Внуки инженера Манна

С городской свалки металлолома каждое утро мусорное железо уезжало на дальнейшую переработку. Так что редко эта свалка заполнялась настолько «под завязку», да еще и ломаными роботами. В темном небе над свалкой, освещаемая с ограды сиреневыми огнями сигнализации, неторопливо летела человеческая фигура. Впрочем, зрелище было далеким от старой рождественской открытки с белокрылым ангелом. Хотя бы потому, что фигура Сэнди Брукса была лишена крыльев и вообще ангела не напоминала. Как известно, идеальная форма — это шар. И Сэнди во всем стремился к идеалу. Даже его кроссовки были идеальны. Не простые джамперы, позволяющие прыгать на полтора метра вверх прямо с места и быстро ехать по тротуару, о нет! Его кроссовки умели летать. Вместе с ним. Маленькая переделка джамперов была дорогой и незаконной, зато каков результат! Ну что ж … он за оградой. А наладить систему телепортации неорганики — плевое дело с его-то опытом. *** Патрульные аэрокары ночевали в ангаре, а на гостевой стоянке одиноко стоял под фонарем чей-то спортивный, синий с белой полосой. Дежурные полицейские сделали стену прозрачной и теперь наблюдали, как над деревьями поднимается луна, а по траве эко-стоянки крадется кот. По углам трава проросла сквозь решетку такая густая, что виднелись только уши и хвост. — Нравится машинка, да? — хмыкнул один из напарников, приглаживая усы. — Вот какой-то мальчишка ее водит, а мы на автоматах ползаем. Аэрокар без автопилота — это ж каких денег стоит! У него и скорость, и маневренность, и… — Джеффри, ты его выгружал с платформы? — нахмурился второй, дуя на горячий кофе. — Да. Хотел бы я… — Ближний свет выключить, балда. Вот что ты хотел. — Я не… Договорить он не успел. По переднему фонарю пробежала красная искра, вспыхнули габаритные огни, и аэрокар рванул вверх, уверенно, будто стартовал на гонках. Кант ничего не говорил по поводу побега от полиции, но Эллиот не чувствовал себя преступником. Ему надо было восстанавливать справедливость, а не оставаться вещью в себе. Первым номером в плане стояло — найти человека, который умеет выжать из закона все до последней капли, взболтать и споить тому, кто такие законы придумывает. Вторым — там видно будет. Хорошо, что этот бесценный человек указал свой адрес в соцсети. Хорошо, что Николас успел полностью снять блокиратор. Когда над полицейским участком взвыла сирена, Эллиот уже пролетал над тополями пригородной трассы. Людям всегда не хватает скорости. *** Больницу называли Психо-3, сокращая таким образом длинное название «Клиника психиатрических, психотерапевтических и психосоматических заболеваний Департамента безопасности». В Психо-3 лежали совершившие преступление или обвиняемые в таковом, когда заходила речь об их вменяемости или адвокат подавал рапорт о тяжелом психологическим состоянии своего подзащитного. У входа застыли два высоченных охранных дрона. Третий — пожарный — объезжал территорию. Охранники-люди сидели за прозрачной пластиковой дверью, смотрели на большущем экране реалити-шоу «Жизнь без роботов». Там было весело: известная телеведущая предпринимала уже четвертую попытку сварить кофе без кофеварки. Когда пена снова залила плиту, и поднялся чад, оказалось, что интеллигентная ведущая по части выражений даст фору иному рестлеру. Охране показалось, что голос участницы шоу вдруг зазвучал с двух сторон сразу. Но нет — это всего лишь возмущалась под дверью поздняя посетительница, которую не пропускали дроны. Рыжая, коротко стриженая, воинственная женщина держала за шиворот белобрысого парня хулиганистого вида, равномерно повторявшего что-то вроде «ну маааам». Охранник открыл дверь и поинтересовался: — Мэм, что… Точнее, он хотел поинтересоваться. Ирэн Брукс — а это была она — после семейной жизни с Сэнди могла переорать и переговорить кого угодно в принципе. — Сколько можно?! Пятнадцать минут требую открыть! Немедленно госпитализируйте вот этого, — она предъявила парня, подтолкнув его вперед, — для обследования, я хоть вздохну спокойно! Прямо сейчас! К охранным дронам подъехал маленький робот-ремонтник и принялся их обследовать, посвистывая и жужжа. — Мэм, это невозможно. Сюда может направить департамент безопасности, и только он. Направление подписывает главный врач. — Так зовите его! Главного врача! Давайте, давайте!!! — Ну мааааам, — внес свой вклад Оливер. Краем глаза он смотрел, как Пит шепчется с дронами. Они отвечали. Своей системой знаков и звуков. Оливер немножко знал ее. — Мэм, главный врач сейчас дома. С девяти утра завтрашнего дня… — А у меня есть права сейчас? Или тоже с девяти утра завтрашнего дня? Я требую, чтобы моего сына исправили! Он прогуливает школу, он разбил кар, он научил робота-няню играть в азартные игры! Вы обязаны вмешаться! Пожарный шестирукий дрон подъехал к охранным и Питу, наклонился, поднялся. Поехал за угол. И огласил окрестности сиреной пожарной сигнализации. — И я подам в суд!!! На всех!!! Начиная с вас!!! — Мэм, вы слышите? — охранник махнул рукой в сторону звука. — Прошу вас, отойдите. Мы должны все проверить. Возможна эвакуация пациентов. — И лично вас уволят, — гордо заключила Ирэн и отпустила футболку Оливера. Она сыграла свою роль. Ему еще предстояло скоординировать роботов. Пока один охранник отправлял рапорт в департамент чрезвычайных ситуаций, второй проходил больницу с маленьким дымоуловителем — на панели общего состояния здания были явные глюки, она показывала очаг возгорания то в одной точке, то в другой, то вообще нигде. В таких ситуациях считалось, что прогресс прогрессом, а человек надежнее. Тем временем похожий на жука робот-стекломой открывал окно палаты Николаса, а пожарный дрон поднимался к ним по стене. Он умел эвакуировать людей в случае пожара, только вот окно просто разбил бы. Стекломой и аккуратнее, и тише. Внизу их ждали газонокосилка Рэй и твины. Охранные дроны не вмешивались. Николас все понял только внизу, когда пожарный дрон с ним на механических руках спустился по лестнице. Двумя руками он бережно держал Николаса, еще четырьмя перебирал ступени. — Я никуда не побегу, — сказал Николас Оливеру. Хотя интонацию «как же я рад тебя видеть» оказалось трудно заглушить.