What a Long, Strange Trip It's Been

Эвен старался быть незаметным, но он был близок к тому, чтобы вырваться из своей кожи. В то утро он проснулся с мыслью, что добился некоторого прогресса в отношениях с Исаком, и, проснувшись после импровизированного дневного сна в постели Исака, думал, что все испортил. Как оказалось, у Эвена было очень мало терпения, когда дело касалось Исака, по крайней мере, когда речь шла о том, чтобы держаться подальше от него. Свадебный прием оказался упражнением в крайней сдержанности. Это не должно было быть сексуально, хотя ему очень, очень хотелось прижать Исака к ближайшей плоской поверхности и разорвать его на части. Нет, это было нечто большее, чем просто физическое влечение. Для Эвена это всегда было нечто большее, чем просто физическая близость. И до сегодняшнего дня — пока он не стоял рядом с Исаком, блиставшим в своем сером смокинге с белокурыми кудрями, глядя на Эвена так, словно держал его мир в своих ладонях — Эвен не знал, было ли это больше, чем просто физическая близость для Исака. Он подозревал, но не знал наверняка. До тех пор, пока он не взглянул в эти зеленые, как мох, глаза и не увидел в них свое собственное обожание. Какой момент для этого конкретного откровения, стоя перед большинством своих друзей, в то время как их лучшие друзья поклялись друг другу своими жизнями. Это была прекрасная церемония, еще более удивительная, когда он увидел, как рушатся стены дома Исака прямо перед ним. Эвен собрал все свои силы, чтобы не прервать бракосочетание в стиле выпускника, схватить Исака за руку и убежать по проходу подальше от всех. Ему так хотелось остаться с ним наедине. Притянуть его к себе, признаться во всем, что он чувствует, и целовать до тех пор, пока они оба не забудут о такой потребности, как дышать. На приеме оркестр разразился живым исполнением 5 Fine Frokner, и Эвен прижал бокал с шампанским в руке к виску, надеясь, что холод бокала успокоит его бешено бьющийся пульс. Вечеринка была в самом разгаре. Юнас и Микаэль сияли, как влюбленные идиоты, а Исак был поглощен разговором с Махди и Магнусом, хотя и продолжал украдкой поглядывать в сторону Эвена. Когда тот поймал его взгляд, глаза Исака расширились. Он прикусил губу и слегка покачал головой в сторону Найшема. Эвен прекрасно все понял. Если они сейчас соберутся вместе, то будут поглощены друг другом. И да, Эвен хотел этого больше всего на свете. Им нужно было поговорить. Но сегодняшний вечер был не для них. Это был еще не совсем их момент. «Скоро», — подумал он. Очень скоро. Кто-то звякнул посудой о стакан, и звук усилился, распространяясь по комнате подобно хрустальной волне. Смеющийся Юнас притянул к себе Микаэля, прижав ладонь к его затылку, чтобы оставить поцелуй, в котором было больше улыбки, чем страсти. Но зал все равно зааплодировал. И снова Эвен заметил, что Исак смотрит в его сторону. И если бы мысли могли путешествовать по радиоволнам, то Исак бы покраснел. Но он все равно это сделал. Рот Эвена искривился в усмешке, а Исак покачал головой, закатил глаза и отвернулся. Но он все равно улыбался. — Друзья и родственники, — отец Микаэля поднял обе руки, призывая к тишине. — Мы бы хотели, чтобы самые лучшие мужчины подошли и сказали несколько слов о счастливой паре. Кто хочет идти первым? Рука Исака поднялась вверх. Удивленный Эвен кивнул и жестом пригласил его пройти в переднюю часть комнаты. Он смотрел, как Исак пробирается сквозь толпу и берет микрофон у Мистера Бахула. Они обменялись молчаливыми любезностями, а затем Исак повернулся к женихам. — Юнас. Он обнял Юнаса за плечи, и тот посмотрел на него, уже улыбаясь в предвкушении того, что скажет Исак. Исак долго смотрел на него с широкой улыбкой на губах, наблюдая, как Юнас корчится. — Да ладно тебе, приятель, — сказал Юнас. — Избавь меня от моих страданий. Снова раздался смех из толпы. Исак слегка потряс Юнаса, прежде чем отпустить его руку. — Я так много могу рассказать, так много историй могу вспомнить, — наконец сказал Исак. — Как в тот раз, когда ты спас меня от полиции, позволив запрыгнуть на твой ржавый велосипед. — За лето ты вырос на полметра, — поддразнил ее Юнас. — Его ноги скребли землю. — Это правда, — усмехнувшись, кивнул Исак. — И были случаи, когда ты позволял мне