Семь шагов над пропастью

      Открыв после довольно долгого сна глаза, мальчик едва не ослеп от яркого света. Как только он хоть как-то привык к свету, то, щурясь и прикрывая их ладошкой, начал разглядывать место своего пребывания. Он находился в какой-то комнате, от коридора ее отделяло толстое, непробиваемое стекло. Вообще, после вчерашнего ужина он не помнил совершенно ничего и это немного пугало. Яркие лампы освещали все полностью, их холодный, безжизненный свет придавал этому загадочному месту нотку отрешённости. Голова была совершенно пустая — не было ни боли, ни головокружения — только горечь подступала к горлу из-за пустого желудка.       Свесив ноги с кровати, он начал осматриваться по сторонам. Постепенно его охватывала волна паники как минимум из-за отсутствия части воспоминаний и незнакомой обстановки.       — Хэй, тут есть кто-нибудь? — дрожащим голосом спросил он, понимая, что если он так и останется совершенно один — расплачется.       — Не кричи так, тут это не поощряется, — прозвучало в ответ, — так ты тоже попался на эту уловку, — с досадой сказал кто-то.       Перестав наконец судорожно оглядывать все вокруг, мальчик заметил еще одного человека за таким же большим стеклом напротив.       — Уловку?       — Уловку, — На говорившего бросили усталый взгляд. — Отсюда уже не выбраться, чёртовы обманщики, — от злости он ударил в стекло. разбить его, как и ожидалось, не удалось. Он был здесь немногим дольше мальчишки и уже не раз пытался разбить преграду, но все было тщетно, а ничего тяжелее собственного тела найти было невозможно.       — Вот как… — Мальчик в камере напротив лишь грустно покачал головой и сел на кровати, поджав ноги и накрывшись одеялом, будто оно могло спасти и защитить его. Было страшно.

***

      Ацуши был одинок с самого детства. В приюте его сторонились ребята, воспитатели же как-то странно смотрели и постоянно шептались, а директор, казалось, и вовсе ненавидел. И все из-за его особенности — Накаджима мог видеть призраков. За всю свою жизнь в приюте он видел всего парочку душ: мальчика, который обитал в ванной, и мужчину, который бродил около дерева на заднем дворе. Чаще всего, конечно, он общался с мальчиком в ванной, который даже имени не помнил своего. Но это совсем не помешало милому и дружелюбному Ацуши придумать другое и играть с ним. Да и сам призрак был несказанно рад тому, что хоть кто-то может его видеть, ведь сидеть в полном одиночестве уже который год было как минимум скучно и грустно. Однако по причине того, что многие ребята приюта видели Накаджиму, разговаривающего непонятно с кем или чем, особо общаться с ним никто не стремился. Часто он слышал обидное «Чудик!» в свой адрес, когда какие-нибудь ребята проходили мимо, специально больно задевая плечом или вовсе толкая на пол локтем. Ацуши было обидно и больно, но он не злился. Он продолжал пытаться подружиться с кем-нибудь, но каждый раз все заканчивалось провалом. Вещи из его тумбочки часто оказывались в мусорном ведре, тетради — исписанными или порванными, подушка с кровати исчезала и находилась только к утру где-нибудь в женском туалете или на чердаке в пыли.       К окончанию средней школы Накаджима окончательно забросил попытки подружиться и сконцентрировался на учебе. Если он сможет поступить в университет, то это станет его спасением. Он навсегда сможет забыть о годах, проведенных в приюте, а еще он никогда не повторит своей ошибки — не позволит никому узнать, что он видит призраков. Последний год в старшей школе и приюте был самым волнительным. Впереди были вступительные. Впереди была новая жизнь, полная возможностей и надежд. В начале весны он покинул приют и поселился в квартирке на окраине города, которую щедро выделило для него государство. Нужно ведь поддерживать молодые таланты и стремления, потому и квартира была самой лучшей из худших — в полуразвалившимся доме, в достаточно неблагополучном районе, еще и без горячей воды. Однако Ацуши оптимизма не терял. Наспех привел свою единственную комнату в более-менее приличный вид, на пустующее окно прицепил кусок ткани, чтобы хоть как-то скрыть убогую остановку квартиры от глаз прохожих, коробки перетащил в дальний угол, не собираясь пока тратить время на их распаковку — он планировал сдать квартиру, как только поступит и заселится в общежитие. До вступительных экзаменов оставалось всего ничего — через пару дней начнется первый. Потому все силы сейчас стоило направить на подготовку. «Хотя б магазин рядом…» — радуется Накаджима, забегая в подъезд с несколькими баночками энергетиков.       