Жизнерадостный глупый подросток

— Ден-чан, ты уверен, что нам не стоит вмешаться? — спросила мама, после того, как Денки пришёл из школы с очередным синяком. — Да, уверен. Я же не настолько слабак, чтобы не суметь дать отпор какому-то отбросу. — Я переживаю, — она вытащила из холодильника лёд и сделала компресс. — Это же самая настоящая травля, да и потом… — Мам, не переживай, — Денки улыбнулся, и к его лицу приставили компресс, который начал приятно щипать лицо. — Ради чего я тренируюсь? Тем более, что я за герой, если не могу справиться с обычным задирой? Кейко закатила глаза, и ущипнула сына за нос, отчего тот смешно сморщился. Как она может не переживать, тем более после того, что произошло? — Ладно, герой, иди лучше помоги папе занести пакеты. К дому подъехала машина, и из неё вышел Изао, которого отправили за продуктами часом ранее. Родители хотели приготовить какое-то мексиканское блюдо, поэтому пришлось ехать куда-то к черту на куличики. Выйдя из машины, мужчина открыл заднее сиденье, и стал передавать пакеты только что вышедшему сыну. Он оглядел ребёнка, и, задержав взгляд на синяке под глазом, шумно выдохнул. — Снова столб? — Типа того. Пап, ты обещал потренироваться со мной сегодня. Ну дает, ловко поменял тему разговора. Изао улыбнулся, и, подхватив оставшиеся пакеты, кивнул сыну. — Я помню, через десять минут пойдём к пляжу. Давно хотел посмотреть на твою физическую подготовку. Разложив продукты по местам, Денки с папой, не забыв надеть спортивную одежду, пошли к пляжу. Солнце уже садилось, и багряный свет красиво падал на дорожки, освещая всех людей, которые вышли на вечернюю прогулку. После небольшой пробежки, папа с сыном пошли к площадке с турниками, чтобы размяться. Изао ловко запрыгнул на высокий турник и подтянулся двадцать раз подряд, чем вызвал восхищение проходящих мимо молодых девушек. Денки ухмыльнулся, и сказал: — Смотри, чтоб мама не ревновала. Изао немного покраснел и поставил сыну щелбан. — Твоя очередь. Денки запрыгнул и начал подтягиваться. Тренировки не прошли даром, и теперь это упражнение давалось гораздо легче, чем раньше. Плечи перестали болеть так сильно, а дыхание уже не было таким сбивчивым. Однако выносливость нужно было тренировать и тренировать. — Неплохо, уже восемнадцать, — сказал Изао, когда Денки спрыгнул. — А теперь, ещё 15 подходов, потом перейдём к отжиманиям. Тренировки с отцом хоть и были редкими, но отличались высокой сложностью и отличными результатами. В некоторые дни Денки заставляли бегать по песку, плавать по несколько километров, и нагружали кучей силовых упражнений, после которых все болело. Кроме того, Изао сам был очень спортивным и поттянутым, и на таких тренировках делился своим опытом. После этой общефизической подготовки, когда на улице совсем стемнело, а Денки выбился из сил, папа сказал: — А теперь перейдём к тренировке причуды. Он улыбнулся сыну, который жадно пил воду из бутылки, и подошёл к фонарному столбу. — Наши тела способны вырабатывать электричество, но мы можем прибавить себе силы, когда берём её из другого источника, — он направил руку к яркой лампе, и через мгновение посыпались искры с характерным звуком, и фонарь потух. Денки удивлённо посмотрел на папу. Какого черта? Он прожил со своей причудой 16 лет, и совсем не знал этого? — Что-о-о? Изао снова направил руку к фонарю, и включил его. — Дело в том, что тело не только вырабатывает и отталкивает свое электричество, но и притягивает его из различных источников. — Как я мог не знать этого? — Денки взглянул на свои руки, — Это же чертовски круто! Он попытался повторить за отцом, однако ничего не получилось. Искры даже не дотягивались до половины столба. Изао покачал головой, и прервал попытки сына. — Я забыл сказать, что для этого нужно очень хорошо владеть причудой, постоянно тренировать дальность и точность. Какой