Эффект домино

Когда дверь аудитории резко распахивается и в дверном проёме появляется Тэхён, злой, как тысяча чертей, Сокджин непроизвольно подпрыгивает и вытягивается в прямую линию, словно перед ним разгорелось пламя, которое ему предстоит обуздать. Только с Тэ его силы не сработают. С этим парнем он всегда чувствует себя немощным и аморфным. Тэхён и раньше вёл себя так, словно он бульдозер, который сметает все преграды на своём пути, будто их и нет вовсе. И только однажды он притормозил, когда перед ним появилась Аврора. Заметив девушку, также спешащую покинуть аудиторию следом за Тэхёном, Сокджин, наконец, выдыхает. Он уверен в том, что, пока эти двое контактируют, у каждого из них будет шанс на выживание. По той причине, что Тэхён подстёгивает Аврору, заставляет её рушить рамки, в которых она заключена; буквально вытягивает из зоны комфорта, открывая перед ней больше возможностей, раскрывая её саму, делая сильнее. А Аврора, в свою очередь, пробуждает в парне чувства и эмоции, которые Тэ так старательно блокирует на протяжении всей своей жизни с подачи отца. Она будоражит его сознание и помогает найти стимул для борьбы куда более мощный, нежели мысленная установка. Потому что в решающий момент, когда жизнь ставит на колени или даже придавливает к земле, голова вмиг пустеет, а вот чувство, затаившееся глубоко внутри, расцветает, и становится той самой движущей силой, способной привести к победе. И при этом совершенно неважно, что это будет: гнев, ненависть, страх или же любовь. Только бы Сокджин не ошибся в расчётах. Иначе, вместо идеального оружия, выкованного из стали при температуре свыше 1000°C, эти заготовки разольются по полу бесформенной металлической жидкостью, прекращая своё существование. — Проходите, — приглашает куратор группу воспитанников, что толпятся около него в ожидании, указывая рукой вглубь аудитории, пока провожает взглядом удаляющиеся фигуры Тэхёна и Авроры, что в один момент расходятся в разные стороны и пропадают из виду. — Адская смесь, — бубнит Сокджин себе под нос, когда заходит в аудиторию и закрывает за собой дверь. *** Тэхён не видит ничего и никого перед собой. Опрометью несётся куда-то, не разбирая дороги. Лишь бы подальше от той аудитории, от Авроры, от её взгляда, которым девушка посмотрела на него, словно выпустила меткую стрелу прямо между глаз. Тэ был уверен, что не похож на него. Но он заблуждался. Аврора была права: он сын своего отца. И он омерзителен. Он токсичен. В итоге он не стал тем, кого из него так старательно лепил отец: совершенным центурионом, лишённым чувств и способным подчиняться лишь чистому разуму. И он не стал героем, которым так хотел быть, пытаясь спасти свою мать, вступив в схватку с чудовищем в лице его родителя. А теперь, пытаясь помочь Авроре. Он никому не может помочь. На самом деле от него ничего не зависит. Он — ничтожество. По факту, он обыкновенный малолетний убийца и жестокий тиран, не различающий добро и зло. Мальчишка, брошенный на произвол судьбы, оставленный в бескрайнем океане на самодельном плоту, который не в силах куда-либо направить. Он только и может, что ждать, пока течение прибьёт его к земле или же потопит, сбросив с обрыва в никуда. Наука его отца бессмысленна. Она нисколько ему не помогает в достижении поставленной цели. Но кроме неё он ничего не знает. Он никогда не думал о том, чего бы хотел в этой жизни. Все его действия и поступки были прописаны задолго до его рождения. И даже смерть отца ничего не изменила: он продолжает следовать