Жизнерадостный глупый подросток

(Прим. авт. Imagine Dragons — Whatever it takes) Наступил апрель. Он был достаточно промозглым, но было все-таки в этом свое очарование, утром асфальт блестел от инея, а люди, закутавшись в толстые шарфы, спешили на работу. Японские дети начали новый учебный год, и Юуэй не стала исключением. Класс «1-А» превратился в «2-А», что означало, ребят ждут новые, более тяжёлые задания и тренировки. Тем более, геройские лицензии скоро потеряют свою силу, и придётся пахать, чтобы закрепить эти привилегии. Кьека с остальными зашла в класс, а учитель Айзава даже помыл свои вечно засаленные волосы и побрился. Отличная попытка, но мешки под глазами так просто не скроешь. Закончив все формальности и закрепив все серьёзной речью об ответственности, он громко объявил:  — Теперь с нами учится Хитоши Шинсо, вы уже давно знакомы. Прошу любить и жаловать. Шинсо, который до этого сидел за задней партой, робко встал и подошёл к доске. Он почесал затылок, и посмотрел на своих новоиспеченных одноклассников, а те в это время молча наблюдали.  — Что же, я теперь тоже почти герой, — он потеребил верхнюю пуговицу расстегнутой рубашки. — Я ни за что вам не проиграю. Класс стал тише воды и ниже травы. А затем они одобрительно загудели, послышалось возгласы:  — Отлично!  — Станем героями все!  — У него крутые волосы! Шинсо не знал, что сказать, и просто неловко улыбнулся. *** Они переехали в новое общежитие, которое было чуть дальше от главного здания школы, а на нем сверху красовалась надпись: «2-А». Внешне оно ничем не отличалось от прошлого, зато комнаты внутри были чуть больше. Как обычно, девочки — в левой части, а мальчики — в правой. После тяжёлого учебного дня, когда все преподаватели нагрузили своими вопиющими речами о новых трудностях, весь класс расслаблялся в гостиной нового общежития. Мальчики взяли под опеку новоиспеченного одноклассника, травили анекдоты, да и просто весело проводили время. Кьека сидела в чисто женской компании, а ее мысли занимали предстоящие тренировки. Она теперь занимала лидирующие позиции и совершенно не хотела ударить в грязь лицом перед родителями и друзьями. Вскоре она устала слушать девичьи разговоры, и ушла обживать комнату, в которую уже доставили коробки с предметами декора и одеждой. Распаковав свою любимую гитару, она ударила по струнам, почувствовав огромное наслаждение. Она подключила комбоусилитель, и решила сыграть что-нибудь старое, уже заслушанное до дыр. Пару песен прошли гладко, но в какой-то момент струны не выдержали экспрессии, и самая первая порвалась. Казалось бы, бас-гитара, толстые и прочные струны, что же могло пойти не так? Ответа на этот вопрос нет и не будет, но значит, придётся оставить игру на время. Кьека недовольно отложила инструмент, и заметила на дне чехла упаковку новеньких струн. О нет, неужели опять вспоминать этого странного желтоволосика? Вздохнув, она отложила все вещи, при этом не забывая напомнить себе обязательно разобрать их. Кьека вышла в коридор, и, прислушиваясь к шуму из гостиной, аккуратно открыла люк, ведущий к крыше. В старом здании был точно такой же, но никто никогда им не пользовался. Денки как-то позвал её на крышу поздно ночью, и они пару часов говорили о бессмысленных вещах, слушали музыку и ели магазинные вафли. Друг ушёл, а привычка выбираться наверх осталась с ней. Холодный апрельский воздух натирал суставы, но лень не позволяла девочке снова возвращаться в комнату за курткой, в конце концов, можно и в спортивной кофте постоять. «Почему он снова появляется? Кьека думала, что все уже в прошлом, решила двигаться вперёд, но, как только забывала, фантом друга снова появлялся, ухмылялся и не уходил. Она выругнулась про себя, и решила отвлечься на простирающийся вид территории школы, который теперь виднелся с другого ракурса. Тишина умиротворяла, снимала груз с плеч, да и просто, была очень нужной в этот момент. Вдруг послышался лязг открывающегося люка, и девочка на минутку встрепенулась. Из-под крышки появилась фиолетовая макушка. Да уж, кого кого, а новенького встретить она не ожидала. Они удивлённо смотрели друг на друга, прежде чем он заговорил:  — Прости, я наверное тебе помешал, я пойду.  — Нет, ничего страшного, не думала, что кто-то сюда вообще поднимается. Шинсо засунул руки в карманы, а девочка про себя отметила, что человек-то умный, решил бомбер надеть. В этот момент она почувствовала, как пальцы на руках начинают неметь, а карманов то никаких не было. Мальчик подошёл к краю крыши, и сказал:  — Я любил выходить сюда в старом общежитии, вот и, — он отвёл взгляд, — очень обрадовался, когда увидел тут такой-же люк.  — Как тебе у нас?  — Непривычно, но достаточно весело. Да, очень уж странный и неловкий разговор. Шинсо вытащил из кармана маленькую коробочку. Открыв её, он достал тоненькую бумажную палочку.  — Ты куришь? Поверь, и исключить ведь могут. Теперь он упал в её глазах.  — А, это. Нет, я не курю — он зажал сигарету зубами. — Это метафора.  — Как в той книге? «Виноваты звезды», кажется.  — Ого, ты читала? Хотя стой, глупый вопрос, она же очень популярная. Ну, в общем, да.  — И как оно, курить без огня?  — Помогает расслабиться, день очень странный выдался. Они ещё немного поговорили, пока он наконец не заметил, что девочка дрожит. Хитоши снял куртку, и без лишних слов протянул ей, заставив покраснеть.  — Не переживай, я не подкатываю. Просто тебе холодно, аж губы посинели.  — Спасибо. Неловкое молчание ещё минут десять, а потом она сняла куртку и сказала, что уже пойдёт в комнату. Напоследок она улыбнулась новому знакомому, и заметила, что фантом Денки куда-то испарился. Ревнует, что ли.  — Прости, мы вот тут так хорошо болтали, но я не запомнил твоего имени. Чувствую себя кретином. Ну чудной.  — Джиро. Кьека Джиро. *** Прошло четыре месяца в новой школе. Денки и не заметил, как привык к новой жизни. Школа, родители, игры в баскетбол или ночные посиделки с Майклом занимали все его время. А ведь ещё и тренировки бесконечные, вместе с заданиями из Юуэй. Постепенно входя в колею, он решил окунуться в ранее обожаемый мир книг. Кто знал, что учиться не так плохо? Математика, искусство и грамматика оказались довольно интересными, да и возможность узнавать что-то новое была. Всё же, Денки знал, что не будет тут оставаться, осталось ещё много дел в Японии, включая становление профессиональным героем. Как-то раз они с Майклом отдыхали после километрового заплыва, и у них произошёл такой диалог:  — Йо, Пикачу, а ты реально хочешь профессионалом стать?  — Да, что за вопросы, блин. Ты как всегда в своём репертуаре.  — Я считаю это геморрным делом, так что не обессудь.  — А сам то? Кем стать хочешь?  — Неплохо бы в NBA играть, или, может, учёным каким.  — Ха-ха-ха, учёным! Ты сначала геометрию исправь, семестр заканчивается. Вот так вот и проходили обычные дни: учёба, пробежки и постоянные повторения одних и тех же упражнений. Денки научился собирать электричество со столбов, но его максимумом было всего два. Он стал сильнее, подтянутее, и намного более гибким, чем был. Свободные вечера он помогал родителям по дому, а иногда они выезжали отдыхать всей семьей. Такие поездки были маленькими, и занимали всего день, может два от силы, но были прекрасными моментами, которые хотелось навсегда закрепить в памяти. Мама вкусно готовила, а папа помогал с тренировками. Обычная семейная жизнь, которой так сильно не хватало юному герою. Он практически стал забывать свое прошлое, и, лишь изредка, вспоминал плохие моменты, отчего потом грустил некоторое время. Но, эй! Все совершают ошибки, никто не идеален. Это осознание давало мальчику силы идти вперёд. Он общался с Киришимой, рассказывал разные истории, спрашивал о том, как идут дела в школе, и получал такие же искренние ответы, отчего на душе становилось спокойнее, и наступал новый прилив мотивации. Об их школе писали в газетах, и новые статьи в интернете о том, как юные дарования задерживали преступников сыпались чуть ли не каждую неделю. Недавно