Шаги в полумраке

Самое отвратительное, что прямо сейчас чувствовал Эзра — это схожая с психозом раздражительность, являющейся результатом ряда неудач, которые произошли за последние несколько суток. Ужасное также было в том, что большинство упущений, промахов и прочих связанных между собой погрешностей шло под его ответственность, и Гера просто взорвалась, не пощадив ни его, ни других членов операции. Вернувшийся с другого задания Кэнан удачно попал под раздачу, так что ему досталось тоже. У всех нервы были взвинчены до предела, и каждый не по своей воле огрызался, находясь под общим чувством угнетения. Эзра уже не пытался унять дрожащие пальцы, находясь в их с Кэнаном каюте, — он был один, и никто не мог видеть накатившее на него сильное волнение. Он здорово вымотался и, если бы в данный момент голова не была забита переживаниями, с радостью бы лег спать. О медитации Эзра забыл подумать, занятый бесконечным мысленным воспроизведением слов Геры о его серьезном просчете. Чудом удалось удрать от имперцев, оставив им цель миссии — небольшое химическое предприятие, являвшееся одной из важных точек переправки ценных ресурсов между повстанцами. Геру расстроила не только потеря стратегически важного места. Ее задело и то, что была уничтожена уйма вспомогательной техники, которой всегда немного и которая всегда необходима. Дверь тихо открылась, и в каюту вошел Кэнан. Эзра так и не смог разобраться, нуждается ли он сейчас в обществе учителя, или же было бы лучше отстрадать в одиночестве. Неприятно, что Кэнан застал его в таком состоянии, но выпроводить мужчину он не имел права, так как жили в каюте они вместе.  — Я знаю, что ты хочешь сказать, — опередил парень Кэнана, едва тот открыл рот. Эзра ни капли не сомневался, что учитель им недоволен. Он осознавал тяжесть своего провала, и тоже был бы зол на того, кто оказался бы на его месте. — Я напортачил и поставил под удар наши силы. Я виноват.  — Я не понимаю, почему так вышло, — продолжил он после минутной паузы, во время которой Кэнан предпочел промолчать. — В плане все было предусмотрено, как я не смог предугадать эти ситуации?!. Какой от меня толк, если мне нельзя доверить операцию? — Эзра вцепился в край столика, продолжая стоять спиной к учителю. Усталый и озлобленный, бессильный, чтобы придти к внутреннему равновесию, он невольно увеличивал нервное напряжение, которое делало его еще более разбитым. — Как же отвратно, когда возникает ощущение, что ты бесполезный и никчемный. Я даже не могу совладать со своими чувствами к тебе, — признание вышло само собой, подразумевая еще один пункт в списке недостатков, обозначенный как «недо-джедай» и «нерадивый ученик». — Я сам себе противен.  — Я знаю, — отозвался Кэнан, так и не сдвинувшись с места. — В смысле, предпоследнее. Со стороны Эзры последовал тяжелый вздох.  — Давай присядем… для начала, — предложил Кэнан, перемещаясь на койку. Парень ничего не сказал, принимая приглашение и опускаясь рядом с учителем. Ему вдруг стало стыдно за свою вспыльчивость. Только теперь, потянувшись по связи к Кэнану, он ощутил, насколько тот спокоен по сравнению с ним. Не было никаких следов раздражения и других подобных эмоций, только сочувствие и участие. Эзра смутился.  — Ты не слабое звено, как ты себя называешь, — он положил на плечо Бриджеру руку, чтобы подбодрить. — Хочешь назвать, я это чувствую, — быстро поправился Кэнан, не давая падавану возразить. — Ошибки бывают у каждого, и это нормально…  — У меня было видение, — Эзра все-таки перебил, не соглашаясь с Кэнаном. — Я не пытался его изменить или как-то избежать. Но там все было другим, в реальности все случилось по-другому!  — Эзра, ты должен понять, что не стоит постоянно ориентироваться на видения, — мужчине стала понятна причина огорчения Эзры. — Да, иногда они действительно могут помочь, но не факт, что они будут сбываться всегда. А насчет твоих чувств, — тут он явно ощутил внутреннее колебание парня. — Я думаю, нам стоит работать над этим вместе. — Я согласен. Спокойное настроение Кэнана постепенно передавалось Эзре, и тот незаметно для себя смягчался, тронутый последними сказанными словами. Беспокойство отступало, оставались только усталость и смешанные мысли. — Во время миссии я нашел новых союзников для повстанцев, — заговорил Кэнан, пользуясь возникшим молчанием. — У них есть необходимые нам ресурсы и полезная информация по планам Империи. Я уже был у Геры, и она более чем довольна. Думаю, через день она будет смотреть на сегодняшнее не так критично, — он сжал плечо Эзры, прижимая парня к себе. Эзра совсем угомонился, склонив голову вбок и закрыв глаза. Он услышал то, что было важно, и это сделало его несколько апатичным к дальнейшей речи мужчины. Его уже мало интересовали описываемые Кэнаном новые личности и их возможности. Тело расслабилось, приятно отяжелело, и Эзра отключился от реальности, провалившись в сон.

***

Когда Эзра приоткрыл глаза, он увидел Кэнана, устроившегося у него в ногах, прислонившись спиной к стенке. Казалось, он спит. После сна голова соображала плохо, тем более, Эзра намеревался закрыть глаза и продолжить спать дальше. Но, чем дольше парень разглядывал учителя, тем больше прошедших событий воскрешала память. Воспоминания почти не вызывали никакого тревожного отклика, — сонная вялость еще не прошла полностью, чтобы Эзра мог в чем-то себя укорить. Он провалил миссию, да. Вспылил, тоже было. Еще Кэнан знает, что он его любит, и Кэнан его за это не отчитал. Эзра вздохнул и попытался сменить позу на более удобную. От его осторожных движений Кэнан подвинулся, и было непонятно, — он проснулся или же уже не спал.  — Кэнан, — позвал Бриджер, наблюдая за силуэтом. — Я ведь тебе соврал. В моих видениях ты имел очень важное значение. Мужчина хмыкнул с неопределенной интонацией. То ли понимающе, то ли как-то еще. Эзре было все равно, потому что Кэнан нашел его ладонь на одеяле и крепко сжал. Этого оказалось достаточно, чтобы парень с чистой совестью закрыл глаза и снова заснул.