Усилия и старания его оказались не напрасными — по результатам вступительных он был в списках на достаточно высоком месте, а значит, его, скорее всего, примут. В предоставлении же места в общежитии ему отказали, так как, по сути, он имел квартиру, пусть и не в лучшем состоянии. Потому по прошествии вступительных Ацуши начал поиски подработки и достаточно скоро ее нашел. Конечно, хотелось что-то посолиднее мытья полов в кафе в вечернюю смену, однако это единственное, что хоть как-то подходило ему сейчас, так как днем он бегал курьером, доставляя еду из всевозможных заведений. Такая большая загруженность дня очень быстро выматывала парня, однако в скором времени все начало окупаться — первые выплаты порадовали достаточно приличным суммами для студента. «Еще месяцок, и можно будет искать квартиру для того, чтобы снимать» — радостно заметил Накаджима, без сил валяясь на полу и обмахиваясь старой тетрадкой.       Документ со списком зачисленных студентов и начало учебного года свалились на него как-то внезапно. В постоянной подработке и беготне Ацуши совсем потерялся во времени. Пришлось оставлять свою дневную подработку, оставив лишь уборку в кафе, однако на общем бюджете это не должно было сильно отразиться. Он на это надеялся, по крайней мере. Снимать квартиру оказалось дороговато, но в принципе реально.       Волнительным был его первый день на учебе. Накаджима нервничал, но старался держаться уверенно. Лекций в первый день особо не было, так, знакомство с преподавателями, рассказ об общих требованиях к предметам и прочее. Однако на последней паре в аудиторию ввалился еще один студент. Мало кто ожидал кого-то опоздавшего к концу дня, однако такой нашелся. Парень тихо извинился и даже пригнулся под строгим взглядом преподавателя, проходя к самому ближайшему свободному месту, которое оказалось рядом с Ацуши. Накаджима как-то даже из реальности выпал и не сразу сообразил освободить место, на котором стоял его портфель. Парень в спешке сел, достал пару ручек и тетрадь и попытался сконцентрироваться на том, что рассказывал преподаватель. Но поняв, что это малополезно, так как большую часть лекции он уже пропустил, решил представиться своему соседу.       — Джуничиро Танизаки. Можно просто Танизаки, — обратился он, протягивая руку для рукопожатия.       Ацуши рассеянно посмотрел на протянутую руку и пожал ее, поздно сообразив, что сам еще не представился.       — Ацуши Накаджима. Очень приятно, — он улыбнулся и почесал затылок.       Было как-то неловко. Так и заводят друзей, да? Он ведь все правильно делает? Танизаки будто и не заметил заминки, тут же продолжая говорить, окончательно отвлекая от нудной речи преподавателя.       — Сегодня все наши ребята соберутся в кафешке недалеко. Старшие решили организовать нам вечер и заодно познакомиться. Ты придешь в семь? Говорят, там будет самый отбитый студент всего универа — Осаму Дазай. Его несколько раз едва не отчислили, но из-за его связей или влияния его отца все еще не решаются это сделать. Говорят, его отец… — закончить ему не дал как-то внезапно и неожиданно прозвучавший звонок. Парень глянул на часы и, что-то быстро написав в телефоне, попрощался с Накаджимой и убежал, оставив его в смешанных чувствах.       Этот Джуничиро был очень странным. Но ближе к вечеру на телефон Ацуши пришло уведомление. Это было приглашение в общий чат их курса. Он, немного подумав, принял и тут же оказался в центре обсуждения сегодняшнего вечера. Они действительно обговаривали намечающуюся вечеринку, но вот только Накаджима с сожалением понял, что не сможет прийти. В семь он все еще будет на подработке, а потому читать уже около сотни накопившихся сообщений и вообще в участвовать в разговоре не видел смысла. Он отложил телефон, задумчиво перемешивая молоко с яйцами в миске и вспоминая сегодняшний день. Возможно, эта вечеринка и есть его шанс завести друзей, но он, как всегда, все пропустит. На миг его охватило сожаление, но он успокоил себя тем, что и завтра будет день. Завтра Ацуши познакомится с кем-нибудь, впишется в чью-нибудь компанию, и все будет хорошо. Не конец же света.       Несмотря на свои переживания и страхи остаться совершенно одному, позже — к середине семестра — он более-менее освоился в коллективе, а с Танизаки они стали достаточно близкими друзьями. Все было достаточно стабильно: учеба — выполнение заданий в перерывах — подработка — сон и снова учеба. Однако привычную размеренную жизнь прервал неожиданный конверт в почтовом ящике. Среди рекламы и брошюр, на удивление, оказалось что-то действительно ценное. Прочитав вечером содержимое письма, Ацуши очень удивился: в нем говорилось, что некий его дальний родственник предлагает передать ему, Накаджиме, квартиру. Сам факт того, что у него все-таки остались родственники, удивлял. А то, что этот самый родственник предлагает ему квартиру, так вообще вводил в ступор. Он был удивлен. Приятно удивлен, но и поверить не мог. На следующий же день спросил у Джуничиро, не его ли рук дело. Но тот ответил отрицательно и тоже удивился удачливости друга. Это ж надо ж так: почти сразу после выпуска из приюта отыскать себе богатенького родственника. Обратного адреса, как и контактного номера, как назло, не оставили, а ведь стоило как минимум поблагодарить. Накаджима еще несколько дней посомневался, но все же решил съездить посмотреть квартиру. Как и было сказано в письме, ключ был у соседки по площадке, которая немного сомневаясь, все же отдала его Ацуши (только после предъявления студенческого — паспорта с собой не было). Место оказалось тихое — многоэтажка стояла довольно далеко от главных улиц, да и квартира оказалась всего на третьем этаже. Неожиданно, но вся мебель была на своих местах — обычно съезжающие забирали все с собой, оставляя квартиру почти полностью пустой. Пара небольших комнат, ванная и кухня были вполне неплохим вариантом для студента. Решив сразу со всем разобраться, Ацуши забрал из шкафа документы и, договорившись с неким Синигавой о встрече, уехал подписывать документы на собственность.       