Драко, сын Лафея

Глубоким вечером, уже почти ночью, расположившись в своей комнате, Локи достал пергамент и перо и устроился за письменным столом. Счастливая домовушка Элли, вызванная из дома, шустро развешивала и разглаживала на плечиках одежду, расставляла обувь и заполняла ящики стола и подвесные полки письменными принадлежностями и учебниками. Ничего лишнего в школу Локи не брал. Во-первых, было понятно, что вещи студентов могут в любой момент обыскать школьные эльфы. Во-вторых, всё, что ему могло понадобиться, в любой момент мог принести из дома его личный домовик. Ну, а в-третьих, Локи решил вначале осмотреться, чтобы понять, чего именно ему недостаёт. Так что он спокойно занял комнату со своим именем на дверной табличке и принялся за письмо. «Дорогие родители, приветствую вас и желаю вам здоровья. Как мы и ожидали, попал я на факультет Салазара Слизерина, как и все мои друзья, включая и Гарри Поттера. Все немного удивились такому решению Распределительной Шляпы, но правила есть правила, так что мой новый товарищ заселился в соседнюю с моей комнату. Спальни очень удобные, хоть и небольшие, но уютные. Обстановка стандартная, которая, как я думаю, не менялась со времён вашего обучения. Ванная, конечно, не сравнится с той, что в моих покоях, но что ожидать от общежития. Хотя говорят, что на Гриффиндоре бедняги живут всем курсом в одной комнате, а санузел общий! Не хотел бы я там оказаться утром, когда такая толпа собирается на завтрак. Директор произнёс очень странную приветственную речь. Отец, не мог бы ты, как глава Попечительского совета, пояснить мне: «Правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью» — нормальное предупреждение для толпы несовершеннолетних школьников или это какая-то шутка? Старосты сказали, что покажут нам этот участок, чтобы мы случайно туда не забрели. Но всё же сам факт того, что о таком предупреждают на словах, а не перекрывают вход чарами, для меня выглядит довольно дико. Мы волшебники или маглы? Так даже маглы, как рассказал Гарри, преграждают доступ в опасные места яркими лентами и предупреждающими знаками, поэтому всё очень подозрительно и странно, а ведь среди нас много единственных наследников древнейших семей. На этом пока все новости закончились. Люблю вас и уже скучаю по вам и по дому. Ваш сын, Дракон». Это письмо, конечно же, не могло передать всю «глубину глубин» охреневания Локи от знакомства со школой. Для начала их поразила декан Макгонагалл, которая оставила почти полусотню испуганных детей без присмотра, приказав привести себя в порядок! — Как? — ехидно спросил ей вслед Локи. — Мы должны смотреться друг в друга? Так я не вижу тут блондинов, чтобы представить себя в зеркальном отражении. Но декан Гриффиндора и далее по списку не удостоила его ответом и гордо удалилась из комнаты ожидания. Локи вздохнул и взялся за палочку, уж чары гламура/сушки/чистки каждый потомственный волшебник знал назубок. Друзья ему помогали: Милли поправляла причёски девочкам, Панси очищала заляпанную грязью обувь, Винс и Грег сушили и разглаживали мантии на продрогших детях. Локи помогал всем подряд, даже какому-то рыжему пацану очистил мордаху от подозрительных чёрных пятен, сажу он, что ли, ел… Так что прибытие забавных призраков дети пропустили, слишком занятые помощью друг другу. Хотя Трикстер сделал себе пометку познакомиться с ними поближе, ведь это армия идеальных экскурсоводов и сплетников, которым не мешают запертые двери и каменные стены. Далее — Большой Зал. Локи с удивлением смотрел не на чудеса зачарованного потолка, про которые бубнила девочка с длинными пушистыми волосами, а на преподавательский стол. Директор, окружённый сиянием Смерти, выглядел просто потрясающе, на взгляд Трикстера. От кобуры на его руке тянулись тёмные жгуты, охватывающие всё тело Дамблдора. Они пульсировали в аурном зрении, как чудовищный клещ, насосавшийся крови жертвы, вот только этот артефакт пил не кровь, а магию и жизнь своего временного владельца. — Прелестно, — прошептал Локи своим друзьям. — Школой руководит некромант-самоубийца. Очень… очень… прелестно… Интересно, дипломы за пятый курс нам будет