Одна душа на двоих

      Восемь лет спустя...       По солнечному лесу бежал не разбирая пути мальчишка. Время от времени от испуганно оглядывался назад. Кровь из разбитой брови заливала правый глаз и капала на его куртку. Ветки хлестали по лицу, лишь чудом не причинив больших повреждений. Силы парнишки уже были на исходе, но раздававшиеся сзади проклятия и топот подстёгивали двигаться дальше.       Оглянувшись в очередной раз, беглец заметил своих преследователей. Попытался прибавить ходу, но от сильного напряжения его ногу свело судорогой, и паренёк упал.

***

      Огромный волк дремал возле входа в своё логово. Тёплый и солнечный день плавно перетекал в такой же тёплый и приятный вечер. Ласковый ветерок еле слышно играл с тонкими лучиками в листве деревьев. Вдруг чуткий слух хищника уловил какой-то подозрительный звук. Резко вскинув голову, зверь заводил ушами в разные стороны, а затем и вовсе поднялся. Повернувшись в сторону звука, немного прикрыл глаза и принюхался. Сильные лёгкие медленно втягивали воздух внутрь и резко его выталкивали его наружу. Снова и снова.       На секунду волк замер и тут же сорвался с места. Он бежал со всех лап туда, куда вели его обоняние и слух, туда, куда звало сердце, чуявшее чужой страх. Этот запах оборотень не спутает ни с каким другим – его малыш вернулся! И ему плохо...

***

            – Ах ты, маленький сучёныш! Думал сбежишь? – трое мужчин со всей силы, совершенно не сдерживаясь, запинывали упавшего мальчишку.       Они выскочили из-за кустов как раз вовремя, чтобы увидеть, как тот падает на землю и не может подняться. В миг подлетев к нему, один из них первым же ударом ноги в лицо вновь поверг успевшего приподняться на руках беглеца. Подоспевшие парой секунд позже подельники присоединились к развлечению. Злость от погони заставляла их вымещать её на жертве, скорчившейся на земле. Парень свернулся как можно компактнее и закрыл руками голову, оберегая от сотрясения. Всё лицо его было уже в крови, отбита спина, и, кажется, треснуло несколько рёбер.       Наконец, мучителям это надоело, и один из них вытащил длинный нож, схватил за одежду мальчишку, поднимая того на ноги, и замахнулся… В ту же секунду из-за кустов с диким рычанием вылетел гигантский серый волк, подминая под себя юную жертву и её несостоявшегося палача. Белоснежные клыки сжимаются на шее мужчины. Хруст – и голова его уже откинута в сторону коротким движением звериной морды. Удар когтистой лапой – и второй бандит с перебитым позвоночником и разорванной грудиной лежит на земле, уставившись в небо остекленевшим взглядом. Прыжок, укус, рычание сквозь сжатые челюсти – и последний разбойник отправился за своими подельниками на суд божий.       Волк замер, скаля зубы и прижав уши, закрывая своим телом потерявшего сознание парнишку. Коротко и внимательно осмотревшись вокруг и принюхавшись, зверь не обнаружил больше противников и перенес всё своё внимание на своего подопечного. Холодный черный нос ткнулся в окровавленную щёку. Широкий розовый язык прошёлся влажной дорожкой по всему лицу, но юноша не открыл свои глаза. Наконец, поняв, что своими силами он не справится, оборотень сделал то, что делал лишь раз в своей жизни до этого – призвал на помощь свою стаю. По лесу раздался громкий, призывный вой.

