Драко, сын Лафея

Уезжать в школу не хотелось совершенно. Локи просто физически не мог оторваться от своей маленькой сестрёнки, которая пока напоминала куклу в ворохе белоснежных кружев. Тонкие светлые волосы смешно завивались в лёгкие кудряшки, пухлые щёчки и розовые губки приводили его в состояние розового желе. Впрочем, он был не одинок в своих чувствах к ангелочку Вайолет, отец так же старался провести в детской каждую свободную минуту, с умилением наблюдая, как их маленькая фея зевает, по-младенчески улыбается, хватается крошечной лапкой за предложенный палец или сосредоточенно сосёт специальную детскую смесь. Нарцисса посмеивалась над своими мужчинами и их маниакальной заботой о ней и малышке, пообещав Драко, что будет как можно чаще присылать колдофото сестрёнки.

***

Ещё в середине лета Люциус сообщил семье, что в этом году Хогвартс будет принимать гостей из двух школ в рамках Турнира Трёх Волшебников. Ажиотаж ожидался нешуточный, а Драко как негласный лидер Слизерина принимал на себя огромную ответственность за факультет и общение с иностранными учениками. На финале Чемпионата мира по квиддичу Малфои познакомились с болгарским ловцом Виктором Крамом, который тоже должен был попасть в состав делегации, будучи кандидатом от Дурмстранга. Парни быстро нашли общий язык, хотя Локи и не интересовал квиддич, но и кроме игры у них нашлось много тем для обсуждения, так что продолжения знакомства ожидали обе стороны. — Приветствую достойнейшую компанию. Дамы, — поцеловал руки девушкам Локи, — друзья мои верные и близкие, — кивнул он парням. — Как настроение после каникул? Все заказали бальные костюмы? — Мы с Милли пойдём на бал вместе, — тут же ответил Поттер, немного смутив подругу. — Как друзья, но пара! То есть… мы наряды заказали парные, танцевать меня учим и вообще… — окончательно запутался Гарри. — А мы с Винсом пара, — улыбнулась Панси. — И не просто друзья, наши родители заключили договор о помолвке, буквально на прошлой неделе, так что вы первые узнали! — Девушка продемонстрировала изящное колечко с изумрудом под аккомпанемент восторженных поздравлений друзей. — Ну, вы меня и удивили, — Локи хлопнул друга по плечу и улыбнулся Панси. — И ведь как скрывались, ни словечка не говорили, ни намёка. — Мне давно нравится Панси, — смущённо пробурчал Винс. — Только я думал, что ей нравишься ты, Драко. Но этим летом мы случайно встретились на Косой и весь день общались и гуляли, в общем, ну… потом всё выяснили, и я сразу же к родителям пошёл, а они уже к Паркинсонам отправились. Отцы поговорили, мамы поплакали, и нас почти сразу обручили. Я попросил. А то в этом году понаедут эти взрослые иностранцы, мало ли что, Панс у меня такая красивая, а я увалень… Растроганная невеста легонько погладила парня по руке, а тот сжал её ладошку и улыбнулся, тут же успокоившись и поцеловав тонкую девичью кисть. Вся компания с умилением смотрела на первую пару в их тесном кругу, понимая, что это только начало: четырнадцать лет — возраст малого совершеннолетия и принятия важных решений, которые определят их дальнейшую жизнь, и брак — одно из самых главных. Локи тоже обсуждал с родителями кандидатуры на роль будущей супруги. Нарцисса делала предварительные расчёты, Люциус рассказывал, от каких семей он получил предложение о помолвке наследника, но оба родителя не давили на сына, понимая, что такое дело не решается за пару дней. У самого Локи пока не было конкретных предпочтений. Некоторые девушки ему нравились, но никого он не мог выделить наверняка, чтобы сказать, что именно с этим человеком готов прожить всю свою новую жизнь и растить детей. Да и дико ему казалось в столь юном возрасте принимать такие глобальные решения, хотя он и понимал, что жизнь мидгардских волшебников пусть и длиннее, чем у обычных людей, но уж точно короче тысячелетий бытия асов и йотунов. Для него всё только начиналось, и загадывать наперёд он не спешил, не теперь, когда узнал, что такое любящая семья, какую хотелось и для самого себя. Уж за своё прежнее существование он насмотрелся на такие союзы, где оба супруга держали под подушкой наточенный кинжал для партнёра и надёжный яд для себя. Да и дети вырастали, не уступая своим предкам. Сам Локи неоднократно пытался избавиться от Тора и от Одина, признавая своей роднёй только Фриггу, свою любимую не-мать. Как и всегда, при воспоминании о Всеотце и его драгоценном наследнике настроение Трикстера резко поползло вниз. Чтобы не портить приятную атмосферу в компании, он достал книгу, которую прислал в подарок путешествующий по миру Гонт, и углубился в старинное описание сложного зелья.