выдавать он, или к тому времени у нас будет новый глава Хогвартса? — На вопросительные взгляды товарищей Трикстер только махнул рукой, показывая, что объяснит всё попозже, а сам продолжил разглядывать профессоров. Декан Слизерина — давний товарищ отца по Ордену и бессменный зельевар семьи — Северус Снейп виделся как светлый маг с меткой-паразитом. Он, в отличие от Люциуса, был донором для некой тёмной сущности, засевшей в соседе в фиолетовом тюрбане. Локи с весёлым изумлением переводил взгляд на каждого участника нестандартного трио: из метки Снейпа энергия утекала куда-то в затылок соседа, а из неё в Поттера и обратно в лиловый тюрбан. Да уж, Трикстер даже похихикал, не сдержавшись, — это какой-то нефтепровод, только поставщику забывают оплатить счёт за сырьё. Интересно, Люциус будет доволен, если Локи перекроет отток «горючего» из друга, как он недавно сделал для него? Трикстеру очень не понравилось смотреть, как из руки его нового отца куда-то тянется струйка силы, высасывая здоровье и молодость мужчины, превращая того раньше времени в седого старика. Поэтому он решительно «отключил» паразита от магии отца, с радостью замечая, что уже через несколько дней тот стал намного спокойней, пропало болезненное выражение и разгладились морщины на лице. Ладно, этот вопрос может и подождать. Судя по состоянию ауры декана, лет десять он ещё точно проживёт, так что можно и не торопиться. После распределения вся компания уселась за слизеринским столом, уже привычно расположившись: Гарри и Милли по обе стороны от Локи, а Винс, Панси и Грег — напротив. Директор произнёс свою эпическую речь, после которой все дружно уставились на старост. Те только тихо прошипели, что всё объяснят в гостиной факультета, а для своих Локи дал описание ауры директора, хотя к нему прислушивались и все остальные ученики. — Некромагический артефакт? — задумчиво протянула староста Джемма Фарли. — Так вот почему он так плохо выглядит в свои-то сто с хвостиком лет. Моя бабушка с материнской стороны помнит его ещё ребёнком, она старше директора лет на семьдесят и преподавала ему в школе чароведенье, так вот, она смотрится намного лучше и собирается сходить ещё разок замуж, а седины у неё нет, как и морщин. Мы ведь волшебники, в конце концов, а не маглы! Вон, Диппет жив и процветает в свои триста пятьдесят, да и Фламель — не единственный алхимик в мире, хотя его и не видел никто последнюю сотню лет. — А мы читали во вкладышах от лягушек, что Дамблдор работал с Фламелем и изобрёл много способов применения драконьей крови, — застенчиво пробормотал Поттер, во все глаза рассматривающий красавицу Джемму. — Малыш, мой дед говорит, а ему можно верить, всё-таки он был главой гильдии британских зельеваров весь девятнадцатый век: с драконьей кровью работали уже тогда, когда семьи Дамблдоров не существовало в магическом мире, как и Британии в целом. Так что прекращай принимать за правду всё, что читаешь, иначе попадёшь в беду. После праздничного пира все слизеринцы отправились в подземелье факультета. Локи понравилась изысканная обстановка в гостиной, старинная мебель, окна, выходящие в Чёрное озеро, огромные камины и пушистые ковры на тёплых полах. После приветственной речи старост к первокурсникам подошёл декан. — Ну что же, юные леди и джентльмены, — начал он свою речь, оглядывая каждого нового ученика, чуть дольше задержавшись на Драко и Гарри. — Всё самое главное сказали вам мисс Фарли и мистер Розье, от себя лишь добавлю, что у меня нет и не будет любимчиков и избранных героев. Каждый, кто посмеет опозорить наш Дом, будет наказан не только снятием баллов, но и жалящим от старост факультета, а в случае злостных повторных нарушений будет иметь дело лично со мной. И обещаю, что вам это очень сильно не понравится. Кивните, если информация дошла до вас в полном объёме и вы впечатлены. Убедившись, что все первокурсники достаточно серьёзны и не пропустили его слова мимо ушей, декан удалился из гостиной факультета, а дети наконец попали в свои комнаты, чтобы спокойно завершить этот насыщенный день и написать семьям свои первые впечатления о лучшей школе магической Британии.

