Дорога к Оракулу

      С того момента, как они переступили порог, Киссас не переставала ворчать. Само по себе здание, конечно, было не высшего класса, но Теодор находил гостиницу довольно хорошей. Внутри было чисто, уютно, сухо, не было тараканов или ещё каких неприятностей, и ключ от комнаты девушка-кролик выдала им быстро, записав в свою толстую книгу имена всех троих. Причём Персефона даже бровью не повела, услышав герцогскую фамилию. И, кажется, не стала повышать для них цену за комнату по этому поводу.       Но Кисс почему-то пробрало от одного вида гостиницы. Может, в сестрёнке заговорила аристократическая кровь («Мотылёк» явно предназначался скорее для рядовых путников, которым нужно было попасть на ту сторону реки Блуа, паром через которую как раз удачно находился недалеко от гостиницы), а может, она просто проголодалась. В любом случае, Теодор вежливо поинтересовался у мисс ДиКарло, нет ли в этом прекрасном месте кровавых фруктов — при этом мужчина понизил голос, и, судя по тому, что Персефона тоже стала говорить тише, кролик прекрасно его поняла.       — Я могу попросить повара, он приготовит Вам порцию салата с этой штукой, — невозмутимо улыбнулась она. Тео даже позабавило то, как запросто девушка говорила с вампиром о заменителе крови. — Я уверена, что у нас оставалось в заморозке немножко.       — Буду премного благодарен. Нам нужно три порции, на самом деле, понимаете? Но также мы бы не отказались от хорошего супа или чего-нибудь в этом роде, без изысков.       Персефона кивнула.       — Пока отнесите вещи в Ваш номер, сэр, я приду, когда ужин будет готов. Вы можете поесть там, а можете прийти и сесть за стол в общем зале, это бесплатно.       — С удовольствием, милая леди, — старший Франс всё же почувствовал желание оставить девушке немного медяшек «на чай», но подавил его. Природного обаяния у этой девочки было не отнять, но у Франсов каждая монета была на счету. К тому же он и так уже едва не попался на своей жалости в тот раз, когда пытался дать серебряный Ноа. — Мы пойдём. Илли, возьми чемодан сам, будь так добр!       — Я могу понести чемодан за него! — запротестовала Кисс, пытаясь перехватить у брата ручку. Илли, до этого изучавший картинки с пасторальными сельскими пейзажами на стенах, вдруг обратил внимание на девушку за стойкой, всё ещё мило улыбавшуюся, и замер. И улыбнулся так, как не улыбался ни разу до этого.       — Я отнесу, — он крепче сжал ручку чемодана, который ещё около кареты вручил ему Теодор, и зашагал вперёд брата по лестнице на второй этаж. Кисс удивлённо подняла брови, а Тео, пожав плечами, пошёл следом за Илиданом. Видимо, обаяние этой Персефоны повлияло даже на их отстранённого братца.       Комнатка тоже была чистой и уютной, хоть и небольшой. Одна кровать стояла ближе к окну, вторая — через тумбочку от неё. Кисс сразу села у окошка и брезгливо огляделась.       — Безвкусица! — буркнула она, глядя на висевший на стене акварельный пейзаж на бумаге в простой рамке. Тео нашёл картинку с заснеженными горами и хвойным лесом внизу довольно милой, но промолчал.       — Твой чемодан здесь, — старший Франс разместил их багаж около комода. — Если хочешь переодеться…       — Нет, — Кисс скрестила руки на груди и стала смотреть в окно. — Когда мы двинемся дальше?       — Завтра утром, — Тео кивком указал Илидану на кровать, но брат не отреагировал. Младший смотрел на дверь комнаты и выглядел необычно даже для него задумчивым. — Я вас подниму часов в восемь или десять. Учтите.       — Ладно, ладно, — Киссас оглядела одеяло и подушку, лежавшую поверх, и с почти нескрываемым раздражением легла на спину. — Угх. А скоро ужин?       — Не ворчи, — Тео снял уличную куртку и устроил на комоде. — Персефона сказала, что позовёт нас. Я хочу выйти пройтись, надоело сидеть весь день. Ты пойдёшь? — Кисс отвернулась к окошку. Тео вздохнул и перевёл взгляд на брата. — А ты, Илли?       — Гулять, — Илли улыбнулся какой-то блуждающей улыбкой. Теодор подал было ему руку, но брат вдруг сделал несколько шагов к комоду, сам снял лёгкий жилет и встал около выхода из комнаты, ожидая старшего Франса.       Тео быстрее вышел, надеясь, что сестра не заметила такого оживления в поведении Илидана.       — Ужин ещё готовится, сэр, — окликнула их Персефона, когда братья спустились на первый этаж.       — О, не беспокойтесь, мы с братом просто хотели прогуляться, — Тео улыбнулся, стараясь вложить в улыбку максимум обаяния. Илидан застыл за его спиной, во все глаза глядя на девушку-кролика. — Куда у вас нельзя заходить, в случае чего? Страшно не хотим беспокоить местных хозяев.       — Почти повсюду можно, — Персефона улыбнулась в ответ. — Конечно, не стоит выходить на соседние поля, часть из них находится в собственности независимых фермеров, наших соседей. Ещё не рекомендую заходить в сараи на нашей территории, конечно… В конюшню можно, ваших лошадок уже туда отвели!       — Благодарю, милая леди, — Теодор взял брата за руку. — Илли?       Младший Франс не сдвинулся с места. Персефона улыбалась и ему, но улыбка её стала немного тревожной.       — Добрый вечер, — негромко произнёс Илидан, вдруг сделал несколько шагов к девушке и дотронулся до меха на её кроличьем ушке. Персефона дёрнулась к шкафчику с ключами, и улыбка её мигом сменилась напряжённым выражением лица. — Пушисто…       — Ох, простите его, — Теодор дёрнул брата за руку, пытаясь сделать так, чтобы Илли снова очутился за его спиной. — Он… У нас… Простите, он очень замкнутый, у него не всё… В порядке. Он не желает Вам зла, правда.       — Я-я верю, — кролик кивнула, и лицо её снова стало дружелюбным, но на нём осталась лёгкая тревога. — Просто… Мистер Илидан, верно? — Илли кивнул, всё ещё глядя на Персефону с восхищением. — Просто Вы должны знать, что трогать уши других созданий без спроса очень невежливо, хорошо? Особенно у кроликов. Вообще у анивиро. Наши ушки очень чувствительны, мистер Илидан.       — Оу… — лицо Илидана стало задумчивым, и он медленно кивнул. — Простите, мисс.       — Н-ничего, — Персефона схватила собственное ушко, прижатое к голове, за кончик. — Кхм. Ничего, сэр. Удачной вам прогулки!       Теодор повёл брата в обход здания. Снаружи оно тоже выглядело уютным и ухоженным, и краска на фасаде ещё не успела выцвести. Тео невольно улыбнулся. На подобные дома, явно любимые своими владельцами, ему всегда было приятно смотреть. Они напоминали ему времена, когда Франсы ещё были самой настоящей семьёй. На задний двор выходили окна некоторых номеров и неприметное крылечко чёрного хода.       Позади таверны и правда располагались несколько построек и конюшня. Недалеко зеленел большой яблоневый сад.       — А я уж думал, что на этой стороне Блуа все яблоки привозят из Ан-Итток, — произнёс Теодор, легонько подталкивая Илли локтем. Брат лениво оглядывал улицу, словно уход от мисс ДиКарло заставлял понемногу остывать разгоревшийся было в младшем Франсе интерес к окружающему его миру. — Хм… Илли, хочешь пойти в конюшню, проведать наших лошадей?       Младший Франс кивнул. Теодор взял его под руку и повёл к длинному деревянному зданию, широкие двери которого были открыты. Владельцы «Мотылька» явно рассчитывали на все сезоны содержания — конюшня была закрытой, но с широкими окнами, ставни которых были пока открыты. Впрочем, даже при взгляде на неё Тео чувствовал в груди что-то уютное, словно и от такой невзрачной постройки веяло любовью тех, кто жил в этих местах поколениями.       Тео и Илидан зашли внутрь и остановились. Мужчина сразу прищурился, чтобы глаза привыкли к тени, и вдруг увидел в дальнем углу конюшни, у последнего стойла, девушку в простой светло-серой рубашке, рабочих штанах и высоких сапогах без каблуков. Она стояла, облокотившись о дверцу стойла, и, видимо, беседовала с находившейся там лошадью.       — Какая прелесть, — Тео окинул свой дорожный костюм быстрым оценивающим взглядом и поправил воротник рубашки. — Илли, вот Лакки, иди, погладь его…       Илидан пожал плечами и направился к коню. Теодор пригладил волосы и медленно, словно прогуливаясь по конюшне, дошагал до стойла, около которого стояла девушка.       — Я ещё и на десять винтиков там взяла, — услышал он. Девушка говорила ласковым тоном, но её звонкому мелодичному голосу совсем не подходила такая маленькая громкость. Тео скорее мог бы представить её почему-то говорящей с кафедры в каком-нибудь столичном университете. — Думаю, если смогу сделать усиленный ремешок, из кожи дракона… Ну, ясное дело, той, которую сбрасывают эти… Те, что на змей больше похожи. Страшное дело, Руна, если бы они не отдавали сброшенную шкуру на производство, куда бы они её девали? Драконью кожу, к Эфе, не уничтожишь толком…       Лошадь, которая, видимо, и была той самой Руной, склонила к протянутой ладони девушки голову, делая вид, что всё понимает. Незнакомка улыбнулась, и старший Франс решил наконец обратить на себя внимание.       — А Вы много знаете о драконах, верно, милая леди? — улыбнулся он. Девушка резко повернулась и нахмурилась, и улыбка исчезла с её лица.       — Выйдите из конюшни, посторонним здесь нечего шляться, — произнесла она уже совсем другим, железным тоном. Тео невольно удивился — очень уж редко при нём девушки так сразу начинали сердиться.       — Ох, ну что Вы, миледи. А любезная мисс ДиКарло сказала, что мы с братом можем зайти и проведать наших лошадей, — мужчина сделал шаг в сторону, чтобы указать на Илли, бездумно водившего ладонью по морде Лакки. Последнему, впрочем, кажется, всё нравилось.       — Перси, чтоб её, — девушка едва не скрипнула зубами и отвернулась обратно к Руне. — Ладно. Но тогда и топайте к своей лошади. Лошадям. Своим.       — А, я не хотел прерывать ваш очаровательный тет-а-тет, миледи, — Теодор сложил руки за спиной на аристократический манер и выпрямился. — Просто увидел, что такая очаровательная девушка…       — Можете Вы уже просто отвалить по своим делам? — огрызнулась незнакомка. Тео, обычно из-за своей обходительности получавший как минимум вежливость в ответ, несколько опешил, но тут же одёрнул себя и сделал шаг назад.       — Понимаю, миледи, Вы заняты со своей любимицей, — Тео вежливо кивнул. — Хорошего вечера.       Он развернулся и отошёл к брату. Тео сказал себе даже не коситься в сторону незнакомки, хоть ему и хотелось разглядеть её получше. Просто потому, что Франс чувствовал, как сильно напряглась девушка, стоило ему приблизиться и заговорить с ней.       Когда солнце наполовину скрылось за горизонтом, Персефона выглянула из задней двери и крикнула, увидев мужчин-Франсов, гуляющих около ограды:       — Мистер Франс, мистер Франс! Ужин готов!       — Спасибо, миледи! — Теодор махнул рукой и повёл брата в дом. — Не могли бы Вы вытянуть мою сестру из номера, пока мы придём?       — Конечно, сэр! — девушка-кролик улыбнулась и побежала на второй этаж, к комнате Франсов.       Кисс всё это время провела с книгой в руках. Она и сама не могла толком сказать, чем ей так сильно здесь не нравилось. Их комната, хоть и простая, дышала уютом, и вообще Киссас чувствовала, что хозяева гостиницы любят своё дело, но это почему-то только заставляло герцогиню злиться сильнее.       Когда стемнело, Кисс зажгла маленький магический шарик света и подвесила над головой. Рядом с кроватью висела какая-то стеклянная штука с рычажком, но девушке очень уж не хотелось её трогать.       — Мисс Франс? — в дверь постучали. Судя по голосу — Персефона. Кисс поджала губы и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы отвечать без раздражения.       — Да?       — Ужин готов, мисс! Ваш брат сказал, что вы будете ужинать в общей столовой, так что Вы можете пойти в…       — Да, да, хорошо, иду… Но у меня нет ключа от комнаты.       — О, не переживайте… Можно, я войду? — Киссас неопределённо фыркнула, и ани-кролик, видимо, приняв это за согласие, заглянула в комнату. На лице Персефоны была самая широкая и тёплая улыбка, которую герцогиня только видела у кого-либо не из своей семьи. — У меня есть ключи от всех дверей! Я запру дверь, мисс.       — Хорошо, хорошо, мисс ДиКарло, я иду, — Кисс отложила книгу, нашла дорожные туфли и медленно, нехотя побрела в коридор.       Может, она просто отстала от моды в интерьерах. В конце концов, как не чувствовать себя неуютно, когда полвека только и делаешь, что сидишь дома, где почти ничего не меняется. В такой ситуации сложно было остаться искушённой в вопросах последних новинок в мире. Кисс с неприязнью посмотрела на простые отполированные перила и такой же простой плинтус у ближайшей стены. В её время было модно как-либо украшать свой дом, что ли…       «Хотя мы и не в герцогском особняке», — тут же напомнила себе женщина и скрестила руки на груди. Персефона заперла дверь комнаты и скользнула вперёд герцогини.       — За мной, мисс, — она перепрыгнула через последние три ступеньки и едва не врезалась в мужчину в тёмно-серой рубашке, нёсшего стопку свежих простыней на второй этаж. — Ой… Извини, пап.       — Всё в порядке, всё в порядке, — мужчина улыбнулся и взглянул на Кисс. Герцогиня невольно отметила, насколько мисс ДиКарло похожа на этого незнакомца. — О, а Вы у нас остановились, да же? Идите, идите, пожалуйста.       — С-спасибо, сэр, — чуть-чуть сбитая с толку спокойным тоном мужчины, младшая Франс едва кивнула и поспешила за Персефоной. Когда они преодолели половину коридора, у Кисс всё-таки вырвался глупый вопрос, — Э-это Ваш отец?       — Да, мисс! — Персефона улыбнулась снова, да так, что Кисс показалось, что её ослепляет солнце. — Стэн ДиКарло, владелец «Мотылька»! Но мы все любим нашу маленькую гостиницу, конечно!       — С-спасибо, я поняла, — Кисс прикрыла глаза и немного опустила голову. Даже щербинка между передними зубами не мешала улыбке Персефоны быть очаровательной. Сердце младшей Франс немного оттаяло.