Каков отец, таков и сын

— Пожалуйста, скажите мне, — заговорил Мори как только открыл дверь и вошёл в комнату, довольно успешно прерывая все предыдущие разговоры, что велись до его прихода, — как вы планируете справиться с этой уникальной ситуацией самостоятельно?       Огай заметил, что Куникида нахмурился как только его увидел, озадаченный тем, каким образом боссу Портовой Мафии удалось проникнуть в здание, не будучи остановленным. — Я не думаю, что это должно вас заботить, — сказал он, после того как принял решение, и сделал шаг вперёд, убедившись, что встал ровно между Мори и кроватью, на которой сейчас спал Дазай.       Тем не менее, это не помешало тому увидеть непослушные волосы Осаму, торчащие во все стороны, и его расслабленное спящее лицо, теперь маленькое и с пухлыми щеками. Это было потрясающее зрелище, по крайней мере для Огая, который мгновенно вернулся в прошлое, когда Дазаю было всего пять лет. — Ох, — Мори отреагировал на слова Куникиды с мягкой улыбкой, которая никак не выдавала его намерения, — возможно, ты и прав.       Дело в том, что Огай предпочитал не поддаваться эмоциям, но в данный момент был готов сжечь всё Агентство дотла, если это означало, что он сможет добраться до своего сына. Он сильно сомневался в том, что сможет спокойно договориться, потому что единственным человеком, который знал об отношениях Дазая и Мори, был ныне отсутствующий директор Агентства. Так или иначе, Мори планировал вернуться домой вместе с сыном. Он долгое время держался на расстоянии, уважая просьбу Осаму об этом, но не прекращал наблюдать за ним, ограждать от серьёзных неприятностей и спасать, когда того требовала ситуация. Вот и теперь он не мог взять и остаться в стороне, когда Дазаю чудесным образом снова исполнилось пять лет. В конце концов, он был его отцом, единственной семьёй в этом мире, и будь Огай проклят, если позволит хоть кому-нибудь забрать у него сына.       Куникида напрягся, а Мори потянулся за скальпелем, уже представляя, как лезвие перережет собеседнику горло. Однако, его хватка дрогнула, когда он почувствовал знакомое присутствие, замаячившее позади. — Фукудзава, — сказал он, выпрямляясь и расслабляя ладонь. — Очень рад новой встрече! Ты здесь, чтобы мне помешать?       Он медленно обернулся и поймал спокойный, но изучающий взгляд Фукудзавы.       Директор нахмурился. Было ясно, что он совсем не ожидал прихода старого друга. Настолько не ожидал, что даже никакого грандиозного плана не подготовил. В конце концов, Мори пришёл сюда по собственной воле и с твёрдым намерением забрать Осаму с собой, даже если за это пришлось бы сражаться. — Насколько я знаю, Дазай не хотел возвращаться.       Огай одарил его горькой улыбкой. Его глаза стали ещё холоднее. — Да, — подтвердил он. — Осаму хотел быть хорошим человеком и помогать людям, а Портовая Мафия не самое подходящее для этого место. Однако, ты не можешь отрицать, что сейчас он будет в большей безопасности рядом со мной, чем с кем-либо. Если не ошибаюсь, то ему сейчас примерно пять лет. Он в любом случае начнёт задавать вопросы, которые приведут его ко мне. Так что давайте не будем усложнять это дело и доводить до абсурда. Он вернётся, так или иначе. — И каковы же твои намерения на его счёт? — Если ты знаешь меня также хорошо, как ты думаешь что знаешь, то мои намерения должны быть кристально прозрачны.       Фукудзава на мгновение замолчал. Затем он жестом попросил Куникиду отойти в сторону. — Он вернётся сюда, как только придёт в норму, — заявил он. — Тебя это устроит? — Когда это время придёт, — Огай пожал плечами, — я позволю ему сделать самостоятельный выбор, также как и несколько лет назад.       Он уже собирался подойти к кровати, когда Куникида заговорил, поочерёдно одаривая Мори и директора Агентства недоумённым взглядом. — Сэр, — вежливо произнёс он. — Я не понимаю, что сейчас происходит. Мы не можем этого допустить. — Он указал пальцем на босса Портовой Мафии. — Этот человек…       На Фукудзаву это не произвело никакого впечатления. — Я верю, что с ним Дазай будет в безопасности. Он сможет предложить мальчику защиту, когда Агентство — нет. Так будет лучше всего. — Я всё равно не понимаю, — упрямо возражал Куникида. Огай находил его сопротивление забавным. — Он же сейчас просто ребёнок, он так уязвим! —…и это именно та причина, по которой ему необходимо сейчас находиться рядом с отцом, — Мори прошёл мимо него.       Он не мог видеть потрясённого выражения лица Куникиды, но не сомневался, что оно там было. Он внимательно осмотрел своего сына, чтобы убедиться в том, что тот никак не пострадал. Превращение взрослого тела в детское истощило все его силы, но это не было чем-то таким, что не исправило бы несколько часов сна. И как только Мори убедился, что с Дазаем всё в порядке, он поднял сына с кровати и прижал его к груди, стараясь сильно не тревожить.       На этот раз Куникида почтительно отошёл в сторону. Он всё ещё хмурился, но был достаточно умён, чтобы не продолжать спор. — Даже не думайте о том, чтобы причинить ему боль, — он прошипел и сузил свои глаза, когда увидел спящего мальчика на руках идущего к выходу Огая. — Или я лично вас выслежу.       Мори решил ничего на это не отвечать. Он знал, что вряд ли сможет убедить другого человека в том, что сможет дать лучшую защиту Дазаю в этой ситуации. В любом случае, он не был заинтересован в том, чтобы даже пытатся уговорить Куникиду.       Директор Агентства кивнул головой, но остался безмолвен. Было ясно, что Фукудзава увидел логику в его словах и просто решил не высказывать своё мнение вслух. Не то чтобы Огая это волновало. Всё, что имело значение — это то, что он вернул своего сына и был готов защищать его любой ценой.