***
Веранда была простой и просторной. Её красил вид вокруг. Караджа не могла надышаться этим чистым воздухом — он будто пронизывал её лёгкие, даря энергию и позитивные мысли. Было немного прохладно. Отсюда виднелось множество верхушек деревьев, что намекало, что лес рядом. Дом стоял на возвышенности. С веранды виднелись несколько домов — такие же, как этот: первый этаж из крупного камня, а верхний облицован деревом. Красные, синие, зелёные крыши. В каждом доме дымилась труба, возвещая, что тут кипит жизнь. Было всего семь часов утра, а народ уже был в деле. Альп с Азером присоединились к завтраку. — Ты явно не проснулся, — шутя толкнула в бок мужа Караджа. Он периодически протирал глаза, пытаясь быть бодрее, волосы взъерошены. Караджа с любовью смотрела на своего льва. Если бы не присутствующие, запустила бы свои пальцы в эту лохматую гриву, осыпая поцелуями его заспанные глаза. Заметив, что за ним наблюдают, Азер ответил улыбкой: — Вижу, тебе не терпелось увидеть всё, но я и забыл: тут жизнь начинается раньше, чем в Стамбуле или Адане, — обратился он к Карадже. — Тут у каждого своё хозяйство: овцы, козы, коровы, кто-то в земледелии, кто-то на чайных плантациях. День тут быстро проходит, рано темнеет, поэтому тут мало кто спит допоздна, — пояснил Альп. Закончив с завтраком, Азер поднялся из-за стола. — Спасибо твоим рукам, сестра, как всегда всё очень вкусно. Нам, наверное, надо уже выезжать. — Машину я тебе оставил. Я буду на машине деверя, — передал ключи от машины Альп. — Мы присоединимся позже, — прощаясь, добавила милая хозяйка дома. Отъехав от дома, Караджа начала задавать вопрос за вопросом.***
— Куда мы сейчас? — Увидишь. — Скажи же, я и так не могла дождаться утра. — Значит, ещё чуть-чуть потерпишь, — издевался Азер. Ему нравилась её нетерпеливость, он был доволен, что ей так же по духу эти места. — Видел я, как ты ерзала там и ждала, когда же мы уже выйдем. Даже поесть толком не смогла. — Как же? Да ты столько ел, мне даже стыдно стало перед хозяевами дома, — решила продолжить его игру Караджа. Азер взял её руку. — Всё потому, что одной еды мне мало, — целуя её пальцы, хищно прищурил свои львиные глаза. На долю секунды Караджа замерла. Опомнившись, опять спросила уже севшим голосом: — Не скажешь, куда мы? — К небу, — загадочно улыбаясь, ответил он. Ехали они вверх по ухабистой дороге, пока не выехали на плато, открывая сказочный вид. Караджа молча наблюдала, не могла произнести ни слова — увиденное захватывало дух. Вокруг горы, верхушки которых были покрыты пушистыми белыми облаками. Будто протянешь руку — и облако мягко заволочет в свои объятия. Внизу, в ущелье, между двух гор раскинулась деревушка, которая уютно разместилась вокруг зеркального озера, в которое впадал горный ручей. Столько зелени она никогда не видела. Ей казалось, это и есть рай. После того как они осмотрелись вокруг, Азер показал ей качели, что были выстроены у обрыва. Они наблюдали, как несколько туристов опробовали эти качели. Карадже тоже хотелось взлететь и спрятаться там, в облаках. Взяв Азера за руку, потянула его в сторону качелей. А он будто не хотел — еле плёлся за ней. — Да что с тобой? Разве не для этого ты привёз меня сюда? — В моих мыслях это было менее страшно, — признался Азер, чем вызвал у неё смех. Еле успокоившись, она проговорила: — Я поверить не могу. Азер Куртулуш, гроза Аданы и Стамбула, боится высоты? Ты не катался на этих качелях? — Нет. Я не боюсь, просто не хочу так глупо умирать. От пуль не умер и тут — разрыв сердца на качелях. После этого даже Йылмаза не примут в наших кругах, — упирался он. Заливаясь смехом, Караджа сама побежала к качелям. Азер смотрел на неё с ужасом и умолял не садиться, на что она смеялась ещё больше. Она раскачивалась и улетала далеко, а он стоял и не дышал. Наблюдая, как ей весело, страх постепенно отпустил его, и взгляд переменился. Она была похожа на лесную нимфу. Смех — как тот ручеёк в горах. Волосы развивались по ветру. Расставляя руки, она отдавалась порыву ветра, что уносил её в небо и возвращал на землю. Когда Караджа вернулась на землю, Азер ждал её с шарфом, который успел достать из машины. — Тут прохладно, ты замёрзнешь, — заворачивая её словно ребёнка, предупреждал он. Они прошли к местной кафешке, взяли чай, местные сладости, мёд. Сели за столик на одну скамейку. Азер обнял свою чёрную розу, вдыхая запах её волос, который напоминал ему об этих местах. Наслаждаясь видом и этим днём, думал: вот бы так всегда — и никаких убийств, потерь и похищений. Тут они простые люди. Он просто Азер, а она — его Караджа.