Чувствую тебя 2

Если кто и спросит, каким будет самое лучшее пробуждение, то ответ один — от пения птиц. Несомненно, нет ничего лучше, чем просыпаться не под городской шум проезжающего транспорта, а вырываться из объятий сна — из-за естественных звуков природы, так как в окружении лишь лес и его обитатели. Создавалось ощущение, что отель находится в самом эпицентре густой растительности, почему щебетания были слышны, будто над ухом. Проснувшись, но всё ещё лежа с закрытыми глазами, девушка улыбнулась, чувствуя, как её тело переполняется энергией и зарядом бодрости. Солнечные лучи ярко проникали в комнату и светили прямо в лицо, от чего приходилось иногда зажмуривать глаза, морщась от неприятных световых излучений. Повернув голову вправо, Люси увидела мирно посапывающую Леви, что сладко сжимала одеяло в своих маленьких ладошках, иногда что-то тихо шепча себе под нос, чем вызывала лёгкую улыбку. Кровать была настолько мягкой, что даже вставать не хотелось, но не до конца разобранные чемоданы прошлым вечером говорили об обратном, так что Хартфилия незамедлительно встала с постели, дабы поскорее разобраться с этим делом, чтобы в дальнейшем не занимать свободное время, а потрать его на что-то более стоящее и интересное. Тихо, пытаясь не разбудить соседку по комнате, девушка принялась за раскладывание одежды: нижнее бельё на отдельную полку; футболки, боди и пара пуловеров, а также два свитера, взятых на всякий случай, — на другую; шорты, джинсы и несколько юбок нашли место на самой нижней, в то время как джинсовки, бомберы и блейзер расположились на вешалках того же шкафа, только чуть правее. — Люсь, ты уже проснулась? Давно? — сонный голос, что отвлёк девушку, послышался сзади, но вовсе не напугал блондинку, а лишь заставил улыбнуться. Она обернулась и смогла лицезреть настолько милую картину: Макгарден, только проснувшаяся, с заспанными, не до конца открытыми глазами, слабо улыбалась подруге. — Нет, недавно. — К тому времени Хартфилия уже закончила со своим гардеробом и даже успела выбраться наряд на сегодняшний день. Несмотря на то, что на улице стояла осенняя пора — только начало сентября — было всё ещё тепло, а временами даже жарко, будто в самый разгар летнего сезона, что позволяло ещё немного насладиться хорошей погодой перед новым учебным годом. Поэтому лёгкая футболка с вырезом на груди, свободные шорты — были идеальным выбором на первый день отдыха. — Остальные уже проснулись? — встав с кровати, миниатюрная девушка проследовала к выходу из комнаты, после чего рядом послышались недовольные возгласы: видимо, Эльза с Мирой подверглись жестокому пробуждению, что осуществилось в самый неожиданный для них момент, ведь любая хотела бы понежиться в удобной кровати после долгой вчерашней дороги, что будто высосала все силы своей длительностью и неудобством положения тела. Каждая из юных особ проделала длительный, утомительный путь от кровати до ванной комнаты, жалуясь на недосып, но сегодня можно полностью погрузиться в развлечения без зазрения совести — это их время. За дверьми раздался громкий топот, что оповещал: время идти завтракать. Так что, надев летние наряды, соседки по комнатам спустились в холл для того, чтобы сначала обнаружить хоть кого-то из знакомых, но всё-таки вероятность того, что они уже позавтракали и ушли проводить время с пользой, была выше: время-то позднее, а точнее — почти полдень. Ресторан находился в двух шагах, поэтому заблудиться было вовсе нереальным. Один его внешний вид поражал и захватывал дух: выглядел будто обустраивался как музей, до мелочей проделан каждый элемент. Дорогая люстра, обделанная исключительно дорогими камнями — иногда проглядывалось собственное отражение при поднятии головы вверх, а вдоль стен располагались подобные ей, лишь немного меньшего размера; зал был довольно вместительным, так что вмещал в себя не только столики на две персоны, но также и на несколько, причём все