Через пару дней последняя коробочка была, наконец, занесена в новое место жительства и размещена в общей куче снова где-то в углу комнаты. Переезд утомил, но Накаджима как никогда был рад. Своя квартира это достаточно экономный вариант, ведь не надо платить как минимум за аренду. Только интересное дополнение к квартире он заметил не сразу. Просто как-то утром, как всегда, пришел на кухню, чтобы вместо кофе или чая хлебнуть для бодрости энергетика, и увидел это. «Это» представляло собой мужчину, задумчиво и как-то грустно заваривающего себе чай. На протяжное «э-э-э-эм» тот лишь кивнул головой, а потом чайная ложка застыла, так и не донеся до кружки сахар. Мужчина медленно развернулся к парню, продолжая просто пялиться на него.       — Нашел на мне что-то интересное? — первым заговорил неизвестный, начиная оглядывать себя.       Разглядывающий, как его рука прошла сквозь стол, но потом все же положила ложку, Накаджима не мог полностью осознать происходящее. Почему-то подумав, что это и есть бывший хозяин квартиры и, собственно, его родственник, он лишь крикнул: «Извините!» — и быстро ушел в комнату. Уставший от частого недосыпа мозг удивился больше присутствию чужого человека в запертой квартире, нежели тому, что рука того самого человека прошла сквозь материальную, в отличие от него, вещь. Ацуши быстро закинул несколько тетрадей в сумку, мигом сменил помятую рубашку, в которой он умудрился уснуть к утру, и пулей выскочил из квартиры. В университет он пришел одним из первых, потому последние полчаса перед лекцией пытался доспать на парте. Пришедший вовремя (удивительно) Танизаки не стал беспокоить друга — лишь тыкнул ручкой в бок, когда в коридоре послышался стук маленьких каблуков — сложно было найти еще кого-то, передвигающегося настолько маленькими, но быстрыми шагами. К концу лекции Накаджима более-менее проснулся, а к середине дня и вовсе был уверен, что все утреннее происшествие ему просто приснилось. Вернувшись вечером в привычно пустую квартиру, он уж было полностью убедился в этом, однако…       — Ты мне так и не ответил, — от неожиданно прозвучавшего голоса прямо над ухом Ацуши едва не подскочил на месте.       Он медленно развернулся и снова увидел его — мужчину, лет двадцати семи примерно, с длинными белыми волосами, в очках и полностью белом костюме. Весь внешний вид был вполне как у обычного человека. Даже кожа имела какой-то розоватый оттенок. Однако тот факт, что этот самый человек проходит сквозь предметы по своему желанию, наконец, дошел до сонного мозга парня и тот не без долгих мыслительных процессов понял, что перед ним призрак. Только вот что ответить, он так и не придумал. Последний раз призрака он встречал еще в детском доме. И тогда же он принял железное решение больше никогда не показывать своим видом, что он их видит. Игнорировать, не замечать, вообще переезжать или уходить — все что угодно, лишь бы не снова то одиночество, непонимание и издевки. А потому Накаджима уж было хотел демонстративно посмотреть сквозь своего гостя и сделать вид, что напугался резкого шума из окна, однако не вышло. Не судьба…       — Нет, не пытайся меня игнорировать. Ты меня видишь, и это факт. Так что давай поговорим, мне так скучно здесь.       Накаджима вздохнул. Это ведь его собственная квартира, никого здесь нет, так что почему бы и да? Никто ведь не увидит и не услышит, как он разговаривает с пустотой, так?       — Здравствуйте… — немного неуверенно промямлил он. — Вы здесь давно?       — О, тебе правда интересно? — он присел напротив парня и взял в руки книгу. — В начале знакомства вроде представляются…       — Ох, простите, — Ацуши почувствовал неловкость от того, что не представился сначала сам, а уже начал расспрашивать, — Накаджима Ацуши.       — Шибусава Тацухико, — мужчина улыбнулся, — Я сижу в этой квартирке около месяца уже. Мое тело и все мои вещи вынесли где-то на третий-четвертый день после моей смерти. Вначале я не мог понять, что произошло и почему мне никто не отвечает, а потом постепенно привык к одиночеству, но я совсем не ожидал, что следующий хозяин квартиры окажется тем, кто видит нас, призраков.       Ацуши неловко засмеялся. Ему теперь жить с ним, да? Ну, то есть как «жить». Этот призрак теперь будет всегда присутствовать в его квартире. Накаджима вздохнул и взял в руки тетрадь (конспект сам себя не допишет), между делом отвечая на вопросы Шибусавы. Все ведь будет нормально?