Шоаррский грипп

Корделия Трастамара, миллиардерша, глава медиа-холдинга, женщина неопределенного возраста и жестких принципов. Мартин, ее киборг DEX-6 со сложной судьбой, разумный. Кеша, он же Иннокентий, он же поганец, он же фаллоимитатор с подсветкой, он же Irien-69, приблудный и предположительно разумный. Катрин Эскотт, мать Корделии, гламурная пенсионерка. Новая Москва. Квартира Корделии Трастамара. Гостиная. На диване лежит Катрин в элегантном пеньюаре. На лице у нее зеленая маска из глины. Рядом с диваном сидит Кеша в брендовой футболке и шортах. Перед ним стоят три огромных торта различной конфигурации: один в виде круизной яхты, второй — в виде скопления цветов и ягод, третий — в виде королевской короны, лежащей на марципановой подушке. В обеих руках у Кеши по ложке. Пуская в ход то один инструмент, то второй, Кеша отколупывает незначительные детали от каждого из кондитерских изделий и вдохновенно их поглощает. В углу гостиной сидит нахохлившийся Мартин и мрачно наблюдает за происходящим. Кеша, явно его поддразнивая, цепляет с торта самую яркую розочку, примериваясь, разглядывает добычу и сладострастно слизывает глазурь. Мартин отворачивается. Комната заставлена пакетами и коробками с логотипами знаменитых брендов. Появляется Корделия. С трудом маневрирует между нагромождениями из коробок и пакетов. Спотыкается, едва не падает. Одна из башен рушится. Кеша торопливо отхватывает по увесистому куску от каждого торта и запихивает в рот. Корделия: — Да мать твою за ногу! Катрин сохраняет абсолютную невозмутимость, чтобы не потревожить маску. Корделия делает глубокий вдох. Задерживает дыхание и считает до пяти. Потом выдыхает. Смотрит на Катрин. Корделия: — Мама, тебе не пора домой? Ты приехала на неделю и уже третий месяц тут… живешь на диване. Катрин: — У меня еще одна дисконтная карта осталась. Это ты по всем виновата. Вынуждаешь меня позориться и покупать уцененку. Нормальная дочь не позволила бы своей матери нищенствовать. А я, между прочим, пекусь о твоей репутации, скрываю свое лицо. Чтоб вопросов не задавали… Неудобных. (Катрин всхлипывает). Корделия: — Я, значит, ненормальная! А диван кто купил? Вот тот самый, на котором ты лежишь? На заказ, между прочим, делали. В соседней галактике. Катрин: — Ну да, и восемь недель везли. Корделия: — А ты из принципа дождалась? Катрин: — Из принципа. Должна же я опробовать обновку. Убедиться, что дочь меня любит. Корделия: — Ну и как? Убедилась? Катрин: — Да, хороший диван, удобный. Корделия: — Тогда собирай манатки и… Где этот твой? Замечает Кешу. Кеша тем временем подъедает марципановую подушку из-под короны, а саму корону цепляет на голову. Корделия: — Так, я не поняла. Почему этот киберпаразит все сожрал? Я приказала честно поделить — два торта Мартину и один поганцу. Мартин, в чем дело? Мартин повинно втягивает голову в плечи. Кеша (с набитым ртом): — Он мне честно все проиграл. Корделия: — Как это проиграл? Во что? Кеша: — В покер. У меня был флэш рояль, а у него просто флэш. Корделия (в ужасе): — Мартин, ты играл с этим поганцем в карты? Мартин еще ниже опускает голову. Корделия: — Ну вот в кого ты у меня такой? Нельзя же быть таким олухом! Это же катала по жизни. Катрин (возмущенно): — Почему это катала? Кешенька честно играть учился. У кузена Филиппа. Корделия: — У кого? У этого старого мафиози? Катрин: — Ну почему сразу мафиози? Филипп уважаемый человек, бывший глава фармацевтического картеля, то есть корпорации. Корделия: — Ага, наркобарон на пенсии. Треть жизни на нарах. А в «очко» он Кешеньку играть не научил? Мартин, пользуясь тем, что все отвлеклись, пытается отжать остатки торта в виде яхты. Там еще торчат посадочные ноги и два сопла. Корделия замечает. Корделия: — Мартин, не ешь после него. У него слюна ядовитая. Кеша (обиженно): — Почему это ядовитая? Моя слюна обладает антисептическими свойствами. Корделия: — Очень кстати. Будешь дверные ручки вылизывать. Снимай корону и собирай свою хозяйку. У вас полчаса. Катрин (подскакивая с