Герои

      Ночное небо постепенно уступало место солнцу, светлея и горя золотом. Многоэтажные здания отражали солнце и отбрасывали тени на улицу, уличные фонари гасли друг за другом, некоторые окошки уже были открыты — ранние пташки проснулись, и, вместе с птицами, которые во всю уже летали между домов, наблюдали за восходом и началом нового дня.       Ночное время в их городе одно из неприятных, ведь в их регионе довольно много злодеев и странных личностей, которые создавали неприятности для жителей, но, благо, и на них есть управа.       Тем временем, в одном здании, за закрытым окном и слоем штор, за столом, окруженным кофе и баночками из-под колы, сидел паренек, щелкая своими пальцами по клавиатуре. На лице с милыми щечками и курносым носиком сидели очки, в которых отражался системный код, который раз за разом вспыхивал красным, оповещая об очередной неудаче. Нервы сдали, и парень поднял руки, выражая то, что он сдается. Он отъехал от большого стола с мониторами, и, не вставая со стула, прогнулся в спине до хруста. Оставив большое черное кресло позади, парень принялся разминать затёкшие за ночь мышцы, ведь сидеть долго в одном положении тяжело и вредно, но наставлять других это одно, а вот слушатся — это совершенно другое.       Звонок телефона со странной мелодией, похожей на мяуканье кошки, разнёсся по комнате, отчего парень подпрыгнул на месте и начал бегать по комнате, ища источник. Спустя добрых десять минут, телефон все же был найден под горой чашек, занимавших большую половину стола. Благо, он довольно большой, но даже этого места не хватило после бессонной ночи. Парень отключил будильник, оповещавший о том, что уже утро, и что нужно бы собираться в офис, на работу.       Он положил телефон на тумбочку около кровати, которая, к слову, была, как будто кем-то выпотрошена. Подушки на полу и у стены, скомканное одеяло лежало у края постели, простыня тоже. Обычно, когда он не работает, у него идеальный порядок, но во время работы на это времени нет. Тем временем, перфекционист в душе искренне страдал и бился об стену черепной коробкой, ругался матом, отчего даже глаз задергался. Забив на всё и засучив рукава, парень начал уборку в комнате. Кровать полетела на пол, после чего была собрана и отправлена в стирку, заменена на новую и снова постелена. Стол опустел, пустые чашки оказались на кухне в раковине, пол подметен, окна открыты. Обитель наполнил свет и воздух.       Комната выглядела прекрасно, и, наконец-то, душа перфекциониста успокоилась! И тут, как молотом, дошла новая мысль — и нет, не грязная посуда, хотя и она тоже: он опоздал на работу! Подбежав к тумбе, попутно споткнувшись о кончик ковра, парень посмотрел на экран с циферблатом и вспомнил, что перевелся на работу на дому, и ему вообще никуда не нужно идти.       Он ударил себя по лбу, и притом сильно, после чего выругался и потёр лоб. Да, либо сегодня не его день, либо пора спать нормально… — Нет, всё же первое! — проговорил парень, когда споткнулся об порог в ванной и упал на белый кафель.       Благо, нос не пострадал — его спас его небольшой животик. Поднявшись и отряхнувшись, паренек направился к зеркалу, думая, куда делся коврик, который стелился через всю ванную комнату. Коврик был найден сложенным после стирки в прачке, стоял и ждал, пока его расправят.       Парень всё равно не отчаялся и подошел к раковине, где увидел свое отражение. Шатен с локонами, которые так и норовят загнутся, папа говорил, ему что это досталось ему от матери, с ясными зелеными глазами, которыми он гордился и всегда под них одевался в одежду с зелеными «вкраплениями», или в полностью зеленые вещи. Правда, до брюк дело не доходило, только верх.       Даже сейчас он в худи зеленого цвета, в которой он безумно любит работать, ведь в ней удобно! Немного пухлые щеки и небольшой животик остались еще с тех времен когда он был пухляшом. А сейчас он мужчина, с широкими плечами, вот только ростом он немного не вышел.       Метр семьдесят — для девушек это, возможно, и нормально, но не для парня в самом расцвете сил, который с подросткового возраста не вырос ни на сантиметр! Но вот что за невезение, так еще и не той ориентации, и это тоже проблема! Ведь, если найдешь пару, тебя принимают за нижнего, и даже заверения в том, что ты актив, не помогают. Над тобой смеются и говорят: «Парень, ты явно что то попутал! С твоим телом и ростом ты только для нижней роли и подходишь!» И не важно, что, пусть ты ростом не вышел, в штанах-то всё нормально, но всем абсолютно всё равно.       