Triumviratus

Солнечные лучи пробивались сквозь ветви пальмы, что вместе с тканевым навесом защищали меня от ультрафиолетовых лучей. Не то чтобы это была какая-то проблема, но конкретно сейчас ой как не хотелось загорать, подвергая организм лишнему стрессу. Вообще ничего не хотелось, кроме как просто лежать на намагиченном Рэном шезлонге в теньке, кайфуя от свежего морского ветерка, и наблюдать за очередным наказанием адептов ШИС, которое придумал их смышленый директор. Этот самый директор, кстати, стоял недалеко и, расстегнув пару пуговиц на накрахмаленной рубашке да закатав рукава, явно получал удовольствие от обреченных стонов и тоскливых взглядов своих подопечных. Свободные брюки отлично смотрелись на крепких бедрах магистра, оказывая на меня магнетическое влияние. Впрочем, Рэну даже не обязательно было оголяться, чтобы мои глаза то и дело возвращались к нему. Магистры уже с месяц плотно занимали мои мысли, постоянно находясь неподалеку и отвлекая на себя от разной степени важности дел: от учебы до выездов по делам конторы. Даже если бы я и не хотела отвлекаться, то не получилось бы. Вдвоем, как я уже успела выяснить, они удивительно гармонично взаимодействовали в разных плоскостях. Спасибо, что хоть с семейных ужинов с Анри, Юром и постепенно приходящей в себя Вестой не дергали. Но новый стол для трапез мы купили, чтобы быть готовыми к приходу неожиданных гостей. Анриссия ХатарГжен была истинной леди, отлично разбирающейся в психологии темных лордов и демонов. Так что в столовой недавно купленного дома у нас теперь было все по канонам многодетных семей. — Риате! — ко мне с улыбкой повернулся Рэн с теми же веселыми командирскими интонациями, что слышали адепты ШИС последний час. — А ну-ка не спать! Я промычала что-то нечленораздельное, откидывая спинку шезлонга ниже. А нечего было спускать всю мою выносливость в ноль за последние пятнадцать часов. Впрочем, по магистру и не скажешь, что хоть слегка утомился. Риан вообще, напоследок запечатлев поцелуй на моей растрепанной макушке, очень бодро умотал с самого утра по делам империи, оставив нас с Эллохаром в обнимку досыпать. Потом не только досыпать, правда, но… В общем, в свой единственный законный выходной мне хотелось быть чуть более энергичной. А завтра снова на учебу… Потом в контору… Тьма! В новой жизни я тоже ненавидела понедельники. Второй семестр у выпускного курса изрядно выматывал, не столько дипломной работой и увеличившейся нагрузкой, сколько заразным нервяком однокурсников и обязанностями старосты. Я уже двадцать тысяч раз успела себя проклясть за желание взять на себя роль старосты шесть лет назад. Ага, как же, бонусы и привилегии!.. Наглый обман, что я и объясняла первокурсникам каждый год перед их самым первым построением в академии. Моим долгом было предупредить нерадивых первогодок о том, что их ждет. И пусть Сэдр вместе с профессором Нирас мне потом всю голову выедали, я ни разу не изменила своему правилу за последние пять лет и просвещала учащихся. Люди и нелюди должны были знать, на что они подписываются. Все же я — за осознанный выбор в жизни. И за здоровое проявление вредности. Раз уж душа требует… Учебный год наращивал обороты, увлекая нас всех в пучину дел и обязанностей. А ведь как будто только вчера мы с магистрами впервые пропали из магического мира на двое суток, затерявшись в крепости Рэна и наслаждаясь видоизменившимися отношениями… Воспоминания наложились на до сих пор не пришедшее в себя с утра тело, и я с удовольствием прищурилась от пробежавшей сладкой дрожи. Рэн поймал мой ленивый взгляд, направленный на его тело. Я вскинула бровь с игривым вызовом, мол, что будете делать, директор? Ответом мне стал насмешливый хмык. Магистр не спешил отвлекаться от поучительного наказания. Все-таки это мне нравилось в них обоих — умение расставлять приоритеты и не кидаться с головой в омут страсти. Да и это было логично, магистры были взрослыми мужчинами, разменявшими не один десяток лет. — Концентрация, четвертый курс! — весело рявкнул своим адептам Рэн. Платиновые волосы по обыкновению были убраны в косу, перекинутую через плечо. Прическа слегка