Triumviratus

— Итак, — я сладко потянулась, невесомо погладив бедро Риана, на котором уже некоторое время лежала моя рука. — Какой сейчас расклад в игре леди Саарды? — Наша голубушка, — хмыкнул Рэн, степенно массируя мои лодыжки, — поведала ровно то же самое, что и ты, Риате. В застенках Школы Смерти дар речи открывается даже у немых. Факт. — Вы обезвредили всех ее приспешников? — Твой список — да, — подтвердил Тьер. — Плюс наши подозреваемые. Но остались и те, кто хорошо скрывается. Те, кого мы пока можем даже не подозревать. К тому же недавно пропала Алитерра и… Ее мы тоже не можем найти. — Хорошо спряталась, чертовка, — цыкнул демон, чуть сильнее сжав ладони на моих ногах. — Ко всему этому, прелесть моя, просто представь, у нашей дорогой ведьмочки многоуровневая система управления. Саарда не знает и половины подчиненных. Шаг за шагом мы узнаем имена, но это все время. Время, время, время. Которого у нас нет. Жаль, что она не так глупа, как нам бы хотелось. Риан нахмурился и будто нехотя начал: — Есть еще один пробел… Эллохар поморщился, на секунду оскалив клыки. — Есть кто-то из приближенных к верхушке заговора, чью личность мы не можем установить. Саарда будто выжгла этот фрагмент из памяти в последний момент перед арестом. Все воспоминания с нашим загадочным заговорщиком есть, но при просмотре — личная информация и лицо будто выжжены с полотна. — Хреново, — резюмировала я. — Если этот человек есть в воспоминаниях, значит, какую-никакую роль в заговоре он играл. Соответственно, и власть, и связи, и мотивация есть, — и повторила уже более устало: — Хреново. Магистры синхронно кивнули. — Из более ли менее обнадеживающих новостей — основную часть этой шайки мы устранили. Даже если в ближайшем будущем я не найду Алитерру, — подметил Риан, — то рано или поздно она себя проявит. И, вероятнее всего, рано, не в ее характере прятаться. Слишком эгоцентрична. — Императрица? — осторожно уточнила. Риан пасмурнел. Насколько я знала, они были довольно близки с Лиеррой ХейТаэрр. Второй круг, близкая подруга семьи и далее по списку. — Слушай… — неуверенно начала я. На что Тьер лишь покачал головой, безмолвно дав понять о болезненности темы. Я выдохнула. Реально хреново. — Мне очень жаль, Риан, — тихо проговорила, мягко сжав руку мужчины. — Скажу только одно — ты этого не заслуживал. Никто не заслуживает предательства близких. Это всегда их выбор и он говорит исключительно о том, что у них внутри. Гниль это иль здоровая микрофлора души — ты не можешь взять за это ответственность, потому что это вне зоны твоего контроля. Магистр промолчал. Впрочем, я и не ожидала каких-либо слов. Они тут были излишни. Каждый из нас троих так или иначе сталкивался с подобными ситуациями в жизни и мне не нужно было проговаривать прописные истины. Достаточно было и того, что Тьер понимал (как я надеялась) — мы рядом и в любую минуту готовы подставить свое плечо. Этого было уже достаточно. Чужую боль ведь не заберешь, не вырвав при этом кусок души другого. — Что думает твой дед, Рэн? — мягко перевела тему я некоторое время спустя. — Император? Какая обстановка во дворце? — В двух словах? — уточнил демон, наморщив лоб и сведя брови к переносице. Я кивнула, желая сэкономить время. — Весь высший свет империи сейчас напоминает растревоженный осиный улей. Все друг друга подозревают, брат кидается на брата, кровное родство теряет свою значимость, а браки трещат от взаимных обвинений родов, что связали себя семейными узами, — буднично перечислил Рэн, загибая по очереди пальцы. А потом хмыкнул уже более весело: — Ритуалы, демонюки темные, проводят не стесняясь, чтобы вычислить предателей. А родовые ритуалы там, Дэюшка, интересные даже для меня. Я нахмурилась, интуитивно улавливая двойное дно в словах магистра. Заинтересовано улыбнулась Эллохару и, мягко прищурившись, попросила: — Можно конкретней? — Конечно, Дэюшка моя, Дэюшка, — приторно пропел Рэн, специально сильнее сжав мою ногу уже под коленкой, из-за чего конечность непроизвольно дернулась, а магистр получил два осуждающих взгляда и чуть не был удостоен лягания этой самой конечностью. Что, конечно же, его лишь раззадорило. — Для тебя — что угодно. — Дамский угодник, — улыбнулась я, дернув бровью. Магистры переглянулись. — Каюсь, грешен, — посетовал Эллохар с ухмылкой. — Про ритуалы рассказывать не буду, во избежание, так сказать. В остальном, ситуация такая — император еще больше разочаровался в своих наследниках и теперь прямым