смысл в том, чтобы постоянно использовать бесчисленное количество энергии, и быть электрошокером? — Блин, пап! Ты же научишь меня? — Научу, но будет ещё сложнее, чем проплыть пять километров. Придётся изучить способность вдоль и поперёк, тем более, ты унаследовал мощность заряда своей мамы, так что… — Я думал у мамы такая же причуда, разве нет? — Ты прав, но её электричество более сильное, но менее податливое. Мужчина направил обе руки в стороны, и собрал энергию со всех столбов в аллее, погрузив побережье в кромешную тьму. Послышались недовольные возгласы прохожих, а потом все снова пришло в норму. Они собрали вещи, и пошли домой. На часах было девять тридцать вечера, и мама ждала их дома, поэтому тренировка пришла к завершению. Идя по тропинке мимо парочек и бегунов, Денки пинал камушек. Он знал, что папа очень сильный, но не думал, что настолько. В этот момент хотелось ненавидеть свое тело, и Денки почувствовал некую слабость и беспомощность. Ещё столько всего предстоит изучить, что голова пошла кругом. А хватит ли года, чтобы улучшить свои навыки? — Электрозума, тебя что-то беспокоит? — А? Честно говоря,… Я не уверен, смогу ли я научиться всему за такой короткий срок. — Хм, странно. А я думал, что сможешь. Вспомни, как хотел поступить в Юуэй. — Это другое. — А мне кажется, что это даже проще — Пап, почему ты не стал профессиональным героем? Ты же умный, сильный, и… — Я рад, что ты считаешь меня таковым, но на самом деле, дело в том, что я не хотел им быть с самого начала, — Изао улыбнулся, смотря куда-то вдаль. — Я мечтал, чтобы мои изобретения были освещены, чтобы люди ими пользовались, как и получилось в итоге. — Что? Тогда зачем столько тренироваться, если ты все равно сидишь целый день в мастерской? — Я тренировался, потому что хотел быть героем для твоей мамы, — мужчина посмотрел на окна их приближающегося дома, а затем добавил, — и твоим героем тоже, Ден-чан. Денки покраснел от такого признания и незаметно улыбнулся, опустив капюшон на глаза: — Опять эти неловкости. *** На самом деле эффект от чрезмерного использования причуды у Денки был не такой, каким он его показывал одноклассникам и мальчик не становился безмозглым идиотом. После ста тысяч вольт начинала болеть голова, но это было ещё терпимо. После миллиона вольт очень сильно болели кости, конечности были неспособны двигаться, а урон для головы был равносилен нескольким сотрясениям. Но все же, мозг продолжал работать, и мальчик мог здраво мыслить и чувствовать боль. Если часто использовать напряжение любой мощности, появлялись полосы на теле, которые потом долго не проходили. Денки сам не знал, почему обманывал одноклассников, наверняка ему просто хотелось их рассмешить. Кьека, например, всегда смеялась. Денки поднялся в свою комнату, открыл ноутбук, и начал разбирать задания по истории Японии, которые нужно было отправить учителю. Родители уже легли спать, а завтра нужно было вставать в школу. Денки сморщился от осознания беспомощности перед этим ублюдком, хоть и временной. В самой школе было нормально, но когда тебя выслеживают несколько человек, чтобы побить, желание идти туда сразу пропадает. В средней школе были ребята, над которыми издевались. Денки было жалко их, но он никогда не заступался, потому что не хотел проблем. А сейчас он сам был на месте этих ребят, и было неприятно видеть, что никто не собирается тебе помогать. Даже несмотря на то, что из всех проблем лучше бы выпутываться самому, иногда хотелось зацепиться за чью-нибудь протянутую руку, которая вытянет тебя наверх. Денки вздохнул, в который раз за день посмотрел на свои запястья, и погрузился в историю Японии. *** Геройская школьная команда поехала на какие-то соревнования, а это значит, что их не будет около недели. На уроке физкультуры ребята должны были пройти полосу препятствий, простенькую, но