Посмотри на меня!

      Воскресенье для Глеба оказалось мучительно долгим. Парень хотел действовать, но приходилось, лишь молча придумывать стратегию и ждать следующего дня. Поэтому, когда будильник возвестил о начале рабочей недели, шатен подскочил и понесся собираться в школу.       На первый урок Глеб всё-таки опоздал: проклятые пробки никогда не считались с планами людей. Первым уроком была литература. Юлия укоризненно улыбнулась, но пригласила парня пройти в кабинет. Место Глеба было свободно, но парень на удивление всех прошёл и сел навечно пустую первую парту, стоящую прямо перед столом учителя.       Родная МБОУ СОШ №33 встретила новостью о субботнике: на каждой перемене одна параллель должна была идти убирать школьный двор под присмотром одного из преподавателей. Первыми решили отправить десятую параллель. И вот, подростки под предводительством Юлии Александровны понуро тащили метлы, грабли и мусорные пакеты.       Двор школы был достаточно большим, поэтому ребята копались в листьях на небольшой дистанции друг от друга. Глеб заметил Степу под кленом, стоящим справа от входа в здание школы. Парень был не один, со Стешей, но Глеб твердо решил, что поговорит с ним сегодня и направился по направлению к этой странной паре.       — Стееп, здравствуй, давай поговорим, один на один, — шатен придирчиво оглядел Степаниду.       — Нет, ему не о чем с тобой общаться, лучше иди и обдумай своё поведение, — вредная девчонка, так и не дала ответить своему новому парню, уводя куда-то вглубь двора. Однако Глебу хватило замешательства на лице друга, чтобы понять, что не всё ещё потеряно.       На плечо шатена опустилась лёгкая рука. Парень резко обернулся. На него смотрела Юлия Александровна, весь её вид выражал крайнее сочувствие.       — У вас всё в порядке?       — Нет, ну вы, наверное, и сами всё видели, не понимаю, как он мог с ней спутаться…       — Может он не специально, не переживай, всё поправимо. И всегда правда всплывает, а пока ждёшь эту самую правду, надо поработать, — и учительница с улыбкой всунула парню грабли, — пойдём куда-нибудь вместе почистим, ты же не против моего общества?       — Конечно нет, — все проблемы отошли на второй план, Юлия была как солнышко среди туч, хотелось, чтобы она еще больше также непринуждённо улыбалась ему.       — Вот и супер, давай тогда вон под тем дубом.       — Только если там кот песни поёт, — Глеб улыбнулся, вспоминая сказочного персонажа Пушкина.       — Не думаю, что он там есть, но могу за него спеть, — улыбка девушки стала ещё шире.       — Вы умеете петь?       — Нуууу, немного.       — Скромничаете?       — Возможно, — Юле нравилось общаться с этим парнем, было так легко и просто.       Когда она вышла из школы, то сразу заметила сцену «возвращение блудного друга», только вот друга вернуть не удалось. Девушка давно наблюдала за ребятами, и стало обидно, как за себя, из-за их разлада. Хотелось поддержать, понять Глеба. Но лезть в дела учеников Юлия считала некорректным, поэтому решила хоть на время отвлечь его от грустных мыслей. И вот, они на пару собирали листья о болтали о всякой ерунде.       — Кем хочешь после школы стать?       — Пока точно с профессией не определился, но есть желание работать в книжном издательстве: художником, оформителем, корректором. А вы всегда хотели стать педагогом?       Юля немного помолчала, что-то решая у себя в голове. Глеб уже думал перевести тему, но учительница вновь подала голос.       — Я всегда хотела работать с детьми, но боялась этого, да и сейчас боюсь. Понимаешь, человеку всегда интересен рост, новые свершения, а профессия педагога этого не дает. Да, каждый день разный и наполнен огромным количеством эмоций, но ты будто на одном месте топчешься и в какой-то момент начинаешь ненавидеть всё и всех вокруг. Поэтому я не собираюсь долго работать в школе, в будущем я поменяю профессию, знаю только то, что она тоже будет гуманитарной. А почему именно работа в издательстве?       — Моя мама писательница, и она долго стремилась к публикации книг, много работала, это была её большая мечта, она из-за этого даже за отца замуж не вышла, чтобы, как она говорит, романтизм не растерять. Вот и меня заразила, я хоть и не пишу, но очень интересуюсь, да и много о процессе издания книг знаю. В общем, за это спасибо маме, — Глеб улыбнулся своим словам, было приятно узнавать Юлию. Было приятно и её внимание, не хотелось делить его с другими.       — Это круто, сразу знаешь, что с профессией не ошибешься, — Юле было приятно общаться с мальчишкой, он располагал, рядом с ним хотелось доверять, наверное, поэтому девчонки так и висли на нем. Глупые мысли, глупые-глупые мысли.       Юля посмотрела на часы и ахнула.       — Заболтались мы с тобой, уже вот-вот звонок прозвенит, а мы ещё инвентарь не сложили, — и молодая учительница стала бегать между ребятами, сообщая, что им надо сделать, чтобы успеть на следующий урок математики.       А Глеб так и остался стоять под дубом с улыбкой и решительностью.

