in the rain

lauv - invisible things

Чонгук ходит потерянно ещё целую неделю после того случая. Казалось бы, ничего серьёзного не случилось: его спокойно довезли до дома, он жив, здоров, его не преследуют и даже не пристают ни с какими стрёмными предложениями. Хотя где-то в глубине души он всё же боялся, что новый знакомый будет выслеживать его, ведь он знает адрес. Однако вопреки всем опасениям, и, честно говоря, ожиданиям, рыжеволосый парень по имени Пак Чимин пропадает из жизни без следа. Но точно не из головы Чонгука. Парень пытался отвлечься в мире компьютерных игр и виртуальных уроков игры на гитаре, но каждый раз, когда выдавалась свободная минута, а пальцы цеплялись за карандаш перед белым листом, возникали очень похожие друг на друга образы. Парень за рулём. Парень с сигаретой в руках. Парень в окне машины. Парень смотрит прямо в глаза и улыбается. Каждый раз, когда так происходит, Гук пытается найти этому разумное объяснение. И помешательство на человеке, которого он видел один раз в своей жизни целых тридцать минут, не кажется таковым. Гораздо легче поверить - или хотя бы попытаться убедить себя - в то, что он пока что не может переключиться на другого красивого человека, чтобы так же вдохновиться им. Чонгук думает об этом, пока дома вырисовывает по памяти узкие, немного хитрые глаза и серьёзный, отдающий теплом взгляд. С акварелью у него всегда были сложные отношения, но почему-то этого парня хочется изображать полупрозрачным, будто невесомым. Чон видел в нём какие-то необъяснимые, будто невидимые черты, которые его, кажется, и притянули. Старательно ведёт линию роста ресниц, чтобы передать всю особенность и красоту человека-загадки. А затем добавляет яркого апельсинового оттенка, вплетает его кистью в волосы и понимает, что ему нравится. Даже на чай, стоящий рядом, не отвлекается, пока тот совсем не остынет. В наушниках по сотому кругу играют песни Jeebanoff. Он думает об этом и сейчас, когда на полях тетради по английскому языку вместо сносок проглядывается графитовый скетч в удивительно знакомых очертаниях. И заключает про себя, что это ненормально. Звонок оповещает о конце урока, и парень коротко вздрагивает, вырываясь из раздумий. А после облегчённо выдыхает - урок был последним в сетке. Из кабинета он выходит последним, чем удивляет учителя, потому что Чон обычно среди первых покидает кабинет "горячо любимого" иностранного языка. Но сейчас почему-то совершенно наплевать на проблемы с предметом, белый шум в голове во время слушания и строгий взгляд преподавателя. Всё это заглушается странным, хаотичным потоком мыслей и нетипичным для сердца биением в такт музыке. - Ты какой-то немного странный в последнее время, - Намджун дожидается своего друга перед лестницей. - Всё нормально? - Да, всё хорошо, - Гук улыбается, потому что от Кима получать заботу приятно. Кто же знал, что за суровой мордашкой скрывается добродушный парень. - Просто в последнее время очень много думаю. - О том парне с рисунков? Чон от этих слов внутренне вздрагивает и напрягается. В какой момент он стал таким неосторожным? - Не боись - я спрашивать ни о чём не буду, - Намджун, идя чуть впереди, разворачивается на пятках, смотрит в глаза Чонгука и пальцем ему грозит. - Но ты мне обязательно расскажешь, что происходит. Чону остаётся только кивнуть, потому что он знает, что как только в его голове более-менее всё устаканится, ему захочется рассказать. И показать тоже. Погода сегодня была по-летнему тёплой, солнце приятно грело и ярко светило, отчего Чонгук не смог сдержать короткого чиха. Чувствовалось что-то беззаботное, и он, глядя на дорогу, уходящую вверх к остановке, не успел даже взвесить все за и против. - Я, пожалуй, сегодня прогуляюсь до дома. И, коротко попрощавшись с другом, пешком направляется в сторону своей родной многоэтажки, и пусть идти до неё не пару минут. Сейчас хочется достать наушники, перемешать треки в аудиотеке и идти, куда глаза глядят. Мысли, ни на минуту не засыпавшие в голове Чонгука, сейчас буквально не давали спокойно вдохнуть, вырывали из реальности и уносили в другой, нереальный,обрывочный мир фантазий и и магического "если бы". Вспоминает всё в мельчайших деталях, улыбается как-то по особенному тепло и невинно, воспроизводя в памяти предложение накинуть полотенце. Слушает больше не надрывающегося на японском солиста, а свои ощущения. И делает ставки: сколько ещё осталось испытывать очевидно странное вдохновение. Рано или поздно это пройдёт - Чонгук точно знает. Он понимает, что здесь всего лишь снова сыграли его впечатлительность и излишне красочное воображение, нередко ставящие в тупик и заставляющие бегать и пытаться осознать себя заново. И нет, дело не в том, что он не умеет испытывать симпатию - одна девочка в классе ему точно очень даже нравится. Для него испытывать подобные чувства к парням кажется странным. В последнюю неделю странным кажется в принципе всё. Чон видит знаки там, где их не может быть. Цепляется к таким мелочам, которые раньше его не волновали. Чувствует себя так, как не думал, что будет чувствовать после произошедшего. Ругает себя, вспоминает, думает, рисует и снова