***

      Когда Питер пришёл в себя, первое, что он почувствовал, это было тепло и тяжесть. Тяжесть сковывала всё его тело. Парень медленно приоткрыл глаза, и в них тут же ударил яркий свет. Со стоном опустив веки, юноша рефлекторно попытался прикрыть лицо ладонью, но не смог поднять рук. Тогда он снова осторожно приоткрыл сначала один глаз, затем и второй. Сощурившись, осмотрелся. Юноша лежал на кровати в ярко освещённой солнечным светом комнате. А сковывало его – одеяло, в которое тот был замотан как бабочка в кокон.       Слева была расположена дверь в комнату, вдоль противоположной от кровати стены стоял, кажется, платяной шкаф, чуть правее – книжный. Ещё правее Паркер увидел пару уютных кресел у окна и низкий столик. А повернув голову ещё чуть-чуть правее, Пит почти коснулся черного мокрого носа кончиком своего. Он медленно перевёл взгляд вдоль серой морды и наткнулся на карие внимательные глаза, смотрящие на него с ожиданием и радостью. И тут до сознания юноши дошло, почему то, что он видит, казалось неправильным: волк! Огромный волк лежал рядом с ним!       С испуганный приглушенным "Хых!" юноша попытался рывком отодвинуться, но одеяло, до сих пор не выпустившее добычу из своих цепких пуховых объятий, не позволило. Тогда парнишка просто замер, забыв от неожиданности такой встречи, что он маг и что можно было с помощью магии выпутаться из одеяла. И до Питера медленно дошло, что перед ним не просто волк, а оборотень. Разумный. Не дикий зверь.       А волк заинтересованно поднял голову и тут же наклонил её в бок, забавно свесив одно ухо.       – Ур-руау? – и наклонил голову в другую сторону, будто любопытный щенок. С шумным фырканьем ткнулся холодным носом в щёку подростка, заставив того вздрогнуть. – Уф-нмуф.       А Питер лежал и не мог понять, почему этот волк кажется ему таким знакомым, почему сейчас он чувствует себя в полной безопасности, защищенным настолько, насколько раньше никогда не был.       – Привет, – прошептал на пробу парень. Горло пересохло и язык плохо слушался. – Кхе, попить бы.       И был сильно удивлён, когда зверь спрыгнул с постели, переступая прямо через него, и показал мордой на поднос, стоявший на тумбочке слева от кровати и незамеченный им ранее. На нём теснились прозрачный графин с водой, стакан и тарелка с тремя бутербродами.       Питер воспользовался подсказкой. Он не торопясь выпутался из одеяльных пут, аккуратно сел, спуская на пол босые ноги. Прислушался к себе – голова не кружилась, ничего не болело. Налил воды в стакан и залпом выпил. Налил снова и стал пить уже мелкими глотками.       – О, как хорошо. Спасибо! – пустой стакан отправился обратно на тумбочку, а Питер попытался встать на ноги, но пошатнулся. Заботливый волк тут же подскочил, давая опереться на себя. – Так ты моя нянька? А я думал тебе просто любопытно.       Мальчишка хихикнул. Держась за шерсть своей зубастой сиделки, он сделал несколько шагов по комнате. Ноги держали всё уверенней. И Пит рискнул отцепиться от опоры. Даже сделал несколько наклонов и поворотов корпусом, чему не препятствовали свободные темно-синие пижамные штаны и курточка, и уже хотел выйти на поиски хоть кого-нибудь из людей, как недовольный волк тычками морды загнал его обратно в постель. Сопровождалось всё это ворчливым: "Давайка-ка ложись. Ишь, расходился, в себя прийти не успел, а уже бежать куда-то собрался". Правда для Питера это звучало скорее как: "Ур-мфурм. Угф, мпф, умф". Но сам смысл!       – Точно нянька. Ну, волк! Мне надо с кем-то поговорить. Мне нужно узнать, что с моей тётей. Я с места боя отправил её артефактом к своему наставнику, но всё равно беспокоюсь.       А зверь, не слушая подопечного, заставил того лечь, а чтобы не вздумал куда-то снова бежать, прибавил мощной лапой сверху.       – Вредина, – фыркнул расстроенный вынужденной обездвиженностью юноша. – Как хоть тебя зовут? Молчишь? Ну, точно вредина.       На несколько секунд повисла тишина.       – Но-они-и, – протянул оборотень.       – Что?       – Уони-и.       – Не понял. Ой, это имя?       Зверь кивнул.       – Всё равно не могу разобрать, прости.       Волк расстроенного вздохнул и положил голову на кровать, подталкивая мордой руку мальчишки и напрашиваясь на ласку. Тот сначала погладил серую шерсть, а потом осмелился и обнял за голову. И никак не ожидал, что оборотень резко поднимется, подныривая носом дальше под живот, чтоб парень не упал с него, пока будет его... качать. Зверь не стал сильно подниматься, лишь на ладонь, может, чуть больше. И начал легонько качать головой вместе со своим подопечным в сторону-вверх и вниз, в другую сторону-вверх и снова вниз. Медленно и плавно, как будто убаюкивал. И тут ощущение дежавю накрыло Питера. Какие-то разрозненные картинки замелькали перед его внутренним взором. Резко и сильно разболелась голова и юноша со слоном схватился за виски, падая на кровать.       – А-а-а! – картинки, причиняя боль, всё быстрее и быстрее сменяли друг друга. Они все были разные, но общим в них был он – волк, что лежал сейчас рядом и тревожность свистел, тыкаясь холодным носом в лицо.       В реальности прошло меньше минуты, но для разума Питера – намного, намного больше. Он вспомнил...       Вспомнил его. Их первую встречу. Вот маленькому Питти было больно и страшно. Их с тётей Мэй поймали плохие люди и издевались над ними. Но выскочил волк и растерзали бандитов. А потом... Потом малыш увидел его глаза. Сначала дикие и безумные, они в момент стали осмысленными и испуганными, а следом... обещающими защиту. И Питти сразу им поверил. Он почувствовал, что больше не один, что теперь всё будет хорошо. И расплакался от облегчения.       А вот они вместе с этим волком играют с другими детьми. Бегают друг за другом, и волк с ними тоже. Им было весело.       А вот Питти сидит на спине своего серого друга, вцепившись маленькими мальчиками в густую шерсть на загривке. Тот легко пошёл, а затем резко бросился в летящий галоп. И ветер бьёт в лицо, треплет каштановые кудряшки, срывает с губ радостные визги. Это было бы страшно, но карапуз знает, что зверь его не уронит. Он обещал. И никогда не позволит, чтобы с ним случилось что-то плохое, мальчик это чувствует. И ему нравится. Это восторг.       А здесь он просто расчесывает шерсть развалившегося на лужайке перед чьим-то домом оборотня вместе с другим мальчишкой-пухляшиком – Нед, его имя Нед, поправил себя Питер – и о чем-то переговариваются. Мальчик чувствует... умиротворение.       И ещё много, очень много самых разных воспоминаний: грустных, счастливых, спокойных, радостных, раздражённых... Всяких. И только одно из них было самым тяжелым. Их последний день вместе.       Тони привёл его к мастеру Стрэнджу, чтобы тот заблокировал ему память. Этой ночью Питеру опять снился кошмар, Тони его будил и успокаивал. А утром долго и шумно дышал в живот, словно хотел надышаться его запахом. Но потом всё же решился и заставил пойти с собой.       На подходе к кабинету вожака Стива мальчик понял, что сейчас произойдет, и не сопротивлялся. Накануне у него был тяжёлый разговор с тётей Мэй. И та объяснила, что ему придётся на время забыть про оборотней, но это не навсегда. Только лишь пока он не научиться контролировать свою магию. И Питти принял это. Он не хотел причинить вред своей новой семье и друзьям, а особенно Тони, неконтролируемыми выбросами. Но то, что он принял это, не значит, что Питеру не больно. Ведь забыть Тони – всё равно, что лишиться половины души. И по сути это было правдой. Но всё равно – больно и трудно. И Питер стал одинок. Да, с ним осталась Мэй, появились новые друзья, наставник, обучающий магии, но чувство одиночества – какое-то даже удвоенное, будто не только его, а чьё-то ещё – не проходило ни на секунду. До того момента, как в лесу от разбойников его не спас огромный волк...       Из воспоминаний Питер вынырнул, тяжело дыша. Голова уже не болела.       – О боже! – выдохнул он. – Я вспомнил. Боже, я вспомнил! Тони! Тони, я всё вспомнил!       И кинулся, всхлипывая, на шею своей вновь обретённой половине души. Как же долго они были в разлуке! Как же долго пришлось ждать! И как же одиноко им было всё это время! Но теперь... Теперь они снова вместе. Теперь всё будет хорошо! Несмотря ни на что! Будет.       Питер ещё долго плакал, сбрасывая все те эмоции, что его переполняли: и боль от разлуки, и радость от встречи, и облегчение от их воссоединения. А Тони положил ему на плечо свою голову и тихо поскуливал.       Наконец, они оба успокоились. Волк развалился на постели, занимая почти всю её площадь. А парень уютно устроился у него под боком, прижимаясь щекой к тёплой шерсти, и слушал, как размеренно бьётся верное и самоотверженное сердце его серого стража.       Так они пролежали довольно долго. За это время Питер успел о многом подумать. И о том, как хорошо снова стать... целым. Да, пожалуй, именно целым. До сего момента он не понимал, но ощущал, что чего-то – кого-то – не хватает, но только сегодня понял чего. И обрёл это.       Подумал о том, каково же было его соулмейту все эти годы. Ведь тот всё помнил, но не имел возможности даже издали увидеться.       