— Добро пожаловать домой!

(Лирического отступления не будет, оно приняло ислам. Но пожалуйста, обратите внимание на мой комментарий после части!!! Ах и да, эта глава должна была быть объемной, но я чмо. )

***

      Супруги Пиковые, долгое время переговаривались между собой, стараясь не сильно шуметь. Но когда...Пик, не выдержив, кричит на свою омегу, это слышит и старший сын. Последний в свою очередь, уходит из дома, громко хлопнув дверью. Пара ещё долгое время грызла друг другу глотку, если бы Пику не позвонил коллега. Услышав неприятный рингтон, они замолкли. Альфа подошёл к обеденному столу и взял мобильник.       — Алло? — раздраженным тоном спросил Пиковый Король. — Что? - молчание - Да, скоро буду. Выдохнул, Валет спросил:       — Что случилось?       — Какие-то идиоты перепутали бумаги, сказали мне разрулить.       — Боже, никакого отдыха. Что за люди? - говорил Вару успокаиваясь.       — Сам не понимаю, я пойду собираться. - некое раздражение всё-равно поскальзывала в голосе у Старшего.       — Да-да. Хорошо.— проговорил омега, хмуро смотря на супруга. В голове было ещё много бранных слов в адрес любимого, но осознав, что сейчас не время — он направился в кладовку, за шваброй. Найдя то, что нужно, он принялся за уборку, так как - стекло само себя не уберёт.       — ... тупые люди, чтоб все сдохли.       — Какой ты интересный, продолжим когда я вернусь. К ужину не жди. — крикнул восьмой, захлопывая дверь.       —...мудак.       Протерев пол шваброй, он закинул её обратно в кладовку.       — ...малолетние ублюдки... - прошипел сквозь губы Кудрявый, замечая на холодильнике рисунок, прилепленный скотчем. «...блядь»На бумаге был изображён по-видимому сам Вару. Он был кривым и странным, но Пятый всё-таки узнал себя. А рядом, с зелёным куском говна, был такой же же кусок зелёнки. Думаю, это был вик. На рисунке не было фиолетового, хотя у Киры были фиолетовые волосы. Да и своего папашу он любит. Маленький Кира не вызывал у Вару особой радости. Кого он действительно любил и дорожил — Вик. А там, и Пик вроде на втором месте. Вик был похож на него. Вару видел в нём себя. Хах. Нельзя иметь любимчиков, ведь они твои дети. И воспитывать придётся тебе. Когда, если не сейчас позаботиться о своём стакане воды? Вару это понимает, но в глубине души, он действительно счастлив от того, когда его младший сын приходит в слезах домой. А жалостливое лицо Вика. Садист в глубине души поёт. О боже. Иногда он чувствует себя извращенцом.       Смяв бесполезный кусок бумаги, он вышел в подъезд. И сжёг эту поебень. Он прямо-таки представляет грустное выражение лица у Киры. Кира? Кира-кира-кира. Так звали девчонку в школе, которая бесила Вару. Сыну, вроде как идёт.       Громкий трел мобильника на коврике (он положить его там, пока сжигал бумагу в подъезде) выпутал его из своих мыслей. На экране: "Вик" и сердечко. Схватив его с каменного пола, он ответил на звонок.       — Алле, сына-говнина, что какого?       Голос был шипящим, местами невнятным: "П... а, м ы с к и р о й и д е м домой". Угукнув, Куст сбросил.       — Иногда я их ненавижу. Никакого личного пространства.       Но... Дети есть дети.       Ладно уж.       Но они будут мне должны.