ночевать у тебя дома, когда я не мог вернуться домой. Их улыбки потускнели, когда Юнас и Исак обменялись взглядами, которые Эвен не смог расшифровать. Он так много не знал о жизни Исака до него, и даже о его жизни за последние пять лет. Он сам того хотел. — Честно говоря, — продолжил Исак немного грубоватым голосом. — Я не думаю, что пережил бы свои подростковые годы, если бы у меня не было тебя, Юнас. Ты буквально спасал мне жизнь так много раз. А ты даже не знаешь. Голос Исака наконец дрогнул, когда в комнате поднялся хор «о-о-о». Юнас провел рукой по лицу, качая головой в явной попытке отогнать нахлынувшие эмоции. Он положил руку на плечо Исака и сжал его. Исак попытался незаметно смахнуть слезу и сосредоточился на Микаэле. — Я надеюсь, что ты знаешь… на самом деле, я уверен, что ты знаешь, какой невероятный парень Юнас, какой невероятный друг и напарник. Ты знаешь, как сильно он любит, и как он — когда он открывает вам свое сердце — ничем не ограничивается. Нет ничего такого, чего он не сделает для людей, которых он любит, и никого нет… никого… кого он любит больше, чем тебя, Мик. Тебе так повезло. — Я знаю, — тихо сказал Микаэль, и Исак кивнул. — Я пиздец как рад за вас, ребята. — Глаза Исака расширились, когда он понял, что сказал. Он огляделся вокруг. — Прошу прощения. — Не извиняйся, — сказал Юнас. — Спасибо тебе, старик. Юнас притянул Исака в объятия, которые длились почти минуту, и Эвен понял, что они говорят друг другу то, что предназначено только для их ушей. После этого Микаэль быстро обнял Исака и поцеловал его в обе щеки, отчего лицо Исака стало еще более красным, чем раньше. — Нелегко будет его превзойти, — сказал кто-то слева от Эвена. Он обернулся и увидел, что рядом с ним стоит Магнус, а с ним — Вильде. Он поднял свой бокал, приветствуя их. — Действительно. — Эвен? — Исак протянул ему микрофон, когда он подошел. Их взгляды встретились, и Эвен почти забыл, где он находится. Он шагнул прямо в личное пространство Исака и заглянул глубоко в его глаза, все слова, которые он хотел сказать ему, плясали у него на языке. Исак глубоко вздохнул и протянул ему микрофон, но его взгляд буквально плясал. Скоро им придется бежать, иначе Эвен набросится на него, и всем остальным в комнате станет неловко. Каким-то образом Эвену удалось оторваться от Исака. Он повернулся к Микаэлю, подмигнул ему и, прежде чем обратиться к присутствующим, положил руку ему на плечо. — Я познакомился с Микки, когда нам обоим было около пяти лет. Мама отвела меня на детскую площадку в том районе, куда мы только что переехали. Я вообще никого не знал. Там я еще не ходил в школу. Так что я был довольно сварлив. — Ты качался на качелях, — вмешался Микаэль. — Это моя история или твоя? — Поддразнил его Эвен, крепко прижимая к себе. — Так или иначе, я действительно качался на качелях, когда этот… очень милый, нежный, безошибочно добрый мальчик подошел ко мне. Я не был особенно мил с ним. — Ты был мудаком, — вставил Микаэль. — Ты ударил меня ногой в голень. Намеренно. — Это был несчастный случай, — со смехом возразил Эвен. — Я тебе это уже миллион раз говорил. — Намеренно, — настаивал Микаэль. Его улыбка была заразительной. — В любом случае, — продолжил Эвен, отмахиваясь от Микаэля. — Как я уже говорил, этот маленький ангел подошел и предложил поиграть со мной в футбол. В конце концов, я пошел на поле вместе с ним, и мы играли. — Я позволил тебе победить. — Да, и с тех пор мы с ним неразлучны. Микаэль кивнул и положил голову Эвену на плечо. — Мой брат от другой матери. — Совершенно верно, — согласился Эвен. Он повернулся к Юнасу. — Итак, когда я встретил Юнаса, я сказал ему, что сломаю ему все, если он когда-нибудь причинит вред моему мальчику. Что ж, он действительно причинил ему боль. Юнас поморщился и, взяв Микаэля за руку, оттащил его от Эвена. Микаэль поцеловал его в щеку. Эвен бросил на Юнаса нерешительный хмурый взгляд. — Но прежде чем я успел улететь обратно в Норвегию и выполнить свою угрозу, Юнас понял, что он нашел в Микаэле. — Эвен посмотрел на своего лучшего друга. — Самый преданный, самый щедрый, самый заботливый, самый всепрощающий человек, которого я когда-либо знал. Я так много узнал от Микки о том, что значит быть другом. И я так рад за вас