растрепалась, но это добавляло ей только уюта и некой ноты романтичной небрежности. — Ваши щиты должны быть естественным продолжением тела! Перед глазами простиралась несколько сюрреалистичная картина. Прекрасный пляж с широкой полосой почти белого песка, где отбывали свое наказание несчастные адепты Школы Искусств Смерти. Они зависли в метре над землей на ледяных, наверняка скользких, платформах длиной и шириной в полшага. Эти небольшие платформы хаотично двигались, лишь наполовину завися от распределения веса по поверхности и грозя свалить нерадивых учеников на песок. — Адептка Скай! — магистр сложил руки на груди. — Если продолжите отвлекаться на своего брата, контролируя и его щит, я добавлю к атакующим сферам еще и кислотные заряды шестого уровня всему курсу. Для профилактики, — с улыбкой пообещал мужчина. Рядом с каждым адептом висела сфера, которая в хаотичном порядке выплевывала из себя то тяжелые снежные шары, то ледяные иглы. И иглы эти достаточно обидно жалили, через миг после соприкосновения растекаясь влажным серебристым пятном по ученической форме подростков. Шары же просто своей мощностью сбивали с ног, отправляя нерадивых адептов в полет. — Директор! — воскликнула бойкая светловолосая девушка всего с несколькими подтеками от игл на одежде, сосредоточено вглядываясь в свою атакующую сферу. — Элиан не менталист и не боевик, а целитель. Вы же знаете, как в нашем роду делятся силы при рождении близнецов! Рэн вскинул бровь. — И? Я тоже заинтересованно повернулась к говорившей. Светлые короткие волосы в стиле пикси, возмущенный взгляд черных глаз без белков и едва выступающие клыки. Внешность была под стать Хаосу, но понять, к какому виду относится адептка, я не смогла. — Его щит статичный, он не может ежесекундно менять количество вливаемой в него силы, подстраиваясь под атаки разной мощности! — И? — Директор! — Адептка Скай, — лениво начал магистр, — если адепт Скай пострадает во время разборок вашего клана с Яскрами, вы скажете то же самое? «Элиан же целитель, по нему нельзя было бить!»? Думаете, ящероподобным демонам будет до этого дело? В реальном бою вы не сможете защитить и себя, и его одновременно. Ваш брат должен научиться справляться с атаками сам, иначе вы оба погибнете. — Я смогу! — упрямо продолжила девушка, крутанувшись вокруг оси и пропуская очередную иглу в считанных миллиметрах от себя. Я заметила, что при возможности физически увернуться, адептка Скай пользовалась ей, сохраняя магический резерв для более сложных атак. Это было умно для подростка. И я почувствовала, как невольно проникаюсь к ней уважением. Правда, защищать брата во время учебы было уже не так умно. Обучение должно подготавливать к настоящей жизни и стоит по максимуму использовать этот шанс, чтобы ошибаться без серьезных последствий. Пробовать и ошибаться. Пробовать и ошибаться. Пока есть такая возможность. Рэн жестко усмехнулся. Следующий удар снес адептку Скай с платформы. Девушка тихо вскрикнула, но вместо того, чтобы шлепнуться на песок, она провалилась во внезапно возникший портал и через секунду вывалилась обратно на свой диск, который материализовался под ней вновь. Миловидное лицо стало еще более бледным. Девушка угрюмо кивнула. Щит ее брата, такого же светловолосого и клыкастого парня, в ту же секунду утратил половину своего сияния, но следующую атаку выдержал. Правда, второй снежный шар отправил и его в полет. Я тихо рассмеялась. Все двенадцать адептов так похоже и так по-разному одновременно пытались себя защитить и не опозорить. Милашки. В дальней части импровизированного плаца вскрикнул черноволосый паренек. — Тринадцатый портал за полчаса, адепт Бойтон! — весело прокомментировал Рэн. — Создается впечатление, что теорию защитных чар ты прогуливал в пользу уроков живописи у мадам Винз. Если свалишься в четырнадцатый раз, весь четвертый курс отправится на марафон вокруг Ксараха. Над пляжем раздался многоголосый обреченный стон. Перспектива была изнуряющей и болезненной — периметр пригорода был не мал, а местная фауна не отличалась дружелюбием. — Это же займет еще три часа! — горестно взвыл адепт-змеелюд, что