***

Учёба проходила стороной, не сильно тревожа первокурсников, ведь большинство слизеринцев давно изучили то, что преподавали в первые годы. Трудности были только у Поттера, но ему старались помогать все новые товарищи. Грег показывал чары, Милли — трансфигурацию, Панси объясняла гербологию, Локи — тонкости зельеварения, Винс отлично разбирался в ЗОТИ, так что у Гарри не было проблем с добровольными репетиторами. Обычно вся компания располагалась в факультетской комнате самоподготовки за одним столом и писала заданные эссе. В библиотеку они почти не ходили, так как в шкафах были все нужные для учёбы издания, которые оставляли старшекурсники в наследство для младших учеников. Дуэльный зал тоже был, как и комната для отработки заклинаний, где студентов страховал дежурный домовик. Поттер пару раз даже благодарил Локи за то, что под его влиянием не поступил на Гриффиндор. С ним пытались подружиться некоторые активные студенты с других факультетов и частенько приглашали в гости в свои общежития, что было не принято у слизеринцев. Гарри никому не отказывал в общении, сравнивал условия проживания. Навестил и родную для его родителей башню, где расположился факультет львов. Вернулся он от них в глубокой задумчивости и поделился своими наблюдениями с товарищами, а после и с подвернувшимися под горячую руку старостами. — Почему у них одна спальня на курс? Я зашёл в мужскую комнату первачков, и там царит бардак, ведь в маленьком помещении проживают сразу четверо мальчиков с разными привычками. И у них нет учебной комнаты, приходится делать уроки в общей гостиной. Но там стоит такой ужасный шум, как будто никто не знает, как накладывать чары приватности или хотя бы элементарные заглушающие заклинания! Гриффиндорцы постоянно подшучивают друг над другом, хотя я не вижу ничего смешного в том, чтобы кого-то пугать огромным ядовитым пауком или скармливать конфету, от которой язык вырастает на метр. Так ведь можно задохнуться и умереть! А ещё там есть одна девочка, помните, такая лохматая первокурсница — её в лицо обзывают заучкой и занудой! Разве так ведут себя на самом лучшем и сплочённом факультете, как говорил мне Хагрид… А потом, когда я шёл из башни, лестница остановилась на том самом третьем этаже, и я не мог никуда уйти, кроме Запретного коридора. Так и сидел больше часа на ступеньке, кричал, звал на помощь, даже слышал голос мистера Филча и мяуканье миссис Норрис, но они по какой-то причине не слышали меня… Все только развели руками: что поделать, Избранного пытаются переманить и завести ему «правильных друзей с правильного факультета». А коридор… Люциус созвал представителей совета, и они прибыли для разбирательства в школу, но директор только сетовал на обрушение потолка, стен и пола на третьем этаже. Когда ему предложили нужные средства для ремонта, он добродушно отказался, заверив уважаемых магов, что этот вопрос будет решён до конца учебного года. Якобы всё уже подготовлено, осталось только выбрать время и всё привести в порядок. Комиссия навестила нехороший коридор, но, кроме запустения, неприятного запаха испражнений какого-то животного и толстого слоя пыли, ничего не обнаружила. О каких разрушениях бормотал Дамблдор, так никто и не понял. Коридор был признан неопасным, но на всякий случай мистер Олби лично наколдовал предупреждающую разметку, которая вспыхивала ярко-красным цветом и пронзительно верещала, если несовершеннолетний маг пересекал запретную черту, нанесённую на пол алой светящейся краской. А Люциус повторно предупредил сына, чтобы все держались от непонятного места подальше. Дети послушались — теперь стало понятно, что это была ловушка на Поттера. Тот редко где бывал один, предпочитая передвигаться по замку только в компании своих сокурсников, но вот однажды выбрался без сопровождения и тут же попался. Хорошо хоть у подростка хватило ума не двигаться с места, поэтому что именно было уготовано ему в том коридоре, предусмотрительный Поттер так и не узнал. Локи описал всю эту ситуацию в письме домой, на что в ответ получил полное одобрение от отца и корзинку вкуснейших пирожных от матушки, которые дружная компания с удовольствием съела в гостиной за вечерним чаем.