Подумал о Мэй и мастере Стрэндже, ставшем юноше наставником. Питер уже не особо переживал за тётю, что чуть не пострадала во время нападения, ведь сейчас она под защитой мастера. А тот, как парень уже вспомнил, жил в посёлке оборотней, а в школу выбрался только из-за него. "Так что, вероятно, – подумал Паркер, – я скоро их увижу". И ещё много о чём подумал, даже успел проголодаться и перекусить предусмотрительно оставленными кем-то заботливым бутербродами, пока не провалился в царство Морфея. Из дрёмы его вывел негромкий стук в дверь и поднявший голову волк. Дверь приоткрылась, и в комнату вошла красивая молодая женщина.       – Привет. Проснулся? Как самочувствие? – посетительница подошла к кровати и села на самый край в ногах.       – Нормально. Ой, здравствуйте, – мальчишка засмущался и опустил глаза. Повозившись, он сел на постели и сжал поверх одеяла на коленях свои руки, переплетя пальцы и удобно откинувшись спиной на тёплый бок оборотня.       – Познакомимся? Я Пеппер. Этого лохматика зовут Тони. И он мой брат.       – Да, я знаю. Уже вспомнил. ВСЁ вспомнил, – парень повернулся и ласково посмотрел на оборотня, что снова устроил свою морду на вытянутых лапах. На губах его расцвела лёгкая улыбка. И он перевёл взгляд на собеседницу. – Не думаю, что Вы меня забыли. Особенно после всего, что я тут натворил тогда, но если настаиваете... Питер. Питер Паркер, госпожа Старк, – лукавый прищур глаз и глубокий, уважительный, насколько позволяет ситуация, наклон головы. – Рад снова видеть Вас!       Его "уже вспомнил" заставило Пеппер удивлённо распахнуть глаза. Но как? Ведь Стрэндж, ставивший мальцу блок на память, был весьма сильным менталистом. Невероятно!       Женщина перевела взгляд на своего брата, что довольно скалился во всю пасть.       «Что?! Вспомнил?!» – читалось в её взгляде. И гордое «Да!» в ответном.       Женщина, слегка успокоившись, повернула голову к юноше. Радостно улыбнулась и потянулась с объятиями.       – С возвращением, Питер! Рада снова видеть тебя, солнышко! Кстати, предвосхищая твой вопрос, за тётю не волнуйся, она здесь вместе со Стивеном и в полном порядке.       – Спасибо, госпожа Старк! – парень улыбнулся. Всё же некий червячок беспокойства подгрызал его изнутри, а теперь перестал.       – Ты же сказал, что всё вспомнил, – нахмурилась оборотень.       – Ну да, – не понимающий взгляд в ответ.       – Тогда ты должен помнить, как я просила называть себя.       – Да, прости, Пеппер. Просто я подумал, что это как-то... фамильярно? – и неуверенность в мальчишечьих глазах.       – Ох, Питти. Малыш, мы семья. Ты слышал, чтобы Стив или Мэй, или твой наставник так ко мне обращались? Нет ведь? Так почему ты решил, что с тобой будет иначе?       – Прости, Пеппер. Я понял. И спасибо! – сияющая улыбка вмиг согрела теплом обоих оборотней. – М-м, а сколько я уже здесь валяюсь? И как вообще здесь оказался? Меня Тони принёс? Просто последнее, что я помню, это как он меня спас от…       Парень зачастил. Вопросы посыпались из него, как из дырявого мешка.       – Малыш, – перебила его женщина, – Питти! Спокойно. Помедленнее. На всё отвечу, времени у нас много. Итак, проспал ты сутки. Нашёл и спас тебя, конечно, Тони. Но вот в посёлок доставил Стивен. Когда твоя тётя вся перепуганная появилась в кабинете Стива, мы как раз обсуждали ваш будущий приезд. Стрэндж тоже присутствовал. И вот представь, сидим, разговариваем. А тут Мэй! Бледная, испуганная. Бросается к Стрэнджу. Не помню уже что конкретно она говорила. Он сорвал с ее шеи амулет, замер с ним в руках. А потом открыл портал. В общем все, кто был в кабинете, ринулись к тебе на помощь, – женщина улыбнулась.       Парень сидел притихший, слушая историю своего спасения.       – А Мэй?       – А что Мэй? Стивен ей бросил: "Жди здесь". Она и осталась.       – Осталась? – Питер невероятно удивился. Ведь это же Мэй! Так она и будет сидеть, когда семье угрожает опасность. Хотя... – Хотя да, у наставника не забалуешь.       Пеппер прыснула. О, она уже наслушалась жалоб Стрэнджа на неугомонного парнишку. Сколько же ему пришлось приучать того не лезть на рожон! И непонятно, справился ли с этой задачей великий чародей.       – Пеппер, а кто был в кабинете?       – Интересно, кто тебя спасать пошёл? – зажглись лукавые смешинки в глазах женщины.       Парнишка смутился:       – Спасибо сказать хочу.       Женщина понятливо кивнула:       – Твой наставник, конечно, Клинт, Роуди, Наташа...       – Нат? Но ведь... Но она же...       – Что? Она тоже член стаи.       – Но я не видел её здесь раньше.       – Конечно не видел. Она училась в то время в академии. А когда вернулась и узнала вашу с Тони историю, решила на тебя посмотреть. Посмотрела, да так и осталась с вами в городе.       Питер вспомнил их первую встречу. Ему было десять. Он, весь побитый, возвращался домой и думал, как объяснить свой внешний вид наставнику Стивену, в доме которого они с тётей живут уже четыре года. Он медленно брел по улице, когда его догнала женщина и пошла рядом, заложив руки за спину.       