намеченному пути. Но для чего? Раньше он не задавал вопросов. Шёл напролом просто ради того, чтобы идти, двигаться, но не стоять на месте. Больше он так не может. Но и не знает, как жить по-другому. Придя в свою комнату на автопилоте, Тэхён продолжает создавать видимость действия. Копается в своих вещах, словно ищет что-то, хотя сам не понимает, что ему нужно. Ещё больше злится от этой мысли и рывком сдёргивает одеяло на пол. Этого не достаточно. Мечется по комнате, как загнанный зверь, который только сейчас понял, что ему больше не видать свободы, что теперь он цирковой зверёк, которого то и дело выводят на сцену, выставляя на посмешище. От этого осознания в порыве чувств Тэ хватает стул и с силой швыряет его о пол. Каким-то чудом тот не разбивается, отпружинивает к одной из стен. Наблюдая за этим, Тэ протяжно утробно рычит, переводя рык в мученический стон. — Попробуй головой о стену. Говорят, помогает, — раздаётся слишком спокойный голос за спиной. Настолько, что приводит в бешенство. Развернувшись, Тэхён вперивает дикий взгляд в Юнги, что стоит у входа, подпирая плечом стену со сложенными на груди руками. И что только Аврора в нём нашла, что продолжает бегать за ним, несмотря на то, что тот её отвергает? Как это работает? И почему, кстати, он так ведёт себя с ней? От нескончаемого потока вопросов голова Тэ слегка кренится набок, пока он продолжает молчаливо всматриваться в лицо Юнги. — Что, дар речи пропал? — подстёгивает Мин, отталкиваясь от стены. Уронив руки, углубляется в комнату, нисколько не страшась Тэхёна, мимо которого плавно проходит. — Ты бессмертный что ли? — выдыхает Тэ, разворачиваясь лицом к Юнги. — Если хочешь покончить со мной, просто сделай это, — как-то слишком безразлично отвечает Мин, опускаясь на кровать. Уперев локти в колени, выжидающе смотрит на своего соседа. — Нет? Тогда просто заткнись! Хочет умереть? Это ещё почему? Какие могут быть проблемы у этого извечного одиночки, внимания которого так жаждет Аврора? Он безумен. — Только дай мне повод, и я сделаю это не задумываясь, — грозит Тэхён, делая шаг вперёд, навстречу Юнги. И парень верит в каждое слово, сорвавшееся с его губ. Ему больше нечего терять. — Повод? — хмыкает Юнги, поднимаясь на ноги. Встаёт лицом к собеседнику и прячет руки в карманах брюк. — Мне казалось одного моего вида достаточно, чтобы довести тебя до точки кипения. И впрямь, почему Тэхён только и делает, что разбрасывается угрозами? Это совершенно не в его духе. Он не из тех, кто много говорит. Он просто делает то, что считает нужным. Так почему же Юнги всё ещё жив? «Аврора», — услужливо подсказывает внутренний голос, пронизывая Тэхёна насквозь. — «Эта Белоснежка нужна Авроре». А Тэхён не может сделать ничего, что навредит этой девчонке. Ничего. И от этого осознания хочется взвыть. Хочется разбить кулаки в кровь о бетонную стену. Хочется собственноручно разорвать грудную клетку и вырвать изнывающее сердце, которое предаёт. И как быть, если причина всех страданий в тебе самом? Избавиться от этого не получится. Возможно лишь на время заглушить. Наверное. Если очень постараться. — И куда ты ринулся? — спрашивает Юнги, машинально следуя за Тэхёном, что выбежал из комнаты. Мин боится, что тот снова наведается к Авроре, пугая её одним лишь своим видом. Парень и впрямь направляется в женское крыло, заставляя Юнги ускорить шаг в желании остановить угрозу. Мин почти готов вцепиться в плечо Тэхёна, но замирает, когда из ниоткуда выскакивает незнакомая девица, преграждая путь