Fake dream

— Джинн, — делает вывод Сэм, когда они с братом врываются в заброшенный фермерский дом глубоко в лесу. Найти это место оказалось не просто: пришлось перерыть всевозможные архивы и буквально прижать хилого паренька-библиотекаря к стенке. Тот, видимо, был ещё старшеклассником, решившим подработать на летних каникулах. Он, конечно, просто не мог знать о запустелых домах, старых фабриках и других местах, привлекающих вампиров (изначально они думали, что столкнулись с гнездом). Однако объяснять это разъярённому Дину, готовому вытрясти из того душу, было совершенно бесполезно. Сэм прекрасно понимал: Кастиэль, на тот момент, пропал уже шесть часов как, оставив братьев с брошенным на дороге телефоном и недосказанным «это не вампиры, это…» — Джинн, — кивает старший Винчестер, соглашаясь. Он сжимает в руках серебряный клинок, с которого на ветхие доски пола всё ещё падают капли крови. — Кас! Ангел практически лежит на потрёпанном кресле. Можно подумать, что всего лишь задремал от усталости, например, за просмотром телевизора. Впечатление портят веревки, которыми довольно слабо связано туловище и небольшая, едва заметная, трубочка от вены левой руки, второй конец которой скрыт где-то за рядом лежащим ведром. Дин остервенело отпинывает его, совершенно забыв о том, что джинн наверняка поблизости. Оно откатывается с громким шумом, ударяется о стену и открывает небольшую, но наполненную практически до краёв банку. От одного зрелища становится не по себе, так что на краткий миг Сэму чудится запах крови — металла и соли. Где-то в коридоре раздаётся чуть слышный скрип, отчего он вскидывает пистолет, напряжённо вглядываясь в проход, и чуть заметно выдыхает, когда никого не обнаруживает. Винчестер переводит взгляд на брата, который уже выдернул иглу и сейчас занялся развязыванием. — Кас, очнись! — Дин чуть встряхивает ангела, который, однако, нисколько не реагирует. Продолжает полулежать в кресле, словно безжизненная кукла, и это заставляет брата настолько паниковать, что тот совершенно забывает об одной вещи. Сэм торопливо убирает пистолет и подходит ближе, сжимая руку на чужом плече. — Дин, он слишком долго пробыл под гипнозом, — невольный взгляд на кровь: тёмную, густую на самом дне и заметно светлее на поверхности. — Он не выберется сам. Нужно, чтобы кто-то помог ему, — глубокий вздох и пояснение, когда встречает хмурый взгляд: — проник в сознание. — У тебя больше шансов его уговорить.