Юный маг искоса посмотрел на неё. Красивая! Женщина несколько шагов молчала, а затем спросила, будто продолжая начатый с другом разговор:       – Так и почему же ты подрался? Неужели нельзя было решить всё мирно?       – Простите, пожалуйста, но не думаю, что должен Вам говорить об этом.       – И всё же? – настаивала она.       – Они говорили всякие гадости, – после некоторого молчания буркнул мальчик.       – Мог бы тоже словами ответить, – пожала плечами незнакомка. – Неужели тебя так задевают простые дразнили?       – Они не про меня говорили, а про тётю Мэй, – Паркер сжал грязные ладошки в кулаки и сердито засопел. – А она хорошая! Это всё не правда, что они говорят!       – О! – рыжеволосая красавица заинтересованно склонила голову набок и, скосив глаза, посмотрела на своего маленького собеседника. Какое-то время она думала, а потом доброжелательно спросила. – А хочешь, научу защищаться? Я могу.       Питер резко остановился и вытаращился на неё своими огромными удивлёнными глазищами. Женщина тоже остановилась, повернувшись лицом к нему.       – Зачем Вам это?       – Я, если честно, видела всю вашу ссору, уж прости. Ты не стал отвечать кулаками на оскорбления себя, но не позволил обижать ту, что не могла сейчас защититься, даже несмотря на превосходящее число противников, честный и храбрый волчонок, – она снова улыбнулась и неожиданно представилась. – Я Нат, кстати.       – Питер. Питер Паркер. – смущенный мальчишка улыбнулся и пожал протянутую руку.       – Ну так что, Питер Паркер, хочешь научиться отстаивать своё мнение в бою?       – Хочу! Только сначала надо спросить у тёти и наставника Стивена.       – Думаю, твой наставник не откажет мне. А с тётей поговорим. Пойдём?       Дома выяснилось, что мастер Стрэндж давно знаком с Наташей и что та является мастером боевых искусств. Так, к усиленным урокам магии добавились интенсивные физические упражнения. А в доме – ещё один жилец.       – И вы со Стивом были? – вынырнул из воспоминаний Паркер.       – Да. И мы со Стивом. Вот такой компанией мы вывалились на ту злосчастную поляну. И что мы там увидели? За две минуты ты умудрился её разнести в хлам!       Питер хотел что-то сказать в своё оправдание, но женщина не дала ему произнести ни слова:       – Да успокойся, я же шучу, – она улыбнулась, но затем посерьёзнела. – У нас волосы дыбом встали, когда всё это увидели. Столько крови. А потом услышали, как Тони нас зовёт. Кстати, а ты далеко убежал, ничего же себе тебя Нат гоняет! – удивлённо сказала оборотень, собираясь добавить что-то ещё, но стук в дверь её прервал. В комнату дружной толпой ввалилось несколько человек.       – Тётя Мэй! – вскрикнул Пит и, откинув одеяло, вскочил с постели. Чуть не запнувшись о прикроватный коврик, в два прыжка пересёк комнату и стиснул в объятиях красивую черноволосую женщину. Та ответила ему не менее крепко. – Тётя Мэй, ты в порядке? Всё хорошо?       – Питер, милый, всё хорошо. Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? Рёбра? Голова?       – Прекрасно себя чувствую.       – Точно? У тебя рёбра вчера треснули. Стивен, конечно, все залечил, но... А может, ты голодный?       – Нормально всё, тётя Мэй. И нет, не голодный, спасибо. Я перекусил уже, – проговорил парень. Оглянувшись на остальных, он поздоровался и разжал объятия. – Здравствуйте. Я бы хотел всем вам сказать спасибо за своё спасение. Пеппер только что рассказала, что вы все сразу же кинулись мне на помощь.       – Да ладно тебе, свои люди – сочтёмся, – с улыбкой обняла юношу Нат. И пустила к нему остальных пришедших. Клинт, как и Наташа, обнял парня, Стив пожал руку и хлопнул по плечу, Роуди потрепал по волосам. Каждый сказал хоть пару слов о том, как они рады возвращению и выздоровлению Питера.       Последним подошёл мастер Стрэндж. Он улыбнулся и потрепал ученика по кудряшкам:       – Ну что ж, судя по тому, как ты спокоен, радостно улыбаешься и постоянно скользишь взглядом к Тони, мой блок спал, и ты всё вспомнил. Я прав?       – Как всегда, наставник, – кивнул Паркер.       – Ну что ж. С приветствиями закончили. Теперь объясни мне, почему ты не воспользовался своим артефактом, чтобы перенестись ко мне вместе с Мэй? – Стрэндж стал серьёзен. Ведь его ученик мог погибнуть. А он очень сильно привязался к мальчишке, которого считал почти племянником. Хотя почему "почти"? Он мог с полным правом называть его так. По крайней мере сможет в ближайшем будущем, ведь Мэй наконец-то согласилась выйти за него. И терять кого-то из своей семьи Стивен не хотел. Как и, он был уверен, все присутствующие в этой комнате. Все вместе они были большой семьёй, часть которой сейчас здесь отсутствовала. А за семью они будут бороться до последнего вздоха.       – Так, – вдруг вмешалась Мэй, – ну-ка быстро в кровать, Питер. Нечего босиком разгуливать. Ты ещё не до конца восстановился, – и утащила племянника под тёплый бок волка. Они устроились в обнимку, а оборотень подсунул морду под руку женщины, приветствуя её, а та в ответ ласково почесала короткую шёрстку.       Остальные сели кто где: Клинт, Роуди и Нат – на широком подоконнике, Пеппер так и осталась в изножии постели, а Стив и Стрэндж – в удобных креслах.       – Итак, мы слушаем, – напомнил маг.       – Ну, я даже не знаю, с чего начать, – Паркер слегка растерялся. Он переводил взгляд с одного лица на другое, смотрел в глаза присутствующих и видел, видел, как они беспокоятся за него, как... любят. Он... дома.       Парень сглотнул вставший вдруг в горле ком, прокашлялся и начал рассказ. С самого начала. Он рассказал о том, как наставник сообщил, что они с тётей едут в гости, а сам придёт порталом, так как Паркеры хотели попутешествовать вместе, а у Стивена ещё были дела. О том, как на них неожиданно напали на привале. И как он отправил Мэй, успев активировал лишь её артефакт до того, как напавшие накрыли поляну антипортальной сетью с помощью другого артефакта, что был у их мага. Как Питеру пришлось сражаться с этими подонками. И если бы не наука Наташи, ещё раз отдельное ей спасибо... Рассказал, как убил мага.       На этом месте парнишке пришлось остановиться. Ему было плохо. Ведь он не хотел никого убивать. Это получилось просто случайно, но всё равно... Тони, почувствовав, что его карапузу плохо, стал успокаивающее свистеть и по их связи передавать ощущение поддержки, тепла, спокойствия. Это помогло.       И Питер продолжил. Он рассказал о том, как использовал последние крупицы силы на заклятие отвлечения внимания, что позволило сбежать с той злосчастной поляны. Но оно быстро спало, когда его кинулись догонять. Рассказал о том, как как было страшно, когда его почти убили, догнав.       – И я отрубился, когда из-за кустов выскочил Тони, – закончил он повествовать о своих злоключениях. Некоторое время в комнате стояла оглушительная тишина. Мэй сжимала его руку, Нат и Пеппер нервно теребили свои пальцы. Мужчины хмурились. И тут Пеппер кинулась его обнимать:       – Прости, малыш, прости! Мэй, мне очень жаль!       Парень опешил, но автоматически обнял в ответ:       – Честно сказать, не понял... За что?       Ответил ему Стив:       – Это из-за нас на вас напали, – правящая пара стаи уже давно приняла решение, что они расскажут про особенности своей семьи Паркерам, как только представится случай. И случай настал. – Питер, мы уже кое-что рассказывали твоей тёте, но так как ты не в курсе, я начну с самого начала. А началось всё с Говарда, отца Пеппер и Тони. Он влюбился в дочь вожака соседней стаи, Марию. О, они были прекрасной и счастливой парой, я их ещё застал.       – Мама рассказывала, как отец долго и настойчиво просил её руки у родителей, – продолжила за мужа Пеппер. – Если захочешь, как-нибудь расскажу. Или потом спросишь у Тони.       – В итоге Говард добился своего просто украв возлюбленную, – вновь включился в рассказ Стив. На этом все присутствующие улыбнулись и повернулись к Клинту.       – Что?! Ну да, мой старшенький тоже так сделал. И тоже из стаи Штейнов.       – Ага, продолжил, так сказать, традицию, – фыркнул Роуди. Все засмеялись, даже Тони оскалился в улыбке.       – Да ладно вам, – насупился Клинт. – Они всё равно уже не злятся. Даже Марию тогда простили быстро, а здесь вообще они в курсе были с самого начала. Так что сами и помогли даже.       – Ну не дуйся, Клинт, – потянула его щёки Наташа. – Никто ж его не осуждает и не ругает.       Тот угукнул и аккуратно убрал от своего лица цепкие ручки подруги.       – Итак, – опять попытался продолжить начатый рассказ вожак, – как Клинт любезно напомнил, на Марию и Говарда её родители злились недолго и вскоре дали согласие на брак. Но её брат не смирился. Обадайя рассчитывал, что сестра выйдет замуж за его друга. Тот тоже довольно долго просил руки Марии у правящей пары. Но они отказывали и ему, не только Говарду. А когда Мария стала Старк, Обадайя с Джейсоном затаили злобу и... несколько раз пытались избавиться от её мужа.       Питер слушал рассказ не дыша. Он очень сопереживал Старкам. А когда Стив заговорил про Обадайю и Джейсона, почувствовал тоску и бессильную ярость, исходящие от своего соулмейта. А дальше добавилась боль. Сильная, почти нестерпимая – Стив рассказывал, как погибли родители Пеппер и Тони.       – Дядя не простил нам с братом, что мы остались живы, а мама нет. Он и нас потом пытался убить, пока дед не пригрозил, что изгонит его из стаи. Насовсем. И попытки прекратились. Лет, наверно, десять всё было спокойно. Но тут он узнал о том, что ты и есть соулмейт Тони, – Пеппер устало-виновато взглянула в глаза Питера, беря его за руки. – Простите, мы скрывали вашу с Тони связь, как могли, но... Питер, Мэй, простите...       Мэй перебила подругу:       – Пепп, вы не виноваты. Вы и так много делаете для нас.       – Тётя права, – поддержал родственницу юноша. – И спасибо вам всем за это, – он обвёл всех в комнате глазами и повернулся к волку, почувствовав, что того гложет вина. – Не стоит, Тони. Ты тоже не виноват, даже не думай.       Волк упрямо заворчал, а парень, чувствуя, как его друг вообще жалеет, что тогда выжил, строго ответил на это:       – Нет, даже думать так не смей! Или... – неуверенность завладела им, – или ты жалеешь, что мы встретились? Что... спас нас?       Волк заскулил и стал виновато подлизываться, толкаясь носом под мальчишечью ладонь. Тот же лишь ласково гладил мягкий мех за ушами зверя, переведя разговор на уровень ощущений.       Странный диалог, который вели эти двое, не всегда был понятен посторонним: ведь они общались не только словами, как Питер, звуками, как Тони, или жестами, но и эмоциями. Они просто ощущали невысказанный ответ. Чувствовали друг друга, будто были одним существом, ещё с самой первой встречи восемь лет назад. Вот и теперь весь их диалог стал беззвучным для других, но таким громким и понятным для них двоих. Их никто не перебивал, давая поговорить, успокоиться. И Питер решил, наконец, уточнить то, что его интересовало:       – То есть, это вчерашнее нападение...       – Позавчерашнее, – поправила его тётя.       – Ну пусть позавчерашнее, – он удержал себя от закатывания глаз, так как и тётя, и наставник не любили этот жест. – Так вот. Получается, на нас напали из-за меня? Чтобы через меня контролировать Тони? Их прислали Обадайя и этот, как его, Джейсон?       На это все присутствующие кивнули. А парень продолжил:       – Сволочи.       – Не выражайся, Пит, – попросил Стив. – Некультурно.       – Прости, – повинился парень, – просто как представлю, сколько эти гады натворили... А сколько ещё могли натворить! Такая злость берёт. Ведь они не только нам с Мэй хотели навредить, но и стае, – Питер просто бесился от того, что его семье и его соулмейту угрожала опасность. – Захватив меня, они получают полный контроль над Тони. А за Тони вступится стая. И они получают целую толпу марионеток. А убив меня, Тони сводят с ума уже без возможности восстановиться. И его придётся убить своим же, чтобы не натворил дел. Ах они ублюдки!       Последнее он прорычал, дрожа от ярости, и даже Стив не стал его поправлять. Вожак его прекрасно понимал. Он бы за Пеппер или Морган, их любимую красавицу, горло любому перегрыз. А тут связь ещё сильнее: умрёт один, умрёт и второй. Просто не сможет жить.       – Что стало с остальными наёмниками? Мага я убил. И теперь даже не особо жалею. Тех, что гнались за мной, прикончил Тони. А те, что остались на поляне?       – Отправились к праотцам, – отчеканила Пеппер. В этот момент, как и там на поляне, она была истинной Старк, дочерью своего отца – жёсткой, сильной, опасной. – Выбили из них информацию – и в расход. Кстати, с дедом мы уже пообщались, так что дядюшке... не поздоровится, – хищная улыбка появилась не только на её красивом личике, но и на лицах все остальных в комнате.       Дальше разговор перешёл в более мирное русло. О жизни в стае, об учёбе и тренировках Питера, снова шутили про сына Клинта. И ещё вспомнили о том, что Эдвард Штейн, дедушка Пеппер и Тони, хотел бы познакомиться с соулмейтом своего внука и его тётушкой. На что Пит испуганно пискнул, что рановато пока, а вот когда Тони сможет обернуться, тогда да, тогда пожалуйста.       Затем, когда взрослые наговорились и ушли, в гости к Питу заглянули Морган и Нед, принеся обед на всех. Парень был очень рад их видеть. Пусть он много лет не помнил про них, но теперь понял, что скучал.       Вчетвером друзья засиделись почти до самого ужина, разговаривая о том, о сём, делясь произошедшим за эти годы. А ещё выяснилось, что пока Питер отсутствовал, ребята продолжали общаться с Тони. Иногда даже против его воли, ведь, если на взрослых он мог нарычать и огрызнуться, то на детей – нет. Друзья не давали ему окончательно затосковать, вытаскивая на совместные прогулки, вовлекая в игры и втроём, и с другими детьми, не позволяли замкнуться в себе. И за это Паркер был им невероятно благодарен.       И будто и не было столь долгой разлуки, будто Питер уезжал всего лишь на пару недель, а теперь просто делится впечатлениями от поездки.       Так, в очередной раз жизнь Питера Паркера, юного мага пятнадцати лет отроду, волчьего соулмейта, сделала крутой поворот. И не сказать, что в худшую сторону.