Тэ. — Тэхён, всё хорошо? — интересуется девчонка, хлопая ресницами. — Выглядишь ты не очень. Юнги делает несколько шагов назад, не желая вмешиваться, но оставаясь тенью Тэхёна. Тэхён же едва справляется с чувством удушья, всматриваясь в лицо Линды. Миловидная миниатюрная блондинка смотрит на него снизу вверх своими большими неестественно-голубыми глазами, в которые, как обычно, вставлены линзы, и выжидает. Она слишком рано узнала о своей способности, поэтому теперь пользуется ей так, как обычные люди используют свои руки — не задумываясь, не придавая этому никакого значения. Тело Линды излучает феромоны, благодаря чему она с лёгкостью влияет на настроение и поведение жертвы. Именно так: Тэхён — жертва. И он прекрасно это осознаёт. И он готов сыграть эту незавидную роль, лишь бы заглушить то, что обычные люди называют чувствами. Что-то совершенно непривычное и чуждое Тэхёну. И ради этого он даже готов поступиться своим правилом: никогда не ложиться в постель с одной и той же девицей дважды. И если едва уловимое сомнение слабо пульсировало на задворках его сознания, то оно вмиг испаряется, как только в поле зрения появляется Аврора, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Её настороженный изучающий взгляд скользит по Тэхёну, но тут же перескакивает на Юнги, что всё ещё стоит за спиной Тэ. Видя, как этот самый взгляд смягчается, а на губах появляется тень улыбки, Тэхён с грохотом трескается и осыпается на пол пыльными бесформенными глыбами. Вцепившись онемевшими пальцами в шею Линды и толкнув её свободной рукой в плечо спиной к стене, Тэхён с рыком впивается в жаждущие губы девушки, прижимаясь к ней вплотную всем телом, что безбожно пылает и вовсе не от накрывшей его страсти. По-другому, как-то болезненно и совершенно неприятно, как во время лихорадки. Но Тэхён это игнорирует. Как и тот факт, что сила Линды плавно сходит на нет под действием его способности. Линда приглушённо стонет. В какой-то момент ей даже становится больно от того, насколько грубо себя ведёт Тэ, но она отмахивается от этого чувства, концентрируя внимание на том, что он всё же прикоснулся к ней, что она теперь в его умелых руках. Тэхёну совершенно не нравится вкус губ Линды. Но сейчас она, как алкоголь: горький, обжигающий глотку и в какой-то момент тошнотворный, но такой необходимый, что приходится продолжать заливать спиртное в своё нутро, лишь бы получить долгожданное забвение. Не разрывая поцелуя, Тэ приоткрывает глаза и находит ими Аврору. Пытается понять, что она чувствует, наблюдая за происходящим. Ничего. Она даже не смотрит в его сторону, не в силах оторвать взгляда от Юнги. Тэхён едва успевает остановить рвущийся наружу крик, который трансформирует в неразборчивый стон. Он словно падает, ощущая, как слабеют его колени, поэтому вскидывает руку и упирается ей в стену поверх головы Линды, руки которой обвивают его подобно плющу. — Идём, — шепчет Линда в приоткрытые губы Тэхёна, мерцающие после влажного глубокого поцелуя, и увлекает его за собой. И тот повинуется, следует за ней, словно под гипнозом, почти не ощущая своего собственного тела, но задыхаясь от изнывающей души, о существовании которой он и не подозревал. — Что это было? — недоумевает Аврора, наблюдая за удаляющимся Тэхёном. Липкий омерзительный налёт тонким слоем покрывает её кожу от воспоминаний о том, что когда-то его руки скользили по её телу. Да что там, буквально полчаса назад этот парень прижимался к ней вплотную, заставляя дрожать всем телом в наихудшем смысле этого