он прочёл о том, как Наушник стала кандидатом в новую «Большую Тройку», и почувствовал невероятную тоску и радость одновременно, но так и не решился написать давней подруге. *** Денки с Майклом шли по коридору, оживленно обсуждая знаменитых героев, когда Трэвис с компанией стояли у шкафчиков. У главаря в руках был пластиковый стаканчик с кофе, купленный в старбаксе, и он не придумал ничего лучше, как «случайно» разлить на недруга горячую и слегка вязкую жидкость. О да, очередной конфликт, но Денки был готов к нему. Он схватил амбала за шкирку, и, смотря прямо в глаза, процедил:  — Ты хочешь драться? Давай прямо сейчас. Но тот тоже не был глупым. Хоть ему, как почётному члену школьной команды делались поблажки, он не настолько идиот, чтобы драться на глазах учителей  — Парковка. Три часа. В назначенное время, в назначенном месте собралось куча народу. И это несмотря на то, что договорились никому ничего не говорить. Однако, звезда школы и его шестёрки разболтали о драке почти всем. Денки так и не успел сдружиться с одноклассниками, многие считали его последним слабаком, а некоторые даже насмехались. Майкл как всегда был рядом, и сказал, что вмешается в случае чего. Парковка у школы была полупустой, в плане машин. А вот в её центре образовался круг из целой своры детей разных возрастов с разными причудами. Трэвис пришёл в компании друзей, небрежно накинув сверху форменную школьную куртку. Он гоготал и шутил о том, что «япошка» получит по заслугам, говорил, что таким надо сдохнуть, и миру проще станет. Денки же молча ждал начала драки. И вот, она началась. Они стояли лицом к лицу, никто так и не решался сделать первый удар, тем более, договорились причудами не пользоваться. Денки увернулся от тяжёлого кулака соперника, а затем вмазал тому прямо в лицо. Толпа в шоке замолчала, наблюдая за происходящим. Трэвис схватился за лицо, по которому текла кровь из носа, а потом рассвирепел и бросился в драку.  — Так его!  — Покажи, кто тут главный!  — Отправь его обратно в Японию! Майкла больно толкнул в бок один из друзей Трэвиса.  — Чего тебе?  — Ты какой-то больно спокойный. Не волнуешься, что твоего дружка сейчас в землю втопчут? Какой нахальный голос.  — Пф, кого тут во что втоптают, но точно не Денки. Я спокоен, потому что знаю исход этой клоунады. Просто наблюдай. Денки тем временем повалил обидчика на землю, и сделал болевой захват его руки. Тот кричал, не в силах ничего сделать. Чужая рука вдруг увеличилась в размерах, принимая некую окаменелость. Вот урод, посмел причуду использовать. Не успел Денки об этом подумать, как ему в живот прилетел удар коленом. Он согнулся и выпустил врага из захвата. Тот схватил его за волосы и начал трясти, попутно избивая тяжёлыми каменным ударами. Денки закашлялся, и его вырвало прям на асфальт. Все весело заугукали, смешно ведь, когда кому-то плохо. Майкла держало двое человек, он так сильно хотел помочь другу. Удар по голове. Темнота и сильное головокружение. И что, все вот так закончится? Ради этого пашешь месяцами? Денки отпустили, и он сразу упал на колени, прикрывая лицо чёлкой. Вся одежда была в крови и изодрана в клочья. Посторонние шумы вообще никак не ощущались, ощущалась лишь сильная боль, и полная безвыходность. Денки медленно поднялся, несмотря на то, что все думали, что он окончательно проиграл. Он убрал чёлку с лица, еле как разбежался и набросился на Трэвиса, который потерял бдительность. Снова удары этой противной причудой, но Денки даже и не думал прогибаться под их натиском. Он схватил волю в кулак, напряг в нем же небольшое количество электричества и, сквозь боль, схватил Трэвиса за запястье. Небольшой треск, яркая вспышка и тот, в мгновенье, упал наземь, крича и держась за руку. Запах горелого мяса резко ударил в ноздри, но Денки не думал останавливаться. Он снисходительно поднял его за шкирку, посмотрел в глаза, и прокричал:  — В чем дело? Уже устал? Тот испуганно посмотрел на него, и заплакал, прямо как маленький ребёнок. Толпа умолкла. Денки