ругает. Чон Чонгук, семнадцатилетний школьник из Сеула, не хочет прислушиваться к тем догадкам, которые подкидывает ему нутро. Потому что так быть не может. Он очухивается в парке, цепляясь за чью-то макушку взглядом. Чужую, но яркую, будто солнечный взрыв. Выныривает из потока своего сознания в следующий раз около продуктового магазина, ибо сообщение от мамы с просьбой купить немного абрикосов пришло как нельзя вовремя. Третий раз его вытаскивает Хосок, в которого Гук благополучно впечатывается, отчего из рук старшего выпадает баскетбольный мяч. Не может быть, чтобы сегодняшний день заканчивался так неудачно. - О, мелкий, ты-то мне и нужен, - старший брат уверенно кладёт руку на плечо Чонгука, и тот чувствует ощутимое давление. - Мы сегодня с ребятами собираемся в один именитый клуб. Не хочешь присоединиться? Мама не против. Хо ждёт исключительно положительного ответа - это заметно по его уверенному и убеждающему щенячьему взгляду. Младший виновато улыбается в страстном порыве отказать очередной спонтанной идее брата, однако секундное промедление расценивается как согласие. - Вот и отлично! - хён одаривает своей фирменной солнечной улыбкой и направляется к лифту. - Тогда через пару часов соберёмся, и ай-да развлекаться. Тебе тоже нужно, а то в последнее время как в воду опущенный ходишь. Чонгук делает вид, что не услышал, но всё равно легонько улыбается. Хосок может быть и не самый лучший брат, но он точно знает, как и когда необходимо поднять настроение. Почему-то предчувствие на сегодняшний вечер довольно хорошее, так что может быть, и права стоит немного освежиться и отдохнуть в непривычной обстановке. Гук где-то читал, что стресс для организма полезен. А в свободные пару часов он твёрдо решил спрятаться от всех карандашей, акварельной палитры, маркеров и прочих прелестей. Особенно оранжевых оттенков. Хо за это время успел сделать явно больше, хотя бы потому, что к назначенному часу он был одет как с иголочки. Чонгук знал лишь то, как не стоит одеваться в такие заведения, потому не однозначно, но одобряющие взгляды мамы и брата послужили ему знаком того, что он всё сделал правильно. Старший дал обещание, что вернёт домой всех целыми, невредимыми и наполовину не пьяными, женщина ласково поцеловала их лбы на дорогу и с почти спокойной душой отпустила. Хороший друг Хосока - Юнги - любезно вызвался подвести всех на мероприятие увеселительного характера. В салоне неновенькой Мазды разговоры практически не прекращались: как минимум двоим не терпелось поскорее добраться до пункта назначения, а там от макколли* до бамбузе**. Чонгук практически всю дорогу молчал, глядя через тонировку на закатное небо. Пусть ему эта затея и стала казаться заманчивой, он всё ещё ничего не понимал - ощущение неопытности из-за первого похода в клуб сказывалось. Внутрь Хосок ворвался практически с ноги, впуская за собой свежий воздух и прохладу. В этом плане Гук уже мысленно ставил плюсы Юнги за адекватность, не понимая, как эти двое вообще сошлись. Обстановка не особо располагала к тому, чтобы культурно и хорошо, в понимании Чонгука, проводить время. Громкая музыка, духота, запах алкоголя разной степени крепости немного мутил, но он стоически держался, уповая на то, что он быстро привыкнет. Столик у стены немного поспособствовал принятию действительности и заставил расслабиться. Через пару кружек пива Чон-младший окончательно "дозрел". "В хорошей компании за приятным янтарным напитком не замечаешь, как проходит время", - когда-то Чонгук увидел эту фразу, но только сейчас понимает, насколько она точна. Слушать глупые и нелепые шутки Хосока, от которых на душе становится действительно хорошо, внимать умным разговорам Юнги о смысле жизни и экзистенции, смотреть, как эти двое пританцовывают и пытаются утянуть за собой - это то, что действительно раскрасило сегодняшний какой-то удивительно насыщенный в нынешнем восприятии день. Сейчас и правда ощущается что-то, очень близкое к абсолютному счастью и любви ко всему миру, а после четвёртого стакана младший готов достигать просветления. Мир вокруг кажется нереально светлым и тонким. За ним наблюдаешь словно через тонкое-тонкое стекло, которое незримо, но отделяет тебя от всего вокруг. Чон чувствовал себя везде и нигде одновременно - тепло от алкоголя разливалось волнами по телу и мешало здраво осознавать. Всё, будто воссозданное в сепии, плыло и тянулось, не сочетаясь с быстрыми битами очередного популярного ремикса. Чонгук в этот момент понимает, что перестаёт думать о. - Я забыл сказать, что к нам присоединится мой знакомый, - начинает Мин как бы издалека. - Он классный и интересный, вы найдёте общий язык. - Надеюсь, не в прямом смысле, - заключает очередной дурацкой фразой Хосок, расслабляясь на диванчике. - О, а вот и он. Знакомьтесь, это мой друг... Гук не успевает сориентироваться в пространстве и отыскать того, кто станет ещё одним участником их маленькой весёлой компании. Но знакомый запах доходит быстрее, чем тот успевает понять, что к чему. Трезвость приходит практически моментально, и Чонгук замирает, поднимая глаза вверх. Так быть не может. Взгляды соприкасаются. - ... Пак Чимин.