Вспоминая будущее

— Северус! Помогите! — Снейп! Что ты делаешь? Помоги ей? — СЕВЕРУС!!!       Он резко сел в постели, чувствуя, как в ушах еще звенит от женского крика. Часы на стене мерно отстукивали время — половина седьмого утра. В подземелье, где нет окон и куда не проникает солнечный свет, трудно определить время суток иным способом. Его била мелкая дрожь, холодный пот стекал по лицу, отчего черные, как смоль, волосы прилипли к щекам.       Снова этот сон. Одно и то же каждую ночь. Он почти перестал спать. Его никогда не мучили угрызения совести и уж тем более кошмары. Так почему же теперь ему настолько паршиво, что хочется выть не хуже вурдалака?       Неожиданный хлопок заставил его вздрогнуть.       — Прошу простить мне мою бестактность, профессор Снейп, — склонился в учтивом полупоклоне домой эльф. — Но Вас желает видеть директор. Дело не ждет отлагательств.       Северус молча кивнул, и посланник с тем же приглушенным хлопком растворился в воздухе. Что могло потребоваться Дамблдору в столь ранний час?       Утреннее небо, по-осеннему пасмурное, хмурилось грозовыми облаками, грозя пролиться на землю проливным дождем, словно оплакивая разоренную могилу, перед которой подобно каменным памятникам застыли двое мужчин.       Надгробная плита, покрытая гэльскими письменами, расколотая надвое, лежала рядом с разрытой могилой, на дне которой виднелись остатки разломанного в щепки гроба. Пустого.       Небольшое кладбище в Кейтнессе никогда прежде не подвергалось столь безжалостному осквернению. Акт вандализма еще не обнаружили местные жители, так что немного времени на то, чтобы всё исправить, еще оставалось.       — Вы полагаете, это дело рук Темного лорда?       Вопрос можно было бы и не задавать, но отчего-то он сам сорвался с губ. Северус стоял, не шелохнувшись и не сводя пристального взгляда с разоренной могилы. Ее могилы.       Он присутствовал на похоронах. И хотя с тех пор прошло уже несколько месяцев, он до сих пор ощущал ту гнетущую атмосферу, что царила тогда в этом месте. Пришло много народу: родственники, друзья, коллеги и просто знакомые. Он и не предполагал, что профессор МакГонагалл пользовалась уважением и любовью стольких людей. Многие плакали, когда гроб опускали в землю. И лишь несколько человек знали, что гроб — пуст.       Но в чем-то эти похороны стали знаковыми. Ведь, по сути, у Минервы теперь другая, новая жизнь. С чистого листа. То, о чем он, Снейп, мечтал долгие годы, но чего не мог получить. Они хоронили заместителя директора Хогвартса, уважаемую профессора и сильную волшебницу, в то время как Минерва МакГонагалл жила тихой жизнью где-то в Кенсингтоне и даже не подозревала о своем прошлом, равно как и о существовании волшебного мира, оплакивающего ее уход.       И вот теперь кто-то знает, что всё это был лишь фарс.       — Боюсь, что да.       Скорее всего, Волдеморт догадался, что произошло тогда в Хогвартсе, и наверняка захотел проверить, правда ли Минерва умерла. Он никогда не гнушался запачкать руки. И осквернение могилы незнакомой ему женщины вряд ли стало бы для него непреодолимым препятствием на пути к поставленной цели.       — Ее нужно предупредить.       Он сам удивился, как порывисто прозвучали его собственные слова. Чертово чувство вины.       — Нет, — покачал головой Дамблдор. — Мы не станем этого делать.       Снейп посмотрел на профиль своего руководителя… хотя, правильнее было бы сказать «повелителя».       — Найти человека, не использующего магию, в Лондоне не так-то просто. Тем более, вероятнее всего Том посчитает, что если Минерва жива, то мы увезли ее подальше от столицы, скорее всего в ее родную Шотландию. Первым делом он будет искать там… и в Хогвартсе.       