текстом даже не просит, приказывает нашему любимому Тьерчику занять место кронпринца. Впрочем, мой дед от него недалеко ушел. Я и раньше был поставлен перед фактом наследования престола Ада, но из-за происходящего старик начинает форсировать события. Аргатаэрр на троне в перспективе вызывает у него здравые опасения. Оу май. — Могу понять, — я кивнула, в задумчивости накручивая прядь на палец. — Я всегда считала, что с тем уровнем ответственности, с которым Риан работает на благо империи — ему стоит занять место кронпринца. И это не учитывая кровное наследование престола. Тьер обреченно простонал. — Вот именно, — заметил он с едва слышным негодованием, — все почему-то считают, что этот трон мне нужен. Риан повернулся к нам и с той же обреченностью поинтересовался: — Я похож на темного лорда, который хочет стать императором? Мы с Рэном синхронно мотнули головой. Есть такая народная мудрость — с будущим императором будь мил, сколько бы он не ныл. Тьер, правда не ныл, но увы, пословицу другую более подходящую ситуации я не вспомнила. Да и, глядя на темного, мне хотелось шутить все меньше и меньше с каждой минутой. Риан удовлетворенно кивнул на нашу реакцию, чуть отрешенно отворачиваясь к окну, покрытому ледяной коркой изморози. В последнее время на него многое навалилось и я была не удивлена таким мелким проявлениям растерянности и глубоких раздумий. Хотя Тьер и был закаленным в боях, интригах и даже, к сожалению, предательствах мужчиной, но он по-прежнему оставался личностью, которая точно так же, как и все остальные живые существа, тянулась к другим разумным индивидам. Тянулась разделять. Быть рядом. Доверять. И, конечно же, любить. Тянулась стать частью чего-то целого. И когда более ли менее целый кусок под названием «семья», в который ты действительно верил, разваливается одним из самых грязных способов, тут уже не до смеха. Да и кому, в самом деле, будет приятно терять почву под ногами. Сомневаться в любимых. Сомневаться в себе. Риан был уравновешенным мужчиной, но одной уравновешенности мало, когда твой близкий человек оказывается твоим врагом по собственному желанию. Я могла ему только посочувствовать. — Давайте так: я в это вмешиваться не хочу и не буду. Если нужна еще какая-то информация от моего знания будущего, помощь в решение проблем, с этим связанных, то смело обращайтесь. Пока Саарда и Ко. мне не угрожают — я не хочу уделять этому время и силы. Рэн снова сильнее сжал свою руку у меня под коленом, неотвратимо стягивая с плеча Риана и, соответственно, подтягивая ближе к себе. — Какая удобная позиция, Риате, — сдержано улыбнулся Рэн, глядя на меня пристально. Мягко и чуть прищурено. Глядя с мелкими мимическими морщинками в уголках глаз и слегка расширенными зрачками. Глядя на меня так, что сердце защемило, а на лице расцвела смущенно-ехидная улыбка. — Магистр, — получилось на диво игриво, низ живота сладко потянуло, — я уже слишком стара для неудобных позиций. Тихий смешок донесся со стороны Риана. Мужская рука начала задумчиво перебирать мягкие пряди алых волос, которые рассыпались по дивану, когда я сползла с его плеча из-за одного наглого демона. Чужие пальцы, обычно такие точные и собранные в ежедневных делах, теперь двигались с ленивой, почти сонной нежностью, запутываясь в прядях и распутывая их снова, чтобы без какой-либо системности каждый раз касаться кожи виска или скул, вызывая мурашки и трепет. Я чувствовала, как Тьер из-под полуопущенных ресниц смотрит на обманчиво ленивое выражение лица Рэна, застывшее недалеко от моего собственного, как его прикосновения к моим волосам становятся более плавными, а дыхание более глубоким. Я чувствовала, как хорошо и предвкушающе вибрирует мое собственное тело. Что-то в атмосфере так плавно изменилось, что хотелось просто лечь звездочкой и сказать: «делайте, что хотите, а я просто кайфану с вами и от вас». Потому что в голове оставалось с каждой секундой все меньше и меньше связных мыслей, уступая место простому человеческому «здесь и сейчас». — Рэн, — из последних сил попыталась я мягко воззвать к разуму демона, к своему уже не получалось, — у нас же были еще планы… Его большой палец выше колена начал описывать медленные, гипнотические круги по ткани брюк на внутренней стороне моего бедра. И даже сквозь преграду прикосновение ощущалось предвкушающим обещанием. — Все потом, Риате, — ответил Рэн все еще сдержано улыбаясь, и его голос низко пророкотал, вибрируя у меня в костях. — Все