***

Тем временем пришло время Самайна. Пир в Большом Зале поражал обилием тыквы. Локи был к ней равнодушен, в отличие от своих товарищей, которые с удовольствием уплетали этот сладкий овощ: запечённый отдельно с кумином, сыром и сливочным маслом; в виде начинки в рассыпчатых пирогах; как гарнир к мясу и птице; даже пирожные и мороженое имелись всё с тем же оранжевым символом праздника Духов и Смерти. В самый разгар трапезы в зал вбежал профессор ЗОТИ. Он что-то невнятно промямлил о тролле в подземелье, чем вызвал ажиотаж среди учеников и остальных профессоров. — Драко, пойдём посмотрим? — тут же оживился Винсент. — Когда ещё удастся увидеть живого тролля? — То есть, друг мой, дохлого тролля ты видел, — с ехидцей ответил Локи и, увидев отрицательный жест, продолжил: — Винс, если захочешь, на каникулах попросим родителей, и нам организуют поездку в заповедник. Там много разных чудищ, но все они под присмотром. Помнишь: гиппогриф, розги, злые отцы, единственные наследники в семье… — Да-да-да, можешь не продолжать, — пробурчал слушающий их Грег. — Всё мы помним. Даже не разрешили воспользоваться заживляющей мазью, задница болела много дней. Поттер! — едва успел он перехватить героя. — Ты куда ещё собрался, да ещё и без нас? — Так тут Уизли говорит, что та девочка, которую все обзывают, плачет в туалете и ничего не знает об опасности! — протараторил Гарри, который оказался распят между рыжим худым подростком, который тащил его за руку, и Гойлом, который вцепился ему в плечо. — У-и-и-и-зли… — насмешливо протянул Локи, — так я не понял, ты у нас штатный спасатель? Или ты информатор, а Поттер будет геройствовать по твоему наущению? И если мне не отказывает память, именно ты и обзывал ту вашу девочку-отличницу больше всех. То есть ты её обидел, как настоящий рыцарь и гриффиндорец, а потом бросился звать на помощь слизеринца-героя? Я ничего не упустил? — Ты… ты… да ты… ты… — уровень красноты бедного рыжего поднялся до критической отметки. — Да-да, я это, я. Рад, что ты это так быстро понял. Так что? Ты обидел даму? — Я просто сказал, что она зануда, и поэтому с ней никто не хочет дружить! — выпалил Уизли. — Но это ничего не значит, её надо спасти, и Гарри обязан помочь, потому что он Избранный! — И кто меня избрал? — обалдел от такого заявления Поттер. — Я в герои не записывался и никаких заявок на подвиг не подавал. — Что?! — Уизли от возмущения заорал так, что вокруг приостановилось паническое бегство, и все прислушались к разговору первачков. — Я знал, что ты бракованный герой! А ведь нам с детства читали сказки о тебе, как ты победил Того-Самого-Злодея! А ты — предатель и трус! Слизень! Змея! — Мистер Уизли, — раздался спокойный голос декана Снейпа над головами у детей. — Мы все выслушали вашу пламенную речь, а теперь прошу вас вернуться к своему факультету. Ваше ценное мнение о мистере Поттере мы обязательно учтём. Возмущённого Рона тут же подхватил за шкирку такой же рыжий староста Гриффиндора, и они покинули Большой Зал. Слизеринцы тоже выстроились в цепочку и, несмотря на бурчание детей, что «тролль же в подземелье, а мы туда и идём», отправились в свои владения. Тревожное построение, при котором