сидения были кожаными и располагались в форме зигзага; в углу у панорамного окна находился невысокий фонтан, но с разноцветным свечением, чем и притягивал всеобщее внимание; разнообразный и изысканный шведский стол удивлял своими блюдами, так как на вид выглядели, как музейная работа. По ожиданию, пара педагогов и несколько студентов всё ещё находились в ресторане и трапезничали, вкушая самые разные деликатесы, поэтому девушки без какой-либо опаски взяли подносы, после чего, набрав еду и напитки, заняли свободные места возле панорамы, поэтому можно было лицезреть утренний лес, что завораживал своей изменчивостью: вчера, казалось, было всё совсем по-другому. По плану на день был аквапарк, где каждый планировал преодолеть самые большие горки, находившиеся на довольно-таки большой высоте. Люси вообще не любила забираться на особо высокие объекты, но когда-нибудь рискнуть стоит, тем более в таком волшебном месте. Так что быстро переоделись в купальники, у кого какой был: закрытый, открытый, спортивный, даже откровенные бывали. Хартфилия за минувшее время научилась любить своё тело, поэтому приятные глазу формы решила не скрывать и надела открытый купальник, но он не открывал ничего лишнего, лишь подчёркивал все достоинства женской фигуры, что стала только краше: талия стала более точеной; бёдра приобрели округлую форму, почему стали куда соблазнительнее и аппетитнее; грудь — аккуратнее и немного больше, чем и привлекала всеобщее внимание мужской половины. Комплект лишь подчёркивал все прелести молодого женского тела, даже казалось, что оно идеальное, без каких-либо недостатков и неточностей. Вид больших горок захватывал дух, а мысли о том, что ещё предстоит скатиться с них будоражил кровь в предвкушении адреналина, так как их высота и резкость поворотов действительно заставляли ещё раз пересмотреть своё решение о скольжении на них. Но несмотря на весь свой оставшийся страх, что вот-вот она соберёт в кулак, девушка направилась по направлению к первой, самой, как казалось, безопасной горке, так как пластиковая труба была на более низком уровне, нежели остальные. Соседки одна за другой разбрелись по всей большой территории отеля и аквапарка — с каждой секундой вероятность найти хоть одну из них стремительно падала к нулю, собственно, что и неудивительно: здесь столько много развлечения, поэтому стоять в стороне не было смысла. Уже ступив на ступень подъёма, Люси слышит знакомый голос, что начинает греть душу, одновременно вызывая тёплые и душевные воспоминания минувших дней. — Люси, не уж-то бы свиделись? — Парень подбегает к девушке и заключает ту в объятья, наслаждаясь ответной реакцией в ответ в виде таких же действий и еле слышных покрикиваний его имени. — Локи, ты тоже приехал? Прости, спешила на автобус, так как опоздала, и вовсе не смогла разглядеть тебя: твоя группа была уже в общественном транспорте, — девушка всё так же продолжала стоять, плотно прижавшись к нему, чем слегка напрягла молодого человека, ведь он не только является другом, но и, в первую очередь, мужчиной, у которого всё в порядке с половым созреванием. — Ничего. Ты на горки собралась? — Локи указал на множество труб и спусков, облитых водой вперемешку с хлоркой, кивком в сторону, но не переставая смотреть на Хартфилию. Всё же девичье тело с соблазнительными формами манили его гораздо больше, нежели какие-то там ни было развлечения, предназначенные для отдыха. — Да, но я немного боюсь: уж больно они круты и непредсказуемы, — Люси опустила голову вниз, соединив руки поперед себя, скрестив пальцы между собой, чем вызвала некое умиление и лёгкий смешок со стороны парня, дав ему тем самым понять всю беспомощность её положения, но и сильного желания испытать ранее неизведанные эмоции. — Ладно, пошли, подсоблю что ли. — Локи быстро схватил руку девушки и быстрым шагом направился прямиком на одну из самых высоких водных аттракционов, чем заставил Люси поначалу