***

Сэм приходит в себя от знакомого голоса брата, и в первую секунду в голову закрадывается предательская мысль, что ему просто так подсунули отвратительную на запах смесь с не менее отвратительным вкусом. Однако в воспоминаниях проносится обеспокоенное лицо Дина, когда тот смотрел на Кастиэля, и его решительный кивок, когда перехватил нож покрепче, отправляясь на поиски остальных пропавших. Хотя, конечно, оба знали, что за ту неделю, которую не было новых жертв, те были уже мертвы. Винчестер понимает, что он уже не в хижине, когда нащупывает под собой что-то мягкое, а в монотонном голосе разбираются слова. «Сэмми, захвати те документы, о которых мы говорили в прошлый раз. Ай, ладно, я скажу, скажу. Мы приглашаем тебя на обед сегодня. У нас есть пирог, а ещё мы собираемся приготовить индейку. Что? Детка, почему нет?» — Привет, Дин, — торопливо поднимает трубку. От резкого подъёма голова слегка кружится. — О, Сэмми! — на том конце провода раздаётся насмешливый голос брата. Конечно, не брата, но будучи впервые в мире, созданном джинном, он не мог не поразиться насколько похож голос и манера. — Весёлая ночка? — О чём ты? — спрашивает непонимающе, но взгляд скользит по комнате, где находятся несколько бутылок разного алкоголя. И что он вчера отмечал? — Заходи сегодня, — усмехается «Дин», продолжая: — мы будем рады тебя видеть. Винчестер торопливо прощается, а после занимается стандартными утренними процедурами: принимает душ, меняет одежду и ещё около часа ищет те самые документы. Задача сильно осложнилась тем, что контрактов и других бумаг у него оказалось слишком много. Зато Сэм выяснил, что здесь он штатный юрист в какой-то компании и женат. О последнем говорило кольцо на безымянном пальце. На ком так и не выяснил, да и не хотелось, хотя лёгкое любопытство всё же было. Полностью осмотрел дом, даже захватил с глубин шкафа пистолет, хотя само его наличие было удивительным. Он добирается до небольшого домика за городом к вечеру, весь день просматривая новости, выпивая остывший кофе. Весь внешний вид словно вышел из семейной комедии, которую они недавно смотрели в бункере, потому что Дин притащил откуда-то телевизор с одним единственным каналом. Сэм так и не узнал, где он его достал и почему, несмотря на все старания, техника упрямо продолжала повторять семейные фильмы. Винчестер вообще-то не против них, но не когда один и тот же повторяется несколько раз с перерывами на долгие рекламы, где все счастливо улыбаются и поют глупые песни. Впрочем, Кастиэлю, видимо, так не показалось. Винчестер нажимает на дверной звонок и нетерпеливо постукивает носком сапог. Ему нужно найти ангела, а никак не подыгрывать чужой фантазии. Остаётся надеяться, что Дин знает, где тот может быть. — Здравствуй, Сэм, — знакомый голос и мужчина удивлённо поднимает взгляд, встречаясь с пронзительно-голубыми. Он хлопает глазами непонимающе и даже трясёт головой, однако картинка перед ним не меняется: Кастиэль в рубашке чуть больше него и крайне непривычном розовом фартуке. Спутанные волосы, и отчего-то сильно покрасневшие щеки. Словно проснулся совсем недавно. — Привет, Сэмми, — рядом появляется Дин, который по-собственнически притягивает ангела за талию и губами зарывается на секунду в его волосы. На брате — одни серые старые штаны и полное отсутствие рубашки. Той самой, которая сейчас на Кастиэле. Младший Винчестер кашляет, привлекая внимание, и смущённо отводит взгляд. Всё становится намного понятнее. — Привет, ребята, — произносит Сэм, и собственный голос кажется чужим, каким-то далёким и хриплым. Он снова прокашливается, а после натянуто улыбается, демонстрируя папку. — Как ты и просил! — Умница, Сэм! — улыбается Дин, пытаясь выхватить из рук документы, однако он тут же убирает их дальше и отходит на шаг, качая головой — Вы обещали мне ужин, — заявляет, на что получает яркую улыбку и лёгкое движение, за которое брат ловко выхватывает документы и разводит руками, будто в извинениях. Конечно, Сэм не мог допустить, чтобы предмет так просто попал в чужие руки. — Заходите в дом, — с минуту понаблюдав за борьбой Винчестеров, приглашает Кастиэль, на что получает нежный взгляд Дина и благодарную улыбку Сэма, которому приходится убирать с лица длинные пряди, потому что брат успел добраться до волос. Обед проходит в разговорах ни о чём. Сэм с удовольствием пробует запечённый картофель, — пирог таинственно исчез до прихода, — параллельно пытаясь уложить в голове происходящее. Кастиэлю нравится Дин. Нет, не так. Кастиэль влюблён в Дина. Младший Винчестер, конечно, замечал долгие взгляды, направленные на брата, и то самое заявление о глубокой связи. И всё же, одно дело догадываться, а совсем другое — видеть это своими глазами. Сэм вторгается во что-то личное, что куда глубже и ближе, чем «личное пространство». Он