двоих. И, Юнас, я рад, что мне не пришлось нанимать киллера, чтобы убрать тебя, потому что, на самом деле, я не могу бороться за дерьмо. Комната взорвалась смехом. — Но я серьезно, — сказал Эвен, когда все стихло. — Я могу только надеяться, что когда-нибудь у меня будет то, что есть у вас двоих. Я думаю, что каждый из нас действительно хочет найти кого-то, кто будет любить их безоговорочно, поддерживать их на протяжении всех взлетов и падений, а также… просто… будет с ним, потому что не может представить себя с кем-то еще. Исак моргнул, его губы приоткрылись, когда он снова посмотрел на Эвена. В комнате вокруг них воцарилась тишина. Эвен улыбнулся, и Исак тоже улыбнулся. Он прочистил горло. — Итак, давайте поднимем бокалы за счастливую пару. — За счастливую пару! Раздались радостные возгласы, и музыка возобновилась. Микаэль крепко обнял Эвена. — Спасибо, Эви, это было потрясающе, но… — он откинулся назад и посмотрел на Эвена. — У меня такое чувство, что не все это было связано с нами. Эвен пожал одним плечом. — Я дам тебе знать. А сейчас мне нужно кое о чем позаботиться. — О симпатичном блондине с бедрами, как стволы деревьев? — Поддразнил его Юнас. Эвен усмехнулся и пошел прочь. Он нашел Исака с Махди и его женой Ириной. — Эта вечеринка может продолжаться всю ночь, — сказал Махди. — Зная их, так и будет, — согласился Исак. Он улыбнулся Эвену. — Хорошая речь. — Да? — Ммм, — промычал Исак, и на его щеке появилась ямочка, когда он улыбнулся ему. — Вы не возражаете, если я немного позаимствую его? Махди пожал плечами. — Идите. А мы, пожалуй, попробуем десерт. Эвен положил руку на локоть Исака. — Прогуляешься со мной? Исак кивнул, и они вышли через одну из боковых дверей. Эвен вывел Исака на один из балконов. Хоть день и выдался теплый, но ночь была достаточно прохладной. Над ними небо светилось слабым пурпуром, окаймленным золотом на горизонте. Эвен подошел к перилам и схватился за них обеими руками, чтобы не схватить Исака слишком рано. — Мне понравилось, что ты там сказал, — сказал Исак, подходя к нему. Они оба посмотрели на фьорд, и Исак прижался плечом к плечу Эвена. — О том, кого мы все ищем. — Правда? — Эвен скосил глаза на профиль Исака Исак кивнул, глядя на темную воду внизу. По ту сторону фьорда, словно часовой, возвышался горный склон. — Да. Я понял эти слова. — Неужели? — Да, — Исак посмотрел на него прямым и непроницаемым взглядом. Эвен медленно улыбнулся. — Я очень рад. Исак на мгновение прикусил нижнюю губу, прежде чем снова заговорить. — Я должен тебе миллион извинений. Эвен отрицательно покачал головой. — Нет, не должен. – Должен, — возразил Исак. — Возвращаясь на пять лет назад к той ночи, когда я позволил тебе покинуть мою квартиру, не знал… не говорил тебе, что наше времяпрепровождение в поездке для меня было больше, чем просто веселье. Эвен поднял брови и попытался сохранять спокойствие, но сердце его готово было выскочить из груди. — Да? Исак кивнул. — И что же это тогда было, Исак? — Он оперся локтем о перила и повернулся всем телом. — Более, — казалось, выдохнул Исак. — Гораздо более. Я… Эвен протянул руку и заправил локон за ухо Исака. Он услышал, как у того перехватило дыхание, прежде чем из горла вырвался глубокий выдох удовлетворения. — Я тоже влюбился в тебя, Эвен, — тихо сказал Исак. — Ты был моей первой любовью, и я действительно плохо с этим справлялся. И то, что я влюбился в тебя, и то, что я позволил тебе думать, что ты ничего для меня не значишь. — Я понял, — ответил Эвен, выпрямляясь. Он полностью повернулся к нему лицом. — Правда, я понимаю, почему ты скрывал это от меня, но Исак… я пришел к тебе той ночью, потому что хотел узнать, хочешь ли ты, чтобы я остался. Исак нахмурился. — Что? — Я собирался спросить тебя, хочешь ли ты, чтобы я остался в Осло, хочешь ли ты чего-то большего между нами, — признался Эвен, все еще чувствуя отголосок боли той ночи. — Я хотел, чтобы ты спросил. Исак покачал головой еще яростнее, чем ожидал Эвен. — Нет, нет, нет. Я бы никогда этого не сделал, Эвен. Неужели ты не понимаешь? — А почему бы и нет? Я бы остался ради тебя. — И это было бы огромной ошибкой, — настаивал Исак. — Ты должен был уйти. Это была слишком большая возможность для тебя, чтобы отказаться, особенно для такого