What, if...?

      В алых глазах читалась усталость, однако черный ежик подавил зевок, когда тяжелый алюминиевый взор уставился прямо на него. Смотреть в эти почти бесцветные глаза для него было тяжело, но как всегда он скрывал это. Да, перед ним сейчас самый близкий для него человек, но ему не хочется создавать впечатления, что проблемы Соника доставляют ему неудобства. Он ему доверяет, и ждет от него поддержки, а не хмурого взгляда.              Синие веки медленно опустились, когда лоб, покрытый уже давно не яркой шерсткой, а скорее какой-то пепельно-синей, уткнулся точно в сероватый пушок на груди Шэдоу. А затем послышался тяжелый вздох. С тех пор как все остальные члены команды Резистенс погибли, Соник стал более общителен с собратом. Раньше их отношения были не такие близкие. Только во время войны с Инфинитом, на этих самых тренировках хаоса они успели сблизиться.              Индиговый ежик слишком часто попадал в неприятности, а все, потому что его дикая энергия почти не хотела контролироваться. Она бесилась, что хозяин почти не пользуется ей, только для телепортаций, и то редко, потому что ему больше нравилось пересекать планету самостоятельно. Уж слишком нравилось это ощущение свободы. Усмирять ее пришлось вручную.              И иногда для остальной команды было довольно странно наблюдать, как оба ежа смотрят друг на друга без эмоций, крепко сцепив руки, и подсев друг к дружке так близко, что даже кровь приливала к щекам от поднявшейся температуры из-за горячего дыхания ежа напротив. А еще в это время малахитовые глаза вовсю сверкали цианом, словно он был в восторге от этого момента. Нужно ли говорить, что на маисовых щеках порой замечали румянец?              Но после первого такого сеанса энергия Соника резко поменялась, хоть и была все такой же бешенной. Она постоянно толкала своего хозяина к черно-алому ежу, но лишь для того чтобы вновь ощутить эту сильную и манящую ее энергию. Нет, между ежами не было никаких отношений, отношения были между их разумным хаосом. Звучит это бредово, но если подумать, то хаос это как тот самый доставучий младший брат или сестра, за которым хочешь-не-хочешь, а приглядывать надо.              С тех пор как частичка хаоса Шэдоу через кровь перешла к его ученику, энергия того более-менее успокоилась. Вот только дикая частица была не совсем согласна, на то, что ее запрут в чужом теле, из-за чего буйствовала, пока ей не доказали, что это не ей решать.              Черно-алые пальцы сжались на грязной пыльной ткани майки, которую Соник носил под рубашкой на случай, если станет жарко, а затем одна и рук поднялась повыше, нащупывая мягкий мех на загривке. Аккуратные коготки прошлись точно по коже под меховым покровом, почесывая. По приподнявшимся пепельно-индиговым иголкам (они сохраняли свое свойство подвижности, даже после их размягчения), черно-алый еж понял, что очередной приступ психоза был успешно предотвращен, и сейчас его друг наблюдался в довольно неплохом состоянии.              Однако оставлять его одного он не был намерен. Поэтому просто кивнул головой в бок, намекая проследовать за ним, когда уловил на себе взгляд малахитовых глаз. Ежик в последний раз оглядел пока что единственную восстановленную улицу мегаполиса и уверенно кивнул, следуя за напарником. Он не знает, куда его хотят отвести, но точно помнит, что Шэдоу живет в лесу, точное местоположение известно не было.              Со смешинкой малахитовые глаза разглядывали аккуратный фургончик, немного пыльный с отколупавшейся краской, но что-то в нем было уютное. А когда перед ним открылась тяжелая боковая дверь, он тут же залез внутрь и уселся на небольшую скамью, намертво приклеенную к полу. Где-то в углу в ящике лежали подушка с одеялом. Пара книжек даже. Шэдоу постарался сделать средство передвижение, в котором можно жить. Что ж, он постарался, даже не плохо для нынешнего времени.              Ежик выхватил подушку с одеялом и устроился на скамейке. Он слишком устал за сегодня, что морально, что физически. Даже при том, что скамья была жесткой, мягкая седушка исправляла ситуацию. Спать почти на камнях ежик уже привык, поэтому он никак не воротил нос, тем более одеяло было широкое. И где только черно-алый его достал? Неплохо сохранилось, как собственно и подушка. Едва синий висок ее коснулся, как Соник тут же вырубился от усталости.              Кажется, прошло всего пара часов, когда малахитовые глаза вновь разглядели перед собой внутреннюю часть фургона. Машину совсем немного покачивало, но это успокаивало намного сильнее, чем просто тишина и полный покой. Персиковые губы разомкнулись в акульем зевке. Взор ежика направился на водителя, точнее на его затылок.              — Тебя что-то тревожит? — басистый голос мягко пригладил пушистые синие уши. Черный локоть уперся в дверцу машины, а кулак подпер маисовую щеку. Алые глаза на пару секунд показались в зеркале заднего вида и устремились точно в глаза друга. — Ты дрожишь, там же, где ты нашел белье, есть теплая одежда. — Хах. Все предусмотрел.              Соник опустился на пассажирское сиденье в очень длинном свитере, и согнул колени, прижимая их к груди и пряча под этим же свитером. Похоже, даже теплые джинсы его не спасали. Пепельно-индиговый ежик выглядел уставшим и немного озадаченным. А затем яркий взор устремился в лобовое стекло. Снег. Да, это снег. Снег в ноябре, как и положено. Он по-детски улыбнулся, наблюдая за красивым танцем белых хлопьев. Водитель лишь усмехнулся, а уголки его губ приподнялись в маленькой улыбке.              — Когда мы с Тейлзом были моложе, мы очень любили наблюдать за снегопадом. — удивительно, но это был первый раз, когда воспоминания согревали душу ежика, а не рвали ее на осколки. Скорее всего, потому что это первый раз, когда он вспомнил что-то хорошее связанное с его семьей. — Это было единственное, что останавливало меня, на что я мог смотреть часами и никуда не спешить.              Снежинки опускались на лобовое стекло и тут же таили, а абсолютная тьма создавала прекрасный фон для наблюдения. Сейчас электричество было отключено в большинстве городов, как и между ними, потому что ехать на такие длинные расстояния никто не решался. А также существовал комендантский час, однако ежи решили на него забить, все равно никто не станет следить за Совершенной Формой Жизни и психом. Только если они понадобятся правительству, но в таком случае это не означало ничего хорошего.              — Так… куда ты меня везешь? — язык во рту ежика задумчиво цокнул, а его взгляд переместился на руки напарника. Как уверенно они держали руль, изредка постукивая по нему пальцами, будто он вспоминал пару строк какой-то песни и тут же забывал. С рук взгляд перешел на мордочку, немного уставшую и полусонную.              — К себе домой. — Шэдоу подавил зевок и пару раз моргнул, когда вдруг понял, что может уснуть. Все же даже на него отсутствие сна влияет не самым лучшим образом. Сколько он уже не спит? Сутки? Двое? Хотя по мешкам под глазами его собеседника было понятно, что того тоже в последнее время мучала бессонница.              — Выглядишь неважно. Может, остановимся и переночуем? — да и сам Соник вновь почувствовал сонливость и откинул голову на подголовник. Остановиться на самом деле не лучшая идея. Кроме печи, ничто не поддерживало тепло в фургоне, тем временем температура снаружи ползла вниз с каждой минутой. Еще при правлении Инфинита с природой началась твориться какая-то белиберда, и теперь всякий раз зима наступала очень резко, а холода обрушались как гроза.              Если Шэдоу еще как-то мог сдерживать в своем теле достаточно тепла, чтобы не замерзнуть насмерть, то пепельно-индиговый ежик, еще не имеющий достаточно опыта, чтобы усмирить свой хаос на достаточное время, не мог этого делать.              — Снаружи ниже минус двадцати пяти градусов. А до пункта назначения еще примерно час езды. — черно-алый еж задумался, какой исход будет самым плохим. Наверное, если он все-таки уснет, и они вылетят в кювет по этой причине. А в случае обморожения он сможет отогреть Соника с помощью хаоса. — Хорошо, но если почувствуешь холод, сразу скажи.              — Конечно. — кратко улыбнулся собеседник, плотнее кутаясь в свитере. Сейчас им обоим действительно нужен отдых. Синие веки плавно опустились, когда тело почувствовало как скорость транспорта замедляется. А затем его накрыли чем-то теплым и мягким, от чего на персиковой мордочке улыбка только расширилась, какой же СФЖ заботливый.              

***

             Тело Соника было полностью заледеневшим, когда он все-таки сказал об этом. Если бы не его выносливость, он бы точно грохнулся в обморок. И поэтому черно-алый еж тут же взял его в объятия. А так же оказалось, что чтобы не заледенеть полностью он использовал хаос, таким образом, израсходовав львиную долю своей жизненной энергии. Стоит ли говорить, что это очень опасно для него?              Сейчас черные руки в алую полоску крепко сжимали пепельно-индигового ежика, который уже перестал дрожать и теперь спокойно спал, прижимаясь к белому меху на груди друга. В черной шипастой голове была лишь одна мысль: «Сонки, ты еще тот тупица».