отпустил врага, и процедил:  — Больно? А ведь я могу и посильнее ударить. Сто вольт хватит? Он сжал энергию в кулаке, и заиграл молниями. Он победил, и это самое главное. Внезапно прибежал учитель, и все, что он увидел, так это то, что герой школы стоит на коленях в соплях, а рядом находится щуплый азиатский ученик, учившийся по программе обмена. *** Денки с родителями сидел напротив директора школы и заплаканного врага. Он так и не успел смыть запекшуюся кровь, а все тело ныло, как после папиной тренировки. Трэвис сидел с перевязанным запястьем, иногда охал и говорил:  — Он изводит меня с того момента, как пришёл, — всхлип, — он просто псих. Директор что-то затирал про невоспитанность, другой менталитет и прочее, а родители молча все слушали. Денки же скрывал свою самодовольную ухмылку, пропуская все замечания мимо ушей. Ему назначили наказание в виде отстранения от уроков в течение двух недель. После этого, когда они с родителями садились в машину, Изао похлопал сына по плечу, а мама обняла, весело засмеявшись. Они конечно сказали об ответственности, и о том, что насилием ничего не решишь, но были горды тем, что он смог дать отпор. Да и не выглядел Трэвис так, будто его изводили всю школьную жизнь. Мама даже сказала, мол, типичный задира, так ему и надо. Возле их дома сидел Майкл.  — Мистер и Миссис Каминари, не ругайте Пика… Денки! Я знаю, как все было! Они переглянулись, и покатились со смеху. После этого случая его зауважали в школе. Девочки мило улыбались, а мальчики побаивались. Ещё бы, после такой-то драки. Две недели дома он тренировался, учился, да и расценивал наказание скорее как поощрение. *** Вот так и прошёл целый год. Занятия, многокилометровые пробежки и заплывы, разбавляемые поездками в горы и обычными выходными. Пришла пора возвращаться домой, в Японию. Он уже сдал письменный тест от руководства Юуэй, между прочим, на высший балл, и оставалось пройти физическое испытание. В день перед отъездом, Майкл подошёл к нему и протянул небольшой брелок.  — Завтра мы уже не увидимся. Пообещай стать самым профессиональным из всех профессионалов, хорошо?  — Ты тоже, — он улыбнулся. — Слушай, чувак, ты — лучшее, что было в школе. Майкл пожал ему руку.  — Я из-за тебя тоже захотел героем стать, зараза. Когда-нибудь встретимся, и не думай, что я проиграю. *** Мама аккуратно складывала многочисленные футболки и штаны, которые доставала из недр комода с одеждой.  — Ден-чан, смотри-ка, — она вытащила синий комок, — твоя старая спортивная форма. Денки взял её из рук матери и осмотрел. Маленькая, неужели он раньше в неё влазил? Буквы «UA», и название класса потерлись и потеряли свой привычный блеск, а на боку была дырка, полученная на первом году обучения. Он снял свою футболку и подошёл к зеркалу. От того щуплого парнишки не осталось и следа. Из отражения на него смотрел высокий, красивый юноша. Его рельефное тело украшали шрамы от операций, а слегка загорелая кожа была будто бархатная. Мама встала рядом с ним, а затем расплакалась, чем ввела его в ступор.  — Мам, ну ты чего?  — Когда ты приехал, мы были одного роста. А теперь, вон какой вымахал. Я просто так тебя люблю. Она обняла его и прижалась. Он обнял её в ответ и начал поглаживать по голове.  — Всё хорошо, нельзя же оставаться ребёнком вечно, — он улыбнулся. — Мне, если ты не заметила, почти восемнадцать. Она ущипнула Денки да лопатку, заставив недовольно ойкнуть.  — Ещё язвить смеет! Разговор с папой был немного другим. Изао закурил сигарету, пока они сидели на крыльце, в ожидании такси. Он бы и сам не прочь отвезти ребёнка в аэропорт, да командировка как не к стати.  — Ден-чан, ты уже совсем большой.  — Ты что, вторая мама? — он потеребил брелок на рюкзаке, — я и сам это знаю.  — Ты научился пользоваться причудой почти по максимуму, даже лучше меня. Уважаю. И правда, Денки догнал отца в навыках, но ссылался на молодость и все такое. Изао взъерошил ему волосы на макушке, а затем обнял за шею.  — Обещай, что будешь сильным. *** Япония встретила Денки, доселе жившего «в тёплых краях» приятной прохладой. В аэропорту его ждал учитель Айзава, и максимально удивился. Конечно, провожал то он мелкого зашуганного шестнадцатилетку, а обратно приехал здоровяк, ростом почти доходящем до него самого. Они немного поболтали, Денки снова извинился за прошлое, рассказал о жизни в Америке, и о полной готовности к любым испытанием, заставив учителя улыбнуться исподтишка. Был вечер, и люди сновали туда-сюда, спешили с работы. Быстро темнело, поэтому город погрузился в свет от фар, фонарей и огромных билбордов. Приятный воздух бил в лицо свежестью, давая прилив сил порядком уставшему от вечной жары подростку. Его наушники свисали с горловины футболки, а сам он завороженно смотрел на места, где буквально вырос. Год в чужой стране однозначно пошёл ему на пользу, и позволил узнать много нового. Учитель Айзава рассказал, что происходило в школе во время его отсутствия, и добавил, что тест на вступление будет ещё и тестом на геройскую лицензию, а значит, будет очень сложно. Денки экзамен мало волновал, он был уверен, что стал крепче и сильнее, чем был всю свою жизнь. Он приехал в старую родительскую квартиру, поблагодарил сенсея за помощь, расстелил футон, и медленно засыпал, глядя на столь родное и, казавшееся теперь непривычным, звёздное небо. *** Да! Тест пройден, и он получил геройскую лицензию! Счастью не было предела, казалось, будто Вселенная сегодня за него.  — Держи. — Айзава протянул небольшую карточку с фотографией и геройским именем. — Добро пожаловать. Денки схватил лицензию, и весело и громко рассмеялся. Бывшие одноклассники даже не знали, что он вернулся, а Киришима каждый день писал, что уже потерял надежду. Солнце приятно светило, а всю прошлую неделю лил дождь. Люди около здания министерства по делам героем оглядывались на весёлого подростка и недоумевали. Они то не знают, что он сейчас окупил все свои труды, не знают, что приблизился к своей мечте на несколько шагов. Да, и не волновало его их мнение, их взгляды. Сейчас есть только счастье. ***  — Всем здравствуйте, теперь вы класс 3-А, с чем я вас всех и поздравляю. Кьека сидела рядом с Хитоши, с которым успела сблизиться за целый год совместного обучения. Этот странный мальчик с общеобразовательного отделения оказался очень интересным человеком. Они могли часами, в перерывах от стажировок и уроков, общаться на всевозможные темы. Он научил её снова жить, заставлял смеяться, хоть и был полной противоположностью Денки, чей фантом, казалось бы, ушёл навсегда. Вот и сейчас, пропуская мимо ушей речь сенсея, они украдкой перекидывались шутками. Учитель все говорил и говорил. О том, что их третий год будет самым сложным, о том, что никто не будет делать никаких поблажек, да и вообще, куча никому не нужных формальностей. Единственное, что Кьека приняла во внимание, так это то, что «Большая тройка» скоро сформируется, ведь она очень хотела в неё попасть, благо социально-школьное положение позволяет. В прошлом году она получила постоянную стажировку в агентстве Мируко, а по оценкам в школе почти обогнала вечную отличницу Яойорозу. Староста постоянно твердил ребятам о том, что у них есть на кого равняться, а учителя не переставали нахваливать её способности. Шинсо начал болтать с Киришимой, а Кьека без устали водила ушными разъёмами по белой поверхности парты. Айзава потёр виски, понимая, что никто, кроме Ииды да Мидории не слушает его речи. Он с силой ударил по столу, привлекая всеобщее внимание.  — Мне уже все равно, что вы там усвоили. Просто постарайтесь нормально закончить, чтобы мне не было стыдно. Учитель подошёл к двери, повернулся к классу, и сказал:  — Хочу вам напоследок кое-кого представить. Затем он открыл дверь, и в класс зашёл высокий парень. Его белые кроссовки блестели, а новенькая школьная форма серого цвета очень красиво смотрелась. Он вытащил руки из кармана, неловко улыбнулся и произнёс:  — Привет ребята. Я — Каминари Денки. Приятно снова с вами познакомиться.