резко чувствует себя преступником. Словно читает чужой дневник. В груди отвратительно щемит, и с губ невольно срывается рваный выдох. — Ты в порядке? — с заметным беспокойством спрашивает Дин, отчего охотник невольно снова поражается сходству. Кастиэль смотрит так же, однако во взгляде читается ещё и смесь подозрения и настороженности. Похоже, в его идеальном мире такое состояние, как «не в порядке» не предусмотрено. Сэм неуверенно кивает. — Я помою посуду, а вы, может, выберите фильм на вечер? Короткое «как скажешь», и Винчестер направляется в гостиную, краем глаза замечая, как Дин притягивает ангела к себе, увлекая в продолжительный поцелуй, как чуть отстраняется и шепчет тому что-то непонятное на ухо с многообещающей улыбкой. Так, например, он улыбается, когда цепляет кого-нибудь в баре, и ночь ему обеспечена. И всё же разница чувствуется. Эта улыбка — смесь также нежности, любви, заботы, а не обыкновенного желания. Улыбка, которую Сэм едва ли видел часто. Возможно, один раз, когда Дин говорил о Лизе с Беном, но там скорее была светлая грусть. Он явно считал их чем-то очень хорошим, что было в его жизни, но было. Винчестер настолько увлечённо следит за возлюбленными, что немного не вписывается в дверной проем и смущённо что-то бормочет, когда ударяется плечом и привлекает внимание. Кастиэль неосознанно отстраняется от брата, который в первую секунду выглядит растерянным — видимо, он не вёл себя так раньше, — однако вскоре пожимает плечами и идёт к мойке, в то время как ангел вслед за Сэмом проходит в гостиную. — Кас, я хотел поговорить, — начинает охотник, подбирая каждое слово. — Ты… ты, должно быть, не понимаешь… — глубокий вздох, и Винчестер поднимает взгляд на ангела, который смотрит на телевизор и, кажется, даже не дышит. — Я хочу сказать, что это всё… —…нереально? — на выдохе заканчивает Кастиэль, отчего его собеседник удивлённо распахивает глаза. — Я знаю, Сэм. Ты можешь не трудиться объяснять. Всё это… — он обводит рукой дом и ненадолго задерживает взгляд на кухне. Буквально за мгновение, он чувствует всю боль и горечь ангела, —…не настоящее. Всего лишь создано джинном. — Если ты знаешь, то почему ты не… — растерянно начинает, но тут же замолкает, когда видит, как ангел цепляется за рукава чужой рубашки, как часто бросает взгляды на соседнюю комнату, где Дин моет посуду. Сэм резко все понимает, словно яркая вспышка пронзает сознание. — Ты не хочешь… — Сэм, я хочу остаться, — тихо, практически шёпотом произносит ангел, глядя на сложенные на коленках руки. Говорит вроде бы твёрдо, но улавливается в его интонации нотка сомнения. — Кас… — очередной вздох, за который Сэм подбирает слова. — Этот Дин нереальный. Обман. Иллюзия. Ты и сам прекрасно это понимаешь, — он пристально продолжает смотреть на ангела, который поджимает губы и неожиданно часто хлопает ресницами, словно может заплакать в любой момент. — Знаешь, чем занимается настоящий Дин в это время? Он с ума сходит от волнения, сидит в том старом доме возле наших тел. Он там один, Кас. Накручивает и винит во всём себя. За то, что отпустил тебя одного, за то, что отправил меня. Кас, ты дорог ему! — Винчестер замолкает на секунду: давать ложную надежду не стоит. Он сцепляет руки в замок. — Дин любит тебя. Пускай не совсем так, как ты этого хочешь. Ты нам нужен, Кас. Ангел замолкает надолго. По щекам уже текут слезы, которые стирает с лёгким удивлением. Кусает губы, подавляя рвущиеся наружу всхлипы. Новая волна смеси стыда и чувства вины накрывает Винчестера волной. Нет, это ради него самого. Разве хочет он оставить его, лежащего на старом кресле с трубочкой из вены и связанными руками? Оставить в плену собственных грёз? Сэм нерешительно дотрагивается до чужого плеча, чуть сжимает, пытаясь передать свою уверенность и успокоить. — Сэм, пожалуйста, — хрипло начинает срывающимся голосом. Винчестер думает, что тот начнет спорить, просить, однако вместо этого он снова смотрит в сторону кухни и торопливо произносит. Говорит так быстро, что слова становятся неразборчивыми: — пожалуйста, один день. Дай мне всего один день. Я обещаю, я уйду с тобой, но пожалуйста… — ангел цепляется за руку, сжимает отчаянно в собственных ладонях — Как у вас дела? — с улыбкой в гостиную входит Дин, однако она тут же исчезает, когда тот видит слезы. Оказывается рядом с Кастиэлем за несколько шагов, присаживается, неосторожно отодвигая Сэма. Обнимает, крепко прижимая к себе, и ангел уже плачет открыто. Цепляется за рубашку, которую брат успел нацепить. Он прижимает, покачивается из стороны в сторону, успокаивая как маленького ребенка. Ничего не спрашивает, но охотник уверен, что обязательно будет. — Мне пора, — Винчестер поднимается с места, мельком посмотрев на время: уже к шести. Он снова смотрит на брата. — Пока, Дин. До завтра, Кас

