Sunshine

это было ослепительно, тягуче и сладко. Ей приходилось видеть его каждый день. На улице, на переменах, на занятиях. Везде. Вики не придавала этому значения, но только до тех пор, пока не поняла, каким назойливым был его силуэт в ее мыслях и снах. Люцифер был… другим. Вики была уверена, что дело не в притворстве. Он родился тщеславным, заносчивым и гордым. Это была не его маска, внутри девушка вряд ли сможет отыскать что-то хорошее. Ничего хорошего в нем нет. Ей доводилось общаться с другими демонами. Она знала Мими, но та скорее просто смиренно играла свою роль, чем вживалась в нее. Люцифер сросся со своим предназначением. Иногда Вики казалось, что даже если он обратит на нее внимание, то она никогда не сможет узнать его по-настоящему. Наверное, потому что настоящего Люцифера не существует. Он весь состоит из того, что о нем говорят. И это вполне его устраивает. он пах пеплом, кровью и металлом. Его ладони никогда не были мягкими и нежными. Кожа была шершавой, грубоватой и под его пальцами, когда он касался ее, Вики чувствовала покалывание. Это было похоже на насилие. Мазохизм чистой воды. Им нельзя было быть вместе, но это не мешало ему предъявлять на нее свои права при каждом удобном случае. Как будто он готов был рискнуть всем. Как будто не знал, что ее судьба предрешена, что ее будущее заключено в матери. Они ругались всегда яростно и безумно. Причем Вики чаще всего просто молчала, пытаясь оправдаться, пытаясь схватить его за руку, чтобы прижать к себе, обнять и дать понять, что настало самое время успокоиться. Но Люцифер никогда не успокаивался. Все сводилось к одному. Он сжимал ее подбородок пальцами, внимательно всматриваясь в глаза, повторяя, как заклинание: «Ты моя, моя, моя. Запомни это. Запомни это. Вбей в свою голову». Вики казалось, что в те моменты, когда он говорит это, она счастливее всех на небе, на земле, в Аду. Она захлебывалась от восторга, когда слышала это. И в очередной раз, когда она видела Ости, поглаживающую плечо Люцифера, Вики отчаянно жаждала (откуда в ней это тьма?) подойти к ней, чтобы гневно выплюнуть в лицо: «Я принадлежу ему. Я, а не ты. Понятно?». Но она просто выдыхала и брала себя в руки. Она не могла разрушить свое будущее. Люцифер вел себя непредсказуемо, самоуверенно, спесиво. И однажды он позволил себе коснуться ее энергии. Прямо на уроке. Вики не знала, как ей удалось сдержать себя от того, чтобы не выскочить из класса. Это прикосновение было таким осторожным и мягким, и Вики совсем не ожидала такого отношения от него. Она медленно повернулась, вглядываясь в его лицо. Он был сосредоточен. Вики не придумала ничего лучше, кроме как улыбнуться ему. И расслабиться. Позволяя ему, завладеть ею духовно. Это было интимнее, чем секс. И Вики знала, что даже, если они останутся наедине, это изменится. И этого она боялась. Поэтому, когда они сталкиваются в коридоре, то она почти не контролирует себя. И этот поцелуй решает все. Решает ее судьбу. Отныне и, кажется, навсегда. У Вики нет сил противиться. Да и стоит ли? Они почти не разговаривали. Вики молча приходила туда, куда он приказывал и покорно ждала, зная, что если их увидят, то никто ее не спасет. Огромных усилий ей стоило скрывать ото всех свои глаза, свои помыслы. Засосы на шее, синяки на руках. Она собирала по крупицам свое обладание, только чтобы выглядеть в глазах остальных собранной, непредвзятой и уверенной. Чтобы быть настоящей праведницей. Ей это было нужно. Это было нужно учителям и ее друзьям. Но все, что было у нее в свободное от его присутствия время, это его взгляд. Пристальный, манящий, такой гипнотизирующий. Взгляд, под которым она чувствовала себя голой. голос у Люцифера был властный, хриплый и настойчивый. Он шептал ей на ухо пошлости каждый раз, когда брал ее. На столе, на полу, у стены, но на кровати – никогда. Почти яростно вбивался в ее тело, сжимая руки и бедра до синяков и подтеков. Синева расцветала и на шее тоже. Вики не знала, зачем она каждый раз приходит к нему. Наверное, потому что была уверена – стоит ей проигнорировать его приказ один раз, лишится навсегда. Этих глаз, этих губ, этих рук, этого голоса, широких мускулистых плеч, крепких объятий. Люцифер говорил, но всегда не с ней. Рядом с Вики он был чересчур немногословен. Все, что она слышала от него - жаркий хриплый шепот, который заставлял сердце быстрее гнать кровь по венам. Который заставлял ее подчиняться ему. Полностью. Он называл ее по имени, говорил, какая она красивая, какая она сладкая, какая она... Вики была готова задохнуться от этих слов. И она раскрывалась перед ним, не в силах сохранить даже крупицы самообладания. В моменты их близости ей было