Правда, признаться честно, парни у него были, и ведь не только для одной ночи, были и длительные отношения, но им не нравилось то, что, ну… Им не нравилось, что этот с виду ангелочек полный и бесповоротный извращенец!       Ну подумаешь, что у него есть немного «игрушек», чтобы разбавить скуку… Ну ладно не немного… И у него в квартире есть, небольшая специально обустроенная комната. Но, блин, не из-за этого же бросать человека, который тебя любит, в конце концов, у всех свои изъяны! И ведь некоторых не держит даже состояние, а тех, кого это все же держало, все равно сбегали через пару дней «игр». — Так, ладно, не нужно думать о плохом, и о том, что тебя неделю назад бросили снова из-за того, что ты только внешне ангелочек, а внутри тебя сидит чёрт-извращенец! — выругался парень, после чего, умыв лицо холодной водой, попытался прийти в себя, и остатками воды на руках прошёлся по волосам, убрав их назад. Но непослушные волосы всё равно упали на лицо.       Покинув ванную комнату и пройдясь по коридору, он оказался в гостиной, смежной с небольшой кухней. Света в комнате не было, но лучи проникали в дом через большое окно. Он прошёл в зону кухни, огражденную барными тумбами и щёлкнул отдельным выключателем — небольшое помещение озарилось светом, который чуть выходил за её пределы. Придя к кухне, Эдд уже машинально нашел выключатель и помещение озарилось светом, нескольких, потолочных ламп. Светлая комната, с не менее светлой мебелью и новомодной бытовой техникой, которая значительно помогла и упрощает жизнь, правда зачастую использовалась кофейная машина, особенно последнюю неделю когда он должен был выполнить заказ. Звук шкворчания сковородки, на которой жарится омлет, медленно распространяется по помещению; а на стоящей рядом тумбе уже ждут нарезанные помидоры и зелень, которые по приготовлению добавляются в блюдо, чтобы не только его украсить, но и добавить вкуса. На тумбочке, стоящей почти у стены, гудит кофемашина, загруженная капсулой с горячим шоколадом, ведь само кафе уже надоело, особенно за последние несколько суток. Перевернув омлет на другую сторону и прикрыв крышкой, он отошел к холодильнику, на котором были несколько самых разных магнитиков, большинство из них были с котятами и не только рисованными, но и с настоящими; также на этих самых магнитах висел календарь с отмеченными несколькими квадратиками, где то с рисунками, которыми отмечались праздники и дни рождения, ну и, конечно, дедлайны по работе. Успев лишь открыть дверцу холодильника и чуть «побегать» глазами по полке, как по квартире раздался дверной звонок. — Странно, я ведь сегодня никого не ждал. Кто это может быть? — спрашивал себя парень, медленно приближаясь в небольшую светлую прихожую.       Тем временем, в дверь кто-то продолжал нещадно звонить. И вот, он перед дверью, глазок у которой находился выше его головы, из-за чего рядом всегда стоит небольшая табуретка. Пододвинув её под дверь, парень поднялся и посмотрел в глазок. — Привет, Эдд, извини, что не предупредил… — за дверью стоял немного побитый и помятый парень, его лучший и верный друг. Чуть не упав с табуретки, Эдд быстро оставил её в сторону и поспешил открыть дверь, только руки от волнения не особо хорошо слушались. — Боже, Том! Что случилось?! — как только дверь открылась, шатен подбежал и подхватил парня под руку, завел его в дом, после чего быстренько посадил на диван, а сам отошёл закрыть дверь на замок. После чего Эд отправился на кухню и начал рыться в тумбочках в поисках аптечки, которая была такой большой, что больше напоминала сундук.       Через пару минут голова у парня со странными, пепельными, поднятыми вверх волосами, была перевязана, как и рука, которая была повреждена. На лице уже были лейкопластыри, которые, благо, не с детскими рисунками. В аптечке их было навалом, но хозяин дома понимал, что если наклеить подобное, то они будут сорваны в приступе гнева… Разбитая губа также была обработана. — Как я понимаю, ты пришел с работы? — с холодом в голосе и в глазах, проговорил Эдд, между делом убирая всё снова в аптечку. Его вопрос остался без внимания, повисла тишина. Шатен убрал аптечку, закончил готовку и разложил блюдо по двум тарелкам, поставив на небольшой стол для четырех персон. За всё это время никто из них не проронил ни слова. — Том, пойдем поедим, я омлет приготовил с помидорами и зеленью! — проговорил шатен, только после чего на него посмотрели чёрные уставшие глаза. Они были в прямом смысле слова чёрными, в них не было белка. Любого другого это напугало, хотя сейчас проводятся операции по «заливке» белка, да и линзы есть, так что, в принципе, это уже является нормой. Только вот у его друга такие глаза были уже очень много лет, возможно, с рождения. Но подобный вопрос не поднимался, а если и шел разговор о семьях, то Том отмалчивался, а если и говорил, то сухо и без лишней информации.       