слова. На этот раз он отступил, но что будет в следующий раз? Едва ли он так быстро переключится на новую игрушку. Поэтому… — Останешься со мной? — недолго думая, уточняет Аврора, переводя взгляд на Юнги. Кто знает, как долго Тэхён будет развлекаться с блондинкой. И что его остановит в тот момент, когда он покинет её комнату и пойдёт мимо комнаты Авроры? Ответ очевиден: ничто и никто. — Идём, — отвечает Юнги и направляется в комнату Авроры, что воодушевлённо следует за ним, едва не переходя на бег. Притормозив у нужной комнаты, Юнги пропускает девушку вперёд, а сам замедляется у входной двери, неспешно закрывая её, будто ищет повод уйти. Он всё ещё не понимает, каким образом оказался здесь прошлой ночью, но тогда он просто пришёл, не думая ни о чём, кроме того, что Аврора в нём нуждается. И это чертовски странно. — Послушай… — Спасибо… — одновременно начинают оба и тут же замолкают. В воздухе повисает зябкое напряжение, от которого Аврора едва заметно ведёт плечом, словно пытается отмахнуться. Опустив глаза, девушка пытается найти подходящие слова, но ни одно из них не ложится на язык. Зато внутренний голос Юнги так и вопит: «Сестра! Родная кровь! Ты не можешь её желать!». Но он желает. Совершенно не контролирует своё тело и мысли, что в унисон мчатся по запретному пути, стремясь к долгожданному наслаждению. — Ты можешь больше не бояться Тэхёна, — сквозь плотно стиснутые зубы говорит Юнги, блуждая взглядом по комнате, лишь бы не провоцировать свою дикую фантазию. — Я уже говорил. Я за ним слежу. Вся комната буквально пропитана приторным ароматом её парфюма, что мгновенно заполняет лёгкие парня. Юнги старается дышать поверхностно, даже приоткрывает рот, втягивая им воздух, чтобы уменьшить концентрацию ощущаемого запаха, что действует на него подобно афродизиаку. Он до сих пор не понимает, как смог находиться здесь всю ночь и сдержать всех своих демонов, разрывающих его изнутри похотью и вожделением. — Почему? — вздёрнув подбородок, твёрдым тоном спрашивает Аврора. — Я не понимаю, Юнги. Чем я тебя обидела? Почему ты сторонишься меня, как чумы, но продолжаешь опекать? Юнги вынужденно кидает быстрый взгляд на девушку, улавливая эмоции на её лице, и тут же отводит глаза. Проходит мимо неё вглубь комнаты и распахивает окно, шумно вдыхая ворвавшийся свежий воздух, что совсем немного проясняет рассудок. — Потому что больше некому, — выпаливает Мин. Отчасти это правда. — Хочешь сказать, ты вынужден это делать вопреки своим желаниям? — по-своему трактует Аврора, вперивая взгляд в спину парня. И гордость мгновенно взыгрывает внутри неё, заставляет встрепенуться, пробудиться. — Не надо, Юнги. Если…если тебе это причиняет боль, и ты не хочешь этого делать, я сама справлюсь. Мне не впервой. Юнги горько улыбается своему отражению в окне. Она так похожа на него. И говорит так, как он сам бы сказал в подобной ситуации. Всю свою жизнь он только и делал, что глотал свои неуместные и никому не нужные чувства, прячась за маской безразличия и самоуверенности, кутаясь в объятия одиночества. — Я знаю, что справишься, — соглашается Мин. — Но я хочу помочь. «Хочу снова иметь возможность непринуждённо разговаривать с тобой, обмениваться обычными фразами без какого-либо подтекста. Хочу, чтобы ты улыбалась, глядя на меня. Искренней, а не измученной улыбкой. Хочу коснуться тебя, обнять, вдыхая пьянящий аромат парфюма…». «Грёбаный эгоист!». В голове Юнги ведутся ожесточённые дебаты, где ангел и дьявол высказывают своё прямо противоположное