гранат и усмехнулся. — Если уйдем живыми, то в бога начну верить! — Начнёшь Вань, начнёшь. Пожав руки двое мужчин понеслись в сторону, притягивая вражеские силы к себе. Павел бежал и отстреливался в надежде добраться до скалы, там можно скрыться в густых лесах и поработать с винтовкой. Выстрелы были всё ближе. Правое плечо невыносимо болело из-за ножевого. Превозмогая боль, Паша вытащил гранату и бросил в кучу противников, разрывая всё на куски. Когда взгляд упал на огромный валун, то идея пришла сама собой. — Силаев! Огонь по тому валуну! — и автоматные очереди обрушились на камень, а тот на противников уменьшив их число и задержав. — Бежим, к точке эвакуации ещё успеем! — Не получится… Майор обернулся и увидел как боевой товарищ держится за плечо, а из руки течёт кровь. — Давай без меня, пуля в ноге прошла на вылет. Я тебя замедлю! Иди! Павел закинул автомат на плечо и взгромоздил парня на себя. — А вот хрен те! Вместе уйдём! Движение их было медленным, но они уходили, а ответного огня пока не было. Они с трудом прошли несколько десятков метров, когда Семёнов почувствовал обжигающую боль в спине и голоса… — Кэп! Не вырубайся! Родной, не вырубайся! Твою мать! Центр, Ахиллес ранен, повторяю…***
Паша вскочил. Озирался по сторонам, пытаясь выявить угрозу. — Товарищ подполковник, с вами всё хорошо? — обеспокоено спросил молодой рядовой. — Может воды? — Нет, спасибо Коля, через сколько мы приземлимся? — Через пятнадцать минут будем в части, товарищ подполковник. — Ясно. И так каждый раз. С тех пор, как Паша стал военным, ему каждый раз снился этот сон. Сон как прыжок в прошлое, в котором погиб его отряд. Семёнов усмехался, не понимая, как так вышло, что он, майор полиции, работавший на бандитов, и умудрился стать командиром новой группы! И эта же группа насыпала соль на рану из прошлого… Паша вспоминал, как после года службы во Владикавказе он стал командиром нового отряда «А». Как когда-то его отец. Появлялись из ниоткуда и уходили в никуда. А сегодня было завершено очередное задание, и вот он стоит у двери в кабинет начальства. — Разрешите? — Проходите подполковник. Товарищ Генерал-Майор, вот прошу! Наш боец новый командир отряда «А». — Здравия желаю, товарищ Генерал-Майор. — Здравствуй, Паша, я Генерал-Майор Пригов, Контр-Террористический Центр. Я уполномочен передать тебе приказ о переводе тебя в спец.подразделение «Смерч». — То есть? — брови подпола поползли вверх. — А мой отряд? И с чего вдруг Я? — Твои боевая подготовка просто превосходна, как и лидерские качества. Вместе с тем ты бывший начальник розыска, лучший следак в Санкт-Петербурге и бывшая правая рука Алексея Фомина, царство ему небесное, — последние слова Пригов сказал с издёвкой и без капли почтения к почившему. — Что скорее плюс, чем минус. Твои связи в криминальном мире нашему подразделению только на руку. — И кто вместо меня? — Орлов или Силаев. Это уже сам решай. Вылет через шесть часов. Я понимаю, ты после операции, но больше времени нет… В голове подполковника был только мат, и отнюдь не шахматный. Очень много мата. Семёнов стоял в комнате отдыха КТЦ и ждал прибытия группы. Он, конечно, был рад возвратиться в родной Питер, но сука! Его ребята были недовольны уходу командира. А Орлов сразу пригрозил высказать начальству пару ласковых. Равно как и Силаев. Но что делать, приказ есть приказ. Паша желал побыстрее закончить дела и съездить в родной отдел. К Андрюхе, к Сомову и даже рад был бы видеть Захарова. А также хотелось увидиться с родными людьми из его самого первого места службы. Увидеть Василича Окунько, многих других. От мысли о родных на лице появилась улыбка. — Товарищи офицеры, разрешите представить нового командира отряда «Смерч» — подполковника Павла Семёнова. — Здравия желаю, — хором проговорили бойцы. Семёнов ничего не ответил. Разве что дёрнул Булатова за двери и прижал к стенке. POV Паша. — Ты, мать тебя так, что творишь? — прошипел я сквозь зубы и сильнее сжал ворот кителя некогда сослуживца. — Паша, спокойно. Мне требуется твоя помощь. — Булатов невозмутим. — У тебя полторы минуты. Если это дело ничего не стоит, то я от твоего КТЦ камня на камне не оставлю. — Ты работал по делу Архитектора. Вчера было совершено нападение на отдел центрального района полиции. Всех в землю. Никого не осталось. Только начальники полиции и розыска. И те в тяжёлом состоянии. На стене буква «А». Паша, мне без тебя не справиться, помоги. Взамен — все, что хочешь, проси. Выслушав Батю, я тяжело вздохнул. Отпустил Ивана и похрустел костяшками пальцев. — Хорошо, но я помогаю с этим делом, и сразу выхожу. Оформить мне перевод в полицию. Куда скажу потом. Стоп… — Если ты о своём напарнике, то