впереди шли седьмой, четвёртый и третий курсы, в серединке первый, а за ними второй, пятый и шестой, позволяло самым младшим ученикам чувствовать себя в безопасности. Добравшись до гостиной без приключений, старосты вновь пересчитали всех студентов, и только после того, как убедились, что все сокурсники на месте, вызвали домовиков и велели сервировать столы. До отбоя дети успели перекусить и пообщаться, а после пришёл декан, который сухо похвалил всех за грамотно организованную эвакуацию и сообщил, что тролля обезвредили и почти никто не пострадал. Слизеринцы, привыкшие с детства читать вторые и третьи смыслы каждой фразы, понятливо кивнули. Почти никто, значит, пострадал кто-то, чьё здоровье ни для кого не важно и/или легко восстанавливается курсом лечения в волшебной больнице. Как они узнали на следующий день, та самая отличница-гриффиндорка сломала ногу, когда убегала по лестнице от тролля. Костерост исцелил её за ночь, а кличка прилипла к девочке на всё время учёбы. Была в Хогвартсе Плакса-Миртл-из-туалета, а к ней в пару добавилась Плакса-Грейнджер-из-туалета. Вот такой вот туалетный тренд.

***

На зимние каникулы вся компания разъехалась по домам, один только Поттер оставался в школе, чему сам ребёнок был очень рад. Товарищи приглашали его в гости, но Гарри смущённо заметил, что Рождество — семейный праздник. Хотя чистокровные маги праздновали не его, а Йоль. Перед ним в Ночь Матери Локи решил отправить дар Фригге. Живой огонь мог перенести любое послание, если на то была воля Духов и Богов. В какое время и в какую реальность попадёт его подарок единственной женщине, которая любила его искренне и от чистого сердца, Трикстер не знал, но это было и неважно. Незадолго до полуночи он возложил букет из цветов магической чёрной орхидеи и снежных голубых роз в камин на пылающие дрова и прошептал приветственные слова. Пламя вспыхнуло ярче, по углям пробежали изумрудные искры, дар исчез, а Локи почувствовал лёгкое объятье и словно наяву увидел добрую и нежную улыбку своей не-матери. На сердце стало легче и намного светлей. Все тринадцать дней праздника семья Малфоев провела в развлечениях. Были и приёмы у дружественных семей, и собственный традиционный рождественский бал на несколько сотен гостей, но, кроме официальных мероприятий, много времени было отведено для семейных посиделок и забав. Локи наслаждался тихими вечерами с неторопливыми беседами у камина, когда Люциус помогал супруге разбирать пряжу или нитки для вышивания, а сыну доверяли ответственное дело — сортировку бисера по цветам и размерам. Расслабленные, в домашних костюмах, без извечной каменной маски на лице, родители часто обнимали Локи и старались провести с ним как можно больше времени, забросив все дела и заботы на потом. Отец целовал его в макушку и со смехом ерошил и так продуманно-взлохмаченную причёску сына, расспрашивал обо всех новостях и рассказывал о собственной школьной жизни. А ещё он пел старинные баллады и красивые романсы для супруги и ухаживал, словно та была неприступной красавицей, в которую он безнадёжно влюблён. Нарцисса на это только улыбалась, флиртовала с мужем, танцевала с сыном и выглядела юной и безмятежно