вполне успешно уворачивался от своей атакующей сферы минут десять точно. На форме было всего одно серебристое влажное пятно от пропущенной иглы. — Адепт Хизит, — наставительно начал Эллохар, клыкасто улыбаясь, — зато в следующий раз вы не завалите контрольный тест по защитным чарам всем курсом. А чтобы добавить мотивации, ближайший месяц эти атакующие сферы будут с вами с 8 утра и до полуночи. Адепты застонали еще обреченнее. Тот самый черноволосый паренек, адепт Бойтон, свалился в четырнадцатый раз, решив судьбу своего курса на ближайшие часы. — Возможно, тогда вы наконец сможете держать щиты в фоновом режиме, — закончил Эллохар и хлопнул в ладоши. Пляж опустел. Не осталось даже следов чужого пребывания. Возле босых ног магистра показалась призрачная змеиная голова возрожденного духа смерти. — Тараг, проследи, чтобы никто не упал от магического истощения. И отправь к ним седьмой курс, они как раз проходят практику полевой кулинарии в условиях активных боевых действий. Заодно протестируют свои навыки готовки. — Да-с, хоз-ссяин, — прошипел змей, ныряя обратно в песок. Рэн лениво потянулся, подходя ко мне. — Какой ты заботливый, — улыбнулась я. — Даже обед им организовал. Магистр хмыкнул, небрежно скидывая рубашку на песок. — Дети должны хорошо питаться, — доверительно поведал он, забираясь на шезлонг и укладывая меня в кольцо своих рук. Чужие губы коснулись виска. Я блаженно прикрыла глаза, расслабляя мышцы одну за другой. — Почему у тебя на курсе такой микс специализаций? — Первые курсы отрабатывают базу, без нее далеко не пойдешь, на какую бы дисциплину в итоге ни делал упор. Ты же знаешь, Риате, основы — это фундамент, без которого все построенное позднее может развалиться при неправильно распределенной нагрузке. На курсах постарше уже распределяются более избирательно. Я кивнула. Слова Рэна соответствовали истине. Жаль, что такое основательное образование мало где давали. И речь ведь не только о Темной Империи или Хаосе. Так было во всех мирах с достаточно разумными существами, способными организовать социальную структуру общества с классической моделью обучения. Можно было долго об этом размышлять, рефлексируя на тему нравственности власть имущих, что распоряжаются информацией, как рычагом влияния на граждан, фильтруя и преподнося в нужном свете, но я просто выдохнула и закуталась в объятия Рэна плотнее. — Ты молодец, — сказала. Магистр хмыкнул. Чужие пальцы зарылись в мои волосы, невесомо массируя нижне-затылочную зону. Блаженные стоны лишь титаническим усилием воли не срывались с губ. — Комплименты мне нравятся, Риате. Но сделал я то, что был должен. — Нет, Рэн, — тихо возразила я. — Ты сделал куда больше. И продолжаешь делать. Каждый день. Все эти дети… Сколько бы из них выжило без твоей школы? Сколько бы из них осталось на свободе? Сколько бы добилось чего-то значимого, найдя свое место в мире? Ты хоть раз считал? Эллохар насмешливо хмыкнул мне в макушку. — Давай не будем углубляться в статистику, прелесть моя. Для этого существует администрация ШИС. — Увиливаешь от оды в свою честь? — улыбнулась я, но сбить себя с линии размышлений не позволила: — Понимаю, почему ты выбираешь стратегию ехидства и запугивания. Для твоей социальной роли и норм поведения демонов в Хаосе выгоднее и безопаснее быть этаким филантропом с твердой рукой и авторитарным флером. И, разумеется, гасить окружающих своим превосходящим интеллектом, но, по сути-то, в тебе много доброты и сострадания. Дыхание над моим ухом было глубоким и размеренным, но внешнее проявление спокойствия не помешало Рэну, плавно оглаживая изгибы тела, спустить руки к моим бедрам, лениво, но неумолимо сжимая. Острые клыки царапнули шею, вызывая контраст с мгновенно сменившим их поцелуем. — Так меня еще никто не оскорблял, Риате. Тепло неторопливо расходилось по венам. — Вашему миру, Рэн, повезло, что ты в нем существуешь. Откуда вообще в тебе столько человеческого? Когда порой в самих людях это человеческое сложно найти? Магистр вздохнул. Убрал руки с бедер, возвращая в исходное положение. Теперь мы снова сидели на шезлонге — Рэн обнимал со спины, я полулежала в