требующую средней физической подготовки. Всего-то надо было перелезть через небольшое ограждение, пройти между качающимися из стороны в сторону палками, и пробежать около пятисот метров с барьерами, которые меняли свою высоту. Денки, естественно, справился с препятствиями, в Юуэй они были гораздо сложнее. Он преодолел путь за пять минут, и, получив похвалу от учителя, начал наблюдать за остальными. Ребята не должны были использовать причуды, и, учитывая то, что школа не позиционировала себя как геройская, все справились нормально. Некоторые застревали на ограждении, но потом отлично пробегали кросс, а другие падали на качающихся палках. Денки держал лидерство, и думал, что никто уже его не догонит, но не успел он оглянуться, как мимо него промелькнули знакомые косички, и на табло высветилось время: две минуты, двенадцать секунд. Этот надоедливый соседский парниша, который первые дни всюду таскался за ним, а на совместных уроках только и делал что спал, оказался довольно неплох в спорте. Майкл снял футболку и вытер ею пот со лба. Его тело было хоть и худым, но полностью покрыто рельефными мышцами, которые быстро вздымались от частого дыхания. После душа, в школьном коридоре Денки окликнул его. — А, это ты. Что же заставило Его Величество, наконец, заговорить со мной? Денки немного смутился, потому что пару дней назад начал старательно игнорировать одноклассника. — Слушай, прости. А вообще, я к тебе по делу. — Довольно любопытно, а по какому? Они зашли в кабинет математики и сели рядом. Остальные ребята галдели, а учитель ещё не вошёл. Майкл, достав все принадлежности, посмотрел на Денки, а тот, в свою очередь, карябал пальцем нарисованного на парте человечка. — Ты очень хорошо прошёл сегодняшнюю полосу. — Да, я даже рекорд свой побил! Круто, да? — Да. Так вот, — Денки опустил чёлку на глаза, — как ты тренируешься? — Чего? — Майкл почесал подбородок. — Тренируюсь? Хм… Я даже не знаю, как тебе объяснить. Но слушай, я могу показать, как раз со мной потренируешься! Блондин удивлённо посмотрел на соседа по парте, но все же кивнул, отвечая на его вопрос. — Вот и здорово! Давай встретимся возле супермаркета в три. Кстати! — Что? — У тебя на волосах полоска странная. Ты её сам рисуешь? — Нет, это родимое пятно. У папы такое тоже есть, это знак принадлежности к электрической причуде. Лицо Майкла прямо-таки засветилось от интереса. — Вау! Ты прям как Пикачу! Слушай, а покажешь… Внезапно в класс зашёл учитель математики, сходу говоря название темы, и ребятам пришлось умолкнуть и погрузиться в урок. *** В назначенное время Денки стоял около небольшого супермаркета, единственного на побережье. Людей было мало, середина рабочего дня как-никак. Мимо проехали маленькие дети на самокатах, беззаботно смеясь. Денки насчитал около тринадцати чаек, когда прибежал запыхавшийся Майкл. На нем была надета чёрная баскетбольная форма, а на ногах красовались истоптанные кроссовки для бега. Мальчик извинился перед одноклассником, а затем сказал идти за ним. Майкл все расспрашивал о прошлом друга, а Денки покорно отвечал на все вопросы об электричестве, Юуэй и друзьях, которые остались в Японии, утаив при этом попытку самоубийства и тяжёлую реабилитацию. На вопрос о том, почему же он сейчас в Америке, а не продолжает геройский курс, желтоволосый ответил, что захотел пожить немного с родителями. Они все шли и шли, и маленькие торговые улочки с магазинами постепенно сменились потрепанными домами. В районе, где они находились, была куча мусора, на электрических проводах висели чьи-то кроссовки, а пахло просто отвратительно. Среди всей этой затхлости просто невозможно было чувствовать себя нормально. В окне трехэтажного дома кто-то громко ссорился, совсем не стесняясь того, что их могут услышать. Майкл нашёл по дороге увесистый камень, и всю дорогу подкидывал его вверх. Денки