Глава 7
16 апреля 2020 г., 00:25
Они дошли до маленькой деревушки. Остановились в одном заброшенном домике. Домов здесь было от силы десять. Жители селения все в работе, поэтому никого не смутило появление столь странной компании, даже наличие в ней ведьмака и безупречной чародейки.
— Наконец то, — чародейка плюхнулась на мягкую золотистую солому, — можно поваляться на мягеньком.
Лютик тоже не стал медлить и завалился на другую соломенную кучку, аккуратно положив лютню. Цири присела рядом. Ведьмак же не разделил с ними такой радости.
— Надо бы еды. Отправлюсь на охоту, зверя какого-нибудь заловить.
— А я пожалуй сочиню пару строф, — бард стал перебирать по струнам лютни.
— Я с тобой, — чародейка вскочила.
— Нет уж. Оставайся с Лютиком и Цири, им может понадобиться твоя помощь.
— Помощь. Какая помощь, ведьмак, не смеши меня. С чем тут помогать? Еще скажи, что Лютику в сочинении помочь надо, — она поспешила к выходу, но рука ведьмака загородила его.
— Я же сказал: оставайся здесь, — она возмущенно посмотрела на него своими широко распахнутыми глазами. Он же посмотрел еще более сердито.
— Почему?
— Потому что я так сказал.
— Но я…
— Агата, тебя привязать или как, уймись! Сказал, что пойду один, — чародейка зло глянула на ведьмака, но больше не пыталась прорваться наружу. Не сказав ни слова она развернулась и надула щеки еще больше.
— Ждите здесь, я скоро вернусь, — сказав, он хлопнул дверью.
Интерьер и в целом весь домик выглядел удручающе. Наполовину разваленные, отсыревшие бревна и доски, которые составляли стены были черны, некоторые покрыты мхом. Соломенная крыша с дыркой, казалось сейчас свалится на голову. Все помещение было мрачновато.
— Дауж, не весело. Но зато хоть какой-то кров. Мягкая солома, а не колющая трава. Что-то радует, — Лютик сосредоточено писал, иногда перебирая на лютне, не обращая внимания на чародейку.
— Мы здесь надолго? — вымолвила Цири.
— Как получится, малышка. Медлить нам нет смысла, так что думаю много мы здесь не пробудем. Ты ведь княжна. Замки, пышные наряды, всякие церемонии, ничего не заботит, радуешься жизни. Тебе будет не легко привыкнуть к вот такой жизни. — чародейка многозначительно обвела комнату взглядом. — Наверняка тебе по душе королевская жизнь, по которой ты скучаешь.
— Не знаю. Я просто привыкла к ней. Для меня нет в ней ничего особенного. А ты бы хотела жить в замке?
— Жить… Пожить можно, но не прислуживать королям, как многие чародеи.
— Почему?
— Я не питаю большой любви к людям, а к королям тем более.
— Но почему?
— Да потому что все это похоже на то как один баран управляет стадом таких же баранов. Это раздражает. Да и многие недолюбливают королей. Происходят восстания, войны и прочая ересь.
— Значит лучше бы не было королей?
Чародейка задумалась.
— Не то чтобы, просто если король хорош и умен он смог бы справиться с такими проблемами. Да и ополчений на такого короля было бы меньше, а то и вовсе не было. Но все знают, что короли глупые и скупые на нашем веку. Поэтому всем трудно живется.
— Значит Эмгыр вар Эмрейс глуп?
— Кто?
— Это император Нильфгаарда.
— А, точно. Нет он жесток. А жестокость порой хуже глупости.
— Значит все короли жестокие, глупые и жадные? А королевы? Моя бабушка не была такой.
— Я плохо знала твою бабушку, но слышала, что больно уж воинственна она была. Львица из Цинтры. Может правила она не плохо и лучше других, но совладать с Нильфгаардом ей не удалось.
— Моя бабушка защищала Цинтру, и была хорошей королевой! — враждебно проговорила девчонка.
— Да хорошо, хорошо. Я не спорю. Не волнуйся, просто обобщила вот и все. Не все возможно такие правители. И вообще для меня власть — это дебри. Так что в чем-то могу ошибаться. Моя жизнь как-то мало касается бразды правления, так что я этим довольна.
По улице раздались крики:"Нильфгаард! Они здееесь!». Крики становились все тише, некоторые прерывались, видимо в ход уже пустили оружие. Агата встрепенулась. «Ищите ее! Ищите!». Лютик испуганно оглянулся по сторонам, затем покосился на чародейку. Цири съёжилась, спрятав голову за ноги.
— Попробуйте найти другой выход. Доски все рассохлись, может удастся.
— А ты? — Лютик в мандраже взглянул на чародейку.
— Я попробую их задержать, а вы не медлите.
Выйдя, чародейке предстала страшная картина. Люди в черных доспехах не щадили никого. Было уже много окровавленных трупов. Некоторые части тела валялись отдельно. Чью-то голову успели насадить на пику. Увлеченные кровавой резней нильфгаардцы продолжали извращаться над крестьянами как могли. Агата впала в ступор. «Монстры были бы на много лучше чем эти» — подумала чародейка.
— Эй, ты кто? На крестьянку не похожа, — нильф посмотрел на нее вытирая свой меч от крови. К нему подошли еще нильфгаардцы.
— Да. Ты прав, не похожа, — она ударила его со всей силы своей магией. Нильф отлетел. Еще несколько бросились к девушке. Она выхватила свой меч и пустила в ход. Один повалился на землю с окровавленным горлом, другой с распоротым животом и кишками наружу. Еще одного удалось ударить мечом, но тут у нее в глазах потемнело и она сама повалилась на землю, словно обухом огрели.
Нильфы зашли в домик и увидели Лютика, который отчаянно старался выбраться наружу. Его схватили и долго не раздумывая дали по зубам, от чего бард свалился.
— Девчонка! — один из нильфгаардцев увидел, убегающую в лес Цири. Они ринулись за ней. Цири бежала изо всех сил, но ее все же схватили.
***
Когда ведьмак вернулся, он не застал никого в живых. Он догадался что здесь произошло и благодаря кому. В гневе он направился к дому в котором они остановились, но там никого не было, кроме несчастного поэта, с кровью у рта. — Лютик, где они? Где? — разъяренно крикнул ведьмак. — Нильфгаард, это они. Я не знаю где Агата, но надеюсь, что Цири смогла удрать куда подальше, — он указал на дыру между досками. Ведьмак в смятении, снова взглянул на Лютика.