его объятиях. — Дэя, любой мир имеет миллионы оттенков, чувств и причинно-следственных связей. Я пример хаотичного союза светлой женщины и вполне себе человечного высшего демона, одаренного всевозможными способностями. В таком уравнении уже должно получиться адекватное и сильное потомство. Помножь на раннюю драму, скитания по мирам в поисках смысла и неисчислимое количество наставников и получишь кого-то наподобие меня. — И кто теперь ударился в статистику? — насмешливо уточнила, заглядывая в льдисто-голубые глаза через плечо. Эти самые глаза весело сверкнули. — Ты меня провоцируешь, — чужие губы изогнулись в ухмылке. — Не намеренно, — уточнила я, важно подняв палец в воздух, — просто круто осознавать, что что-то подобное может происходить в мире. Что есть такие места, как ШИС, где тебе, конечно, нужно вкалывать и выкладываться, но всегда есть возможность передохнуть. Взять тайм-аут, спрятаться и переждать. Где безопасно. В голове каруселью выцветших фотоснимков тянулись воспоминания своего детства и юношества. Людей, таких же едва оперившихся птенцов. Их судьбы и трагедии. Я мягко улыбнулась, развернувшись в кольце мужских рук. — Безопасность, кров, обучение и мудрый наставник рядом, который всегда прикроет и наставит на путь истинный — быть переменной, раз уж мы заговорили на языке математики, в таком уравнении настоящая удача. И ты создал такую возможность для огромного количества детей. Рэн не улыбнулся в ответ, не съехидничал, просто смотрел в глаза, внимательно слушая. — Ты молодец, — уже серьезно сказала я, расставляя акценты. — Ты проделал огромную работу и каждый, кто может увидеть картину целиком, уважает и, вероятно, гордится тобой. Не забывай об этом в будущем, хорошо? Магистр вздохнул. — Напоминай мне об этом иногда, — сказал он, целуя меня в макушку. Взгляд льдисто-голубых глаз устремился на бескрайний горизонт очередного домена Хаоса. Последовав его примеру, уютнее устроилась в кольце сильных рук, созерцая морской штиль. В голову ненавязчиво пробирались мысли о последних исследованиях с магистром Тесме. — Я постараюсь, милый, — машинально погладила удивительно нежную кожу на мужском предплечье, переключаясь на более насущные вопросы. — А пока расскажи мне, получится ли все же достать чешую абиссарии? Или мы рискнем и попробуем выкрасть ядро эребуса? Не знаю, что из этого безопаснее и реальнее. Вчерашний разговор о материалах для экспериментов был прерван очень приятным и одновременно наглым поцелуем одного высшего демона, переросшим в очевидно непристойный марафон сексуального характера с двумя прекрасными мужчинами, и хотя тогда я позволила сбить себя с мысли, но это ведь не значило, что мы закончили, верно? — Н-да, — лениво протянул Эллохар, — тут задачка непростая, Дэюшка. Эти тварьки являются одними из самых смертоносных в Бездне и приближаться к ним идея отнюдь не разумная. Абиссарии еще и живут в колониях, достать старую, сброшенную чешую — огромная удача. Они ведь свои гнезда не меняют, могут и пару сотен лет удерживать за собой одну и ту же территорию. Да, змееподобные твари Бездны на контакт не шли. Они были достаточно разумны, обладая коллективным разумом, где каждая абиссария действовала на основе энергетических сигналов и простейших алгоритмов поведения, но недостаточно разумны, чтобы понимать важность их побочных продуктов жизнедеятельности для научного прогресса. К моему сожалению. — Знаю, — согласно кивнула, — но как я и говорила вчера, нам с магистром Тесме нужно что-то воистину мощное для экспериментов с поглощением откатов у проклятийников. Может, получится создать буферный артефакт или понять, как именно абиссарии взаимодействуют и атакуют, используя все двенадцать энергетических потоков. Логично ведь брать материалы у тех или исследовать тех, кто живет на потоках энергии и дышит ею. По берегу разлилась особо мощная волна, оставив едва заметную морскую пену недалеко от нашего шезлонга. — Может, возьмешь другую тему дипломной работы? — с нотой надежды уточнил Рэн, заглядывая мне в лицо с несколько озадаченным выражением. Возможно, искал там инстинкт самосохранения. — Ты же знаешь, что