Жизнерадостный глупый подросток

Он наносит себе вред на тренировках, когда бьёт по стенам слишком сильно, или нарочно спотыкается, чтобы наверняка упасть. А после этого, постоянно смеётся и говорит, какой он неуклюжий. А в комнате режет свои руки и ноги, на которых уже живого места не осталось. К тому же, ему каждый день снится один и тот же сон. Все ребята купаются в бассейне и зовут его присоединиться. Он с радостью прыгает туда, а потом все начинает искриться, и они умирают прямо в воде. Он кричит и… Просыпается в холодном поту. Но сегодня ему приснилась только она. В бассейне была только Кьека, которая так мило стеснялась своей фигуры в школьном купальнике. Она весело смеялась и звала его к себе. Он уже хотел было спуститься, но одернулся и отказался. Джиро посмотрела на него, и сказала, что он отвратителен, чтобы лучше он умер, и никогда не появлялся в её жизни. Он взглянул вниз, и увидел все свои шрамы, которые резко начали болеть и кровоточить. Он снова проснулся, но теперь вытирал уже не пот, а слезы, которые, не переставая, текли у него из глаз. *** Из-за ужасных оценок Айзава-сенсей заставил его ходить на дополнительные, чтобы дело не дошло до исключения. На них обычно прогоняли пройденный материал. В один из таких дней, Сотриголова отвлек ученика от чтения, и заглянул ему прямо в глаза.  — Всё в порядке, Денки?  — Конечно, просто никак не могу понять эти интегралы.  — Ты какой-то странный в последнее время, вот я и спросил.  — Вы думаете, что я вру? — самое невинное и самое детское выражение лица.  — Я верю тебе, просто если тебя что-то тревожит, то просто расскажи мне, и я помогу. На чем мы остановились? *** Правда, дошло уже до битья головой об стенку. Кулаки приобрели уже багровый оттенок, поэтому Каминари начал носить перчатки без пальцев, говоря всем о том, что это круто. Джиро все так же с беспокойством поглядывала на него, и когда он ловил её взгляд, то широко улыбался и показывал два больших пальца, мол «я в порядке». Только после этого она успокаивалась. ***  — Денки-чан, попробуй так же!  — Малыш, ты не виноват…  — Чудовище! Снова они. Он что, причинил себе недостаточно боли? Чем он заслужил это? На столе лежало письмо от мамы. Она сказала, что вся в работе, но очень сильно скучает по нему. Спросила про то, хорошо ли он кушает, нормально ли спит, и что ждёт не дождётся их встречи. Она обязала его чаще стирать свои вещи и расчесываться по утрам. Каминари прям представлял её строгий голос и невольно улыбался. Как же он любил её, но она точно не будет счастлива, когда получит отчёт об оценках. Она точно не улыбнётся, если увидит сына в таком состоянии. Каминари вздохнул, а потом скомкал письмо и выбросил его в конец комнаты, за шкаф с одеждой. На часах восемь вечера. Пора. *** Однажды он не пришёл на дополнительные. Айзава сидел за столом и поглядывал на часы. Нет, на пятнадцать минут опаздывать уже наглость. Учитель вышел из здания школы и посмотрел в стороны общежития класса 1-А. Но оттуда никто не спешил идти. Поэтому Айзава сам пошёл к своим подопечным. Ребята тусовались в гостиной, но оглядев всех, он понял, что Каминари среди них нет. Подростки поздоровались с ним.  — Да-да, виделись уже. Вы не видели Денки?  — Каминари ушёл спать около двадцати минут назад, сенсей! — Иида снова замахал руками.  — У нас дополнительные каждый день, он вам не говорил? Деку почесал затылок.  — Каминари сказал, что с сегодняшнего дня он свободен.  — Ладно, тогда я поднимусь и поговорю с ним. Простите, что прервал вас. Учитель скрылся вверху лестницы, а остальные продолжили заниматься своими делами. Бакугоу опять нагрубил всем, сказал, что они слишком шумные, а потом тоже начал подниматься по лестнице. *** Айзава-сенсей постучал к Денки.  — Каминари, почему ты не пришёл на дополнительные? Что значит свободен? Ответа не последовало. Учитель потянул за ручку. Заперто. Айзава не на шутку заволновался. Мимо проходил Кацуки, и учитель подозвал его.  — Что опять? Мне уже нельзя пойти спать спокойно?!  — Я хочу, чтобы ты сломал замок. От такого даже Бакугоу опешил.  — Я не собираюсь этого делать. Я понимаю, что Каминари тупорылый, но не настолько же, чтобы ломать его дверь.  — Сломай! Чёртов! Замок! Лицо учителя приняло такой жуткий вид, что Кацуки пришлось повиноваться. Положив ладонь прям на замок, он активировал свою причуду. Послышался небольшой взрыв, и дверь распахнулась. На письменном столе лежали ручки, и раскрытый блокнот. Кровать была застелена, а над ней, у окна… Он был босиком, в домашней футболке и баскетбольных шортах, а лунный свет за окном красиво освещал его непослушные жёлтые волосы.