потом. Боюсь, что уже от одной атмосферы мое нижнее белье можно было смело выжимать. И все же… было тревожно. Так-то во всяких постельных делах ограничение в количестве участников всегда было четкое — двое. Другого я не знала, и даже фантазируя, прикидывала происходящее лишь примерно. В голове крутился сам собой напрашивающийся вопрос — а как это сделать-то? Ладонь Риана мягко коснулась моей щеки, заставив наши взгляды пересечься. Он видел отголоски сомнений на моем лице. Он знал о моей растерянности. Конечно, он знал. — Мы никуда не торопимся, — тихо сказал Тьер, и его большой палец провел по моей скуле. — Одно твое слово, Дэя. И правда. Я благодарно улыбнулась, выдыхая облегченный смешок и щуря глаза. А потом поманила магистра рукой, чуть приподняв лицо с дивана. Вот уж действительно — принц на белом коне. И успокоит, и поможет, и в постель на тройничок затащит. Риан наклонился и мягко, почти невесомо прикоснулся губами к моим губам. Так привычно, но совсем по-другому. Он целовал, утешал и обнадеживал без слов. А потом отстранился и неторопливо, но уверенно потянул на себя мой свитер, заставляя приподнять верхнюю часть тела с дивана, на котором я все еще лежала между магистрами, и остаться в бюстгальтере. Уголки губ Рэна дрогнули, явно выражая одобрение. Тяжелая рука мягко прошлась вверх по бедру, в неком игривом жесте надавливая черными подпиленными когтями на кожу через ткань, и уверенно легла на пряжку ремня. Ловкие пальцы демона принялись неторопливо расстегивать брюки, пока льдисто-голубые, слегка потемневшие, глаза жадно ловили все мои эмоции, свободно читающиеся на лице. И я могла поклясться, что смотрела на него точно так же. — Мне сейчас ужасно хорошо и настолько же страшно, — с нервным смешком призналась я, ощущая бьющееся сердце в горле. — Дэя, прелесть моя, — чужой взгляд лаской прошелся по телу, — чувства даны живым существам не как подарок, а как критически важный инструмент для выживания и адаптации. Они возникли и эволюционировали благодаря сложным биохимическим процессам. И сейчас, — магистр наконец справился с пуговицей на брюках, плавно, но неумолимо стягивая их с моих ног, — твой организм запускает самые восхитительные из них. Демон слегка приподнял мою левую ногу и прижался почти эфемерным, даже не поцелуем, прикосновением к внутренней стороне лодыжки. Его пальцы мягко оглаживали каждый сантиметр кожи, что был в их зоне досигаемости, а чужие губы с некоторой ленцой протягивали дорожку не-поцелуев все выше. И выше. Я бросила быстрый взгляд на Риана, отмечая, как тот с интересом следит за действиями Эллохара. Возможно, для нас обоих это был абсолютно новый опыт, где хотелось равняться на более уверенного и знающего партнера. И этот более знающий партнер не подводил, расширяя границы ощущений и самых смелых фантазий. — Страх… — с предвкушением начал Рэн, доходя в своих не-поцелуях до чертовски чувствительной кожи внутренней части бедра. — Выброс адреналина. Учащение сердцебиения. Острота восприятия, когда каждый звук, каждое касание отзывается в сто раз ярче. Природа придумала это, чтобы ты могла бежать или сражаться. Но мы… — он хищно улыбнулся и губы его коснулись обнаженной кожи — не поцелуй, нет — скорее долгий, осознанный вдох, будто он вдыхал мой запах, пытаясь запомнить, — мы используем это для чего-то куда более интересного. Острые клыки мягко надавили на бледную кожу, принося удовольствие с тонкой нотой боли. Я тихо охнула. Но, как оказалось, это было лишь начало. Влажный язык скользнул по коже горячим, ласкающим движением, посылая по нервным окончаниям волну трепета. Магистр умело приковывал к себе внимание, не позволяя отвлекаться. Был только его язык и мои бедра. Внизу живота все сильнее скручивался узел напряжения, заставляя постепенно терять связь с реальностью. Рэн отстранился, довольно осматривая оставшийся след от укуса. Хмыкнул. — Риан?.. — вопросительно обратился он к темному, переводя взгляд. Ожидающий, пристальный, с заинтересованным блеском и небольшой чертовщинкой. Тьер моргнул, стряхивая наваждение. Криво усмехнулся и кивнул: — Пойдем. Меня осторожно взяли на руки, крепко прижимая к широкой груди. От контраста горячей кожи Риана и прохладного воздуха тело, казалось, задрожало еще сильней. А после взвилось алое пламя... ...где-то на территории ДарГарая, в крепости наследника Хаоса, опустился защитный купол, скрывая от посторонних глаз и неведомых наблюдателей все, что предназначалось только для них троих.