неизвестного существа, как я. Эвен открыл было рот, чтобы возразить, но тут же кивнул. — Может быть, ты и прав. — Я всегда прав. — Поддразнил его Исак. Эвен приподнял бровь. — Ладно, не всегда, — согласился Иаак. — Я был не прав, что не сказал тебе о своих чувствах. — Я тебе тоже ничего не говорил. — Не думаю, что я давал тебе такую возможность. — А теперь я могу тебе сказать? — Пожалуйста, — сказал Исак, внезапно улыбнувшись. — Пожалуйста. Эвен наклонился и поцеловал его, нежно, очень нежно. Когда он отстранился, глаза Исака были закрыты, а на губах играла почти безмятежная улыбка. — Ты не был моей первой любовью, но ты был самой важной, — прошептал Эвен. — Ты был тем человеком, с которым я сравнивал всех остальных, и все остальные оказались худшими. Исак открыл глаза. — Никто еще не заставлял меня чувствовать себя так, как ты. Вальтерсен поднял руку, поколебался, но потом, казалось, принял решение. Его теплая ладонь легла на щеку Эвена. Тот подавил дрожь, когда Исак провел пальцами по волосам и положил руку на изгиб шеи. — Я знаю, что не должен думать о том, о чем думаю сейчас. — Например, о чем? Исак судорожно вздохнул. — Например… я думаю, что ты можешь быть им для меня. Теперь настала очередь Эвена судорожно вздохнуть. Он кивнул. — Это звучит нелепо, правда? — Мы едва знаем друг друга. — Прошло уже пять лет. — И это длилось всего две недели. Эвен протянул руку и, взяв Исака за талию, притянул его к себе. — Так почему мне кажется, что я знаю тебя всю свою жизнь? Почему без тебя в Нью-Йорке было так пусто? Почему я каждый гребаный день проверял свою электронную почту, чтобы узнать, писал ли ты мне? Я всегда суетился с телефоном, до такой степени, что мои друзья там думали, что у меня есть секретная связь в интернете. Пока Эвен говорил, Исак прикусил губу, и его глаза расширились. Он сжал руки Эвена. — Наверное, по той же самой причине, по которой каждый парень, с которым я встречался, говорил мне, что я эмоционально недоступен, потому что я годами следил за тобой в интернете и потому что я чуть не упал в обморок, как только увидел тебя на днях. — Он смущенно улыбнулся. — Мы просто два идиота, — сказал Эвен, тихо посмеиваясь и прижимаясь губами к виску Исака. Он вздохнул с облегчением, когда Исак, наконец, обнял его за талию и свернулся калачиком в его объятиях. Было так чертовски приятно держать Исака в своих объятиях. Эвен поцеловал Вальтерсена в шею и почувствовал, как тот задрожал. — Я скучал по тебе, — прошептал Исак. — Так сильно. — И я тоже. Они обнимали друг друга в течение долгих, спокойных минут, и Эвен почувствовал, как что-то наконец встало на свое место в его груди. Исак откинулся назад и посмотрел ему прямо в глаза. — Мы можем попробовать встречаться на расстоянии. Эвен нахмурился. — Ха? — Ну, я знаю, что у тебя нет здесь дома, потому что ты так много путешествуешь, но я предполагаю, что ты все еще живешь в Нью-Йорке. Эвен внимательно посмотрел ему в глаза. — Об этом… Исак поднял брови. — Ты хочешь, чтобы я остался? В Осло, я имею в виду? Исак слегка сжал его в объятиях. — Чувак, если ты ждешь, что я снова стану бескорыстным и альтруистичным, то мне очень не хочется тебя разочаровывать. Эвен громко расхохотался. — Это значит «да»? Исак закатил глаза и оттолкнул его. — Какого хрена ты думаешь? Конечно, я хочу, чтобы ты остался. Но, честно говоря, я не хочу, чтобы ты жертвовал ради меня. — Я не жертвую. Я могу обосноваться где угодно, — заверил его Эвен. — Да? — Улыбка Исака была полна надежды. — Обещаю, — сказал Эвен. — Я много путешествую, но на самом деле могу жить где угодно. Исак просиял. — Знаешь, у меня сейчас в Лекке очень хорошая однокомнатная квартира. — Ах, да? — Действительно большая, — добавил Исак, прижимаясь к Эвену и понизив голос на октаву. — С хорошей, большой, очень удобной кроватью. Жар охватил Эвена так быстро, что у него закружилась голова. — Да? — Он прохрипел, его внимание сузилось до изгиба челюсти Исака и пульса на кадыке, который конвульсивно бился. Улыбка Исака дрогнула. — В гостиной есть выдвижной ящик, если нет времени. — Нет времени? — Эвен снова перевел взгляд на Исака. — Я бы переехал к тебе пять гребаных лет назад, если бы ты меня попросил. Исак весело рассмеялся. — Серьезно? Это просто