***

      Когда закончились каникулы и пришло время Питеру возвращаться в школу, две пары карих умоляющих глаз, виляющий хвост и грустно опущеные ушки преследовали Стрэнджа повсюду, куда бы не пошёл. И он не выдержал. Но не грустного взгляда, а настойчивого давления. Встал, уперев одну руку в бок, а второй зажав переносицу. Вздохнул тяжело-тяжело и сплюнул в сердцах:       – Да тьфу на вас, изверги. Достали-таки. Ладно, Питер, ночевать можешь здесь.       – Да-а! – перебил мага радостный вопль Паркера. Он кинулся обниматься на шею волка.       – Не перебивай! – строго произнёс наставник. И мальчишка тут же замер по стойке "смирно". – Школу посещать ты обязан, от дополнительных занятий я тебя не освобождаю. Так что будет сложно, скакать туда-сюда порталами сильно изматывает. И заряжать их сам будешь.       На последнее замечание Паркер пожал плечами:       – Тони зарядит. У него это быстро получается, мы уже пробовали.       – Мне всё равно, кто. Лишь бы ты не доставал с этим меня.       Так и понеслись насыщенные дни учёбы. Утром Питера будил Тони, выталкивал его из постели, в которой они так и продолжали спать вместе – Пит по середине, а оборотень закрывая собой со всех сторон. Затем юношу тащила на разминку Наташа. Потом завтрак, перенос артефактом в школу, учёба, обед в столовой. А дальше шли различия. Парень мог отправиться домой, в посёлок оборотней, где его ждал Тони. Там он занимался с наставником и делал домашние задания. А мог остаться в городе, чтобы сходить в библиотеку или погулять с друзьями, или выполнить какое-то поручение наставника, Мэй или кого-то из оборотней.       Зимнюю и летнюю практику парень конечно же проходил под началом мастера Стрэнджа, путешествуя по стране. И конечно же в сопровождении Тони. А каникулы – как придётся. То Наташа утащит в леса. Учиться выживать без магии, как сказала она. И Тони в такие походы запрещалось таскать им тушки зайцев и оленей. И охранять ночью. И вообще лучше пусть дома сидит. Как показали события трехгодичной давности, Питер может оказаться один, неизвестно где, в окружении врагов, возможно без магии. И он должен уметь выжить и защитить себя. От этого зависит не только его жизнь, но и жизнь связанного с ним по воле судьбы соулмейта. Так что юный маг подходил к этим занятиям со всем тщанием.       А то, бывало, в каникулы они вместе с Недом, Морган и друзьями из школы отправлялись к кому-нибудь в гости на пару недель.       А иногда его практика с наставником затягивалась. И тогда они просто продолжали путешествовать по стране верхом. И Стивен учил его чему-нибудь новому. За эти три года Питер вытянулся, возмужал. Закончил школу и поступил в академию. А Тони... Тони, наконец, смог вернуть свой разум! Уже несколько недель назад Пит смог диагностировать – этому его научил Стрэндж – полное восстановление человеческой части души оборотня. Так что волк давно уже себя вёл как обычный разумный оборотень, только в шкуре. Но сменить ипостась, сколько бы его ни уговаривал парень, отказывался. Но всё же этот день настал. И вот они стоят на поляне друг напротив друга. Волнительный момент.       – Ну же, Тони. Давай!       Волк переступить с лапы на лапу и испуганно посмотрел.       – Нет, получится. Я знаю. Ты полностью восстановился. Давай!       Зверь душераздирающе вздохнул, зажмурился и... ничего. Он открыл сначала один глаз, потом второй. Оглядел себя и разочарованно засвистел. Питер рассмеялся:       – Да ты даже не старался. Я же тебя чувствую. Забыл? Главное – желание. Давай вместе, – он подошёл, кладя ладонь на плечо друга и прислоняясь лбом ко лбу.       Ненадолго замерли. И оборотень плавно сменил ипостась. Секунду назад стоял огромный серый зверь, а теперь темноволосый мужчина в потрёпанной одежде с засохшими пятнами крови. Мда, видок оставлял желать лучшего, но это же магия оборотней – в каком виде перекинулся, в такой и обратно превратился. Тут уж ничего не попишешь. Не голый, не раненый – и то хорошо.       Отвыкнув за столько лет стоять прямо, Тони стал заваливаться вперёд. Но его подхватили сильные руки его соулмейта, утягивая в объятия и плавно опуская на землю.       – Тони, получилось... Получилось! – раздался восторженный шёпот Паркера. Говорить громче не получалось – перехватило горло.       Мужчина кивнул и часто заморгал. Не хватало ему ещё разреветься, как девчонка. А парень, в отличие от него, нисколько не стеснялся. И глаза его уже блестели, а улыбка светила едва ли не ярче солнца.       – Ну как ты? Как себя чувствуешь?       Брюнет открыл сначала рот, потом закрыл. Глубоко вдохнул и что-то прохрипел – от волнения у него тоже сел голос. Пит понятливо потянулся к сумке, сброшенной себе под ноги еще в самом начале, и достал оттуда фляжку с водой.       – Вот, – открыл и протянул её другу. И пока тот пил, парень рассматривал новую и непривычную человеческую внешность Тони. И надо сказать, она ему нравилась.       Получив флягу обратно, он не выдержал:       – Ну?       – Привет... карапуз! – почти по слогам произнес оборотень.       А Питер расплылся в ещё более широкой и счастливой улыбке:       – С возвращением, Тони!       Вот теперь всё вернулось на свои места.