мнение, перетягивая одеяло на себя и заставляя Мина буквально сотрясаться от накрывающего лавиной диссонанса. — Я тоже хочу помочь, Юнги, — на тон мягче сообщает Аврора и слегка подаётся вперёд. Она так хочет быть ближе к нему. Максимально близко, насколько это вообще возможно. Но боится спугнуть. — Я вижу, что что-то происходит, что ты отталкиваешь от себя людей, и это убивает тебя. Ты не должен оставаться один в такой момент. Тебе нужно выговориться. И я готова выслушать. Юнги разворачивается и мгновение всматривается в лицо Авроры, будто на полном серьёзе обдумывает её слова. Что, если он ей всё расскажет? Как она воспримет такую новость? Ей станет лучше от правды или же всё только усугубится? — Не всё и не всегда стоит рассказывать, — всё же решает Юнги. — Ты должна это понимать, как никто другой. Правда никому не нужна. Лучше жить в неведении. — Ты прав. Но это работает только с незнакомцами. С близкими людьми я предпочту знать всё, как бы больно от этого не было. — Ты ошибаешься… — Юнги удручённо качает головой и пятится, будто, если Аврора подойдёт ближе, сможет прочитать его мысли. — А ты проверь! Я сильнее, чем ты думаешь. И у Юнги нет повода не верить Авроре. Рано или поздно она всё равно узнает. Правда всегда выплывает наружу. И он почти готов рассказать в надежде на то, что вместе будет проще пережить эту бурю. Аврора понимает, что Юнги почти сдался, поэтому пытается подтолкнуть его к принятию правильного решения: — Я думаю, ты уже готов поделиться со мной. Разве не за этим ты пришёл среди ночи ко мне? Звучит ключевой вопрос, который приводит Мина в чувство, откидывая на несколько шагов назад. — Я этого не хотел, — выпаливает он. — Даже не думал к тебе приходить. Сам не понял, как очутился здесь. — Правда? — разочарованно спрашивает Аврора. Это не то, что она хотела услышать. Однако, это то, что запустило цепную реакцию в её мозгу. Ей всё же удалось заснуть тогда, в ванной. И сделала она это с мыслями о Юнги и с диким желанием увидеть его. — Откуда ты пришёл ко мне? Юнги хмурит брови, пытаясь вспомнить, словно это было очень давно, а не вчера. Белая дымка так и заполняет его голову. — Из рощи. — Что ты там делал? Ты спал? — Аврора почти поймала важную, ключевую мысль. — Кажется, но откуда ты… — Я тоже спала, — прерывает Аврора. — И, кажется, я проникла в твой сон и заставила тебя придти ко мне. — Девушка пятится, будто пытается сбежать от своих слов. Наткнувшись на кровать, так и оседает на неё, бегая обезумевшим взглядом по полу. — Что ты сделала? — переспрашивает Юнги. Он и не думал, что будет что-то, способное его удивить. Не в этой академии, которая переполнена чертовщиной. — Кажется, я была там, рядом с тобой. Мы разговаривали, — отстранённо произносит Аврора. Слова так и льются из неё непрекращающимся потоком. — Я говорила, что ты мне нужен. Что ты должен придти в мою комнату. Ты помнишь это? — вдруг спрашивает она, вскинув голову. Юнги не уверен, но слова девушки похожи на правду. Искажённую и противоестественную, но всё же правду. — Сможешь это повторить? — уточняет парень. — Ты должна попробовать, чтобы узнать наверняка. Аврора резко вскакивает на ноги, взбудораженная этой темой. — Я…не думаю. Не знаю. У меня не получится. — Аврора, — мягким, но уверенным тоном окликает Юнги, заставляя девушку посмотреть на него. — Ты хоть представляешь, какие возможности перед тобой откроются, если это правда. Если ты научишься этим управлять. — Управлять? — переспрашивает девушка, пробуя это слово на вкус. — Программировать