счастливой, в отличие от воспоминаний прежнего Драко, где его мать была постоянно озабочена здоровьем и довольством своего капризного и нервного ребёнка. Во дворе поместья выстроили огромную снежную горку, с которой так весело было кататься на старинных санях с витой спинкой и широкими полозьями. Локи нёсся навстречу ветру, чувствуя крепкое и надёжное объятие отца и слыша заливистый смех матери, и понимал, что в этой новой жизни, пусть и очень короткой по сравнению с асгардской, он будет счастливее во сто крат, чем в царских чертогах Всеотца. Возвращался в школу Трикстер с новыми силами и заряженный позитивом, поэтому, увидев бледного и расстроенного Поттера, тут же встревожился и затащил товарища в уголок гостиной, закреплённый за их компанией. — Что случилось, Гарри? — Пятеро друзей устроились на диванчиках вокруг небольшого стола, набросили на себя несколько заклинаний от подслушивания и чужого любопытного внимания, и выжидательно уставились на Поттера. — Я получил очень странный подарок, мантию-невидимку — реликвию своей семьи. — Гарри достал из-за пазухи тонкую струящуюся ткань и лист пергамента, исписанный витиеватым почерком со множеством завитушек. После того как все прочитали короткое послание, он по традиции задал вопрос лидеру их компании: — Как думаешь, Драко, это вообще что значит? Кто-то держал у себя нашу ценную вещь, забрав её перед смертью у моих родителей, хотя она могла защитить их от гибели или спрятать от врага, я проверял. А теперь вернул мантию мне, советуя использовать её правильно. Я все каникулы просидел в гостиной факультета, побоявшись новых провокаций, ведь если кто-то мне её отдал, значит, строит на меня какие-то планы? — Да уж, друг мой, — пробурчал Локи, разглядывая очередной некромагический артефакт, даже не делая попытки к нему прикоснуться. — Эта вещь с точно таким же флёром Смерти, как и палочка директора. Советую припрятать её подальше и уж точно не носить у сердца, пока ты не найдёшь записи предков о свойствах этой «полезной» вещи. Ты ведь сделал себе новый ключ от банковского сейфа и аннулировал прежний, который ходит у кого попало по рукам? — Да, я попросил декана Снейпа, и он выделил пару часов, чтобы сопроводить меня в Гринготтс. Гоблины взяли с меня пять галеонов за услугу, но зато теперь никто, кроме меня, не имеет права брать с моего счёта ни кната, — ответил довольный Поттер. — А то я как-то не додумался сразу спросить, почему мой ключ хранится у директора школы, а потом у лесника — они ведь даже не наша родня. А дядя всегда говорит, что деньги нельзя доверять посторонним людям, ведь это огромный соблазн даже для самого честного человека. — Вот и положи эту семейную реликвию в банковский сейф, пока не обзавёлся собственным домом. У гоблинов стоят всевозможные защитные артефакты, а чем дальше эта вещь от тебя, тем дольше проживёшь, — заверил друга Локи и уже шутливо продолжил: — Ты нам ещё пригодишься, всё-таки, если верить Уизли, ты — Избранный и когда-нибудь всех нас спасёшь! После этого все дети расслабились и рассмеялись, а Гарри припрятал мантию в шкатулку и уложил в сундук, ведь своему первому в волшебном мире другу он уже привык безоговорочно доверять.