безумие. Эвен пожал плечами и запустил руку в волосы Исака. — Ну да, похоже, что так оно и есть, когда речь заходит о тебе. Он поцеловал его, наслаждаясь роскошью поцелуя и зная, что этот поцелуй будет не последним. Исак прижался к нему всем телом и тихо застонал прямо в рот. Тихие, сладкие звуки, которые Эвен никогда раньше от него не слышал. Только тогда Эвен понял, как много Исак скрывал от него. — Хочу тебя, — выдохнул Исак между поцелуями. — Да, — был единственный ответ, который Эвен смог ему дать, прежде чем он схватил его за руку и практически потащил обратно в отель. * Эвен не знал, что именно в Исаке заставляло все его тело гудеть каждый раз, когда он оказывался рядом. Так было в первый момент, когда он увидел его, и сейчас это было еще сильнее. Он прислонился к двери, наблюдая, как Исак снял смокинг и небрежно бросил его в сторону стола в углу. Исак ослабил галстук и повернулся лицом к Эвену, его губы были распухшими и блестящими от поцелуев. Они целовались как подростки во время короткой поездки на лифте, и Эвену пришлось засунуть руки в карманы, чтобы удержаться от того, чтобы не раздеть мужчину прямо здесь и сейчас. Грудь Исака вздымалась и опускалась, как будто он пробежал четыре лестничных пролета. — Ты что, так и будешь там стоять? — Пока да, — ответил Эвен таким хриплым голосом, какого Вальтерсен еще никогда не слышал. — Ах. — Губы Исака скривились в хитрой усмешке. — Я все понял. Ты же любишь смотреть. Исак медленно снял запонки и положил их на ночной столик. При этом он не сводил глаз с Эвена, и тот удивлялся, как Вальтерсен мог сделать что-то настолько банальное настолько чертовски сексуальным. Он глубоко вздохнул, когда Исак начал расстегивать пуговицы на своей рубашке, начиная от раскачивающегося кадыка и продвигаясь вниз. — Мне нравится, как ты на меня смотришь, — сказал Исак, понизив голос на целую октаву. — Как будто… ты не можешь отвести взгляд. Как будто ты ничего не хочешь пропустить. — Так и есть. Исак улыбнулся, услышав подтверждение Эвена, и легкий румянец окрасил его щеки. Он стащил с себя футболку, которую носил под рубашкой, и отбросил ее в сторону, снимая туфли. — Ты помнишь, как мы познакомились? — Конечно. — Рука Исака замерла на пряжке ремня. — Я все помню. — Все? Он коротко кивнул. Эвен напевал, размышляя. — Ты помнишь, как во время поездки мы остановились в Оппхейме? — В ту ночь, когда шел такой сильный дождь, что мы не могли оставаться на дороге? — Исак снова кивнул. — Да, а что? Эвен оттолкнулся от двери и шагнул к нему. — Мы промокли насквозь, когда бежали от машины к тому маленькому мотелю. — И нам пришлось жить в одной комнате, я помню. — Я не хотел связываться с этими голубками, — хихикнув, согласился Эвен. Исак негромко рассмеялся. — Без шуток. Они были просто невыносимы. — Нет, они были влюблены друг в друга. Это было очень мило. — Эвен остановился перед ним, на мгновение потерявшись в широко раскрытых зеленых глазах Исака. — И я был…ну, в общем… — Что? — Исак моргнул, глядя на него снизу вверх, и его руки неуверенно опустились на талию Эвена. Получив разрешение прикоснуться к нему, Эвен вынул руки из карманов и обхватил шею Исака большими пальцами, приподнимая его лицо вверх. — Я так увлекся тобой, Исак, — признался он шепотом. — уже. Это было, когда? Спустя полтора дня? Исак издал тихий звук согласия. Он был так красив, так открыт, что Эвен не мог поверить, что у него есть шанс вернуть то, что он потерял. — Я не знал, что с этим делать, поэтому вернулся к своему обычному занятию. Флиртовать, дразнить, но всегда держать тебя на расстоянии вытянутой руки. И это безумие, потому что мы оба знаем, что Юнас и Микаэль пригласили меня, чтобы я стал твоим любовником. — Или ты моим, — возразил Исак. — Или я твоим, да, — Эвен прижался лбом к Исаку. — Я боролся с тем, что чувствовал к тебе, но ты… и я так чертовски сильно хотел поцеловать тебя той ночью. Мне было трудно держать свои руки подальше от тебя. Тебя нелегко игнорировать. — Эм, спасибо? Эвен притянул его к себе, и рука Исака тут же обвилась вокруг его спины, крепко прижимая к себе. Он уткнулся лицом в шею Эвена и сделал глубокий вдох, который, как показалось Эвену, вырвался из его собственных легких. — Я не хотел причинять боль себе, и я не хотел