действия людей. Внушать им то, что они должны сделать, — разъясняет Юнги, не веря в то, что говорит, но веря в Аврору. — Я должна чего-то очень захотеть, чтобы повторить это. — Разве ты ничего не хочешь? Щёки девушки так и вспыхивают предательским пожаром, когда она осознаёт, чего хочет, скользя взглядом по Юнги. Сердце так и трепещет в груди от открывающихся перспектив. Но насколько это всё реально? И насколько этично: принуждать людей к тому, чего они сами не хотят делать? — Ты поможешь мне? — спрашивает она у парня. — Не думаю, что это сработает с кем-то другим. Юнги вдруг понимает, что это опасно. Пробравшись в его голову, она получит доступ ко всему, к чему только захочет. Что, если она заставит его рассказать правду? — Что ты хочешь мне внушить? — недоверчиво уточняет он. — Я не знаю, — пожимает Аврора плечами. Всё её тело так и вибрирует от одной только идеи получить контроль над Юнги. — Может, я заставлю тебя приготовить мне чашку кофе. Или… «…перестать избегать меня и…поцеловать», — добавляет она мысленно. — Не знаю, — повторяет девушка. — В любом случае, я не должна тебе об этом говорить, иначе эксперимент не удастся. Ты просто сделаешь то, о чём я тебе сейчас расскажу, а не то, что должна буду внушить во сне. В её словах есть логика. Но Юнги всё ещё сомневается на счёт всего этого. Неизвестно, чем закончится их несанкционированный эксперимент. Если он вообще случится. Это кажется слишком нереальным и далёким, недоступным. — Так, что я должен сделать? Уснуть? Аврора пожимает плечами, а на её губах играет нетерпеливая улыбка. Кажется, её настроение подскочило на несколько пунктов вверх. Юнги нехотя испытывает некое подобие радости, видя Аврору такой. — Мне нужно идти, — сообщает парень, уловив подходящий момент. Сейчас он даже не думает о том, чтобы остаться здесь на всю ночь. Он с титаническим трудом из последних сил сдерживает демоническую вакханалию, разыгравшуюся внутри него. — Я присмотрю за Тэхёном, поэтому не бойся оставаться здесь. И даже не думай снова спать в ванной! — Хорошо, — хихикает Аврора. И даже упоминание имени Тэхёна не способно омрачить её настрой. — Увидимся во сне? Юнги прикусывает щёку с внутренней стороны, впитывая образ лучезарной Авроры, от которого тепло плавно растекается по его взбудораженному телу. — Увидимся во сне, — вторит он ей и уходит из комнаты девушки. *** Юнги и вправду до конца дня выслеживает Тэхёна и не упускает его из виду, словно он какой-то частный детектив, собирающий компромат. Когда приходит время расходиться по комнатам, Юнги выжидает, пока туда направится Тэхён и молчаливо следует за ним. — Ты достал своей слежкой, — гневается Тэ, как только оба заходят в свою комнату. — Меня уже тошнит от твоей физиономии. Юнги ничего не отвечает. Опрокидывается спиной на свою кровать и вперивает взгляд в белоснежный потолок. — Будто мне нравится лицезреть твою рожу, — бухтит Мин. — Так, может, мне выколоть тебе глаза, чтобы избавить от мучений? — дерзит Тэхён, опускаясь на краешек своей кровати. — Снова пустые угрозы, — протягивает Юнги, опуская руку, согнутую в локте, на закрытые глаза. Он ничуть не боится своего соседа. Слышит, как поскрипывает кровать, когда Тэхён укладывается. У Юнги чуткий сон, поэтому он уверен в том, что Тэхён не сделает ничего без его ведома. — Когда-нибудь я убью тебя, — грозит Тэ таким тоном, который нельзя игнорировать. Он думает о том, что, чем чаще будет это повторять, тем скорей эта идея укоренится в его мозгу и станет целью, а не простым