дело не в дипломе, — весело укорила я мужчину, подняв пальцы к складке между его бровями и мягко разглаживая ее, — императорский дворец взял наши исследования под свое крыло. Теперь никуда не деться, придется добиваться результатов. Финансирование серьезное, как и давление. Да и мне… — я на секунду взяла паузу, подбирая слова, — мне самой это нужно, Рэн. Анри говорит, что я захожу слишком далеко. Но… если в мире, полном опасностей, я не могу использовать проклятья и любую магию без последствий, то что мне еще остается? Надеяться на других? — я покачала головой. — Непозволительная роскошь. Недалеко от нас зашуршал песок, я скосила глаза, наблюдая, как потревоженная мощной волной маленькая серая змейка зигзагами уползает по белому полотну песка в сторону пальм. — Я понимаю твое стремление быть готовой ко всему, прелесть моя. Но ты форсируешь события. Ваши эксперименты начались всего месяц назад и лезть в пасть абиссариям или, Бездна упаси, к эребусам — верх неблагоразумия. Начинать надо с более доступных материалов или хотя бы с менее смертоносных. Маленькая серая змейка ритмично двигала хвостом, приближаясь к ближайшему дереву в поисках нового убежища. — Но я поговорю с дедом, — голос Рэна приобрел задумчивую ноту. — У него точно найдется пара знакомых, кто встречался с абиссариями и выжил. Раз на черном рынке Хаоса иногда появляется столь ценный лот, как их чешуя, значит, есть и команда по добыче. Демоны всегда были куда более живучими, нежели другие расы, — магистр небрежно поправил выбившуюся из косы платиновую прядь и хмыкнул: — И куда более сумасбродными. Среди пальм с плотными, но низкими кронами едва заметно вырисовывалась полосатая морда более крупной рептилии. Если прикрыть один глаз, то можно было счесть существо за варана. Правда, я не знала, есть ли в этом домене Хаоса вараны. Но я могла предположить, чем подобные рептилии питались. Или точнее, кем. — Выследить эребуса будет не так уж сложно, но подобраться ближе… Они же еще любят условно мертвые пространственные карманы Бездны, там сама среда играет против любого незваного гостя. Хотя, если вплавиться в подслой тени, то… Размышления Рэна постепенно сливались с шелестом волн, бьющихся о берег, пока я отстраненно наблюдала, как маленькая серая змейка все ближе подползает к смертельной ловушке. Зигзаг. Второй. Сердцебиение замедлилось, готовясь к чему-то предопределенному. К чему-то неотвратимому. Вот маленькая змейка подползает к пальме. Вот она высовывает раздвоенный язык, ощупывая пространство. Вот ранее неподвижный не-варан молниеносно бросается с раскрытой пастью на ничего не подозревающее маленькое существо, готовый растерзать свою добычу ради еще одного вырванного у судьбы дня жизни… — Дэя. Раскрытая пасть более опасного хищника застывает в считанных сантиметрах от серой змейки. Рэн щелкает пальцами еще раз, и змейка исчезает во всполохе голубого пламени. — Тараг позаботится. Будто ничего и не было. — Спасибо, — пробормотала я. Будто не на моих глазах сейчас очередная маленькая жизнь чуть не оборвалась из-за такого жестокого, но естественного правила жизни — либо ты, либо тебя. — Спасибо, — повторила я, укутываясь в кольцо теплых мужских рук. Будто ничего и не было. Но оно было. По сравнению с ярким теплым солнцем, гревшим меня несколько часов назад, металлического цвета небо Ардама несколько угнетало. Серая морось, предвещавшая завтра превратиться в гололед, пока только влажной пленкой опускалась на лицо. Впрочем, все было не так уж и плохо. На улице пахло влажностью и свежестью. Ночи еще были морозные, но днем температура повышалась до почти приятной, давая надежду на скорую весну. А еще у меня был красивый теплый плащ с магическими плюшками. И смешные желтые сапоги. Мелочь, а все же помогало настроению не опускаться на критический минимум. Напевая под нос какую-то незамысловатую мелодию, отнюдь не минорного инструментала, я не спеша двигалась в сторону крепости Ночных Стражей. Мы договорились поболтать да посплетничать с Шейдом, и еще я планировала его грузануть своими новыми исследованиями с Тесме. Голова у лорда Мероса варила не хуже моего, а