причинять боль тебе, но чем больше времени мы проводили вместе, тем больше я хотел тебя. Хотел узнать тебя получше. Я хотел быть с тобой. Это было чертовски страшно. — И для меня тоже. — Исак откинулся назад и встретился с ним взглядом. — Я был не в лучшем расположении. И когда я понял, что с нами происходит, я… — Ты меня оттолкнул. — Не потому, что я не хотел тебя, Эвен. — Искренность наполнила его глаза, когда он посмотрел на него снизу вверх. — Не потому, что я не…не любил тебя… я любил. — Правда? — Правда. До сих пор. Как бы безумно это ни звучало, — сказал Исак, тяжело вздохнув. Эвен запустил руку в волосы Исака и прижал их рты друг к другу. Это был мягкий, горячий поцелуй. И очень короткий. — Извини, мне просто нужно было это сделать, — пробормотал он в губы Исака. Глаза Исака все еще были закрыты, когда Эвен отстранился. — Никогда не извиняйся за это. Когда он наконец посмотрел на Эвена, его взгляд был мягким. Улыбающимся. Эвену хотелось, чтобы Исак смотрел на него так вечно. — Я не знаю, почему произошло то, что произошло между нами, но, к сожалению, это случилось, — сказал Исак тихим, но твердым голосом. — Да, и это были самые важные отношения в моей жизни. Брови Эвена поползли вверх. — И в моей тоже, ты должен это знать. Исак, казалось, искал в его глазах то, чего Эвен сам не знал. Затем выражение его лица изменилось, сменившись чем-то более основным. Эвен знал этот взгляд. Он улыбнулся, медленно и понимающе. Исак прикусил пухлую нижнюю губу. — Ты действительно здесь? Эвен бросился к Исаку, завладев его губами в поцелуе, который не оставлял места ни для сомнений, ни для вопросов, ни для чего другого, кроме голода и нужды. Желания и похоти. И любви, любви, любви. Он любил этого человека. Одна рука Исака обхватила его сзади за шею, а другая притянула за талию. Он двигался охотно, тяжело дыша носом и издавая самые отчаянные звуки, которые когда-либо слышал от самого себя. Только Исак мог заставить его так волноваться, пока на них было все ещё так много одежды. — Хочу тебя, — выдохнул Исак, когда они оторвались друг от друга. — У меня такое чувство, будто я ждал целую вечность. — То же самое, — пробормотал Эвен, сбросив пиджак, разорвав галстук, рубашку и скинув туфли. Все это время он целовал Исака так сильно, насколько это было возможно. Исак попытался помочь, возясь с поясом Эвена. Эвен запутался в своей рубашке, когда пытался ее стащить. — Черт возьми! Исак хихикнул и двинулся ему на помощь. — Ты не снял свои запонки. — Причудливое дерьмо, — запротестовал Эвен, смеясь. — Предоставь Микаэлю превратить их свадьбу в разворот журнала «Vogue». — Да ладно тебе. Все было не так уж плохо. — Исак помог Эвену высвободить руки, и тот бросил его рубашку в том же направлении, что и остальную одежду. — Я думаю, это была прекрасная церемония. — Так оно и есть, — неохотно согласился Эвен, притягивая Исака к себе и осыпая поцелуями его шею. — Но наша будет гораздо проще. — Наша? — Исак стал хриплым и податливым в объятиях Эвена. Сильные руки схватили Эвена за бицепсы и крепко сжали. Ему нравилась раздвоенность между силой и уязвимостью Исака. Он прикусил сухожилия, тянувшиеся от шеи Исака к плечу, и застонал от вкуса его кожи. — Мммм, наша. Эвен выпрямился, прижал обе руки к худой мускулистой груди Исака и сильно толкнул его. Исак приземлился на кровать с оханьем и смехом. — А тебе не кажется, что нам нужно какое-то время повстречаться, прежде чем ты начнешь говорить о нашей свадьбе? Он потянулся к Эвену, но тот отмахнулся от его рук и направился прямо к ширинке Исака. Он расстегнул пуговицу на брюках, заработав дрожащий выдох. Черт возьми, он был великолепен. Золотистые волосы, золотистая кожа, спелая и упругая. — Ты опять это делаешь, — пропыхтел Исак, вылезая из штанов, когда Эвен стянул их вниз. — Делаю что? — Он отвлекся на очертание эрекции Исака в трусах и резко остановился. Он пялился. — Ты смотришь на меня так, словно я ростбиф в меню Микаэля. Взгляд Эвена метнулся к лицу Исака. Он пожал плечами. — Знаешь, ты заставляешь меня чувстовать себя глупым из-за желания. — Я? Эвен кивнул и опустился на кровать на колени. — Пять лет. — Пять лет? — Я ждал пять лет, чтобы ты снова стал таким, как сейчас. — Эвен лег поверх тела Исака, застонав, когда