Слишком влюблён

      Агата уныло жевала идеальную яичницу, приготовленную Мартой, и старалась игнорировать настойчивый взгляд Александра, который буквально воспламенял её. Парень сидел, развалившись на стуле, и медленно пил кофе, явно пытаясь потянуть время и остаться наедине с девушкой. Этого бы Харрис точно не пережила. Не после всего, что она вчера вытворяла.       Как будто ты не жалеешь, что он тебя остановил,— подсознание хихикнуло.       — Как тебе завтрак, Агата? — непринужденно спросил Нильсен. Харрис вздрогнула от неожиданности и неуместности его вопроса.       Данте и Элиза непонятливо переглянулись, не понимая, в какие новые игры начали играть эти двое. Особенно непонятен был Александр и его привычка чередовать манеру поведения типичного неприятного типа и истинного английского джентльмена, коим он являлся только с первого взгляда.       — Нормально, — тихо ответила Агата, еле проглатывая последний кусок жареных яиц. Девушка вытерла салфеткой рот и, поблагодарив Марту, поторопилась испариться в свою комнату, чтобы остаток дня провести там и обдумать дальнейший план действий. План… Действий…       Да, ей определенно надо было понять, что вообще делать со всей этой ситуацией и новыми событиями, которые все наваливались и наваливались и превращались в огромный снежный ком проблем. Как сказал Сэм, решать проблемы надо с самого их начала. Поэтому вчера они поехали в участок и нашли себе еще одну головную боль. У садовника был сын, который тоже как-то вовлечен во все это. К тому же, он бежал из психиатрической лечебницы. Прекрасно.       Уйти далеко Агата не успела. Рука Александра перехватила её у самой лестницы и резко развернула к себе, точно показывая, что парень хотел ей что-то сказать. И его красноречивый взгляд намекнул о характере предстоящего разговора.       — Не думай, что я, как ты, сделаю вид, что между нами ничего не было вчера, — Нильсен усмехнулся.       — Я и не делаю, — гордо сказала Харрис, но по её выражению лица можно было с легкостью понять, что она всеми способами будет пытаться отвертеться и выйти из ситуации с победой в очередной словесной перепалке.       — Конечно… Всегда себя так ведешь?       — Как? Веду себя естественно…       — Естественно? Поэтому так усердно делала вид за завтраком, что меня не существует, да? — Александр сузил глаза.       — Как будто раньше мы нормально общались…       Александр ничего не ответил, и Агата даже немного испугалась, что обидела его своими словами. Но тут же заметила, что его взгляд сфокусировался на чем-то за её спиной, а мысли парня ушли далеко от их минутного разговора.       — Что? — робко спросила девушка, будто боясь нарушить ход его мыслей и процесс построения логических цепочек.       — Ты ведь говорила, что все картины у вас в доме оригиналы? — подозрительным тоном спросил Нильсен.       Агата кивнула, так и не поняв, к чему он клонил. Она проследила за его испытывающим взглядом и увидела, что Александр внимательно смотрел на одну из картин, которая одиноко висела на стене. И тут девушку словно ударило по голове.       — Но у тетушки Аннет такая же висит в спальне…       В голове замелькали воспоминания, и одним из них стал момент, когда Агата, бродя по тайному коридору, заметила Фредерика, который возился в комнате убитой тетушки. Этот момент как-то вылетел из головы девушки, но сейчас он снова загорелся ярким огнем.       — Получается, кто-то их перевешивает? — Харрис решила избегать перехода на личности и простого обвинения во всех грехах, зная, что Нильсен в близких отношениях с главным и почти единственным подозреваемым в этом деле.       — Фредерик, — мрачно произнес Александр. — Мы знаем, что это он. Ты же видела его тогда с картиной.       — Это могло быть простым совпадением.       Агата сочувственно посмотрела на Нильсена, но тот никак не отреагировал на эту попытку поддержать его и безмолвно двинулся к стене.       — Может, что-то не так с картиной? — Предположил он. — Надо рассмотреть детальнее.       Нильсен подошел к полотну почти вплотную и принялся вглядываться в многочисленные лодочки и спокойную водную гладь, которую ничто не тревожило и не отвлекало от своей привычной безмятежности.       — Ты знаешь автора? — спросил Александр, даже не поворачиваясь к подошедшей Агате.       — Ох… — вздохнула девушка, пытаясь вспомнить одно правильное имя из сотни тех, о которых ей раньше рассказывала тетушка. — Думаю, Каналетто!       Агата испытала облегчение, когда ей наконец удалось вспомнить имя. Её преподаватель искусства наверняка гордился бы.       — Мне это ни о чем не говорит, — честно признался Александр. — А тебе?       Харрис отрицательно помотала головой. Её мозг не порождал абсолютно никаких возможных ассоциаций. Что могло служить причиной перемещения картин Фредериком? Вряд ли их прежнее расположение не удовлетворяло его эстетическим предпочтениям. Оставался один вариант…       — Это какой-то шифр, — озвучил мысли Харрис Александр, и девушка даже немного испугалась, что они стали так много времени проводить вместе, что начали уже и мыслить в одном направлении, видя во всем что-то скрытое и замысловатое.       — Шифр? — на автомате спросила Агата, хотя нисколько не сомневалась в его правоте.       — Конечно. Ну, или послание кому-то. Только вот что Фредерик кому-то передает.       Агата ещё раз взглянула на картину. Нет, стоять и гадать так — пустая трата времени. Надо было сходить и почитать книги о криптографии, найти свои старые конспекты и покопаться в них.       …вдруг в голове всплыла старая история, о которой долго гудел весь университет в свое время. Преподаватель по современным шифрам в технологиях часто «играл» со своими студентами и оставлял так называемые «хлебные крошки» в виде едва заметных пометок в программах, которые вели, на самом деле, к разгадке всей тайны сразу. Девушка все больше смотрела на картину и все больше убеждалась в своей правоте, не видя ничего особенного на холсте.       — Хлебные крошки, — проговорила она, вызывая недоумение у Александра.       — Что? Ты о чем?       — Точно! — обрадовалась Агата. — Мы смотрим не так. Слишком все усложняем. Вдруг эта картина вовсе не содержит в себе тайного послания. Что если это просто маячок?       — Маячок? — задумчиво повторил за ней Александр.       — Ну, да… Просто чтобы привлечь внимание.       — И к чему же? — Глумливо спросил Нильсен. — Не к стене ли?       Но вдруг выражение его лица изменилось на серьезное. Он быстро снял картину со стены и оглядел деревянные пластины, плотно сжатые друг к другу.       Агата смотрела вместе с ним, и тут ее взгляд зацепился за какой-то странный крючочек на орнаменте, который явно выбивался из общей картины роскоши и богатства декора даже стен. Девушка протянула палец и зацепилась за крючок, слегка надавила на него и… услышала характерный звук.       — Открылся ход, — заворожённый развернувшейся игрой в детективов пробубнил Александр.       Он прощупал стену и, наконец найдя нужную пластину, надавил на неё. Деревяшка «ушла» вглубь, образовывая узкий проход.       — А разве тут была дверь в коридоры? — спросил Александр.       — Не припомню.       — Тогда, думаю, нам надо пройти туда. ***       Избавиться от самой Агаты оказалось для Александра еще сложнее, чем от мыслей о ней. Поэтому сейчас злой из-за своей собственной неспособности заставить девушку остаться снаружи Нильсен шел впереди по тайному коридору и изредка оборачивался назад, чтобы убедиться, что Харрис не свернула куда-то не туда совершенно случайно или себе шею.       — Я и подумать не могла, что ход есть и здесь, — растерянно произнесла в тишину Агата, пытаясь мысленно проложить их маршрут. По её расчетам, они с Александром уже вышли за пределы дома и двигались где-то под домиком садовника. Но ход все продолжался и продолжался.       Александр напряженно оглядывался по сторонам, подсвечивая стены ярким фонариком на телефоне, надеясь что-то разглядеть на них, но это были стандартные и привычные гладкие каменные стены, обвитые паутиной, с редкими трещинами и щелочками. Никаких дверей или ходов, чтобы выйти на белый свет. Казалось, это был просто бесконечный и нескончаемый коридор в никуда.       — Как думаешь, куда мы выйдем? — спросила Агата не в силах больше терпеть гнетущее молчание. Но, вместе с этим, она боялась сказать хоть одно лишнее слово, которое бы привело к этому разговору.       — Главное, чтобы мы вообще вышли. Может, это что-то типа склада?       — Вряд ли, я бы знала.       — Не думаю, что кто-то знает об этом месте вообще что-то. Кроме Фредерика.       