***

Знакомиться с гостями было очень интересно. Французы привлекали Локи как представители будущего места учёбы, да и просто было интересно окунуться в чужую культуру, которая так нравилась Трикстеру во время летнего отдыха на побережье. Лёгкие разговоры, комплименты, шуточные подколы, ненавязчивый флирт — всё это отличало студентов Шармбатона от немного чопорных и зажатых британских учеников, которые с восторгом разглядывали прекрасных девушек и элегантных парней в синей форме. Да и их директор — мадам Максим — хоть и была несколько высокомерна, в отличие от Дамблдора, который всех вокруг ослеплял своей добродушной улыбкой, но Локи прекрасно знал, что внешние проявления чувств часто фальшивы. Гораздо важнее было то, что «птенцы» Шармбатона были искренне преданы главе своей школы и уважали её не просто на словах, но и на деле, предупреждая каждое её пожелание. А это для Трикстера значило гораздо больше приторных улыбок и пустых слов ни о чём. К Дамблдору у Локи сложилось довольно негативное отношение. По мнению Трикстера, директор вообще персона отстранённая и не должен проявлять личной заинтересованности в учениках. К тому же из откровенных рассказов Люциуса Локи знал о первой магической войне с позиции Зла. Ему были близки идеалы Рыцарей Вальпурги, которые хотели сохранить древние традиции и не желали подчиняться указам временных министров, больше думающих о себе, чем о магических законах. Насаждать добро, свет и всеобщую любовь, при этом уничтожая старинные семьи, Локи считал неприемлемым. Асгард тысячелетиями жил под рукой царя, и никто даже не думал переходить на какую-то непонятную демократию, зато все жили в достатке и мире, не беспокоясь о будущем своих детей. Поэтому активный Дамблдор с его вечным стремлением заводить должников среди студентов очень не нравился Трикстеру. Если во времена становления Гонта Тёмным Лордом в школе шла открытая вербовка в Пожиратели, то странно, что директор и деканы никак этому не мешали. Хотя с другой стороны, преподаватели и не обязаны следить за политическими устремлениями студентов, это личное дело каждого человека. В то же время Дамблдор набирал боевиков в свой Орден среди тех же учеников, так чем он отличался от своего антагониста? Окраской магии? Локи отчётливо видел, что аура у директора тёмная, так что «Светлейший» — не более чем очередное прозвище. Всеобщее благо? Его не бывает. Чтобы волки были сыты, умрёт не одна овца, ведь хищник никогда не станет мирным травоядным. Да и судьба Гриндевальда чётко показывала, что этот лозунг может принести реки крови, а не танцы на радуге в обнимку с феями и единорогами. А ещё любопытного Трикстера просто тянуло к артефакту Дамблдора, который излучал шлейф Смерти. Подобное ощущение Локи испытывал при общении с Хелой — тяжёлый аромат кладбищенских цветов, холод сырого тумана и ощущение ледяного покалывания на коже. Очень занятный артефакт. Такой же, как и мантия-невидимка у Поттера, которую тот получил от «неизвестного» дарителя с карточкой, подписанной витиеватым почерком всё того же директора. Но пока подобраться к нему было невозможно, и Трикстер выжидал, как кот в засаде у мышиной норки. Времени у него было полно, в отличие от Дамблдора, который угасал буквально на глазах.