они прижались друг к другу, и он почувствовал жар Исака на своем животе. — Я ни о чем не жалею в своей жизни, Исак, но я действительно сожалею, что потерял тебя. — Ты не потерял меня, — сказал Исак, обхватив лицо Эвена руками. Выражение его лица было свирепым. — Мы совершили ошибку, но теперь мы здесь. — Теперь мы здесь, — повторил Эвен. Исак притянул его к себе и поцеловал, вылизывая его рот изнутри. Эвен потерял свой гребаный рассудок. Он вжался в него и был вознагражден самыми сладкими, самыми грязными звуками из великолепного рта Исака. — Черт, — выдохнул Исак, когда Эвен переместился и сосредоточился на его шее. Его ключице. Его ухе. Он проложил дорожку поцелуев от груди до живота. И ниже. — О господи. Эвен провел пальцами вниз по торсу Исака и уткнулся носом в его промежность, вдыхая сладкий мускусный запах, пока тот не наполнил его легкие. Исак легонько положил руку ему на голову. — Скучал по тебе. Эвен остановился и посмотрел на него снизу вверх, весь раскрасневшийся и растрепанный. — Я тоже скучал по тебе, Ис. Очень сильно. А потом он зацепил пальцами пояс нижнего белья Исака, потянув его вниз ровно настолько, чтобы добраться до твердой плоти под ним. Член Исака был ярко-красным, он напрягся на его губах, когда Эвен нежно поцеловал ствол. Кожа была горячей на ощупь, и он пах невероятно, как секс, потребность и желание. Собственная эрекция Эвена пульсировала между его ног, и он толкнулся ею в бедро Исака, чтобы немного успокоиться. Он взял Вальтерсена за руку и облизал его член по всей длине. Бедра Исака приподнялись с кровати. — О Боже! Эвен обхватил его бедра руками, чтобы опустить. — Слишком сильно? — Н-нет, — рассмеялся Исак. — Я просто… Боже, можно подумать, что до меня никто никогда не дотрагивался. Эвен улыбнулся и прижался к бедру Исака, пока тот тащил свое нижнее белье вниз. Он встал и снял собственные штаны. Исак сел и потянулся к нему, помогая снять трусы. Прежде чем они добрались до его бедер, Исак уже обхватил член Эвена губами. Эвен беспомощно застонал, когда влажный жар охватил головку его члена. — Блять. — М-м-м, — ответил Исак, присаживаясь на него, не давая ему никаких медленных размышлений, которые давал ему Эвен. Исак, похоже, преследовал цель. Единственное, что Эвен мог сделать, — это держаться за широкие плечи Вальтерсена и смотреть, как подпрыгивают его светлые кудри. — Если ты… черт, как хорошо… Исак… но если ты продолжишь, то я… Исак благословенно сжалился над ним и оторвался, но не без того, чтобы дать ему один долгий, медленный отсос. Он посмотрел на Эвена из-под ресниц и ухмыльнулся. — Я и забыл, какой ты мудак, — поддразнил Эвен, проводя рукой по роскошным локонам Исака. — Извини, но мне уже давно интересно, какой ты на вкус. — И какой? Исак закрыл глаза и облизал губы, прежде чем снова посмотреть на Найшема. — Восхитительный. Эвен рассмеялся. Громко и звонко. Он обожал эту улыбку на распухших от поцелуев губах Исака. Ему нравилось, что они могут быть такими друг с другом после того, как прошло столько времени. Их взгляды встретились, и смех исчез, сменившись чем-то вроде взаимного благоговения. Исак привстал и обнял Эвена, проводя руками по всему телу, целуя его и медленно меняя их положение. Потребовался самый легкий толчок, прежде чем Эвен оказался лежачим на спине и смотрящим на Исака. — Хочу тебя, — повторил Исак. Он опустил руку на свой член и медленно погладил его. Эвен не мог отвести взгляда. — Теперь я твой. С разгоряченным видом Исак полез в маленький сундучок, лежавший на ночном столике, и вытащил оттуда презерватив и маленькую бутылочку смазки. Эвен раздвинул ноги, отдаваясь Исаку всеми возможными способами. Исак разбирал его молекулу за молекулой. Он был чертовски талантлив, используя каждую часть своего тела, чтобы снова и снова подводить Эвена к краю пропасти, всегда отступая назад, прежде чем тот успевал кончить. — Господи Иисусе, мать твою, да ты же меня убьешь! — Может быть, — прохрипел Исак, меняя угол наклона и вонзаясь в тело Эвена длинными, плавными ударами, которые взрывали фейерверк в его глазах, когда он попадал в то единственное место, которое гарантированно взорвало бы разум Эвена. — Я обещаю, что ты умрешь с улыбкой. Эвен открыл рот, чтобы назвать его дерзким маленьким