***

— Ребят, а вы знаете, что у Хагрида скоро вылупится дракон? — однажды вечером ошарашил всех Поттер. — Надеюсь, он не сам снёс яйцо, — усмехнулся Локи. — Иначе бедный магический ящер будет чрезвычайно волосат. — Да нет, он его у кого-то выиграл в пабе, — отмахнулся Гарри. — Поттер, яйцо дракона требует особого хранения. Самки прогревают их своим теплом и драконьим огнём. Если не поддерживать нужную температуру, то зародыш просто умрёт, а такой артефакт для транспортировки яиц стоит очень дорого. — Милли решила просветить Гарри. — Так что сам подумай: надо украсть яйцо, потому что драконов содержат только в заповеднике и ведут строгий учёт всех детёнышей; где-то добыть редкую переноску; притащить всё это в кабак и проиграть нашему не сильно сообразительному леснику. Во что они играли-то? В плюй-камни? Или в магловский армрестлинг? — Эм, даже не знаю. Я что-то так разволновался, да ещё и газета эта с ограблением банка… — задумчиво протянул Поттер. — Ты о Гринготтсе? — поинтересовался Локи. — Не переживай, там всё в порядке. Гоблины опять мутят воду и проворачивают под шумок свои делишки. Не верь им никогда — они наши исконные враги. Не зря же вся история магического мира завязана на гоблинские войны. — Просто мы были там накануне, и я видел этот сейф, который упомянут в статье, — пояснил Гарри. — Ну, так и что, — удивился Локи. — Я тоже был на Косой в тот день, как и все остальные из нашей компании, что ж теперь, все причастны к тёмным гоблинским делишкам? — Ну, когда ты так говоришь, вроде и вправду ничего такого, — успокоился Поттер. — А то Хагрид так суетился, прятал от меня статью, что мне стало любопытно… — Друг мой, сколько можно тебе повторять, — менторским тоном начал Трикстер, — ты — политическая фигура, и всем очень нужен рычаг давления на тебя. Родни у тебя нет, с опекунами плохие отношения, так что с этой стороны не подкопаешься. А значит что? Значит, на тебя надо собрать ком-про-мат! Сейчас ты влезешь в это дело с драконом или банком, тебя поймают, но не посадят по-свойски, «ведь мы должны давать всем второй шанс, мой мальчик». А потом пройдёт время, и тебе выкатят ноту: я тебя прикрыл от Азкабана или большого штрафа, так что твоя очередь мне помогать. Избранный почесал в затылке и сделал вывод, что такой перспективы ему точно не надо. А буквально через месяц из факультетских часов Гриффиндора пропали все рубины: Лонгботтом, Уизли и Грейнджер были пойманы ночью на Астрономической башне, куда они притащили клетку с подросшим дракончиком, чтобы передать её прилетевшим друзьям очередного рыжего брата. Скандал разразился знатный. Хогвартс заполонили авроры, которые допрашивали преподавателей и учеников, выявляя причастных к столь вопиющему правонарушению. Во-первых, дикое, опасное магическое животное в школе, за разведение которого положен тюремный срок. Во-вторых, проникновение посторонних на мётлах в «самое безопасное место во всей магической Британии» означает, что либо директор дал разрешение на посещение и был с ними в сговоре, либо щиты школы пропускают всех подряд. И в-третьих, поведение первокурсников, которые посмели ночью выйти из замка, взяли деревянную незачарованную клетку с огнедышащим драконом и понесли её, за каким-то фестралом, на верхушку самой высокой башни, чтобы передать её незнакомцам, явившимся как воры в ночи… К летним каникулам Хагрид так и не вернулся из Азкабана. Без предупреждения, в один день, по состоянию здоровья уволился профессор Квиррелл. Директор искал какое-то пропавшее из школы зеркало. Дети успешно сдали экзамены. Слизерин занял первое место в межфакультетском соревновании, к величайшей радости декана Снейпа. А Локи вместе со своими товарищами занял купе в уходящем из Хогсмида Хогвартс-экспрессе. Впереди его ждали летние каникулы, дом и отдых на морском побережье. Трикстер даже задумался: стоило ли отпускать духа, который вселился в учителя ЗОТИ? Выглядел тот довольно перспективно, можно было попытаться забрать его себе. Но потом решил, что жадничать не надо, ему и поттеровский подселенец сгодится. Природа одна — тёмная, так что на роль усилителя магии идеально подойдёт. А то, что Локи вовремя сообщал все новости о «драконьем деле» Люциусу, так Трикстер же пока ещё ребёнок, поэтому большие шалости он поручал взрослым шутникам.