***

      Степа уже подошёл к дому, домофон не подавал признаков жизни и парень начал искать ключи. Дверь в темноту отворилась сама, однако никто не вышел. Парень громко сглотнул и, потоптавшись пару секунд, зашёл. Стоило двери захлопнуться, как его кто-то схватил за руку, попутно закрывая рот. Кровь вместе со страхом ударила в голову, сердце бешено застучало. Но вот его уже отпустили, и в лицо светит фонариком улыбающийся Глеб.       — Ты просто придурок! — Степа толкнул друга в плечо, от чего тот сделал шаг назад.       — Прости, прости, просто иначе бы ты сразу убежал, а нам, правда, надо поговорить, неужели тебе какая-то однодневка важнее лучшего друга?       Блондин замялся и что-то буркнул себе под нос.       — Ладно, погнали на балконе постоим.       Они поднялись на последний тринадцатый этаж, и вышли на общий балкон, где всегда сидели, желая уединиться и излить друг другу душу. Об этом месте помимо них знала только Рина. Парни оперлись о перегородку и уставились вниз.       — Так о чем ты хотел поговорить? — уже спокойно спросил Степа.       — Ну, для начала, я хотел бы узнать, что тебе наговорила Стеша.       — Что что, про тебя, мол, не нужен ты своему другу, он сам мне это говорил и вечно жаловался, что ты только мешаешь. Знаешь, как неприятно стало, а потом я подумал, вспомнил последнюю неделю и ещё поганее стало. Я будто ненужный, только хвостиком и бегаю, — парень поджал губы.       — Ах¥еть, язык бы ей отрезать, ничего такого я не говорил, да и не считаю так, у меня по сути кроме тебя друзей особо и нет, просто всю эту неделю в себе ходил, ты прости за это, может я и правда плохой друг, но тебя терять не хочу. А и Рина прощения просит, нет у неё никого, нравишься ты ей, вот она и хотела тебя спровоцировать на действия. Тебе же она тоже нравится, я видел.       — Ого, то есть хочешь сказать, что Стеша мне лапшу на уши вешала? Но зачем? А на счёт Рины, я уже сам разберусь. И что такое у тебя случилось, что ты аж неделю переживал? Родители? — Степа заметно оживился и теперь закидывал вопросами.       — Так, братан, всё по порядку. Во-первых, да с Риной давай разбирайся, только не как Ромэо, чтобы без смертей. Во-вторых, нет, не с родителями проблемы, тут как бы это сказать… Ну…       — Давай не тяни, я ко всему уже готов.       — Кажется, я влюбляюсь в Юлию Александровну, с каждым днём все больше.       Степа присвистнул.       — Так вот оно что, реально, что ли, прямо без шуток, нравится, как девушка и это серьёзно?       — Да, именно поэтому Стешка злиться, мстить хочет видимо, что поматросил и бросил. Сам понимаю, плохо поступил, но она не дура, сама напросилась, зная, чем закончились все мои прошлые отношения.       — Мда, ты просто горе романтик, твоей маме стоит написать книгу «похождения сына», а не про фей, надо будет подкинуть ей эту идею.       Ребята расхохотались.       — Мир? — Глеб, как в детстве, протянул другу мизинчик.       — Мир, но про Юлию Александровну я хочу услышать всю историю, так что погнали ко мне на чай.       — Ахаха, хорошо.

***

      Вернулся Глеб домой с потрясающим настроением. Для него будто всё цвело и пахло. На часах было почти семь и на город начала опускаться ночная тьма.       Парень быстро скинул куртку и побежал к матери в комнату, чтобы поделиться с ней своим настроением. Однако он застал родительницу с бокалом чего-то алкогольного за столом на кухне. Алевтина, будто в пустоту, смотрела в окно.       — Привет, мам, что случилось? — Глеб обеспокоенно присел на корточки возле ног матери, всматриваясь ей в глаза.       — Всё плохо, — сдавленно произнесла она, не отводя взгляд от окна.       — Что всё? Может, я помогу?       — Нет, сынок, просто день такой ужасный… Сначала мне сказали, что печать книги переносится на январь, это конечно не ужасно, но всё равно обидно, а потом позвонил Влад, ты его должен помнить, наш с твоим отцом общий друг, и сказал, что Сева женится на какой-то мымре, для семейного бизнеса, отец обязывает, — женщина всхлипнула, как маленькая.       Тяжело смотреть, когда матери так плохо. Сердце хочет выпрыгнуть и убежать от боли.       — Мам, книгу же напечатают, ты уже справилась, мы отметим это, ведь ты так долго шла и смогла, я горжусь и восхищаюсь тобой, а папа… Я знаю, что ты не перестала любить его, а он тебя, и я уверен, что он ни за что не женится на ком попало. Ну, мам, ты чего, дядя Влад же не сказал мнение папы.       — Не сказал, но что я могу сделать, я сказала ему никогда и ни за что замуж не пойду…       — Мнению свойственно меняться, ты крутая мама и смогла так многого добиться самостоятельно, так почему бы не разделить хотя бы сейчас эту радость и с папой.       — Не знаю, я просто не могу, — женщина вытерла намокшие глаза и немного выпятила нижнюю губу.       — Мам, зато я могу, давай забудем о проблемах ненадолго, всё поправимо, а пока пойдём гулять, день просто супер, на набережной такие огни, зима же скоро.       — Ты самый лучший сын, которого можно представить, только по ночам всегда орал. Так ладно, пошли, — Аля начала приходить в себя, слова сына были донельзя правильными, как только он так хорошо понимал собственную мать. Наверное, всё дело во взаимном доверии.       — Хах, мам, я вижу тебе лучше, погнали, — Глеб улыбнулся и побежал обратно к двери из квартиры, — я жду тебя в подъезде, на улице холодно.       — Хорошо, — донеслось уже из глубины квартиры.       Дверь хлопнула. Шатен выудил из кармана брюк телефон и начал искать нужный контакт. Мама собиралась всегда долго, и времени поговорить было предостаточно.       — Алло, пап?