стало не по себе, и он, наконец, решился спросить. — Мы идём в спортзал или куда? — Да-да в спортзал, там очень круто. — Где мы вообще? Тут стремно. Майкл промолчал, сверкнув белоснежными зубами, а потом резко остановился. — Вот мы и тут! Они остановились посреди очень узкой улицы, на которой, видимо, тысячу лет не убирались. На некоторых зданиях отсутствовали окна, а те, которые имелись, были забиты деревянными досками. В самом конце улицы стояла старая машина, около которой тусовались парни и девушки, чуть постарше наших героев. Они громко гоготали и курили что-то, не похожее на сигареты. На них были одинаковые кожаные куртки, а некоторые держали в руках биты. Самый большой парень сидел на корточках, скрючившись, а его волосы напоминали прическу Снуп Дога, разве что были немного длиннее. Он затянулся этой своей дрянью, и хрипло рассмеялся над отпущенной кем-то из компании шуткой. Денки занервничал, и посмотрел на друга. Тот улыбнулся и что-то забормотал. Он взял камень, глянул на Денки и сказал: — Просто повторяй за мной, но не используй причуду. Тот, который сидит, умеет стрелять паутиной, как Человек Паук. А та девушка прыгает не хуже кузнечика. — Стой, ты что, собираешься… Договорить ему не дали. Майкл поднял руку в воздух и бросил камень прямо в машину. Послышался треск разбившегося стекла, и улицу пронзил оглушительный рев сигнализации. Вся компашка резко обернулась, и закричала отборные матерные слова. Денки посмотрел на друга, а тот шепнул ему что-то вроде: «Бежим!», и бросился наутек. Медлить было нельзя, и Каминари побежал вдогонку. Сзади в них летели камни, бутылки и что-то ещё, но в таких случаях лучше не оборачиваться. Мальчишки все бежали по этим узким улицам, полным мусора, и желтоволосый то и дело спотыкался. Враги уже наступали им на пятки, когда они забежали в тупик. Майкл, недолго думая, начал карабкаться по подоконникам вверх, цепляясь руками за трещины. Денки последовал его примеру, и вскоре они уже неслись по другому кварталу этого ужасного района. Сверху послышался крик, и Денки на секунду посмотрел назад. Там, в воздухе находилась зеленоволосая девушка азиатской наружности. Она перепрыгнула через целый дом, размахивая битой с гвоздями. Майкл уже был далеко впереди, и Денки использовал всю свою силу, чтобы продолжать путь. В тот момент он даже не знал, как можно использовать свою причуду, а думать долго было нельзя. Денки оступился, запнулся о лежащую на грубом асфальте дорожку, и кубарем покатился вниз по улице. Он остановился только тогда, когда врезался в какого-то парня. Он лежал на земле, потирая свой локоть, когда осознал, что окружён четырьмя членами той компании. Они были явно взрослыми, от них разило потом и травой, а оружие в руках внушало страх. Денки тяжело задышал, казалось, что его сердце выпрыгнет из груди. Отлично, самый лучший способ умереть — это быть забитым отморозками. Высокий парень дал своим команду не вмешиваться, а сам подошёл к мальчику и схватил его за шкирку. Сейчас, вблизи, было понятно, что тот смахивал больше на паука, чем на популярного исполнителя. Волосы являлись не чем иным, как паучьими лапами, а глаза были сплошь чёрными. Его огромная рука замахнулась для удара, и Денки зажмурился, готовясь к боли. Однако в этот момент в обидчика прилетел булыжник, запущенный с ювелирной точностью. Тот опустил мальчика, и упал на землю, задыхаясь от боли. В этот момент чья-то рука потянула электрического парня наверх. Майкл схватил его за запястье и опять побежал. Они неслись, пока не зашли в старый магазин запчастей и не скрылись за пустым прилавком. За витриной они увидели, как та компашка пробежала мимо, и громко выдохнули. Они вышли из магазина, и Майкл вытащил из кармана шорт молоток. Рядом стоял припаркованный велосипед, противоугоночный замок на котором уже успел прилично заржаветь. Мальчик