опешить от столь резких действий, а потом начать бояться дальнейшего. — Главное, не бойся: я буду рядом. — Как только до неё дошли слова друга в прямом и переносном смысле, Хартфилия осознала, что они уже почти пришли к парным спусками — придётся делить круг на двоих. Положение было таково: блондинка сидела спереди, а парень подпирал сзади, создавая Люси максимально некомфортное положение, находясь так близко, что она спиной чувствовала его сердцебиение. — Готова? — Начался обратный отсчёт, что продлился буквально три секунды, после чего надувной матрац стремительно ринулся вниз, пронзая потоки воздуха, проделывая путь по замкнутому пространству. Всё бы ничего, если бы не руки парня, крепко сжимающие талию, что так и не давали покоя и шанса показать свои настоящие эмоции. С одной стороны его действия смущали и приносили в некой степени дискомфорт, но с другой — благодаря им, чувствовала в каком-то роде поддержку и безопасность; в любом случае, Люси переводила всё на дружбу и ничего более, но мысли Локи в этот момент всё-таки читать не могла, а они были отнюдь не самые детские. Время, которое они пробыли в трубе пролетело в считанные секунды, так как поток был действительно сильным и быстрым, чем и поспособствовал скорейшему появлению парня и девушки в центральном большом бассейне, куда они благополучно приземлились. — Мы так быстро спустились, — Люси захватывали эмоции, из-за чего тон её голоса приобрёл более высокие ноты; улыбка так и продолжала украшать лицо юной особы, показывая радость и восторг от происходящего. Пока блондинка отходила от новых ощущений, парень уже поднимал её из воды, поддерживая за талию и бёдра, ярко улыбаясь в ответ, но повернув голову направо, что посмотреть другие аттракционы, встретился с парой озлобленных глаз, что неистово пугающе смотрели на него и его руки, нагло касающиеся женского тела. В ответ Локи лишь ухмыльнулся и притянул Люси ближе, якобы случайно, чем смог достаточно разозлить другого парня, который готов был сорваться с места, но вместо этого сильно сжимал кулаки, оставляя следы от ногтей на ладони, что всецело олицетворяли ревность и собственность. Минуты, даже часы шли слишком быстро, поэтому небо стало приобретать тёмные оттенки вперемешку с блеском, исходящих от видных звёзд, что были необычайно большого размера в этой местности. Имели место быть разговоры о частых персеидах в конце августа, что украшали вид и делали его ещё более волшебным, но самым красивым местом во время звездопада являлось озеро, покров воды которого отражал их сияние. Площадка, вымощенная плиткой, заполнялась людьми, превращая её в самый настоящий танцпол; музыка всё наращивала свою громкость, что начинала слегка оглушать; неоновые лучи занимали свои места на просторах стен, асфальтов и людях; мужчины и женщины в специальной униформе разносят напитки, включающие алкоголь. Студенты начинают во всю веселиться и отдаваться музыкальным трекам, двигая телом в такт; из-за спиртного разум потихоньку затуманиваются, почему каждый из них уже не может здраво смыслить. — Люси, почему ты так мало пьёшь? — Леви подошла к подруге и поставила рядом с ней ещё один полный бокал янтарной жидкости, следом протягивая его в руки блондинки. Макгарден садиться рядом с ней, заглядывая прямо в глаза, желая просто понять, что с ней происходит, ведь девушка, что до сих пор трезвая, пока все уже выпили достаточно, всё-таки привлекает внимания. — Не хочется как-то, тем более я уже бокал красного вина выпила — думаю, что мне достаточно, а то на утро слишком сильно будет болеть голова, — девушка подставила руку под голову, ероша ещё влажные волосы, потому что никто не ходил переодеваться — все были в купальниках, так как вдруг кому придёт в голову идея вновь покорять просторы бассейна. — Тогда давай выйдем потанцуем, не сидеть же нам весь вечер, — соседка по комнате под недовольные возгласы и утверждениями о своём нетрезвом состоянии