***

С делегацией Дурмстранга слизеринцы сразу же нашли общий язык. Крам, как явный лидер группы, сразу же разместил своих товарищей за столом под серебристо-зелёными знамёнами. — Привет, Дракон, — пожал он руку знакомому блондину и тут же сел рядом с Милли. — У вас очень красивый замок. Наша школа попроще, но тоже находится в весьма живописном месте. Познакомишь нас со своими друзьями? Пока все гости представлялись и рассаживались между хозяевами, на столах появились многочисленные тарелки с деликатесами стран-участниц соревнования. Дурмстранговцы начали рассказывать об особенностях каждого своего национального блюда, посмеиваясь над слизеринцами, с трудом выговаривающими «борстиси», «холодестъ» и прочие мудрёные слова. Сами гости с удовольствием ужинали, беседовали и даже слегка флиртовали с гордыми наследницами благородных семей. — Вы все будете подавать заявки на участие? — поинтересовался Локи. — На самом деле участвовать в Турнире будет Виктор, — усмехнулся высокий рыжеватый Саша Поляков. — Мы — группа поддержки и его команда советчиков. Сам понимаешь, что этот турнир — просто возможность руководства школ помериться, чей пергамент длиннее, а перо острее. — Как ты вежливо выразился, — рассмеялся Локи. — А вот у нас все совершеннолетние ученики могут подать заявку, никто не договаривался выбрать самого сильного и сделать ставку на него, понадеявшись на решение Кубка. — Ну, вы же, британцы, известные дзен-буддисты, — развеселился Виктор. — Сидите на берегу реки, ожидая, когда течение пронесёт труп вашего врага. — При условии, что выше по течению в засаде сидит верный товарищ, который и грохнул этого врага, — пробурчал хмурый Поттер, с неудовольствием глядя на знаменитого ловца, который ухаживал за его «не-девушкой, а просто другом» Милли. —Так какие у вас тут есть развлечения? — поинтересовался Поляков. — У нас всё очень строго, школа считается полувоенной, поэтому ходим строем и декламируем речёвки. Никаких безобразий, танцев-шманцев и прочих нарушений дисциплины. — Да у нас почти также. Квиддич, прогулки в Хогсмид по выходным, интриги и сплетни, — поделился Локи. — Ещё и из-за турнира межфакультетское соревнование отменили, так что минус один. Кстати, Крам, хочу познакомить тебя с нашим капитаном. Грэм, иди к нам поближе! — окликнул он здоровяка Монтегю, который тут же подсел к ним и радостно поздоровался со знаменитым болгарским ловцом. — Думаю, у вас найдётся много общих тем для разговоров, да и профессиональными хитростями поделитесь, уверен, их превеликое множество. Довольные гости и хозяева общались за праздничным столом, пока не настало время расходиться на отдых. Дурмстранговцы вернулись на свой корабль, пообещав пригласить новых товарищей на осмотр столь сложного артефакта для перемещения в пространстве. Слизеринцы в ответ предложили гостям прогулку по Хогвартсу и прилегающей территории. Зал Наград, Тайная Комната Основателя, куда можно было записаться на экскурсию у дежурных мракоборцев; смотровая площадка Астрономической башни, откуда открывался потрясающий вид на окрестности; опушка Запретного леса и живописный берег Чёрного озера — всё это могло понравиться бравым кадетам и немного разбавить рутину повседневной жизни.