пустословием. — Когда-нибудь я позволю тебе это сделать, — крайне спокойно отвечает Юнги, заставляя Тэ посмотреть на него. «Он и вправду готов умереть?», — очередной раз задаётся Тэ мысленным вопросом и ловит себя на мысли, что хочет знать больше деталей, чтобы понять мотивы этого парня. Размышления — это одна из его сильных сторон. По крайней мере, была раньше, пока в его жизнь не ворвалась Аврора. В комнате повисает тишина. Обоим есть, над чем поразмыслить. Правда, Тэхён слишком измотан, поэтому вскоре проваливается в сон, даже не замечая этого. А Юнги вдруг понимает, что не может сомкнуть глаз. Возможность того, что Аврора проберётся в его голову, будоражит куда сильнее, чем кофе, который она так любит. Может, она и впрямь попросит его принести ей напиток. Но, что-то ему подсказывает, что внушение не будет таким простым и безобидным. Юнги долгое время изучает тёмную комнату, купающуюся в слабом свечении месяца и редких звёзд. Всматривается в бесформенные тени и очертания предметов, вслушивается в мерное дыхание своего соседа, поражаясь, как он может так мирно спать с его-то бесконечно-большим списком грехов. Убеждается в том, что у этого парня напрочь отсутствует совесть. Веки Мина тяжелеют, а сознание помутняется. Он едва улавливает эту смену восприятия, начиная засыпать с мыслями об Авроре. На обратной стороне века так и полыхает пресловутое «сестра», не позволяя Юнги забыться ни на миг. Он тонет, но тут же выныривает, пытаясь удержать своё сознание. И стонет от этого мучительного процесса. Хотя…нет, стонет не он. Окончательно проснувшись, Юнги осматривает комнату, будто в ней может быть посторонний. Что, если он всё же уснул, и где-то здесь должна быть Аврора? Юнги сильно щиплет себя за кожу на тыльной стороне ладони, чтобы опровергнуть эту теорию. Больно. Шумно втянув воздух, Мин скидывает ноги на пол и, растерев лицо ладонями, ещё раз осматривает помещение. На соседней кровати наблюдает какое-то движение. Очередной стон слышится оттуда же. «Неужели. Ему снится кошмар», — мысленно протягивает Юнги, поднимаясь на ноги. Бродит по комнате, разминая руки и плечи. Крутит головой, похрустывая шейными позвонками. Тэхён снова стонет, обращая на себя внимание. Юнги невольно задаётся вопросом, что же пугает этого дьявола воплоти? Наверное, опять снится его отец, которого тот безжалостно убивает. Что, если…? Недолго думая, Юнги опускается на колени перед кроватью Тэхёна и заводит над ним руку. Всё равно заснуть не получится, так хоть развлечётся. Осторожно опускает руку на запястье Тэ и, прикрыв глаза, слегка запрокидывает голову, погружаясь в незнакомые мысли. Успевает подумать о том, как много он сможет увидеть прежде, чем Тэхён заблокирует его способности. Но не успевает подумать над ответом, смутно различая в бесформенной куче под ногами Аврору. — Я защищаю тебя, — раздаётся громкий голос Тэхёна. — Как ты не понимаешь?! Аврора поскуливает, закрывая лицо руками. Свернулась калачиком в защитной позе, источая страх и панику. — Вставай! — требует голос, срываясь. — Нет! Оставь меня! — кричит Аврора. — Ты — монстр! Ты не умеешь любить. И я тебя ненавижу! Едва эти слова срываются с губ девушки, как она замолкает, широко раскрыв рот, потому что крепкие пальцы Тэхёна обвивают её горло в молчаливом требовании заткнуться. — Ты не можешь меня ненавидеть, — всхлипывает Тэхён, продолжая душить девушку. И Юнги тоже вдруг задыхается. Он отчётливо ощущает болезненное давление на своей шее, словно Тэхён душит его, а не Аврору. Из глаз