всё-таки привели Люси в самый центр танцевальной площадки, где уже до беспамятства народ отдавался веселью. Присутствовали пары, что ластились к друг другу на глазах у других, пытаясь этим что-то сказать; одиночки, что где-то в уголке скромно выпивали, к коим относилась Хартфилия; просто друзья, что в малых группах проводили время, либо танцуя, либо сидя на стульях; некоторые решили вовсе не вылазить из воды и продолжать терять рассудок там. Сейчас же Люси, будучи почти что в нормальном виде, скромно двигает бёдрами, не желая привлекать к себе лишнее внимание парней, которые пытаются «составить компанию» одиноким девушкам. Неожиданно для самой себя она ощущает чужие руки на своей талии, заставляющие испугаться и уже начать применять приёмы самозащиты, но, как только она слышит знакомый голос, чувства испуга замещается негодованием и непониманием. — Люсь, ты чего так испугалась? Я же не чужой тебе человек, чтобы на меня так реагировать, — парень сильнее сжал хрупкую девушку, прислонив к своей груди её тело. Глаза блондинки расширились, а дыхание участилось, что поспособствовало необдуманным действиями. Хартфилия наступила пяткой на ногу сзади стоящему, благодаря чему смогла высвободить немного места между ними. Но стоило ей увидеть пронзительный взгляд Нацу, который стоял в обнимку с другой девушкой, постоянно преследующей него, сердце неожиданно кольнуло и пропустило частые удары, но разум начал задумывать неладное. — Просто не люблю объятья сзади, — Люси подошла ближе к нему и положила руки на плечи, но вплотную не прислонялась, в то время как руки Локи вновь заняли знакомую позицию. Её глаза всё ещё были прикованы к Драгнилу — она лицезрела изменения в его глазах; злобный, собственнический оскал и кулаки, нервно дрожащие от переизбытка эмоций. Парень вновь заглатывает бокал залпом без какой-либо реакции на жжение слизистой в горле, чем заставляет Хартфилия победно ухмыльнуться. Она помнит его слова, что он ей сказал в её квартире: вплоть до самой малозначимой эмоции на лице. Будь то месть, или же желание показать, что она изменилась и перестала быть скромной серой мышкой, но всё же девушка хочет как следует проучить его, правда, окончательный план в её голове ещё не созрел, но необратимый процесс уже запущен. Медленная музыка начинает утихать, а Люси всё это время смотрела в глаза Драгнилу, что наполнялись непонятными для неё чувствами. — Спасибо за танец, — после чего девушка скрылась из поля зрения уже наполовину пьяного Локи, который не мог контролировать ни тело, ни разум. Пробираясь по узкой тропинке, вымощенной каменными вставками, девушка направлялась прямо к тому месту, где хотела побывать с самого прибытия, ведь оно было укрыто от лишних глаз. Создавалось такое впечатление, что о нём мало, кто знал, так как бассейн находился чуть дальше, нежели основная площадь отеля, но Люси специально выведала у персонала, когда и как пройти к нему, чтобы побыть наедине с собой. Решив, что сейчас, пока остальные вливают в себя остатки алкоголя и бушуют по всей территории базы отдыха, самый лучший момент. Придя к месту назначения, Хартфилия была приятно удивлена красотой оформления и вида: форма сердца наполнена водой, а на дне находились подсветки красного, фиолетового, жёлтого цветов, иногда даже переливаясь друг с другом; кроны деревьев образовывали неполноценный навес, ведь присутствовало отверстие, через которое присутствовала возможность любоваться ночным небом. Опустив правую ногу по щиколотку в воду и убедившись в хорошей температуре, Люси полностью погрузилась, ощущая глубину. Благо, что было несколько уровней, которые обозначались наличием ступеней, идущих по порядку в самое сердце бассейна. — Я смотрю, ты вовсе не изменилась: как продолжала постоянно быть в одиночестве, так и сейчас, — что угодно, но только не он; с этим человеком она больше всего сейчас не хотела пересекаться, видеть или слышать: слишком много