иногда и лучше. Поэтому слушать его рассуждения и теории мне не надоедало. Ну почти. Иногда дорогой друг становился слишком уж душным, и мне приходилось в срочном порядке эвакуировать наш дуэт в архивы крепости, где было блаженно тихо и вкусно пахло подвалом. Каким-то образом мы оба были любителями землистых ароматов. В архивах были удобные столы и диваны, а еще, несмотря на запах влажной почвы, сам архив был умеренно прохладным и успокаивающим. Магия не позволяла влажности забирать в свои владения талмуды и отчетные книги прошлых лет, но сохраняла эту непередаваемую атмосферу подземелий. И там, в архивах, нам с Шейдом уже было все равно на мирские проблемы. Оставались только книги, уют, тишина и землистый запах безопасности. — Дэя, — с улыбкой встретил меня лорд Шейдер Мерос в своем кабинете, выходя из-за массивного рабочего стола, — я уже было хотел отправлять за тобой патруль, так долго ты добиралась до крепости. Я демонстративно закатила глаза, стряхивая капли влаги с плаща и скидывая его на ближайшее кресло. — Если тебе так горело со мной похихикать, мог забрать порталом из дома. — Да как я мог?.. — притворно возмутился маг, распахнув свои прекрасные серые глаза с темным ободком. — Вы же еще не пригласили меня на новоселье!.. А по традициям Приграничья, если ты забыла… Я махнула рукой, прерывая мужчину. — Прекрати, — с широкой улыбкой покачала головой, подходя ближе и заключая в объятия этого шута горохового, — Анри закончит с обустройством и мы всех пригласим. Раньше она не позволит. Притворно вздохнув, маг кивнул. Анри и ее чувство прекрасного он тоже уважал. — Леди ХатарГжен создает, вероятно, несказанную красоту эргономики. Теперь я хочу личную гостевую спальню в вашем доме. Я хохотнула, садясь в кресло. — Подарю тебе на день рождения губозакатывающую машинку, друг. Вместо гостевой спальни будет. Шейд показательно возвел очи к потолку со страдальческой миной. Чуть отросшие волосы черненой волной легли на его лоб. Ну красавец же! — У тебя, вообще-то, есть личная гостевая спальня в моем доме, — с притворной обидой заметил он, садясь в кресло напротив. На маленьком кофейном столе уже ждал чайник, от которого тянуло уютом, горными травами и ромашкой. — Да, — согласилась я. — Это было до того, как ты признался мне в чувствах и разрушил нашу великую платоническую любовь во имя любви плотской. Весь шутливый настрой тут же стек с красивого лица мужчины. — Ауч, — сказал он, поджав губы. — Я ведь извинился уже тысячу раз. Я повела бровями, победно улыбаясь. — Знаю, но никто не запретит мне использовать эту информацию всуе, — и весело подчеркнула то, что мы оба уже знали: — Да и она теперь часть нашей истории, господин лорд глава Ночных Стражей. Не думаю, что наша дружба бы стала столь близкой всего за пару месяцев, если бы не тот эпизод. Неудачи и ошибки создают куда более крепкие эмоциональные связи, чем совместные хобби или даже сплетни, если искренне разговаривать. Ну и дорожить отношениями, разумеется. Шейдер тяжело вздохнул, но все же потянулся за чайником и начал разливать травяной настой по чашкам. — Жестокая женщина, играющая с истиной, — прокомментировал он, подытожив. — Комплимент принят. Кстати, — я скинула обувь, залезая в кресло с ногами, — не хочешь сходить на черный рынок в столице со мной и Юром? Планируем на следующей неделе глянуть пару редких ингредиентов для первых пробных артефактов. Черные брови сдвинулись к переносице, ноздри тонкого орлиного носа дрогнули. — Дэя, ты издеваешься? — несколько недоуменно уточнил Шейд и, как будто сомневаясь в моем здравом уме и твердой памяти, напомнил: — Я глава Ночной Стражи. — Помню-помню, — вдохновленно кивнула, — но ты только послушай… И мы утонули в теоретических выкладках и причинно-следственных связях моего нового исследования на ближайшие часы. Я рассказала Шейду все. И про тяжелую степень изношенности моего тела, и про периодически возникающее чувство опасности, и про перспективу стать жертвой оставшихся заговорщиков Саарды. По большей части, он, конечно, уже все и так знал, но свести все наши разговоры в единую картину было необходимо, чтобы заручиться