плевать, застукают ли их или нет. Все, чего она хотела, чтобы Люцифер никогда ее не покидал. Но каждый раз послушно одевалась, пряча счастливую улыбку. Если бы ее видела мать, отказалась бы от нее в тот же момент. Связалась с сыном Сатаны. Подумать только. Сумасшедшая. поцелуи Люцифера были жаркими, опьяняющими, доводящими до беспамятства. Он захватывал ее разум. Она была готова поклоняться ему, как божеству. И эти мысли пугали ее. Мучали. Доводили до исступления. Мими видела, какой она возвращалась после их встреч. Растрепанной, раскрасневшейся, с до крови зацелованными губами, с подтеками на шее, неумело скрытыми шарфом. Но она ничего не спрашивала, лишь смотрела с сочувствием. Будто она понимала, что стоит за этим взвинченным состоянием подруги. Вики помнила, когда они стояли в кабинете, получая очередное задание, Люцифер незаметно оказался рядом. Он коснулся ее плеча своим, заставляя вздрогнуть, а затем она почувствовала, как их пальцы переплетаются. На глазах у всех. Под взглядом строгого ангела Фенцио. Она сжала его ладонь, замечая, как Люцифер криво ухмыляется, в ответ гладит большим пальцем ее руку. В самый последний вечер, когда она увидела свое отражение в зеркальных стенах главного зала, осознала, что всему пришел конец. Ангелы приняли ее на свою сторону, а это значило, что Люцифер был Недоступным, запретным, недосягаемым. Люцифера больше не было в ее жизни. Она видела его в зале, когда все танцевали вокруг. Вики тоже танцевала, Энди улыбался ей, сверкая белыми крыльями. Он протянул ей руку, и Вики приняла их, сливаясь с ним объятии. Чувствуя теперь другое. Не то, что она хотела чувствовать. Все было иначе теперь. Все отныне станет не так, как раньше. Они вряд ли вообще теперь смогут увидеться. В груди защемило от внезапного осознания, что ей больше никогда не почувствовать Люцифера рядом. И Вики показалось, что в этот момент она готова плюнуть на запрет, найти его в толпе выпускников и больше никогда не отпускать. Все происходящее вокруг показалось ей чем-то неестественным. Но то, что она чувствовала в этот момент... Это меняло ее сознание полностью. Вики увидела его в дверях. Люцифер смотрел на нее в упор, и, она была готова поклясться, что впервые видела его таким. Растерянным, раскаявшимся, потерянным. Со странным для него чувством тоски Люцифер смотрел на нее. И этот взгляд значил для Вики гораздо больше, чем все, что было до, чем все, что она имела сейчас. Она с легкостью променяла бы свои крылья только лишь для того, чтобы стереть из его глаз эти чувства. Чтобы увидеть его прежним. Музыка почти оглушала, Энди пытался привлечь ее внимание, но все, на что смотрела Вики были его глаза. Его напряженная фигура. Она видела его, она чувствовала его, она была в нем, просто сама об этом не подозревала. Вики Уокер не знала, что давно течет по его венам, заставляя сердце разрываться каждый день от неизбежности выбора. От того, что их пути больше никогда не пересекутся. Она вспомнила их последнюю встречу перед выпускным. В самом конце она прижала ладонь к его щеке, поглаживая скулу, и Люцифер впервые расслаблено выдохнул, прикрывая глаза. Позволяя ей касаться. И она прижалась к его губам впервые в осторожно-нежном поцелуе. Просто касаясь своими губами его. Наслаждаясь тем, как сильные руки сжимают ее талию так, будто она могла рассыпаться в любой момент. – Ты же не забудешь меня, так? – самонадеянно спросила Вики, избегая взгляда Люцифера. Он усмехнулся, все-таки заставляя ее посмотреть себе в глаза. – Вики Уокер, ты же знаешь, что такие, как мы, ничего не забывают. Она улыбнулась ему в губы, прижимаясь к колючей щеке своей, думая о том, что бессовестно крадет эти секунды рядом с ним. Секунды, которые вот-вот закончатся. А теперь она смотрела ему в глаза, между ними была толпа и самый глупый на свете запрет. Теперь эти секунды закончились. Вики знала, что ей нельзя было так думать, но она любила Люцифера. и эта любовь была доводящей до грани, до черты, до второй смерти. И она собирает в себе последние капли самообладания, чтобы улыбнуться ему. По-настоящему счастливо улыбнуться, давая понять, что больше ничего не повторится. Это больше не повторится. Люцифер смотрит пристально, а потом, слегка склонив голову, улыбается в ответ. Уходит, скрываясь в черно-белой толпе. Букет Вики падает из рук на кафель. Она думает, что просто обязана пойти следом, и ноги несут ее вон из душного зала. Она так хотела успеть. Сердце предательски грохотало за грудной клеткой, заглушая мысли. Она так близко к выходу, она уже… Улица встретила ее прохладой. Шум зала и смех остался позади. Улица встретила ее пустотой. Воздух пах пеплом, кровью и металлом.