***

― Кас? ― Сэм вопросительно смотрит на ангела, сидящего на диване и с показной увлеченностью смотрящего какую-то комедию, пока Дин крепко обнимает. Он пару минут успешно игнорирует неловко мнущегося охотника, однако вскоре всё-таки поднимает взгляд. Одними губами шепчет что-то похожее на «пять минут». Кастиэль прикусывает нижнюю губу, глубоко вздыхает и, ловко развернувшись, обнимает брата. Винчестер выходит в коридор. Кастиэль появляется только минут через десять. Расстроенный, в уже привычной чужой рубашке. Он стоит, виновато поджимает губы, но смотрит с какой-то упрямостью. ― Сэм, я остаюсь, ― решительно проговаривает, но, быстро поняв, что прозвучало слишком резко, исправляется. ― Я хочу остаться… Пожалуйста… ― Но, Кас, мы должны… ― попытка договориться мирным путем, но твёрдый взгляд ангела, и Винчестер медленно заводит руку за спину, нащупывая пистолет. Он вскидывает оружие, когда тот качает головой и снова повторяет свой отказ. Кастиэль смотрит удивленно и очень обиженно. Сэм его предал. Предал ровно в тот момент, когда посмотрел на ангела, увидел до крови прикушенные губы, услышал отчаянный шепот, прерываемый комом в горле… (Пожалуйста, не забирай меня) (Пожалуйста, Сэм) (Умоляю) … и всё равно выстрелил. Перед глазами всё расплывается; несколько секунд невесомости и стремительное падение куда-то вниз. А потом Сэм обнаруживает себя лежащим на пыльном деревянном полу хижины. Голова болит, вероятно, от падения, а во рту всё ещё чувствуется отвратительный привкус недавнего зелья. У Винчестера мелькает мысль, что весь вечер сегодня он проведёт в ванной за чисткой зубов. ― Кас, чёрт возьми, как ты мог попасться джинну, ― слышит Сэм сквозь закрытые веки громкий голос брата. Открывает глаза, сразу же привлекая внимание. — О, Сэмми. Джинн побеждён, пока вы прохлаждались, — делает неопределённый жест в сторону, где младший видит чьё-то тело. Дин подходит ближе и протягивает руку, помогая подняться. Втроём они идут к машине. И ни Сэм, ни Кастиэль не смотрят друг на друга.