***

Из Слизерина на турнир подали заявки пятеро парней, собственно, столько их и было на выпускном курсе. Немного насмешили всех клоуны с Гриффиндора, которые пытались пересечь возрастную черту вокруг Кубка выбора, обзаведясь длинными белыми бородами, как у Дамблдора. Остальные факультеты дисциплинированно соблюдали правила отбора: кто-то бросал заявки открыто на глазах у зрителей, а кто-то, постеснявшись, пришёл к Кубку ночью, когда возле него дежурили двое учителей. В итоге, как и ожидалось, от Дурмстранга был выбран Крам; от Шармбатона — симпатичная девица Делакур; а от Хогвартса — капитан слизеринской команды, «охотник» Грэхэм Монтегю*. Оба квиддичиста тут же объединились в слаженный тандем. Кроме подготовки к этапам турнира, они много летали наперегонки или показывали виртуозные трюки на мётлах под изумлённые крики восторженной публики. Парни приглашали в свою компанию и француженку Делакур, но та предпочитала держаться со своими товарищами, избегая общения и назойливого внимания посторонних, которые вытворяли несусветные глупости в надежде привлечь внимание блондинки. Что самое смешное, Монтегю и Крам даже не пытались выдумывать что-то особенное для победы на турнире. На первом этапе каждый украл фальшивое яйцо, воспользовавшись метлой и отвлекающими чарами, а вот Флёр серьёзно пострадала, попав под драконий огонь. Увидев, как на девушке вспыхнула юбка, мгновенно опав тёмными хлопьями, а ноги покрылись страшными ожогами, все зрители затаили дыхание, а чувствительные особы закричали от ужаса. Пока драконологи отгоняли разъярённое животное в защитную клетку, мадам Помфри попыталась забрать пострадавшую в школьное больничное крыло. Подоспевший Люциус только грозно взглянул на хогвартскую колдо-ведьму, подхватил на руки бессознательную Флёр и активировал портал в приёмный покой Мунго, где тут же передал девушку бригаде специалистов, заявив, что оплатит любые самые дорогие зелья. Вернулась из больницы Делакур только к Рождественским каникулам. Во время обеда она подошла к слизеринскому столу и остановилась напротив места, где сидел Драко с друзьями. — Мистер Малфой, я хотела бы с вами поговорить, — певучим голосом произнесла девушка. Локи извинился перед собеседниками и отошёл вместе с дамой к стене, на которой красовался флаг Слизерина. — Я хотела бы выразить благодарность вашей семье за помощь. Нам, конечно, не показывали счёт за лечение, но подозреваю, что он был весьма впечатляющим. — Мадемуазель Делакур, даже не стоит начинать этот разговор, — учтиво ответил Локи. — Это нормальное поведение любого воспитанного джентльмена — помочь даме в беде. Никакие деньги не стоят вашего здоровья и очарования. Поверьте, как счастливчик, имеющий двух любимых красавиц, я знаю цену прелестной женской улыбке. — О, так вы уже помолвлены? — немного расстроенно спросила Флёр. — Нет, что вы, мадемуазель Делакур, — тонко улыбнулся Локи. — Речь идёт о моей матушке и любимой младшей сестре, которых я просто обожаю. А мне пока всего лишь четырнадцать лет, так что родители не давят и не торопят с помолвкой. — Как вам повезло, иметь такую понимающую семью — огромная ценность. Но тогда, — Флёр застенчиво улыбнулась, а Трикстер почувствовал, как на его разум опускается лёгкая пелена чужого давления. — Может быть, вы пригласите меня на Рождественский бал? — Мадемуазель Делакур, я с удовольствием исполню желание дамы. Но, — Локи усмехнулся и сжал чужую тонкую кисть, — не советую вам пытаться навести на меня ваши чары, с некоторых пор я совершенно неподвластен чужому воздействию. — Вот даже как… — Флёр уже серьёзно и пристально рассматривала своего собеседника. — Это очень впечатляюще, мистер Малфой, вейловским чарам могут сопротивляться единицы, мне надо обдумать этот вопрос. Ну, а пока спешу сообщить вам, что моё бальное платье золотого цвета. И для вас я просто Флёр. — Я понял вас, прекрасная Флёр, тогда и вы зовите меня по имени. Надеюсь, вы не будете возражать против цветочного браслета с лунным ирисом? — Дружба, значит… — усмехнулась девушка, — для начала достаточно и этого. Драгоценный лунный цветок, что распускается раз в году. А вы не скупитесь, Дракон. — Малфои всегда получают всё самое лучшее, — Локи склонился над рукой дамы. — Мой домовик доставит вам украшение за два часа до начала бала, а сам я буду ожидать вас у входа в карету ровно за полчаса.

