Ее Величество Дьявол

      Братья всегда заботились о сестре в меру своих возможностей, так как она вечно искала приключения на свою пятую точку. Единственное куда они не совались, так это в споры и ссоры с матерью, потому что с ней-то у них были нейтральные или даже, можно сказать, хорошие отношения, но, видимо, пришло время вмешаться.       Впервые дома был скандал между Элизабет и старшими ее сыновьями, прислуга поспешно разбежалась по своим комнатам. Даже Йохан вставил свои пару слов по поводу несогласия с тем, что вытворила жена. В итоге она, с грохотом хлопнув дверью, закрылась в своих покоях. Отец же пообещал помочь своим детям с Августом, все же экзорцистам, в отличии от других людей, было разрешено убивать людей, если они хотя бы заподозрят одержимость и тому подобное.       Вот Джесс перелезла через окно с помощью близнеца.       - Выглядишь лучше, как ты? – Спросил братец, отряхивая ее.       - Очень хорошо, - она мило улыбнулась, - а у вас тут что происходило?       - Лучше тебе не знать. – Кривая усмешка скользнула на его губах. – Папе плохо, его поцарапал болотный суф, теперь его лихорадит, Гаст пытается вывести яд при помощи магии, но ничего не получается… Даже я попробовал, чему, что брат, что отец удивились, но и у меня ничего не вышло.       - Ты шутишь? – На лице девушки появились горе и надежда, которую вскоре разрушил брат, покачав головой в знак отрицания. – Что ж за день-то сегодня такой?!       - Пойдем, он ждет тебя. – Он приобнял сестру, которая из последних сил сдерживала слезы, и повел ее в комнату отца.       У двери ревел Алекс, сидя на корточках, он отказался снова заходить в комнату. В постели лежал Йохан, обливаясь потом и ужасно кашляя кровью. Над ним стоял Гастер, у которого светились руки, он все еще старался вылечить отца, но ничего не получалось, яд суфа проник уже слишком глубоко, в конце концов прошли сутки.       - Папа… - Джесс села рядом с отцом, взяв его за руку.       Мужчина жестом показал, чтобы сыновья оставили его наедине с дочерью, после чего, отведя взгляд, прокашлявшись и собравшись с духом, посмотрел на нее.       - Дорогая моя доченька, я хочу попросить у тебя прощение за то, что произошло сегодня и происходило всю твою жизнь по желанию Элизабет… - Он попытался сглотнуть тот ком в горле, что мешал ему говорить и вызывал лишь слезы стыда. – Если бы я только знал, - мужчина все же заплакал, - что оно так будет.       - В этом нет Вашей вины, отец. – Джессика из последних сил улыбнулась, не этот человек сейчас должен перед ней за это извиняться. – Прошу Вас, не плачьте…       - Это и моя вина тоже, наверное, даже в большей степени и моя причастность здесь более отвратительна. Я столько лет не обращал внимания на то, что происходило с тобой в этом доме, столько лет закрывал глаза на то, как вела себя с тобой Элизабет… - Он опустил взгляд. – Я все это видел и знал, но ничего не делал. Умоляю тебя, прости меня за это.       Перед Джесс сейчас лежал экзорцист, который всю жизнь был невозмутим и никогда не показывал своих слабостей, а теперь в слезах молит о прощении.       Всю жизнь она ждала его нового приезда, потому что только от него она ощущала родительскую любовь и заботу, только он верил в нее и поддерживал ее, только он защищал и даже пару раз подстреливал ее обидчиков. Именно он, когда узнал о том, что она умеет читать, начал покупать ей книги, которые она любила, в том числе и для дальнейшего обучения. Он привил ей принципы и моральные качества. Всю жизнь он помогал ей идти дальше по своей жизни не толкая в, по-своему нужную сторону, а давая шанс определиться в правильности действий самостоятельно, при этом не испробовав все грабли своим лбом, как он когда-то.       Тут уже из глаз девушки полились слезы, она прикусила губу, вспоминая свою жизнь, вспоминая все то, что сделал для нее отец. Стало больно, нестерпимо больно, что он считает себя виноватым в ее бедах, что именно он сейчас лежит перед ней, извиняясь в том, чего не совершал.       - Папочка, - она кинулась на грудь к мужчине, - прошу Вас, не вините себя, я не держу на Вас зла, за всю свою жизнь именно Вы были для меня лучиком счастья…       - Спасибо… - голос отца стал хриплым и прерывистым. – Запомни, делай все, чтобы подарить счастье себе и своим близким, но никогда не причиняй зла остальным, оно всегда возвращается в самый неподходящий момент. Будь счастлива, моя маленькая девочка, двигайся по своему жизненному пути смело, расправив плечи, и никогда не оборачивайся назад. Ты много добьешься в своей жизни, не смей никогда сдаваться, не слушай никого, кто говорит тебе обратное. Бери от своей жизни все, что принадлежит тебе и…       Мужчина закашлялся, после чего умолк.       - Папа? – Джесс поднялась, мужчина уже обмяк. – Папа! Прошу, очнись!       На нее смотрели пустые глаза, полные слез. Она трясла его за плечи, стараясь вернуть. В комнату зашел Гаст, он заключил сестру в крепкие объятья, отрывая от бездыханного тела отца. Девушка захлебывалась в слезах, кусала губы в кровь, стараясь скрыть свои крики боли от потери, пожалуй, самого дорогого и важного человека в своей жизни.       Элизабет так и не явилась в комнату мужа в тот вечер.