***

Кастиэль умирает. Не в буквальном смысле, но по угасающему огню в глазах это видно, и Сэм иногда думает, что пустить пулю в висок было бы куда гуманнее. Ангел с Дином ведёт себя странно: как от огня отшатывается от любого его прикосновения, не остаётся наедине в одной комнате, однако каждый раз, когда тот не видит, долго смотрит печальным взглядом. Кастиэль умирает, тонет в своей собственной боли каждый раз, когда Дин ночует с девушкой из бара. Он в такие ночи и сам исчезает из мотеля. Сэм не спрашивает, куда, и остается в номере в одиночестве. Винчестер долгое время сам собирался поговорить ангелом, но тот успешно избегал разговора, видимо, всё ещё считая Сэма предателем, а может, был порядком смущён тем, что тот знает его тайну теперь. ― Дело не в этом, Сэм, ― сказал он однажды, когда охотник чуть ли не насильно оставил его в мотеле, а брат снова уехал в бар. ― Я знаю, что ты должен был, и знаю, что ты не расскажешь Дину, но… я не могу И всё же после этого, ангел старался. Старался поддерживать разговор в кафе, старался спокойно воспринимать дружеские похлопывания по плечу, старался не запираться в своей комнате, и изредка они могли даже посмотреть фильм вместе. Последнее давалось Касу тяжелее всего. В мире его грёз это было ежедневным ритуалом и глухой болью отдавалось здесь, в реальном мире. Дин, конечно, замечал состояние Кастиэля. Замечал, с сочувствием смотрел, но всё не решался поговорить. А должен был, как минимум, потому что сам был жертвой джинна. Как максимум, потому что они в конце концов были друзьями. И вместо того, чтобы поддержать, Дин поджимал губы и снова уходил в бар. Словно пытался забыться там в алкоголе и совсем не хотел слышать о том, что видел ангел. Они с братом сидят в каком-то кафе на окраине города. Сэм пьёт едва ли готовый кофе, а Дин вяло ковыряет вилкой в тарелке с пирогом. Младший переводит взгляд на грязное окно, жалея, что Кастиэль отказался с ними идти. Вряд ли я захочу видеть это, признался тот с болью в голосе, когда Дин уже сидел в машине. Конечно, охотник понял, о чём он говорит. Понял в тот момент, когда брат начал заинтересованно смотреть на симпатичную официантку. В последнее время, у Дина были весьма похожие друг на друга пассии: у многих голубые глаза и тёмные волосы. Так что понятно, почему шатенка с пронзительными голубыми глазами привлекла внимание. Впрочем, на данный момент он кажется слишком задумчивым, чтобы попытаться подойти. ― Ты в порядке? ― красноречиво взглянув на нетронутое блюдо в тарелке, спрашивает Сэм, отчего брат, тут же натянуто улыбнувшись, кивает. ―Ты даже не попробовал, хотя сам затащил сюда ― Я думал… ― резко замолкает, поджав губы, но спустя минуту молчания продолжает на выдохе, роняя вилку на тарелку. ― Я думал, что Кас пойдёт с нами. Думал, это поможет ему немного прийти в себя. Он сам не свой с тех пор, как его похитил джинн ― Почему ты не поговоришь с ним? ― делает глоток кофе и чуть не выплёвывает обратно в кружку: он обычно не привередлив, но напиток здесь по-настоящему ужасен. ― В конце концов, ты был важной частью его мира там. ― Что? ― удивлённо выдыхает Дин, и Сэм только сейчас понимает, что практически рассказал то, о чём не должен был. Следующая реплика брата заставляет удивляться уже его самого, ― Так он видел не Небеса? Что там было, Сэм? ― С чего ты взял насчёт Небес? ― спрашивает и качает головой на испытывающий взгляд ― Поговорите с Касом. Вам обоим это нужно.

