Как Рождество, только лучше

— Какого драккла Лайт опять делал на нашей тренировке? Капитан хмурит брови и угрожающе скрещивает руки на груди. Ричи с грохотом захлопывает свой шкафчик в раздевалке и оборачивается к шестикурснику, стягивая с себя пропотевшую футболку. — Сидел, — Саттер ухмыляется своей невероятно остроумной шутке и уже чувствует назревающую взбучку. Капитану не смешно. — Нельзя. Пускать. На свои. Тренировки. Другие. Факультеты, — так четко, будто рядом с ним стоял переводчик языка жестов, проговаривает Пирсон и тычет Ричу пальцем в грудь. Саттер не выражает никаких признаков раскаяния. Капитан выражает желание ему врезать. — Нельзя так нельзя, — соглашается Рич, неторопливо натягивая чистую майку. — Увижу его ещё раз — вылетишь из команды, — шипит шестикурсник в лицо Ричарду и вылетает из раздевалки, чтобы не видеть его самодовольной рожи. Пирсон тоже знает, что не выгонит своего единственного вратаря. — Мне передали, что ты снова был на трибунах у Гриффиндора во время их тренировки, — староста-пятикурсница неодобрительно поджимает губы и ещё тушуется под самоуверенным взглядом Грега. В гостиной слизеринцев людно, и Роуз неприятно устраивать сцену. — Не хочешь объяснить, что ты там делал? — Сидел, — Лайт ухмыляется своей невероятно остроумной шутке и уже чувствует назревающую взбучку. Старосте не смешно. — Это недопустимо, — Роуз понижает голос и старается выглядеть строгой. Грег не выражает никаких признаков раскаяния. Староста выражает медленно тающее терпение. — Я запрещаю тебе появляться на тренировках других команд, слышал? Так нельзя. — Нельзя так нельзя, — соглашается Грег, неторопливо листая чью-то тетрадь по трансфигурации, будто один вечер подготовки возместит ему полгода валяния дурака. — Если подобное произойдет ещё раз, об этом узнает декан, — угрожает ему староста и быстрым шагом направляется к лестнице девичьего крыла. Она тоже знает, что декан делу не поможет.

***

— Что здесь забыл слайз? — Джей кивает на Лайта, словно кто-то не мог вычленить в ряду красных галстуков выделяющийся зелёный. Грег высоко держит голову, не удостаивая гриффа и взглядом, и продолжает завтракать за столом львов так, будто делает это каждый день. — Завтракает, — невозмутимо отвечает Рич и направляет на однокурсника тяжёлый предупреждающий взгляд. Джей затыкается, вызывая у Грега холодную усмешку. — Я на многое закрывал глаза, Саттер, но это, это, — капитан кривится, брезгливо оглядывая Лайта. — Это перебор даже для тебя. — Не. Нормас. Рич нахально улыбается и панибратски кладет руку Грегу на плечо. Лайт без опаски щурится, наслаждаясь злостью Львов. Джей со звонком роняет вилку на пустую тарелку и быстрым шагом удаляется в сторону двери. Рич движением брови предлагает остальным тот же путь, но никто не двигается с места. Саттер, шумный, раздражительный и драчливый, сейчас источал истинно слизеринскую невозмутимость, и это беспокоило гриффиндорцев куда сильнее, чем Лайт за их столом. — Столом не ошибся, умник? — Забини кривится, брезгливо оглядывая Саттера. — Стол отважных и слабоумных в другой части зала. — Не ошибся, — с раздражением отвечает Грег, прожигая однокурсника взглядом. Забини сглатывает. Слизеринский стол мочит. Забини единственный, кто безрассудно лезет не в свое дело, но остальные его примеру следовать не спешат. Рич практически дышит их осуждением и предвзятостью. — Ну что же вы, — Грег упирается локтем в стол и кладёт голову на раскрытую ладонь. — Излагайте свои претензии, господа и дамы. Я жду. Нет? Как жаль. Грег никогда не был молчуном, но и языкастым — тоже. Его нахальство и полная уверенность в своих действиях вызывает у змей замешательство, граничащее с опаской. Лайт был не управляем и до дружбы с Саттером, но теперь — одному Мерлину известно, что остановит этих двоих от разрушения замка до основания. Ричард гордо улыбается.

***

— Ты про нас забыл, — говорит ему Трэвис с укором в голосе. Рич знает, о чем он. Раньше они ходили в Хогсмид всей гриффиндорской шайкой. Раньше он сидел на спаренных уроках исключительно со львами. Раньше он испытывал к Слизерину такую же неприязнь, как и весь остальной факультет. Всё это меняет Грег. — Прости, — искренне извиняется Саттер. Ему правда жаль. Но менять он ничего не собирается. — А ты все якшаешься с гриффами, — высказывает свое недовольство Магнус, получая молчаливую поддержку от остальных. Грег это знает. Знает, что не должен шарахаться по Хогсмиду с Ричем, творя полную херню, знает, что не должен сидеть с гриффиндорской полукровкой на занятиях, знает, что должен ненавидеть ало-золотой так же, как и остальные. — А это все ещё не твое дело, — огрызается Лайт предельно вежливым тоном. Он знает, что ему не по статусу иметь дело с таким, как Саттер. И ничего с этим не делает.

***

— Это слизеринский галстук? Алисия подцепляет школьный артибут ногтями и смотрит на Саттера с таким изумлением, будто Рич сейчас себя поджёг. Рич скашивает взгляд вниз и рассеянно рассматривает зелёные полосы на белом вместо привычных красных. Вот теперь немного паникует. Потому что его галстук сейчас на украшенном засосами Лайте. — Лайт, это что?