За столом также висела тишина, только тарелки уже опустели, и остывший кофе был выпит. Когда трапеза закончилась, шатен поднялся и поставил тарелки в раковину и тут же вспомнил, конечно, из-за того что увидел, про грязные чашки, оставшиеся после вчерашней бессонной ночи. Решив, что оставлять это без внимания нельзя, он начал усердно мыть посуду, складывая ее горкой рядом. Позади послышалось копошение вместе со смешком, потом звук двигающегося стула, шаги, пока тело не остановилось и не встало позади, опираясь на тумбу. — Тебе не о чем волноваться. Просто досталось немного, — спокойным и ровным голосом проговорил парень, на что получил неодобрительный, и даже укоризненный взгляд. После чего его друг продолжил мыть посуду. Решив помочь он взял рядом висящее на стенке полотенце, и принялся вытирать посуду. — У тебя рука забинтована! Так что, прошу, не мешай! — проговорил парень сквозь зубы и отобрал тарелку, которую вытирал его товарищ. Том поднял руки, показывая, что сдается, и оставил полотенце рядом с раковиной, после чего направился в гостиную смотреть телевизор.       Закончив с уборкой, Эдд убрал посуду на место, повесил полотенце и вышел из кухни, заметив, что его гость, видимо, уснул на диване, возможно, он также, как и он, работал ночью. К слову, только сейчас в теле чувствовалась усталость и желание поспать, с утра, подкрепленный адреналином, как-никак, за утро он упал несколько раз, а потом и друг побитый пришел, так что, видимо, усталость отошла на второй план. Подойдя к этому самому диванчику, сел боком, подобрав под себя ноги, он сначала смотрел на парня, а потом, положив руки под голову, он сам не заметил, как задремал.       Снова очнувшись, Эдд еле приподнялся и осмотрелся, после чего осознал, что он уже находится не на диване, а на своей постели, укрытый одеялом. Рядом на тумбочке стояла закрытая банка газировки и тарелка с печеньем. Видимо, Том проснулся и отнес его в постель, при этом, как лучший друг, зная о том, что после пробуждения он всегда голодный, он подготовил ему небольшой перекус. И это вызвало не только улыбку, но и щемящее чувство нежности в его сердце. Сев на постель свесив ноги с кровати и поставив тарелку с угощением рядом, засунув печенье в рот, он нащупал телефон и не отвлекаясь от поглощения угощения, включил его. Дисплей ослепил его ярким светом, из-за чег Эдд интуитивно убавил яркость и посмотрел на время. «Так, во сколько пришел Том?! Нет точно не могу сказать… Так, а во сколько я принялся за готовку? Ах, да, точно… Так, стоп, погодите, сколько я проспал?! Часа 3, а может даже 4…» — после сна голова не особо хорошо работала, но осознание, того что он проспал действительно много времени немного беспокоило и било по голове. Парень тяжело выдохнул от понимания, что за день он не только не занялся домом, но и работой. За это его по голове точно не погладят, и даже родственные связи тут не спасут! Поднявшись и захватив с собой тарелку и газировку, он поставил все это на стол, а сам присел и включил блок питания компьютера. Комнату озарил свет от монитора, который резал глаза куда сильнее экрана телефона, хотя оно и понятно. Звук клацанья мыши, меняющийся свет от экран: все это уже стало, наверное, обязательной вещью в этой комнате, как-никак хозяин чуть ли не всё время проводит за этим занятием, иногда забывая про сон и еду. Наверное его еще и за это бросали, пусть он и был внимательным любовником, но вот времени, особенно во время заказов, не хватало. За это платят неплохие деньги, но всем подавай бесконечное внимание, да и деньги не отходя ни на секунду от пары, зарабатывай, а вот как это делать, думай, будь добр, сам! Уже опустевшая тарелка и пустая банка от газировки еще лежали на столе, пока сам парень листал новости, просматривая и изучая, что же творится в мире, а в особенности в их городе, кто напал этой ночью, и напал ли. И ещё нужно узнать, где пропадал его друг. Включив одну из множества своих программ, он вбил номер телефона, который знал не хуже чем свой собственный, и запустил ее, ожидая, пока все заработает, и он узнает, где был хозяин данного незамысловатого устройства. А по устройству можно узнать, что он делал…