What a Long, Strange Trip It's Been

— Могу я ненадолго привлечь к себе ваше внимание? — Эрнесто Васкез поднял свой бокал и попытался успокоить собравшихся. Исак покачал головой и ухмыльнулся, когда его попытка была перебита какофонией разговоров и смехов. Отец Юнаса улыбался так сильно, что его пухлые щеки почти закрывали глаза. В конце концов, свадьба — радостное событие. Даже с другого конца длинного зала Исак слышал смех этого мужчины, перекрывающий множество голосов. Миссис Васкез, Эллен, чуть наклонилась и стукнула ложкой о край полупустого бокала. Ее улыбка тоже была полна радости и сияния. — Мы безумно рады, что вы смогли приехать во Флом, чтобы провести эти выходные с нашей семьей. — Эрнесто одной рукой обнимал тонкую талию жены, другой рукой держал бокал. Они оба были очень счастливы. Исак тоже выглядел счастливым. Ну, пытался таким быть. Даже если его за это счастье убьют. В конце концов, как еще можно себя чувствовать, попивая «Egger» в великолепный летний день в живописном устье Аурландс-Фьорда? Может быть, если бы он не вспоминал о своем разбитом сердце, то был бы в восторге. Он находится в этом потрясающем месте с друзьями, которых не видел уже много лет, чтобы отпраздновать свадьбу своего лучшего друга с одним из самых приятных людей, которых Исак когда-либо встречал. Большая часть Исака была в восторге. Довольная собой. Гордая и полная надежд. Но другая его часть, та, которую Исак хотел бы усмирить — разбить вдребезги, пока не останется ничего от боли и ревности — эта часть громко стучала в его ушах. Когда же ты будешь счастлив, Исак? Будешь ли ты вообще счастлив? Как и всегда после каждой такой мысли Исак отвечал: «нет, не буду». Подобно огромному круизному лайнеру, частично закрывавшему вид на фьорд, Исак частично испытывал энтузиазм по поводу свадьбы Юнаса и Микаэля. И он ненавидел себя за это. — Посмотрите на нашего прекрасного сына и его чудесного супруга, — продолжал Эрнесто, пока все смотрели на него. Исак неохотно повернулся и посмотрел на Юнаса и Микаэля. Это было больно. Юнас смотрел на Микаэля так, словно тот достал для него все звезды с неба, и Исак знал, что Микаэль чувствовал себя так же. Огни в их глазах были ярче улыбок гостей. Исак искренне верит, что Микаэль и Юнас созданы друг для друга. Если Юнас напрягался, Микаэль уравнивал его своей кокетливостью. Спокойный Микаэль противопоставлялся энергичному Юнасу. Они идеально подходили друг другу. Но Исак знал Юнаса задолго до того, как тот понял, что он — бисексуал. Так почему он не рассматривал Исака в качестве парня? Как бы нелепа не была эта мысль, Исак мысленно кричал: «Почему не я?». Его челюсти сжались от гнева, который, как ему казалось, он не смог стряхнуть. Этот гнев был иррациональным, неразумным и совершенно детским. Это казалось ему грустным, потому что Исак знал ответ. Они с Юнасом были лучшими друзьями, практически семьей. Если не считать того года (о котором мы не будем упоминать), когда Исак думал, что влюблен в Юнаса, а тот всегда думал о нем только как о брате. Теперь он с Микаэлем с его красивой загорелой кожей и белоснежной улыбкой. Его карие глаза полны безграничной любви к человеку, стоящему рядом с ним. Исак попытался представить себя, стоящего рядом с Микаэлем. Нет. Микаэль создан для Юнаса. После очередного неудачного романа Исак уже и не думал о своем счастливом будущем. Юнас познакомился со своим будущим мужем в первый же день учебы в университете. Уже все друзья Исака либо разбились на пары после окончания учебы, либо стали встречаться с близкими им людьми. Кто-то женился, кто-то устроился в такой домашней обстановке, о которой Исак в свои двадцать четыре года мог только мечтать. Поселиться с кем-то и начать строить с ним совместную жизнь? Жизнь с которым будет длиться около трех месяцев? Теоретически Исак понимал, что это возможно. Черт, он приехал в город, чтобы отпраздновать свадьбу, но в итоге он пытается избавиться от горечи внутри себя. Ревность, зависть. Боже…он худший человек на планете. Потому что Исак думал, что — возможно — когда-то он нашел своего человека.

