Игра в людей

Есть вещи неизменные: мокрая вода, неудобная человеческая одежда и Азул, находящий их, когда ему что-то нужно. Обычно нужно ему всё и сразу, желательно вчера, но Флойд не ворчал — ему, как ни крутись, нравилось «работать» на Азула, нравилось дразнить его и выводить на эмоции. В этом они с братом были похожи. Только вот прошло целых полдня, а Азул ещё ни разу не попался на глаза; он умел быть незаметным, если хотел, и маскировался так, что даже вездесущий директор не мог ни найти его самого, ни управу — на него, ха. Странно, учитывая, сколько скопилось договоров, долговых расписок, обещаний и просто тестов, которые Азул хотел раздать младшим за символическую плату. Флойд почесал в затылке и нервно покрутился на месте. Этот парень… Неужели снова во что-то влип? Не то чтобы Азул по-настоящему нарывался на неприятности, он скользкий тип и живучий, но даже его везению иногда приходит конец. Даже он ошибается, а Флойд очень не любил видеть доведённого до нервного срыва Азула. Он страшный, беспомощный, милый. Флойд принюхался. Пускай нюх у него не такой острый, как у волчары, зато кровь-то он чуял издалека. Кровь и чужой страх. — Ох, что это тут у нас? — нежно улыбнулся и всего-навсего показал зубы. Почему всех это так пугает, глупенькие какие. Ученики не с их факультета, у тех духу бы не хватило, а Риддловские дурные мальчишки. Первокурсники, ещё никем не пуганные, но их больше, они большие и широкоплечие, как живые шкафы! Флойд рассмеялся. Их кровь, кровь Азула. Он чуял, и этого достаточно. — Зря вы, парни, с нами связались. Он бил так, чтобы не осталось синяков на открытых участках тела. Укусил кого-то за руку и облизнулся, ощутив волну животного ужаса. Двуногие сухопутные крыски. Забавные. С ними весело играть, но они так быстро ломаются. Он щёлкнул по знаку договора на голове одного из них и нежным голосом попросил больше так не делать. Потому что он, Флойд, как и директор, добрый. А братец Джейд злой. Флойд мурлыкал себе под нос прилипчивую песенку, которую слышал от Креветочки. Хотелось танцевать, и он несколько раз плавно проехался подошвами по гладкому полу и прошёлся задом наперёд, жалея, что человеческая оболочка не настолько гибкая, как настоящее тело. Ну ничего, так тоже неплохо. — Босс! В гостиной никого, куда все подевались? Впрочем, так даже лучше. Флойду уже не нужен был ни запах, ни следы неравной драки. Никто из них не говорил об этом вслух, но и он, и Джейд знали, где найти Азула, когда тот прятался. Не пропал, не зарылся в работу, не варил в лаборатории очередное зелье. Личное пространство и право на уединение? Ха, что это и с чем его есть? Шкаф в кабинете — большой, под потолок. Ничем не выдавал он своего истинного назначения, идеально вписывался в интерьер. Флойд улыбнулся и написал брату сообщение — «приходи, босс хандрит» — и распахнул дверцы. Очаровательная на самом деле у него привычка, думал Флойд порой. Забиваться в самые тёмные и тесные углы, собираться в компактный комочек злости, нервов и уязвлённого самолюбия, жалеть себя и ещё смотреть вот так — исподлобья, только начиная загораться требованием немедленно закрыть чёртовы двери и свалить. Флойд забрался к Азулу в шкаф и выполнил приказ. Только изнутри. В темноте оба видели прекрасно. Тесновато, конечно, колени упирались в подбородок, а ноги — куда-то Азулу над плечами и, кажется, головой, но им не привыкать, они не гордые. Азул шипел что-то злое, обидное, ругался и пихал Флойда под рёбра ручкой, вот только Флойд на это лишь хихикал и гладил дрожащие руки своими, грубыми и шершавыми. Азул был прохладным и пах морем. Все трое пахли им, но Азул всё равно как-то по-особенному, что ли. — Позвал бы меня, — усмехнулся Флойд. — Когда бы я не набил для тебя кому-то морду? — Они просрочили контракт, а я шёл мимо, — буркнул Азул в ответ. Он терпеть не мог проигрывать. — Дальше сам знаешь. — Угу. Ты хорошо их отделал. Мне почти ничего не осталось. У Азула глаза слегка светились в темноте, а у Флойда — только один. Он чувствовал, как Азул потихоньку расслабляется, разворачивает щупальца, жмурится не от боли уже, а от благодарности. Каким-то странным образом в человеческом облике он мог занимать собой всё пространство равно как и сжиматься до размера, не сопоставимого с жизнью. У людей вроде как есть такая штука как скелет. Совершенно бесполезная, если подумать. Джейд тактично постучал — трижды, как условились ещё на первом курсе, а после впустил в шкаф воздух, запах йода и бинтов, вкусной и не полезной еды. В четыре руки Азула вытащили наружу, усадили на кровать, и пока Джейд обрабатывал ссадины и рассказывал о текущих делах кафе, Флойд шипел на каждого, кто просто думал подойти к кабинету и что-то там попросить. Разбитым и несчастным Азула могли видеть только они, другим нельзя! — В следующий раз зовите нас, босс, — Джейд не требовал, а советовал, он всегда был чертовски вежливым парнем, особенно когда ломал руки. Извинялся крайне убедительно, Флойд иногда верил. — Мы поможем. — Вас пока дозовёшься, — проворчал Азул и совсем не изящно слизал потёкший по пальцам брусничный соус. Флойд сглотнул. — Один вечно пропадает и прогуливает уроки, а второй себе на уме. Как же я могу на вас положиться? Джейд без тени обиды пододвинул ему поднос, на котором лежало ещё два бургера, жареная картошка и, да, листик салата, чтобы Азулу, видимо, жизнь не казалась чересчур сладкой. — Только на нас и можешь, — откликнулся Флойд и ухмыльнулся, почуяв от Азула волны удовлетворения, благодарности, рассчётливой мести. Он по-достоинству оценит их защиту, но как всегда всё перекрутит до неузнаваемости, так, чтобы напавшие на него человечки после на коленях ползали и ботинки ему вылизывали. — Наглецы. Джейд подал ему перчатки, а Флойд танцующим шагом приблизился и поцеловал перебинтованные пальцы. Есть неизменные вещи: мокрая вода, вкусная кровь и Азул, рядом с которым они с братом будут всегда

(пока всем троим не наскучит эта странная игра в людей).