говнюком, но обнаружил, что ему трудно подобрать слова, чтобы выразить свое удовольствие. Он окинул его взглядом: мышцы напряглись, лицо сосредоточенно сморщилось. И все ради него. Эвен схватил Исака за талию и потянул, пока тот не приземлился вплотную к нему. Исак замедлился, словно выталкивая воздух из легких Найшема. — Ты чертовски хорош, Эви. Эвен вцепился в волосы Исака и тянул его голову, пока их губы не соединились в безумном поцелуе. Когда Исак ввинчивался в него, он видел перед собой целую вселенную звезд. Их было так много. Боже, как хорошо. — Да, — воскликнул он, когда они прервали поцелуй, даже не зная, что хочет сказать. — Я знаю, — ответил Исак, приподнимаясь, чтобы опереться на него. — Я все понимаю. Его толчки были глубокими, а ритм неумолимым. Глаза Исака сверкнули, когда он посмотрел на него сверху вниз. — Я хочу, чтобы ты кончил для меня, Эвен. Это была простая команда, но Эвен заскулил и зажмурился. — Посмотри на меня, детка. Он попытался открыть глаза и посмотреть вверх. Так много было в выразительном, красивом лице Исака. Не только желание. — Вот ты где, — тихо сказал Исак, улыбаясь ему сверху вниз. Он опустился достаточно низко, чтобы Эвен почувствовал трение живота Исака о его член, жесткие волосы и влажная гладкая кожа терлись о него с каждым толчком. В сочетании со сладким, ошеломляющим чувством присутствия Исака внутри него, это было уже слишком. Сверля его взглядом, Исак, казалось, кивнул. — Да, — нараспев произнес он. — Да, да, да. Эвен судорожно выдохнул. — О Боже, — простонал он, когда оргазм накрыл его с головой. — Срань господня, это… Он судорожно упал на кровать, маленькие электрические разряды пробежали по его нервным окончаниям. Исак уронил голову на плечо Эвена, его зубы царапнули кожу, когда он сбился с ритма. Эвен почувствовал горячее дыхание на своей шее и услышал приглушенный шепот Исака, прежде чем тот задрожал, повторяя теперь его имя. Эвен, Эвен, Эвен. Все еще переводя дыхание, Найшем обхватил Исака руками и прижал к себе, покачивая бедрами, чтобы выжать из того все возможное удовольствие. Через долгую минуту Исак рухнул на него сверху, казалось, такой же бескостный, как и Эвен. Он был тяжелым, но это был желанный груз. Эвен уже много лет ждал, что Исак будет его. — Кажется, я умер, — сказал Исак после долгого молчания. Эвен рассмеялся ему в волосы. — Не совсем так, но близко. — Le petit mort. — Исак поднял голову и посмотрел на него сверху вниз. Его улыбка была очаровательна, с ямочками. — Разве не так ты называл это тогда? — В этом не было ничего мелкого, — возразил Эвен, наклоняясь, чтобы чмокнуть его в губы. Исак выглядел таким счастливым, таким довольным. Это согревало Эвена совсем по-другому. Они скользнули в разные стороны, а затем снова сошлись, когда Исак избавился от презерватива, а Эвен использовал несколько салфеток, чтобы убрать свой собственный беспорядок. Исак бросился прямо в протянутые руки Эвена, и тот натянул на них одеяло, радуясь его прохладной ткани. — Стоило ли ждать? — Голос Эвена был хриплым. Он почувствовал, как Исак кивнул ему в плечо. — Фух, — сказал он полушутя. Исак легонько шлепнул его по животу. — Ты же знаешь, что так оно и было. Ты знаешь. Ты стоишь любого ожидания, но мы еще не закончили. Я тоже хочу почувствовать тебя внутри себя. Сердце Эвена забилось сильнее, а его член дернулся при мысли о том, что он будет внутри напряженного тела Исака. Окончательно. Боже, он никогда не насытится им. — Ис… — он глубоко вздохнул, не понимая, почему ему так страшно признаться в том, что они ходят вокруг да около. — Я никогда не остановлюсь, ты же знаешь. — Не остановишься на чем? — Исак лениво провел пальцами по груди. — Влюбляться, — прошептал Эвен. — Даже находясь за тысячи миль отсюда, я все еще любил тебя. Я тоже тебя люблю. Исак пожал плечами, прижимаясь к нему. — Я люблю тебя, Эвен. Всегда любил и, наверное, всегда буду любить. Эвен повернул голову, чтобы посмотреть на него сверху вниз, находя так много обещаний в зеленых глазах Исака. Исак потянулся, чтобы взять Эвена за подбородок, притягивая его к себе в поцелуе, который был томным и непринужденным. Заземленным и спокойным. Знакомым и новым. Этот поцелуй буквально говорил: «Добро пожаловать. Добро пожаловать домой».