помощью одного из самых влиятельных магов Ардама. Мы с магистром Тесме замахнулись на вековую проблему — создать артефакт, позволяющий проклятийникам стать полноценной боевой единицей. Позволяющий справляться с откатами от любого уровня проклятья. И работа предстояла колоссальная. План был многоступенчатый, для осуществления которого требовались светлые умы, разносторонний подход, жизненный опыт множества людей и нелюдей, ко всему прочему еще и разного рода редкие компоненты. Когда мы с магистром Тесме только начали, это был мой очередной план на выживание, прикрытый дипломной работой, но исследования быстро набирали обороты и все больше интеллектуальной элиты Темной Империи подключалось к теоретическим диспутам, в попытках найти истину. Были и те, кто ставил наши исследования под сомнение, настаивая, что проклятийники за счет силы слова и энергии во всем сущем станут слишком могущественной силой, которую невозможно будет контролировать. Вполне возможно именно поэтому нас и взяли под свое крыло императорские службы безопасности. Да, сказали они, мы будем вас финансировать, будем следить за вашей безопасностью и коммерческой тайной, мы обеспечим вас всеми легальными средствами, но и цену возьмем соразмерную. Однако, идея была столь соблазнительна, а перспектива искушающа, что вся собравшаяся в итоге команда проклятийников под началом магистра Тесме подписала все необходимые документы и дала требующиеся клятвы. Впрочем, даже при всей имеющейся поддержке со стороны, никто до конца не знал, насколько лет или десятилетий могут затянуться исследования. Для столь грандиозного проекта требовалось время. Время, которого у меня не было. Потому, в узком кругу, было решено, что понаблюдать в естественной среде обитания за существами высшего класса опасности, которые пользуются энергетическими потоками, словно дышат — хорошая идея. Правда, когда мы поняли, что подходящие под описания тварюшки есть только в Бездне и Мраке, энтузиазма чутка поубавилось. Поэтому следом было решено сначала облазить все черные рынки Хаоса и Темной Империи, найти самых рисковых поставщиков и дальше уже отталкиваться от ситуации. Выбраться из Бездны — еще был какой-то шанс, но выбраться из Мрака… В общем, решили делать все постепенно. Сначала черные рынки. Потом — самоубийственные миссии. — Понимаешь, Шейд? Возможно, в этом я смогу найти для себя отсрочку. Потому что иной путь… Я замолчала, не в силах найти подходящие слова. Серые глаза смотрели серьезно и понимающе. На чуть уставшем, породистом лице лорда Мероса уже давно, почти с самого начала беседы, лежала так знакомая мне тень тревоги. Как каждый день. С каждым моим близким. При каждом проклятом разговоре о будущем. — Иной путь слишком тяжелый. Я не уверена, что смогу забрать чужую жизнь, чтобы спасти свою. Не знаю, это… Просто это слишком для одной маленькой меня. Дальнейшее пугает своей чудовищной неопределенностью, а я тут, видите ли, в научного исследователя играю… И шутки шучу… И… Стоявший поперек горла ком отнюдь не содействовал в озвучивании собственных хаотичных мыслей и чувств. Он мешал. Сбивал и путал. Он отдавал горечью и немного отчаянием. Кривая губ дрогнула, пытаясь растянуться в уродливую кляксу на моем лице. Это было несправедливо, ужасно, незаслуженно, ну почему, почему, почему, Бездна, за что, почему со мной… Чужая ладонь мягко накрыла мою в успокаивающем жесте. — Дыши. Dum spiro, spero. Я выдохнула и набрала побольше воздуха в легкие, вдыхая. Снова выдохнула. Кислород одурманивающей лаской начал растекаться по артериям, позволяя вернуть крупицы самообладания. Опять вдох и выдох. Вдох. И выдох. Я улыбнулась. Пока дышу — надеюсь. Шейдер слабо улыбнулся в ответ. Мужские пальцы были прохладными. И да, наверное сейчас… Сейчас этого было достаточно. — Мы найдем решение, Дэя, — негромко произнес мой друг, и в голосе его была искренняя уверенность. — Ты не одна. Ты никогда больше не будешь одна. Я благодарно кивнула, щурясь из-за заслезившихся глаз. — Ты лучший, знаешь об этом? — Шейд насмешливо хмыкнул, мол, посмотрите на нее, как складно запела. — Ладно-ладно, я сделаю для тебя личную