брызжут слёзы, а язык прокусывается до крови крепко сжатыми зубами. — Какого чёрта ты делаешь? — рычит Тэхён, впиваясь в глотку Юнги. Сон вмиг испаряется, словно его и не было. Клокочущая ярость сбивает дыхание и учащает сердцебиение, пока Тэ сдавливает шею своего главного врага. Он слишком долго медлил, но теперь, когда переступил черту, готов идти до конца. Аврора? Она всё равно его ненавидит. И ему плевать, что она там думает. Сейчас он хочет крови. Юнги впивается окостенелыми пальцами в руки Тэхёна, понимая, что вот-вот потеряет сознание. Делает попытку что-то сказать, но с его губ срывается надрывное сипение. Тело болезненно дёргается в конвульсиях, буквально вопя о скорой гибели. Закатив глаза, Мин обмякает в стальной хватке Тэхёна, безвольно роняя руки. Только тогда Тэ приходит в себя. С его глаз словно спадает красная пелена. Он резко разжимает похолодевшие руки и отползает к стене, наблюдая, как Юнги утыкается лицом в кровать. «Ты — монстр! Монстр! Я тебя ненавижу!», — вопит голос Авроры в голове Тэхёна, едва прорываясь сквозь плотный шум в ушах. Оттолкнувшись от стены, Тэхён падает на пол, упираясь руками. Привстаёт и пытается растормошить Юнги, вцепившись в его плечи. — Приходи в себя. Приходи в себя! — тараторит Тэ, врезаясь ладонью в щёку Юнги. Подносит пальцы к носу парня, пытаясь понять, дышит тот или уже нет. — Проклятье! Уложив Юнги на пол, Тэхён подскакивает на ноги и выбегает из комнаты в коридор. Смотрит по сторонам обезумевшим взглядом, не понимая, куда ему бежать. И что теперь будет?! Но это неважно. Срывается с места и несётся в одну из соседних комнат. Бесцеремонно врывается, шумно распахивая дверь, и подбегает к кровати Чимина, рывком стягивая с того одеяло. — Поднимайся! — кричит Тэ. Подбежав к выключателю, зажигает свет дрожащими пальцами и снова подходит к кровати, в которой садится ошарашенный парень с торчащими в разные стороны серебряными волосами. — Не заставляй меня применять силу, — грозит Тэхён. — В чём дело? — мямлит Чонгук с соседней кровати, растирая глаза. — Юнги, — хрипит Тэхён и едва успевает отскочить в сторону, когда Чимин подскакивает на ноги и молниеносно выбегает из комнаты. Тэхён и Чонгук несутся следом. «Меня скоро не станет. Меня скоро не станет», — как на повторе твердит голос Юнги в голове Чимина. В такое невозможно поверить. Это кажется выдумкой, злой шуткой, поэтому Чимин старался не думать об этой фразе, брошенной на эмоциях. Но это было его ошибкой. Он не должен был игнорировать слова Мина. Не должен! Едва заметив распахнутую дверь одной из комнат, Чимин вбегает внутрь и падает на пол, словно подкошенный, прямо рядом с телом Юнги. — Нет-нет-нет, — тараторит Пак, скользя руками по Мину. — Что ты сделал?! — вопит он, слыша, как в комнату вбегает Тэхён. — Что? — требовательно кричит он, оборачиваясь. Взгляд размывается от подступающих слёз, пока дрожащие пальцы сжимают в кулаках толстовку Юнги. Чонгук включает свет. Чимин возвращает всё своё внимание Юнги, так и не дождавшись ответа от ошарашенного Тэхёна, который не может поверить в то, что это его рук дело. Так и замер статуей, всматриваясь в тело, лежащее на полу. Тем временем Пак мгновенно замечает отметины на шее Юнги и обвивает её дрожащими пальцами, закрывая глаза, пытаясь сосредоточиться. Ни черта не выходит! Он слишком взволнован и напуган. Он в ужасе. Глотает подступающие слёзы. Его губы и подбородок мелко подрагивают, а щёку опаляет первая слеза, прокладывая дорожку вниз, прямиком к сжатому тисками сердцу.