***

В номере мотеля непривычно тихо с тех пор, как Сэм и Дин уехали в ближайшее кафе. Кастиэль смотрит по телевизору какой-то фильм, хотя нить повествования потерял ещё в начале. Так что, когда обнаруживает финальные титры, ещё минуту не может понять, как мог всё пропустить. Откладывает пульт в сторону и забирается на постель, сильнее кутаясь в плед. Ангелы не должны мёрзнуть, но с тех пор как вырвался из иллюзий, ему отвратительно пусто и отвратительно холодно внутри. Где-то он может и понимает, что дело не в физических причинах. Он даже не становится человеком, но признаться себе, что ему пусто и холодно без того фальшивого мира, слишком сложно. Лучше мысленно он будет списывать это на последствия от яда. Во всяком случае, так он может говорить себе сейчас, хотя ещё две недели назад был готов ехать искать другого, чтобы тот снова погрузил в иллюзию. Кастиэль откидывается на подушку, выбивая из своих лёгких воздух. Кровать Дина. Наволочка приятно пахнет цветочным кондиционером. Ангел прикрывает глаза, с огромным трудом улавливая ещё один, едва различимый. Он не имеет никакого сходства с дешёвыми шампунями и гелями в мотелях. Касу всегда нравилось, как пахнет Дин. Наверное, поэтому в грёзах так нравилось носить его рубашки или обнимать. Воспоминания отдаются болью, и он разочарованно вздыхает. Подумать только: и он рассказывал о силе воинства господнего. Кастиэль гипнотизирует взглядом грязно-жёлтый потолок и испуганно вздрагивает, когда слышит, как звенят ключи, а после хлопает входная дверь. Дин с удивлением смотрит на раскинувшегося на его кровати ангела. ― Развлекаешься? ― спрашивает охотник, и чудится в тоне обида. Кас, смущённо прикусив губу, с тихим «прости» торопливо пересаживается на кровать Сэма рядом, пока Винчестер садится на свою, закинув куртку на спинку стоящего рядом стула. ― Можем поговорить? В последнее время тебе сложно пришлось ― Дин, все в порядке, ― качает головой, стараясь не смотреть на мужчину. ― Что ты видел там? В мире джинна? ― Почему ты спрашиваешь? ― настороженно задает вопрос, с некоторой растерянностью переводя взгляд от обуви охотника на его лицо. Почему-то автоматически замирает на губах. Снова поток воспоминаний. Интересно, целовать его по-настоящему так же сладко? ― Кас, раз я был частью этого, то я имею право знать, ― Дин говорит мягко, но заявление всё равно заставляет ангела испуганно распахнуть глаза. Быстро понимает, что Сэм сказал правду. Он поднимается с места и делает пару шагов. Те пару шагов, которые разделяли их. Кас теперь смотрит снизу вверх. ― У меня есть пара вариантов. ― Например? ― спрашивает Кастиэль отчего-то непривычно-хриплым голосом. ― Первый, ты меня убиваешь. Раз за разом и очень жестоко, ― вполне серьёзно проговаривает, чем заслуживает недовольную гримасу, словно сама мысль вызывает отторжение. ― А второй? ― А второй… ― Дин задумчиво повторяет за ангелом, словно не уверен в правильности своего варианта. А потом неожиданно наклоняется, накрывает руками сложенные на коленях руки ангела и целует. Одними губами, буквально на секунду касаясь чужих губ. Слегка отстранятся и произносит шепотом: ― я люблю тебя,

***

В столовой мотеля кофе ещё хуже, чем в кафе, однако Сэм упрямо подавляет рвотные позывы и продолжает пить. Он даже объяснить не может зачем, но всё равно облегчённо выдыхает, когда рядом появляется Дин и протягивает бутылку воды. Он садится напротив и хлопает по сидению, куда сразу же приземляется Кастиэль с яркой, по-настоящему счастливой улыбкой. ― Зачем ты травишься этим? ― с любопытством глянув на подозрительную жидкость, спрашивает брат, цепляя вилкой кусочек пирога и посмотрев на ангела, спрашивает: ― Хочешь? ― Не думаю, что это имеет смысл, ― он легко пожимает плечами и открывает рот, чтобы добавить что-то ещё, похоже о том, что ангелы не едят, но Дин уже аккуратно засовывает выпечку в рот, и Кас замолкает, разжёвывая. ― Дай мне побыть немного романтичным, ― смеётся старший Винчестер и, приобняв за плечи, на секунду касается губами виска Кастиэля. Сэма стремительно накрывает чувство дежавю. Он уже видел точно такое же движение. На пороге дома в мечтах Кастиэля.