***

Пять лет назад — Это будет эпически, — Юнас говорит это так, словно это будет великое приключение. С тех самых пор, как Юнас предложил идею путешествия с ним и Микаэлем, Исака терзали сомнения. И когда Микаэль предложил четвертого человека, чтобы выровнять ситуацию, то Исак почти отступил. Он плохо ладил с людьми, особенно когда переживал из-за учебы. Он подозревал, что Юнас и Микаэль хотят подставить его, и он определенно этого не хотел. — Это будет лучшее путешествие, в котором ты когда-либо будешь. Исака это не убедило. — Ты все время так говоришь, но я представляю себе только то, как я в одиночестве буду рассматривать достопримечательности, пока вы будете трахаться при каждом удобном случае. — Никто и не говорил, что мы не будем этого делать, — рассмеялся Микаэль. — Но мы не оставим тебя на произвол судьбы. У тебя будет компания, забыл? — Ага, в компании кого-то, кого я даже не знаю. — Тебе понравится Эвен, — Микаэль ухмыльнулся. — И ты ему понравишься. — Вот, он идет. Исак отвернулся от взбудораженного Юнаса только для того, чтобы посмотреть на человека, идущего к их группе. Парень был хорош. Он был одним из тех красавцев, на которых у Исака вставал. Он нахмурился еще сильнее. — Кто это, черт возьми? — как будто он сам не знает. — Эвен. — Хоть Исак его не видел, он услышал самодовольство в голосе Юнаса. Парень был ростом не менее 195 сантиметров и худощав как тростинка. Длинные пшенично-светлые волосы вились над его ушами и падали на глаза. Широкая ухмылка расплылась по его великолепному лицу. — Привет, — о, господи, этот голос. Глубокий и звучный, рассчитанный на то, чтобы шептать кому-то на ухо. Исак был в полной заднице. Протиснувшись мимо Исака, Микаэль встретил Эвена крепкими объятиями и громкими хлопками по спине. Длинные руки Эвена практически поглотили Микаэля целиком, и Исак захотел, чтобы его тоже обняли. Он поднял голову и увидел, что Эвен смотрит на него. Удивленный этим, Исак захотел убежать, но вместо этого он просто сердито посмотрел на парня. Эвен улыбнулся, и его улыбка была хищной. Кончик его розового языка выглянул из-за пухлых губ, прижавшись к одному из его клыков, пока он продолжал смотреть на Исака. Даже когда он обнимал Юнаса, Эвен смотрел на Исака. Какого хрена? — Ты, должно быть, Исак, — Эвен подошел к нему и раскинул руки. Время словно остановилось. Хоть они еще и не вступили в контакт, Исак уже чувствовал, как Эвен обнимает его. Он чувствовал его тепло и мягкое дыхание на своей шее. Исак чувствовал, как Эвен шепчет ему на ухо разные грязные вещи, от которых у него разгорается кровь. Он знал с абсолютной уверенностью, как хорошо будет чувствовать себя Эвен под ним и над ним. Исак вздрогнул от первого прикосновения руки Эвена к его руке. Нахмурившись, Эвен замер. — Что случилось? — Что ты делаешь? — голос Исака прозвучал очень хрипло. Хмурый взгляд Эвена смягчился, и он смущенно улыбнулся. — Я собираюсь тебя обнять. — Я тебя совсем не знаю. И мне не нужны твои объятия, спасибо, — Исак почувствовал себя полным идиотом, но ничего не мог с собой поделать. — Не будь говном, Исак, — Юнас покачал головой и вернулся к Микаэлю и куче багажа, который нужно погрузить в фургон. — Все в порядке, — сказал Эвен достаточно громко, чтобы все его услышали. Он внимательно изучал лицо Исака, что-то искал в нем. Исак не знал, что он ищет, и ему было неприятно, что его щеки покраснели. — Ты определенно нуждаешься в объятиях, — говорит Эвен. — Но мне нужно было спросить, прежде чем вторгнуться в твое личное пространство. Прости. Его искренность застала Исака врасплох, и он изо всех сил старался что-то выдавить в ответ. — Я… Эвен ухмыльнулся и сделал шаг вперед. — Но на самом деле я думаю, что тебя надо поцеловать. Но мы еще поработаем над этим. — Какого черта? — Исак снова отпрянул. — Ты не можешь просто так говорить такие вещи людям, которых не знаешь. Что с тобой такое? — Много чего, — Эвен пожал плечами, — но я все равно говорю правду. Исак покачал головой и наклонился, чтобы поднять свой рюкзак. — Это была ошибка. Я не собираюсь ехать с тобой в путешествие. Ты сведешь меня с ума. Странный огонёк промелькнул в глазах Эвена, прежде чем его ухмылка превратилась в дикую улыбку. — Только в самом лучшем виде. — Он пробежался взглядом по всему телу Исака и вернулся к глазам. — Уже сейчас я могу сказать, что нравлюсь тебе. — Понятия не имею. — Мы станем лучшими друзьями. — У меня уже есть лучший друг.- Исаак раздражен, и ему действительно было все равно. Эвен наклонил голову, его голос упал почти до шепота. — Значит, любовниками. Несмотря на его странную неприязнь к этому парню, жар пронзил тело Исака и начал скапливаться в паху. Эвен пристально смотрел на него, ожидая реакции, и Исак изо всех сил старался не выдать ее. Но его лицо пылало, он чувствовал. Исак закрыл глаза и глубоко вздохнул. Ему нужно успокоиться. — Эй… Мягкий голос Эвена заставил Исака посмотреть на него. — Прости. Я просто дразню тебя. По большей части, — Эвен улыбнулся. Более дружелюбно и менее вызывающе. — Я знаю, что могу раздражать тебя, но обещаю, что буду вести себя хорошо в этой поездке. Мне бы хотелось, чтобы ты поехал со мной. — Почему? Ты же меня совсем не знаешь. Эвен пожал плечами. — Я бы хотел узнать тебя. Я так думаю. И я не хочу быть одним среди этих голубков, не уходи от меня. Его последние слова звучали больше как просьба, нежели требование. У Исака закружилась голова. Он не знал, что делать и о чем думать. Хоть он и неохотно согласился, но все же с нетерпением ждал поездки. — Эй, вы! — крикнул Микаэль. — В багажнике осталось место для кого-то одного из вас, если хотите. — Исак может положить туда свой багаж, а я возьму свою сумку с собой, — Эвен умоляюще глядел на Исака. Исак кивнул. — Да, хорошо. Спасибо. Облегчение, отразившееся на лице Эвена, не убавило смущения Исака. Почему Эвен так хочет, чтобы Исак был рядом? И почему это волнует Исака? Он прервал зрительный контакт с Эвеном, игнорируя чувство утраты, взял свой рюкзак и направился к фургону. Эти две недели обещают быть долгими.