Снейп молчал, раздумывая над словами директора. Смысл в них конечно же был, всегда есть, даже если ты и не понимаешь его с самого начала. Но что-то внутри него подсказывало, что в этот раз Дамблдор ошибается.       — Северус, я запрещаю рассказывать ей правду, — он, наконец, обернулся к застывшему рядом Снейпу и голос его зазвучал предельно твердо. — Никто не должен этого делать. Никто.       Он подчинится, как и всегда, безропотно и молчаливо. Вот только сердце все равно тянет в Лондон, и он, в нарушение всех запретов и договоренностей, вновь оказывается на ставших знакомыми улицах города.       До ее дома от школы, где она работала, можно было добраться двумя путями, но Минерва всегда выбирала один и тот же, по Роланд гарденс мимо небольшого блошиного рынка. Ей нравилось рассматривать старинные вещицы на прилавках. Однажды Северус видел, как она купила маленькие часики на цепочке, кажется восемнадцатого века. Помнится, в Хогвартсе она как-то рассказывала, что ее отец любил коллекционировать старинные вещи и передал эту любовь сыновьям. Что ж, похоже, и дочери тоже. Правда чаще она всё же предпочитала старинные книги.       Вот и сегодня Минерва заглянула на любимый рынок, долго прохаживаясь меж прилавков и разглядывая товар. Особенно долго в этот раз она рассматривала зеркала в тяжелых кованых рамах, украшенных вензелями. И всё это время Северус, держась на расстоянии, наблюдал за ней. Дамблдор запретил говорить с ней. Но он не запрещал следить. Очевидно, старик не так хорошо знал мир маглов. Найти человека при нынешнем уровне развития технологий людей не составит большого труда.       Задумавшись, Снейп не заметил, как Минерва, так ничего и не выбрав, направилась дальше, быстро затерявшись в толпе зевак. Встрепенувшись, он заозирался по сторонам, но нигде не мог найти знакомую фигуру. Сегодня была пятница, и народу на улице заметно прибавилось, так что продираться сквозь толпу пришлось в самом прямом смысле слова. И это еще туристов нет. Летом тут совсем не протолкнуться.       Он знал, что Минерве предстоит пройти еще два квартала, прежде чем она свернет на улицу, где располагался ее дом. Тихий район с маленьким сквером через дорогу. Туда было удобно трансгрессировать ранним утром, когда все обитатели соседних домов еще спали. Правда, однажды он едва не столкнулся с какой-то девицей, выгуливающей целую свору собак. Девушка была в наушниках и не заметила Снейпа, зато псы бесновались вовсю, так что ей с трудом удалось увести их дальше.       Его взгляд в очередной раз скользнул по толпе впереди, и он заметил знакомый бордовый шарф в десятке метров перед собой. Минерва, не сбавляя шага, что-то искала в сумочке и вдруг неожиданно свернула в ближайший переулок. Северус прибавил шагу, повторяя ее маневр, боясь вновь потерять ее из виду. Его отделяли от нее всего лишь несколько секунд, но когда он оказался в переулке, тот был пуст. Минерва исчезла, словно в воздухе растворилась.       Трансгрессировала? Нет, не может быть. Она больше не использует магию, даже не представляет, как это делается. Но тогда куда она подевалась? В груди что-то неприятно кольнуло. Неужели он опоздал? За ней следил кто-то еще? Кто-то из пожирателей, кого Северус не знал в лицо?       Он сделал несколько шагов, запоздало заметив движение справа. Прежде чем Снейп успел обернуться, женская фигура скользнула к нему из-за мусорных баков, прикладывая к его спине незнакомый прибор. Тело Северуса пронзила боль, как если бы кто-то запустил в него молнией, и он рухнул на колени, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Картинка перед глазами расплывалась, но он отчетливо услышал знакомый голос у самого своего уха.       — Еще раз увижу Вас, вызову полицию.