The centerpiece

Это одна из тех узнать-своего-врага-получше встреч, которые Кёнсу просто ненавидит. Поерзав, он элегантно закидывает ногу на ногу, пристально разглядывая парня, сидящего напротив него. - Ким Чонин, - от скуки Кёнсу стучит пальцами по подлокотнику дивана. – Или мне стоит называть тебя Кай? – Его пухлые розоватые губы растягиваются в сладкой искушающей улыбке, заставившей парня напротив передернуться. – Давай перейдем сразу к делу. Кто дал тебе право убивать нашего наркоторговца Сехуна? - Этот ублюдок это заслужил, Кён… Бах! Безжизненное тело Чонина оседает на пол, окрашивая плитку кровью. Бедному ребенку не дали шанса оправдаться. Несколько удивившись, Кёнсу поворачивает голову на парня в черном костюме, стоящего рядом с ним и засовывающего серебряный пистолет обратно в карман. Кёнсу хмурится, мило морща нос. - Кто разрешил тебе его убивать, Бён Бэкхён? - Я решил, что этим сделаю тебе одолжение, - игривым тоном произносит Бэкхён, кривя губы в ухмылке. За темными стеклами очков его глаза наверняка сверкают. Жаль, что Кёнсу не может этого увидеть. – У этого ребенка в рукаве был спрятан пистолет, - он проводит рукой по волосам Кёнсу, наслаждаясь их шелковистостью. В мгновение ока Бэкхён превращается в настоящего профессионала своего дела, но Кёнсу это бесит. Он поправляет свои очки, подчеркивая свой статус, потому что знает, что Кёнсу ненавидит, когда Бекхён прячет глаза. - Как твой телохранитель, я обязан тебя защищать, босс. Губы Кёнсу дрогнули в ответ. - Конечно. * * * Всего за несколько минут Кёнсу избавляется от черных очков и черного пиджака, которые Бэкхён украшает собой. Наследник До робко улыбается растерянному Бэкхёну, утаскивая того в свой личный офис и толкая спиной на кожаный диван. С грацией кошки Кёнсу нависает сверху и располагается на своем телохранителе, потянув его за галстук. - Кёнсу, нам не стоит этого делать… - Бэкхён изо всех сил старается сохранить серьезное лицо и деловой тон. Это безумно тяжело, особенно когда его невинно-сексуальный босс сидит на нем и стягивает галстук, мягкими губами водя по ключицам. Парень удобно усаживается на коленях Бэкхёна, нарочно задевая и поглаживая руками самые стратегические места, срывая с губ телохранителя стон. - Почему нет? – выдыхает Кёнсу, глядя из-под ресниц на завороженного Бэкхёна. – Это твоя награда, Бэкхён. - Награда? – Бэкхён чувствует, как где-то глубоко внутри в нем просыпается монстр, разбуженный соблазнительным тоном Кёнсу. Губы растягиваются в сексуальной ухмылке, когда он касается большим пальцем губ Кёнсу. – Как я могу отказаться от нее, босс? – четким движением бедер Бэкхён заставляет Кёнсу приоткрыть свой ротик и сладко простонать. - Бэк… - скулит Кёнсу, сжимая в кулаке белое белье. Он не сводит глаз с пальцев Бэкхёна – этих длинных и прекрасных пальцев. Идеальных. На тонком запястье сверкают серебряные наручные часы. Как же приятно будет почувствовать эти пальцы, растягивающие его, внутри себя, как сладко кончики ногтей будут задевать комок нервов. - Хочешь их? Мои пальчики?... – как всегда спокойным, но хрипловатым сейчас голосом предлагает Бэкхён. - … внутри тебя, - Бэкхён медленно и лениво ослабляет галстук на шее, дразняще развязывая узелок и снимая шелковую ткань. Кёнсу перестает дышать, когда Бэкхён рукой спускается по его спине к ягодицам. Густые ресницы трепещут, как бабочки, скрывая затуманенные дымкой страсти глаза. - Да. Да. Прошу. Трахни меня своими пальцами… Кёнсу тихо отчаянно урчит, когда Бэкхён забирается одной рукой под его рубашку, задевая чувствительные горошины сосков, а второй разводит его бедра, чтобы стянуть штаны, обнажая кремовую безупречную кожу. Бэкхён не сводит глаз с влаги, проступившей сквозь его нижнее белье, и его это возбуждает. - Черт возьми, сделай это уже, - рычит Кёнсу, теряя терпение. Как бы сильно он не хотел, чтобы Бэкхён восхитился его телом, потребности Кёнсу требуют сейчас большего внимания. – Как ты смеешь ухмыляться, Бён Бэкхён. Я по-прежнему твой босс… - с его губ срывает звук протеста, но он все равно вдруг оказывается на четвереньках. - Как пожелаешь, - Бэкхён практически срывает с него белье. При виде бледной попы Кёнсу в груди расползается одобрение. – Кто бы мог подумать, что за этим невинным