гостевую спальню. Мужчина тихо рассмеялся, проводя свободной рукой по лицу. Будто ненавязчиво стряхивал ту самую тень тревоги. — Ловлю на слове. Возможно, дальше бы мы продолжили развивать эту тему, примеряя разные дизайны на предполагаемую гостевую спальню, я бы точно настаивала на розовых стенах и сиреневом потолке со звездами, но… В дверь коротко, по-военному постучали. Маг неохотно отстранился, напоследок сжав мою руку крепче, и дал разрешение войти. На пороге показалась Мевар — правая рука Шейда на службе. Женщина выглядела как обычно: военная выправка, вежливо-скучающее выражение лица, строгий пучок пшеничных волос. Она дружелюбно кивнула мне, а затем перевела взгляд на своего руководителя, протягивая кожаную папку с бумагами. — Лорд Мерос, срочные донесения из южного сектора. Шейд со вздохом потянулся за папкой, открывая ее и погружаясь в содержимое, пока я приходила в себя после долгого разговора разной степени откровенности. Быть уязвимой даже с теми, кому доверяешь — тяжело. Может потому, что это всегда запредельно близко и страшно?.. Чувствуя, как тело затекло, я потянулась в кресле, разгоняя застоявшуюся кровь. И, решив не молчать, нарушила тишину: — Давно хотела спросить, как твоя подруга поживает? Шиссан, да? — я уточнила, глядя в спокойное лицо Мев. — На декабрьском корпоративе я ее чутка напугала призывом лорда Эллохара, а после и забыла вовсе спросить, как у нее дела. — Шиссан? — переспросила женщина, приподняв светлую бровь. — Привет, — раздался мелодичный голос из-за спины, — угостишь сигаретой? — Да, — улыбнулась я. — Передавай ей привет. Милая девушка. Надеюсь, ее выпускной год в Академии Прикладной Магии протекает менее напряжно, чем у меня. Я обернулась, с легким интересом разглядывая появившуюся из бара девушку. Она не являлась Ночным Стражем, поэтому не была мне знакома. Скорее всего, кто-то из коллег пригласил свою подружку на нашу тусовку. Мевар медленно моргнула, видимо обрабатывая информацию и выстраивая причинно-следственные связи. А потом озабоченно нахмурилась, морща лоб. — Дэя Риате, я в курсе. — Шиссан?.. — повторила она, будто пробуя имя на вкус. — Прости, Дэя, я не совсем понимаю, о ком ты. Среди моих подчиненных или близких знакомых нет никого с таким именем. У меня в целом друзей маловато, так что в именах тут не запутаешься. — Круто, — девушка мечтательно зажмурилась, — я тоже хочу такие взаимоотношения на своей будущей работе. Я растерянно почесала шею, перебирая в памяти чуть размытые из-за алкоголя фрагменты той декабрьской ночи. — Да, заканчиваю Академию Прикладной Магии в столице, как артефактор. Эти выходные оказались свободны, вот я и приехала к Мев. Развеяться, так сказать. Мы дружим с детства, поэтому часто проводим время вместе, несмотря на то, что живем в разных уголках Темной Империи, — пояснила моя новая знакомая. — Ну, я была тогда пьяна, но то, что она назвала твое имя — сто процентов. У нее еще иссиня-черные волосы, большие зеленые глаза и острый подбородок. И нос острый. И… Кожа была слегка смуглой в ту ночь. Ты уверена? — Слушай, а что у тебя за амулет на руке? Он вроде самый простой, но из-за своей специализации я чувствую, что браслет какой-то необычный. Можно посмотреть? — Дэя, — сказала Мевар, хмурясь сильнее. — Я не знаю, кого ты описываешь. И я не знаю, с кем ты разговаривала. Воздух, будто едва заваренный из порошка кисель, начал густеть, сжимая виски невидимым обручем. Мевар продолжала стоять с тем же озабоченно-хмурым выражением лица. — Лорд Мерос, — обратилась женщина к Шейду, сложив дважды два раньше всех, — мне собрать воспоминания подразделения и начать розыск по внешним данным? Маг мрачно кивнул, закрывая папку с бумагами. Я чувствовала стекающую по пищеводу опостылевшую тревогу, раз за разом воссоздавая в голове ночь нашего с Шиссан знакомства. И вроде бы ничего странного, кроме ложной предыстории, но ее прикосновение к амулету… Прикосновение к амулету давало гипотетическую возможность отслеживать перемещения и связь. Медленным движением я сорвала с руки обе нитки призыва. Из груди вырвался тяжелый вздох. Эти игры начинали меня порядком раздражать.