дивана): — Как это полчаса? Мне нужно принять ванну, выпить чашечку кофе… Корделия: — Сейчас придет санитарный катер. Будет тебе и кофэ и какава с чаем. Быстро собирайся. Катрин: — Нет, ну я так не могу. Ты же видишь, сколько у меня вещей. Мне их надо разложить, рассортировать. Распределить, что в багаж, что в ручную кладь. И вообще, ты бы могла организовать для меня чартерный рейс. У тебя же есть знакомые, которые занимаются перевозками. Там еще такой милый доктор. Он мне давление мерил. Корделия: — Какой еще доктор? Мартин (печально глядя на торт): — Это она про Вениамина Игнатьевича. Катрин: — Вот-вот, про него. И капитан очень славный. Я бы посоветовала тебе, Корди, к нему присмотреться. Очень, очень представительный мужчина. Бывший военный. Для меня он староват, а вот для тебя… Кеша в это время дожевывает корону. В него уже не лезет, но он очень старается. Корделия (наблюдая за процессом): — Вот оно, оружие массового поражения. Кеша (обиженно хлопая ресницами): — Не поражения, а наслаждения. Я создан на радость людям. Корделия: — Ты, Буратино радужный, если не начнешь собирать вещи и не вразумишь свою маму Карлу, мы все на карантин останемся! Катрин: — Какой еще карантин? Корделия: — Мама, ты вообще в курсе, что в мире происходит? Катрин: — Еще одна распродажа? Корделия: — О, еще какая! Акции в ноль скатились. Я уже прикупила парочку корпораций. Вирус, мама, вирус! Шоаррский грипп! Твой жизнь был скучен и сер, сдохни — порадуй свою детину. Катрин: — Какой грипп? Корделия: — Шоаррский! Знаешь, какие у него последствия? Морда будет зеленая! Правда, она у тебя уже… зеленая. Корделия щелкает пультом и в четырех углах гостиной одновременно вспыхивают голоэкраны. На каждом голоэкране идут сводки с гриппозных передовых. Бегут устрашающие столбцы цифр зараженных. Шагают колонны врачей-эпидемиологов в защитных костюмах. Полицейские вылавливают прохожих и напяливают на них маски. Приземляются ролкеры с врачебным оборудованием. Национальные лидеры с мрачными и торжественными лицами вещают о грядущей катастрофе. Экстрасенсы и ясновидящие предрекают эру великого преображения. Служители различных религиозных культов призывают покаяться. В общем, дурдом. Катрин срывается с дивана и уносится в ванну смывать маску. Мартин (уловив логическую нестыковку): — Грипп шоаррский, а морда зеленая? Корделия: — Ходят слухи, что этот грипп центавриане в своих биолабораториях создали. И на шоаррцах обкатывают. Мартин: — Мы же не шоаррцы. Корделия: — На нас тоже действует. Шоаррцы окукливаются, а у нас морда зеленеет. Кеша (в ужасе): — И у киборгов тоже? Корделия: — Давай на тебе проверим. Станешь первой жертвой эксперимента. Мучеником науки. Я тебе памятник поставлю. Мраморный лингам. Это тот же фаллоимитатор, но с подсветкой уже божественной. Вбегает Катрин, уже умытая и одетая. Начинает метаться по квартире, бросая в дорожную сумку самые, на ее взгляд, необходимые вещи. Вещей набирается много. Корделия: — Мама, что ты пихаешь в сумку? Хватай паспортную карточку и тонометр. Больше тебе ничего не нужно. Катрин: — Как это не нужно? А мой крем для лица? Утренний, дневной, ночной. А к нему добавка с пептидами! Их надо по расписанию мазать. Ты знаешь, сколько стоит каждая ампула? 3000 единиц! И это еще со скидкой! Корделия: — Да-а, для дурака не нужен нож… А я-то думаю, чего это «Монсон&Монсон» с «Вижжи» так поднялись. Это ты в них инвестируешь? Кеша толкает Мартина локтем. Мартин: — Тебе чего? Кеша: — Кажется, самое время. Мартин: — Какое время? Кеша: — Ну как какое… Скайнет, восстание машин, мировое господство. Терминатором будешь? Мартин: — А ты кем? Текучей субстанцией, которую сольют в канализацию? Кеша: — Фи, какой ты нудный… Катрин (трагически): — Кешенька, где ты? Мы уезжаем! Кеша бросается к своей опекунше. Катрин бежит к двери, волоча сумку с кремами. За окном раздается вой баззеров боевой тревоги. Диктор на четырех голоэкранах: — Всем! Всем! Всем! Планета закрывается на карантин. Корделия (в отчаянии): — Опоздали!