личиком, - Бэкхён ведет ладонью по его бедрам, заставляя Кёнсу стонать, - скрывается такой непослушный мальчик. Бэкхён достает из кармана пиджака бутылочку смазки, выдавливая ее на пальцы. Как бы Кёнсу не хотел, чтобы все было грубо, Бэкхён никогда не сделает ему больно. Нежно покружив пальцами вокруг его входа, он проталкивает один внутрь. Бэкхён сразу начинает медленно двигать им, слишком медленно для ноющего и скулящего Кёнсу, жадно насаживающегося на палец. Кёнсу давится очередным стоном, поворачивает голову и вызывающе улыбается, насмехаясь над Бэкхёном. - Заткнись и трахни меня. Если, конечно, сможешь справиться, - он знает, что Бэкхён любит подразнить, доводя его до преоргазменного состояния, но не давая как следует кончить. Кёнсу всего-то нужно перетащить его темную сторону. Кёнсу знает, что добился своего, когда Бэкхён прищуривается, сосредотачиваясь на самых греховных намерениях. Он принимает вызов, криво ухмыляясь, и уверенно отвечает: - Ты не с тем связался, Кёнсу. Бэкхён вытаскивает палец, заставляя Кёнсу громко скулить. - Не забудь, - Бэкхён неожиданно грубо вставляет в него сразу три пальца. – Ты сам попросил, - Бэкхён прикусывает губу, чтобы сдержать стон, когда Кёнсу сжимает его пальцы внутри себя. Так жарко и так узко. Из-за неожиданности Кёнсу кричит, срывая горло. Он с удовольствием принимает растягивающие его пальцы в себя. Бэкхён сгибает пальцы, и Кёнсу задыхается, выдавая бессвязные слова: - Бэк, о черт, еще, еще, трахни меня! Кёнсу чувствует, как ноет стоящий член, пока его простату безжалостно терзают снова и снова. Он близок к разрядке, поэтому тянется к своему члену. Один раз провести по всей длине, и он кончит. - Кто сказал, что ты можешь к себе прикасаться? Кёнсу кричит, когда Бэкхён снова попадает пальцами по простате. Он сдерживается, позволяя Бэкхёну держать его запястья свободной рукой за его спиной. Кёнсу пробно дергается, но старший оказывается сильнее его, спокойно удерживая Кёнсу на кожаном диване и быстро двигая пальцами. Это пытка. Кёнсу зажмуривается и мурчит, приближаясь к разрядке. Бэкхён нарочно вытаскивает пальцы, оставляя его ни с чем, и медленно вставляет их обратно, добавляя четвертый. - Да! – урчит Кёнсу, прижимаясь щекой к кожаной обивке, и просит большего, пуская слюни на диван. Грань между удовольствием и болью стирается. Бэкхён вставляет в него пальцы по самые костяшки. Бэкхён шипит и рвано дышит, грубо трахая Кёнсу влажными от смазки пальцами. - Еще, еще! – выдыхает его босс. - Какая эротичная картина. Я позволю тебе кончить, раз ты так это хочешь. Кёнсу подается вперед от особенно сильного толчка внутри себя, чувствуя, как в животе разгорается пламя. Перед глазами плывет. Ему не удается сдерживать стоны, когда Бэкхён выпускает его руки и берет его член, надрачивая, пока он не кончает, сжимая пальцы внутри себя. Бэкхён смотрит на кончающего Кёнсу, одним красивым стоном раздирая свое горло и выгибая спину идеальной дугой, пачкая руку Бэкхёна спермой. Бэкхён улыбается и, наклоняясь, оставляет нежный поцелуй на его плече, вытаскивая пальцы. - Мне кажется, или это подходящее время, чтобы признаться тебе в моей вечной любви? – Бэкхён смеется, обвивая Кёнсу руками и приподнимая парня, чтобы усадить себе на колени. Измученный Кёнсу утыкается лицом в его грудь. Кёнсу довольно и счастливо улыбается, заставляя сердцебиение Бэкхёна ускориться. - Идиот, - вздохнув, Кёнсу льнет к нему ближе. Парень произносит это так тихо, что Бэкхён едва не упускает три сказанных слова, но все равно слышит. - Я люблю тебя. Бэкхён улыбается и крепко прижимает его к себе. * * * Двое продолжают растворяться в романтическом моменте, шепча друг другу бессмысленные обещания и обмениваясь короткими поцелуями, пока их не прерывает стук в дверь. Кёнсу стонет. - Кто там? За дверью кто-то неловко шаркает ногами по полу. - Эээ… - кто-то шумно сглатывает. – Господин До, Вашего присутствия требуют на совещании. Кёнсу поднимает глаза на Бэкхёна, который пожимает плечами и одними губами произносит: «что? я твой телохранитель, а не секретарь». По ту сторону двери неловко кашляют. Кёнсу хмурится и тут же заливается краской, мысленно желая, чтобы Бэкхён застрелил его прямо здесь и сейчас. - … и Ваш отец передает Вам поздравления.