ударил по нему молотком, и вытащил велосипед. Он сказал Денки сесть на руль, и со скоростью поехал к открывшейся набережной. Они бросили транспорт у прогнившего пирса, и пешком продолжили путь. Дойдя до скамейки, стоявшей у берега, они упали на горячий песок без сил. Денки закрыл лицо руками, и, громко выдохнул: — Ты совсем ненормальный! — Это… и… есть моя тренировка. Мышцы ужасно ныли, а свежие царапины саднили. Палящее солнце не придавало никакой пользы, хотелось пить, и желтоволосый не убивать одноклассника, хотя бы пока они не вернутся домой. *** Когда они вернулись на свое побережье, солнце практически село. Дойдя до пирса, они сели на него и, сняв кроссовки с носками, опустили ноги в холодную воду. Волны бились о деревянное сооружение, а прохладный ветер позволил немного расслабиться. — Выкладывай. — Денки все ещё сердился за сегодняшнее происшествие. — Что это, черт возьми, было? — Я сказал, что покажу, как тренируюсь. Майкл беззаботно болтал ногами в воде, и смотрел куда-то вдаль. — Это, по-твоему, тренировка? Нас могли убить, ты вообще, в курсе? — … — Что молчишь? Ты в своём уме? Майкл громко рассмеялся, а затем затих. Немного погодя, он решился, и начал: — Я жил в том районе до одиннадцати, и часто приходилось убегать от подобных отморозков. Мы с мамой были одни, и она постоянно работала допоздна, а я ходил её встречать. — И какое это отношение имеет к… — Моего отца убил старший брат Паука, когда тот пришёл за долгом. — Оу, мне жаль. Майкл сжал губы, и повернулся к однокласснику. — Всё нормально, но с тех пор я возненавидел эти улицы. Приходилось драться и воровать, чтобы хоть как-то жить. Я даже не умел пользоваться причудой и часто отхватывал люлей. Просто.… Это жизнь. Либо ты, либо тебя. По твоим рассказам из Японии я понял, что ты из другого мира. Не знаю, было ли тебе тяжело, но если не будешь уметь принимать решения и выкручиваться из передряг, то нет смысла становиться героем, — Майкл медленно вздохнул, — Прости за сегодня, но я хотел показать, почему мне пришлось стать таким, какой я есть. Может быстрый и сильный в физическом плане, но таким меня сделал этот мир. Банды, перестрелки, все это затянуло бы и меня, если бы мама не вышла замуж за Тодда. — Твой отчим? — Ага, крутой мужик. Научил меня быть человеком, перестать воровать и кататься на велосипеде. Денки промолчал, ведь действительно не знал что сказать. Обида на товарища уже совсем угасла, и сейчас, слушая этот душераздирающий рассказ, он начал проникаться к соседскому парнише большим уважением. Солнце полностью село, и они решили пойти домой. Напоследок Майкл посмотрел другу в глаза и сказал: — У тебя есть мышцы, однако, ты совсем не гибкий. — Он снова сверкнул зубами и добавил, — Ну ничего, я тебя научу! Он протянул ему кулак, и весело сказал: — Друзья? — Друзья. *** Денки принял душ, и теперь лежал на кровати, рассматривая потолок. Сегодняшний день был невероятно тяжёлым и длинным, и оставил после себя странное ощущение. Рассказ друга был эмоционально тяжёлым, зато он понял, что мир крутится не только вокруг него и его проблем. Тут полно ребят, которые вынуждены выживать, а не жить. Ему повезло, что у него есть семья, друзья, хорошая школа, да и вообще, прекрасная жизнь. Да, пусть он чувствовал себя слабаком, пусть ему было страшно и тяжело переживать свои несчастья, ведь свои проблемы тоже нельзя обесценивать. Однако, что-то все же изменилось. В такие моменты понимаешь, что хочется жить, развиваться и становиться сильнее. Хочется найти спасение в простых и обыденных вещах. Хочется любить, смеяться во весь голос, или наоборот, плакать навзрыд. Переломный момент в жизни Денки случился так внезапно, можно сказать, выломал дверь и предстал перед глазами, не желая никуда убираться. Мальчик так и пролежал бы наедине со своими мыслями, если бы мама не позвала его ужинать.