странностей произошло за день. — В тебе тоже перемены не очень заметны, знаешь ли: каким был бабником, таким и остался, — никак же не обошлось без ответных комплиментов, что разжигали в парне лишь искру азарта и интереса. Он подошёл к ней из-за спины, поэтому она не могла определить его местонахождения в плане близости к себе, из-за чего слегка была напряжена. В его присутствии Люси побаивалась прошлого: того, что прежнее может всколыхнуться внутри и опять высвободить наружу эмоции, но что ей это даст? Ведь он всё тот же, что и прежде; так же уйдёт и то же скажет. — Раньше ты не смела мне так отвечать. — Хартфилия повернулась так, что оказалась лицом к нему, но он всё ещё стоял, возвышаясь на ней, из-за чего создавалось ощущение, будто он заглядывает в самую душу, желая прочитать всё, что было скрыто от чужих глаз, что недоступно и сокровенно. Но в какой-то момент Нацу сократил расстояние до минимума — Люси вновь попалась в плен его глаз, в которых она тонула, но быстро сообразив, девушка сделала отчаянный шаг; её кисть легла на крепкое плечо Драгнила, слегка погладив смуглую кожу, после чего притянула ещё ближе, чувствуя его дыхание на своих губах, и в последний момент, когда их губы почти соприкоснулись, девушка улыбнулась и потянула парня на себя, тем самым скинув того в воду. Проигнорировав тот факт, что её полностью окутали брызги, она с игнорирующим выражением лица собралась покинуть пределы бассейна, и почти полностью выйдя из него, а точнее выбравшись на бортик, она почувствовала руку на своём бедре, плавно спускающуюся на щиколотку. Тогда, быстро сообразив и осознав, что парень может сделать в последующие секунды, попыталась ускориться, но было поздно — он крепко держал её и ухмылялся, обнажая зубы, что периодически покусывали нижнюю губу, после чего резко дёрнул на себя, заставив её перенести основную массу тела на спину, из-за чего девушка не удержалась и упала в его руки, что моментально сжали хрупкое тело. Установив с ней зрительный контакт и дождавшись, пока она придёт в себя после падения, Нацу прислоняет её к бортику своим телом, всё так же продолжая смотреть на неё. Он крепко сжимает талию Люси, плавно переходя вверх, ведя пальцами по линии рёбер и груди, планирует развязать завязку купальника, параллельно приближаясь к шее, оставляя лёгкие поцелуи и укусы; упирается коленом меж бёдер о стенку, телом ощущая её дрожь. Сердце девушки неспокойно рядом с ним. Неужели она вновь начинает возбуждаться на его прикосновения? Люси чувствует его тепло — прикосновения. — Нацу, тебе стоит остановиться. — Девушка вытягивает руки, пытаясь оттолкнуть Драгнила, дабы оставаться в здравом уме, иначе снова снесёт голову от таких действий. — Почему же? — Риторический вопрос для него, но он всё-таки не останавливается и продолжает переходя на ключицы и ложбинку груди. Ему так же необходима она: юношу тянет к ней; её тело сводит с ума, а стоны, которые он жаждал слышать, никак не заменялись. — Потому что я не хочу тебя, — Нацу впал в ступор, прекратив свои действия, но пока не отстранился, продолжая находиться слишком близко к ней. А она уже вся течёт, — благо, что они в воде, в противном случае, точно бы не смогла ничего сказать в протест, — хочет большего, но гордость и внутреннее эго не позволяют сказать три слова, что крутятся в их головах. — Ты же понимаешь, что совершает большую ошибку сейчас, — он наконец-то отходит на довольно дальнее расстояние от неё, мгновенно меняясь в лице и намерениях, чем, собственно, немного припугивает, но девушка не выразила ни одной эмоции — лишь безразличие и холодность по отношению к нему. Такая реакция жутко выводила из себя, Нацу хотел кричать и бить кулаками об стену, ведь прервалось кое-что важное, чего он хотел довольно-таки долго. Пусть даже и не признавал, но скучал по ней: по её телу, эмоциям, беспрекословности и подчинению, стонам и крикам. — Моя самая большая ошибка — это ты, Нацу.