выдохни, он два года уже в ГЛАВКе служит. Там его нет и не было. — Слава тебе господи, — тихо прошептал я, и выдохнул. — Так, ладно, материалы дела мне позже покажешь, надо посмотреть, есть ли у твоих бойцов хотя бы мизерный шанс на выживание с этим дьяволом. — Он действительно так опасен? — исподлобья глянул Батя на меня. — Послушай, Булатов, во времена, когда я служил в розыске, этот урод, кем бы он ни был, — я начал загибать пальцы. — Убил шесть бойцов отдела ГЛАВКа. — один. Убил жену майора ОСБ Кравцова, царство ему небесное, — два. — Чуть не убил Майора Измайлова, он, кстати, начальник полиции в Москве, — три. — При попытке его задержать меня чуть не убил, — четыре. А потом ликвидировал семнадцать бойцов отряда «Альфа». И подполковника Максимова из ФСБ в придачу, — пять. — А теперь нападение на отдел полиции в Центральном районе. — Ясно. Но почему совершенно идентичной группой командовал ты? — а он откуда об этом знает? — Мне доложили, что этот Архитектор — последний из предыдущей группы. Кто конкретно это — неизвестно. Им требовались такие спецы. Не мне тебе объяснять, что и как сейчас в том же Владике. Потому это новая группа и была создана. Состав сказать не могу, сам понимаешь. А я, считай, от отца эту должность принял. Если вопросы закончены, я пойду знакомиться. Я вернулся обратно в комнату и прислонился к стенке. — Я понимаю ваше недовольство и на вашем месте сам был бы не рад, но приказ — есть приказ. Так что без обид. — При всём уважении, мы должны понимать, что вы достаточно подготовлены для наших операций. И, простите за прямоту, но хотим быть уверены, что наш командир хотя бы достойный боец, — первой высказалась девушка. Мура, кажется… — Согласен с Мурой, — это уже был Кот. — Что же, пойдёмте проверим. В тренировочном зале было тихо. Я слегка разминал шею, а ребята наблюдали. Первой победить меня решила Женя. И что я ей сделал, интересно?.. — Можешь не сдерживаться, — сказал я, не оборачиваясь. Женя усмехнулась и ринулась в атаку, удар, направленный в тыльную сторону колена, был остановлен простым уходом в сторону. Теперь мы были лицом к лицу. Снова девочка напала, теперь уже с кулаком направленным мне в висок. Когда кулак почти достиг моего лица, я перехватил Женину руку, а второй схватил за грудь и повалил на землю. В этот момент Ионов заметно напрягся. Я чувствовал его испепеляющий взгляд. Женя тем временем простонала и попыталась встать. Она смотрела таким взглядом, что я понял одно — я разбудил зверя в Муре. Девушка попыталась сделать подсечку, но лёгкий отскок в сторону, и Женька на ногах. Она набрала скорость, и ударила меня в грудную клетку. — Неплохо. — Я усмехнулся. Моя очередь. На этот раз напал я. Удары сыпались с бешеной скоростью и в один момент я зашел ей за спину и взял в захват. Мура брыкалась, но куда там. Усаженная на колени не могла ничего сделать. Когда я её отпустил, на меня набросился Ионов и от удара ноги, с разворота направленного мне в голову, я ушел с трудом. Очередная связка ударов пробила воздух и я понял, что парень не из робкого десятка. Прежний я и Муру бы с трудом одолел, но вот теперь меня так легко не сделать. Вася сделал подсечку, но пустое. Когда Кот вскочил, дабы продолжить, я сделал перекат и ударом ног по груди повалил его на пол, скрутил руки и заставил завопить. Меня остановил жалобный голос Муры. — Остановись, прошу…- все вокруг смотрели на это с выпученными глазами. А на глазах у Муры был испуг. — Не делай ему больно… Я отпустил его и встал, вместе с тем помог и юннатам встать. — Извини, Кот — Ничего… — он опустил голову. — Что за приёмы такие? Я сейчас про твой удар ногами. Я никогда такого не видел. — Научу как-нибудь. Кто-то ещё желает проверить? — Я! — в центр вышел Бизон. Хо-хо, а это уже интересно. — Ну посмотрим, что вы умеете, Павел Андреевич, — видимо, не только Мурашовой не пришлось по вкусу моё назначение. Эх, знали бы они, как мне это не по душе, рюмку чая бы налили и по плечу бы похлопали… Бизон напал первым. Чего я и ждал. Удар направленный мне в лицо был отражён отскоком. Мы ходим по кругу, наблюдая друг за другом, и на этот раз нападаю я. Как и прежде, удары блокируются. Только в этот раз я довольно больно бью по ноге, отчего Борис падает на колено. И ударом в кадык вырубаю: поспит полчаса, полегчает. Все вокруг смотрят на меня с шоком, я поднимаю Бизона и переношу на диван. Мура бросает на меня злой взгляд, ровно как и Кот. — Через минут двадцать придёт в себя. Сейчас мне не до деликатностей, уж простите… END POV Паша. Семёнов покидает КТЦ и направляется в ближайший бар. Хватит с него на сегодня, слишком задолбало, чтобы думать хоть о чём-то, кроме выпивки и сна.