Вдруг Александр остановился, причем так резко, что Агата почти в него врезалась, но вовремя затормозила в паре сантиметров от него.       — Тут развилка, — заключил Нильсен.       Агата выглянула из-за его спины и убедилась в его правоте. Бесконечная дорога в неизвестность теперь разделялась на две такие же бесконечные дороги.       — И куда пойдем? — задумчиво спросила девушка. — Мы можем разде…       — Нет, — грубо прервал её Александр. — Никаких разделиться. Я и так чувствую себя будто ответственным за детсадовского ребенка. Эй! Не бей меня.       — Не надо говорить про меня, как о маленькой и глупой девочке, — обиженно сказала Агата.       Александр устало вздохнул, словно и в правду был одиноким отцом, заботившемся о ребенке, а потом повернулся к девушке и ответил ей со своей фирменной усмешкой:       — Поверь, я знаю, что ты уже способна на весьма недетские игры.       Агату передернуло от его слов, но она быстро взяла себя в руки, как ей показалось. Она повернула голову направо и посмотрела на темный ход. Интуиция подсказывала ей двигаться в этом направлении.       — Ну, что же, — Нильсен тоже избрал это направление. Харрис стало даже немного приятно, что он решил не спорить с ней и имел одинаковое мнение. — Пойдем сюда.       Дорога в темноте, разгоняемой светом телефонного фонарика, уже порядком утомила Агату, но иного выхода не было. Дышать становилось труднее с каждым шагом: казалось, от любого их движения пыль поднималась клубами и заполняла собой легкие. Девушка уже открыла рот, чтобы начать жаловаться, хотя всеми путями пыталась избежать этого, но Александр опередил её:       — Смотри, — он указал куда-то вперед и ускорил шаг. Агате пришлось начать перебирать ногами быстрее, чтобы не остаться одной без возможности видеть.       Нильсен остановился у стены, и Агата уже подумала, что это был тупик, но, приглядевшись, она заметила маленький рычажок, хитро встроенный в камень.       — Надеюсь, нам ничего на голову не упадет, — пробубнил Александр и резко дернул рычаг, отчего по всему ходу пролетел мерзкий скрип, а затем раздался грохот, и плита над их головами сдвинулась.       — Прекрасно, — Агата поежилась от быстро распространяющегося эха, — теперь все, кто не знал, в курсе, что мы тут.       — Не волнуйся, я же рядом, — ответил ей Александр, посылая ей в очередной раз взгляд я-помню-чем-мы-вчера-занимались.       Агата закатила глаза и проигнорировала его реплику. Это входит у неё уже в привычку — отсеивать неуместные или смущающие слова Нильсена. Кажется, у девушки стал появляться иммунитет к его поведению. Она осмотрела пространство, которое теперь было видно через открытый люк, но ничего не смогла распознать, кроме высокого потолка и шикарной люстры под ним.       — Это чей-то дом.       — Что же, тогда мы должны нанести визит. Надеюсь, нам будут рады, — Нильсен взглянул наверх, а потом повернулся к девушке, — я подсажу тебя, а ты потом уже сама подтянешься. Поняла?       — Что? — недоуменно спросила Агата. — Ты собираешься идти туда? А вдруг там кто-то есть?       — Поймаем преступника с поличным, — непринужденно ответил ей Александр и в ту же минуту подхватил девушку под коленями и приподнял её в воздухе. Агата вскрикнула и схватилась за плечи парня, не успевая высказать ему все свое негодование от его плана.       Нильсен поднес её к люку и остановился, «намекая», что ей надо побыстрее вцепиться пальцами за край и подтянуться. Что Агата и сделала, до последнего ощущая теплые руки Александра на своем теле, который помогал ей вылезти наружу. Почти сразу, как девушка оказалась наверху, она увидела, как Нильсен ловко выкарабкался из хода и оказался рядом с ней. До этого момента Агата и не предполагала, что парень был таким сильным. Хотя шанс поразглядывать его тело у нее уже был…       — И где мы, черт возьми? — раздраженно спросил Александр, видимо, раздосадованный тем, что их никто не встретил с «горячими объятиями».       Агата огляделась и почувствовала, как её сердце сжалось, когда она заметила знакомые картины. Девушка еще раз покрутилась по сторонам, чтобы убедиться в правильности своих мыслей, и, сглотнув, повернулась к Александру.       — Я знаю, где мы.       Парень одновременно недоуменно и выжидающе посмотрел на неё.       — Это дом Курта.       — Фан де… — на выдохе произнес парень. ***       — И вы просто ушли? — как-то недоверчиво спросил Сэм, сидя напротив Агаты и Александра. Он рассматривал полупрозрачную паутинку в волосах девушки, которую она, скорее всего, просто не заметила. Но все его внимание тут же отвлек недовольно фыркающий Александр.       — Конечно, да! Эта истеричная квинна закатила мне скандал и выдвинула требование, что если мы не уйдем, то… чем ты там мне угрожала, а? — Нильсен искоса посмотрел на Харрис.       «Надеюсь, это не оскорбление», — подумала Агата.       Агата оставила колкость Нильсена без ответа и склонилась поближе к Сэму, игнорируя недовольный взгляд Александра.       — Я, кажется, кое-что поняла. Мы ведь так и не догадались, о ком говорил мистер Майерс. Ну, точнее, он говорил о своем сыне, но кто его сын? Тем более он сбежал из больницы, а еще кто-то пытается подставить его…       — И все по словам психованного убийцы твоей тетушки, — подметил Александр, но Агата продолжила.       — А что если это Курт? Он сын мистера Майерса, и те, кто угрожал мне в ванной, сфотографировал нас с Александром в домике… Все это одни и те же люди?       — Да, — отстраненно согласился Сэм. — Мистер Майерс сказал «они»… Но зачем кому-то это все?       — Давайте еще не забывать про распрекрасного женишка, — глумливо напомнил Нильсен, машинально потирая разбитые костяшки. Раны на его лице все еще портили его образ джентльмена.       — И Чарльза, — добавила Агата.       — По идее, это должно сложиться в единую картину, но я вообще не вижу никакой связи, — вздохнул Сэм, вертя в своих руках салфетку.       — Не хватает какой-то детали, чтобы найти истину, — согласилась с ним Агата.       Истина.       Александр молниеносно поменялся в лице. Он почти забыл об одном человеке, который точно был связан со всем. Лидия. Кроме этого, она должна была ответить за те угрозы жизни Агаты, которые побудили его каждую ночь через каждые сорок минут проходить мимо её комнаты и прислушиваться к тихому дыханию. Без ведома девушки, конечно.       — Мне кажется, находиться в доме тебе, Агата, очень опасно, — внезапно сказал Сэм, наконец сформулировав свою мысль. — Слишком много интриг. Да и покушений на твою жизнь уже было явно не одно.       — И что ты предлагаешь? — спросил за неё Александр.       — Сказать, что поехала на время к подруге, а остаться у меня.       — Нет, — коротко ответил Нильсен.       — Почему это? — прищурившись, спросил Сэм.       — Потому что. Я против.       — Да мне плевать на твое мнение! — воскликнул японец.       Александр театрально прислонил ладонь к сердцу и скорчил страдальческое лицо.       — Ранен до глубины души!       — А она у тебя, оказывается, есть? Я-то думал, ты променял её на бесконечный талант быть заносчивой задницей!       — Так, хватит! — Прервала их Агата, тихо ударив ладонью по столику. — Прекратите ругаться хотя бы сейчас! Ты! — девушка посмотрела на Александра. — Не решай ничего за меня! Сэм, я думаю, ты прав. Мне действительно не очень уютно дома. В другой обстановке все можно будет легче обдумать. И у тебя я буду под защитой.       Александр снова фыркнул, вдобавок прошептав что-то на недовольно-шведском языке, который стал его почти родным в последнее время.       — И еще одно, — Харрис посмотрела на помощника детектива, — узнай что-нибудь о пропавших пациентах больницы. Может, я права…       Сэм кивнул и засобирался выходить, оставляя Александра и Агату наедине, направляясь в сторону служебной машины. Нильсен проводил его взглядом, которым словно пытался подогнать его, а потом повернулся к Агате, прижатой им с одной стороны и лишенной возможности тихо «утечь» вслед за другом.       — Мне нравится твоя властность, но не в таких вопросах, — прорычал Александр.       — Кажется, этот вопрос касается меня и моей жизни! — Вспылила Харрис.       — Вот именно! Ты не можешь рассуждать адекватно и подвергаешь себя опасности, как безмозглая девчонка!       — Что?! Я-то веду себя неадекватно?       — Тема закрыта, — резко прервал её Нильсен. — Ладно, ты пойдешь со своим любимчиком, но каждые полчаса ты будешь отсылать мне смс-ки о своем состоянии.       — Каждые полчаса? А когда мне спать, позволь спросить?       — Позволяю, — ухмыльнулся Александр. — Каждые двадцать девять минут.       Агата скрестила руки на груди и откинулась на диванчике.       — Не дуйся, — Нильсен легко и как-то нежно коснулся её плеча. — Может, мне купить тебе мороженое, чтобы ты не расстраивалась?       — А может, вообще поедешь со мной к Сэму? Думаю, это будет предел твоих мечтаний!       — Я бы с радостью уединился с тобой в какой-нибудь из комнат его квартиры, но это будет слишком подозрительно для твоей коварной семейки, если исчезнем мы оба, не находишь?       — Я пошутила, — огрызнулась Агата. — Выпусти меня, Сэм ждет.       Харрис поднялась на ноги, но Александр дернул её за руку, и девушка приземлилась на свое место рядом с ним, издав тихий полустон.       — Ты что делаешь? — опасливо спросила Агата.       — Кажется, я должен тебе кое-что… — рука Нильсена скользнула по бедру девушки, скрытому под тканью вязанного платья, и Агата тут же начала покрываться багровыми пятнами от стыда. — Знаешь, ты становишься похожа на леопарда… Но мне так нравится, когда ты смущаешься.       Александр наклонился поближе к девушке и коснулся кончиком носа её уха. Агата почувствовала, как аромат его туалетной воды начал обволакивать её и затаскивать в океан возбуждения. Она почти застонала на всю кафешку, когда парень осторожно коснулся языком чувствительного участка на её шее.       — Мы не закончили вчера. Но, поверь мне, я запомнил, на чем мы остановились, и в следующий раз начнем ровно с этого места. Хотя, как по мне, следует начать все сначала. А то некоторые детали… — его длинные пальцы настигли краешка нижнего белья Агаты, — стерлись.       — Нам точно пора, — прохрипела Харрис.       Александр кивнул и убрал руку. На Агату накатило чувство потери чего-то жизненно важного.       Пальцев Нильсена внутри себя.       Они вышли из кафе и пошли к машине, где стоял Сэм, прислонившись к машине. Он встретил их каким-то неприязненно раздраженным взглядом, и Агата смущенно опустила глаза, понимая, что Сэм далеко не наивный парень. Харрис прошмыгнула на переднее сидение автомобиля, предварительно попрощавшись взглядом с Александром.       — Смотри за ней, подручный детектива, — Нильсен смерил Сэма грозным взглядом.       — Помощник, — поправил его парень.       — Одна херня. ***       Александр почему-то знал, что Лидия сегодня должна была прийти. Возможно, потому что знал её с самого детства или, возможно, потому что прилюдно облапал сегодня Агату в кафе и был уверен, что те, кто ставил ему условия с самого начала, это тоже видели.       Его внутреннее чутье не подвело. Пол заскрипел под неторопливыми шагами, а комната наполнилась знакомым ароматом.       — Ты меня расстраиваешь. Два моих подарка тебя никак не образумили? — Наигранно обиженным тоном спросила девушка, прикасаясь к мускулистым плечам Нильсена. — Или ты снова строишь из себя крутого мальчика?       Фотография и визит в ванную Агаты.       — Зачем это все? — спросил парень, не оборачиваясь и скидывая руки Лидии.       — Ты что, не понял? Я же столько подсказок тебе оставила, малыш…       — Кто руководит всем этим? — Перебил её Александр. — Зачем вам Агата?       Лидия устало вздохнула и легла на кровать Нильсена, скидывая туфли на высоком каблуке и довольно потягиваясь, одаривая парня лучезарной улыбкой. Лидия всегда была необычной. Красивая, умная, общительная — все качества типичной популярной девчонки, но девушка совсем не интересовалась созданием вокруг себя свиты. Она все время таскалась за странной парочкой Винсентом и Глорией, а потом к ним присоединился и Александр. Они организовали пустяковый клуб для любителей детективов и стали именоваться «Покорителями Истины», но со временем интересы участников клуба вышла за границы чтения новых книг из раздела «Мировые детективы» …       — Что это? — спросил Александр, замечая в руках Лидии папку с фотографиями, которую она швырнула на его тетрадку по химии.       — Наше дело.       — Дело?..       — Да, мы теперь будем расследовать дела. Это — наш первый случай.       — Захотела в детективов поиграть? — Нильсен вскинул бровь.       — Ой, да ладно тебе! — Лидия склонила голову направо, рассматривая лицо парня и пытаясь найти там азарт. — Тебе же нравятся детективы. Так в чем проблема начать делать это и в жизни? Расследовать преступления, искать убийц и похищенное… Мы же Покорители Истины. Пора начинать действовать.       — О, — Лидия изменилась в лице, когда услышала имя Харрис. Александр тут же отметил это. — Она мне ни к чему. Наоборот, она мне жутко мешала…       Нильсен повернулся к девушке и уставился на неё, ожидая продолжения объяснений.       — Тебе мешала?.. — задумчиво повторил за ней Александр. — Как она вообще касается тебя?       Лидия закатила глаза и села на кровати, приближая свое лицо к лицу Александра. Парень не сдвинулся с места, но заметно напрягся. Один черт знал, что на уме у этой девушки.       — Она отвлекала тебя, мой викинг.       — От чего? — прорычал Нильсен.       — От продолжения нашей последней игры.       Александр тут же помрачнел. Эта игра, как её назвала Лидия, с первого же акта вышла за рамки понятия «безобидное увлечение». Именно это заставило его отказаться от своей бывшей жизни, а сейчас его давняя подруга вновь швырнула его в омерзительное прошлое.       — Мы же поклялись, что больше не будем заниматься. После того, как Глори и Винсент погибли.       — Почему? — непонимающе спросила Лидия.       — Потому что они погибли из-за нас! — повысил голос парень.       — Ты изменился, Александр. Мне жаль, что придется действовать так.       Девушка поднялась с кровати, обулась и направилась на выход.       — Как так? — Нильсен вскочил вслед за ней и быстрым шагом приблизился к Лидии, которая совсем не торопилась уйти.       — Мой дорогой, — она повернулась к нему, положила рука на щеку, нежно поглаживая её, — ты такой предсказуемый, когда боишься. Но только сейчас ты боишься не за себя, а за неё. И меня это не устраивает.       Лидия нырнула рукой в карман широкой юбки и достала оттуда маленький баллончик. В ту же минуту Александр ощутил, как его лицо обжег горячий поток воздуха с мерзким запахом, и парень, гортанно застонав, медленно осел на пол. ***       Агата сидела одна в квартире Сэма и от скуки по второму кругу обходила его гостиную с не таким уж разнообразным оформлением: несколько фотографий с членами семьи, собакой и две статуэтки. Но делать больше было нечего, поэтому Харрис смирилась со своей тоской.        «Интересно, что там делает Александр?» — подумала Агата, но тут же осеклась. От скуки и не такие мысли полезут…       Да, черт возьми, кого она пыталась сейчас обмануть? Нильсен уже давно прекратил относиться к списку людей, к которым девушка была абсолютно равнодушна. Но эти его постоянные метания — эмоциональные качели, как сказала бы Элиза — иной раз вызволяли из подземелий сознания вопрос: а что если он ненавидел её? Что если она была его простым увлечением и отвлечением от серых будней?       Вдруг Агата услышала шуршание в замочной скважине. Сэм не должен был прийти так рано, потому что сам предупредил девушку, что точно задержится на работе сегодня. Харрис выглянула в коридор и заметила, как приоткрылась входная дверь, а из-за неё показалась мужская фигура.       Это точно не Сэм.       Харрис вгляделась в очертания и поняла, что это был Лиам. Он тоже заметил девушку, во все глаза глядевшую на него, и сразу кинулся за ней, отталкивая от себя дверь так, что она с глухим стуком ударилась о стену. Агата кинулась бежать, но пространства было не очень много, поэтому мужчина быстро нагнал её и повалил на пол, скручивая руки за спиной и наваливаясь всем весом.       — Не трогай меня! — закричала Агата, но Лиам ловко зажал ей рот рукой и начал жарко шептать на ухо.       — Вот мы и снова встретились. Только тут нет твоего дружка. Кто тебе поможет на этот раз?       Харрис отвернулась от его ладони и, пытаясь успокоить дыхание, спросила у него:       — Что тебе нужно? Деньги из наследства? Ты как-то замешан во всем, да?       — Умная девочка, — усмехнулся Лиам. — Да, мне нужны деньги. Но кое-что мне тоже нужно. И ты мне окажешь одну очень важную услугу.       Агата вскрикнула, когда тонкая иголочка преодолела ткань платья и вошла в тело. Лиам быстро ввел ей какое-то вещество, а потом отбросил шприц и слез с девушки. Харрис попыталась встать, но на неё словно навалился колоссальный груз, не дававший даже на ноги подняться — что же говорить про побег?       — Что ты мне вколол?.. — тихо спросила Агата севшим от крика голоса.       — Простое снотворное. Еще всего пару секунд, и ты станешь очень послушной. Спи сладко.       Харрис заплетающимся языком вымолвила последние слова о пощаде и молниеносно заснула, в уходящие секунды думая о том, как глупо она поступила, решив расстаться с Александром.