Другая история

      С первыми утренними лучами солнца в камеру шумно ввалилась охрана. Сенку, до этого находившийся в глубоком сне, раздражённо приоткрыл глаза, прожигая взглядом нарушителей его покоя. Ген продолжал беззаботно сопеть, утыкаясь учёному в шею, и даже не дёрнулся, пока его с Ишигами кокон не потревожили. Поняв, что сейчас его вновь постараются оттащить от Сенку, он попытался вжаться в него как можно сильнее.       "Пусть уйдут. Пусть они уйдут", - покидать нагретое гнёздышко ему не хотелось. Менталист понимал, что это не поможет, но всё же надеялся, что его оставят в покое хотя бы ещё на пару часов. Но как только плащ был стянут, Асагири перехватили поудобнее и спешно вынесли из камеры. Ишигами, ещё полусонный, не успел среагировать, но как только бамбуковая решётка захлопнулась, он нервно дёрнулся и сел.       - Чёрт.., - помассировав пальцами виски, чтобы прийти в себя, научник проводил взглядом удаляющиеся фигуры.       После этого случая Сенку не видел менталиста. День. Два дня. Неделя. Две недели. Время летело, и Ишигами уже боялся, что начнёт путаться в днях недели, числах месяца и самих месяцах. Был разгар лета - примерно середина июля - а сбежать учёный планировал как можно быстрее. Пока что его маячком служил конец лета - тогда его ноги должны быть в нормальном состоянии, чтобы совершить задуманное. Новости из деревни Ишигами получить пока не представлялось возможным, ведь болтолог... Да, его Сенку не видел уже почти месяц. Что творилось в империи силы и почему их встречам препятствовали - учёный не знал. Но надеялся, что их планы не раскрыли, а менталиста не заперли в клетке где-то поближе к пещере Цукасы.       - Сенку-чан, - Ишигами вздрогнул, глянул по сторонам, надеясь, что у него от такого долгого отсутствия болтолога не начались галлюцинации. Но нет, у камеры почти неслышно уселся Ген. Учёный воодушевлённо обернулся и быстрым рывком оказался у решётки, просунув свою руку сквозь прутья и коснувшись кончиками пальцев длинной белой пряди. Это определённо был не плод его воображения. Асагири удивлённо застыл на секунду, а после мягко улыбнулся.       - Я снова отправляюсь в деревню. Якобы, чтобы проверить, успокоились ли все волнения. Мы снова долго не увидимся.., - на этих словах он заметно поник, и грустным взглядом оглядывал сплошной камень у себя под ногами.       - В любом случае, я рад был тебя увидеть, - за решёткой с облегчением выдохнули, и Ген немного нерешительно устремил глаза на собеседника.       Ишигами и правда выглядел так, будто у него камень с души упал. Щёки слегка покраснели, и Асагири вновь опустил голову, не давая луне помочь Сенку рассмотреть его лицо. Их разговор длился от силы минут десять, но и этого времени хватило научнику, чтобы убедиться в том, что его сообщник по побегу в полном порядке. И что он сам после этой встречи теперь тоже в полном порядке.       Отсутствие болтолога ощущалось особенно остро в те ночи, когда по камере проходился морозный сквозняк. Порой Сенку у вовсе не мог уснуть: ворочался на сухой траве и посматривал в темноту, будто бы ожидая появления Гена. Пусть он и знал, что парень ушёл в деревню, чтобы узнать об успехах их плана, однако спать спокойно это ему не помогало.       Дни шли один за другим, скучные и однообразные. Делать в камере было нечего, но порой Ишигами мог разбавить скуку попытками встать и пройтись по камере, проверяя состояние своих ног. Но и таких моментов было крайне мало - учёный старался не попадаться на глаза своим охранникам. Порой к нему наведывались Тайджу и Юзуриха, тайком пронося еду, ткани и различные материалы. Не сказать, чтобы из принесённого можно было сделать что-то стоящее, но скоротать пару вечеров в попытках что-то придумать и смастерить было можно.       Спустя месяц Ген так и не появился. Сенку надеялся, что тот придёт хотя бы для того, чтобы осведомить научника о своём благополучном возвращении, но даже попыток сделать что-то подобное не последовало. В груди болело, в ушах шумело, а дни будто бы замедлили свой ход, желая окончательно вывести Сенку из себя.       Он волновался. Не просто волновался, а делал это сильнее и ощутимее, чем обычно. Да, парень был уверен, что Асагири сделает всё, что от него требуется, и сделает это правильно. Но в голове настойчиво гудел вопрос: "А что, если что-то случилось?" Ишигами отгонял эти мысли подальше, пытаясь занять себя хоть чем-то, пусть это даже будет счёт времени по секундам. Он - пусть и не осозновал этого - успел соскучиться по тихому приятному голосу Гена и по его мягкому "Сенку-чан", служащему сигналом его появления.       И вот, спустя такой огромный промежуток времени, он неожиданно объявился.       - Сенку-чан, - полушёпот, а после тихий звук опустившегося на колени перед камерой чужого тела. Сенку старался не подавать виду, что он чертовски рад его возвращению. Сердце быстро билось о рёбра, во рту пересохло, а на губы сама собой напрашивалась улыбка. Ишигами легко прошёлся взглядом по тёмному силуэту за бамбуковой решёткой: всё та же традиционная японская поза, прямая спина и поблёскивающие от лунного света белые пряди. Парой лёгких шагов Сенку добрался до решётки и неслышно опустился напротив менталиста. Тот привычно мягко улыбался, чуть прищурив глаза, а его руки были упрятаны в широкие рукава хаори.       При виде Гена, целого и невредимого, Ишигами расслабился: его волнение испарилось так быстро, что учёный даже не успел об этом подумать.       Быстро и достаточно подробно Асагири повествовал о том, что успел углядеть в деревне и о чём рассказал ему гиперактивный Хром. Ишигами взвесил всё сказанное, и тихо выдал своему собеседнику приблизительную дату их побега - начало второго осеннего месяца. Остальное же время они посвятили беседам на совершенно разные темы: будь то досуг Сенку или долгая утомляющая дорога болтолога. Говорили парни почти до самого утра, а ближе к рассвету Ген поднялся и кивком попрощался с учёным. Он обещал, что будет навещать его почаще. А Ишигами на это определённо надеялся.