***

Большой зал, украшенный серебристыми морозными узорами, хрустальными подвесками и пушистыми елями, был просто прекрасен. Зачарованные сверкающие снежинки падали с потолка, демонстрирующего чистое звёздное небо. Иллюзорные феечки, бабочки и стрекозы порхали по залу, время от времени присаживаясь на волосы гостей, как драгоценные украшения. Локи подал руку своей прекрасной даме и повёл её внутрь зала, вслед за парами других чемпионов, где их уже ожидали нарядные взволнованные гости. Трикстер выхватил взглядом лица своих родителей, которые с гордостью и умилением смотрели на него. Он слегка кивнул им и улыбнулся — как же это приятно, когда тебя любят просто за то, что ты есть. Зазвучала прекрасная мелодия вальса, и три пары закружились посреди танцевальной площадки. Лёгкие чары навевали прохладный ветерок с ароматом морозной свежести, пели скрипки, им вторили духовые, ритм дарил ощущение единства с партнёром. Трикстер вёл свою даму уверенно и непринуждённо, краем глаза замечая восхищённые взгляды зрителей, и он мог их понять: тонкая фигурка Флёр очень гармонично смотрелась в его объятьях, а их светлые волосы сияли в приглушённом пламени зачарованных свечей. После первого танца всех пригласили на праздничный ужин. Локи воспитанно ухаживал за дамой, вёл светскую беседу, а сам исподволь наблюдал за Дамблдором. Тот воспользовался чарами гламура, но для Трикстера они не были преградой — директор держался из последних сил, он умирал. Весь вечер прошёл в предвкушении. Локи знакомил Флёр со своими родителями, танцевал, беседовал с друзьями и смотрел. Наконец он заметил, как директор поднялся, попрощался с гостями и направился в свою башню. Время пришло. Сразу после полуночи Локи проводил свою даму к карете, вежливо поблагодарил за прекрасный вечер и отправился в подземелья. В своей комнате он принял душ, переоделся, вышел в укромный коридор и перекинулся в анима-форму. Через воздуховод он легко проник в директорские покои и выбил решётку вентиляции, вывалившись в гостиной прямо на ярко-алый диван перед камином. Обернувшись человеком, Трикстер довольно хмыкнул: всё-таки быть волшебным змеем очень удобно — размер тела можно регулировать по собственному желанию. Конечно, его облики из прежней жизни — лось, волк и лиса — тоже хороши, но в условиях старинного замка совершенно бесполезны. Рогами ему, что ли, проход в башню открывать? Из соседней комнаты послышался сдавленный стон. Локи тихо отворил дверь и увидел Дамблдора, который лежал на широкой кровати и что-то бормотал в полубреду. — Кто здесь? — слабый голос был еле слышен. — Мистер Малфой? Вы пришли, чтобы меня убить? Пожиратели уже в замке? Я выпил яд из чаши? Где Гарри… Крестражи… Воспоминания… Северус… Локи вслушивался в невнятный шёпот, не делая попыток помочь умирающему. У каждого свой срок, и вмешиваться в таинство перехода за Грань — неприемлемо. Наконец старик замер и открыл ярко-голубые глаза. — Мистер Малфой, что вы делаете в моей спальне? — спросил Дамблдор чётким голосом, будто вовсе не он только что метался и стонал. — Я провожаю вас, господин директор, — спокойно ответил Трикстер. — Ваше время пришло. — Да, жаль, что я не добился поставленных целей, но смерть — новое приключение… — Полностью с вами согласен, — чуть склонил голову Локи. — Там, в новой реальности, если сохраните собственную память, постарайтесь больше не ломать жизни других людей. — Да, я о многом сожалею, Ариана, Геллерт, дети, погибшие на войне… — Дамблдор снова стал проваливаться в свои грёзы, говоря всё тише и тише. Но вот, открыв глаза из последних сил, он прошептал: — Палочка, вы должны отобрать её у меня, чтобы стать её полноправным хозяином… — Мне этого не надо, — мягко ответил Трикстер. — Я уже навоевался в прежней жизни и больше не хочу повторять свои ошибки. Да и палочка эта никогда не признает никого на равных, ведь она верна только своему создателю. Я просто хочу исследовать интересный артефакт. В комнате резко похолодало, из углов потянулись длинные полосы кладбищенского тумана, аромат асфоделей поплыл в воздухе. Время замерло. — Мой маленький братец, — послышался чуть насмешливый голос. — Так вот куда ты спрятался от меня! А я всё ждала тебя в своих владениях, переживала — где же ты потерялся? А ты обманул даже меня, надо же, вселиться в тело смертного! — Хела, — Локи искренне улыбнулся призраку прекрасной Смерти. — Я скучал по тебе. — Но не настолько, чтобы навестить, — фыркнул аватар Богини. — Я рада, что ты выжил хотя бы так. Тор рвёт на себе волосы, Один мечет суровые взгляды, но всем понятно, что он расстроен твоей гибелью. — А Фригга? — Совершенно спокойна и безмятежна, — успокоила его не-сестра. — Как-то сумел передать ей весточку, хитрец? — Да, было дело. Так ты пришла за душой старика? — Пф-ф-ф… Много чести! — возмутилась Хела. — Я за своими вещичками решила заглянуть, пошалила как-то в этом мире, даже не думала, что всё так затянется и легендами обрастёт. Но раз уж ты тут, дорогой братец, сделаем всё по правилам. И твоему усилению по-родственному помогу, а то это смертное тело проживёт лет триста, и опять тебе придётся переселяться. Возьмёшь палочку и воткнёшь себе в сердце! — увидев, как закашлялся Трикстер, Богиня ехидно рассмеялась. — Ладно, пошутила я, не бойся. Вскрой ладонь, возьми палочку в руку, мне нужно чувствовать вашу связь. Локи сделал так, как приказывала Хела, и встал напротив её призрака, чувствуя, как древесина нагревается, прижигая рану. Тёмный сгусток тумана лёг поверх его ладони. — Отрекаюсь от своей вещи в пользу Локи из Асгарда. Палочка вспыхнула, осыпалась тонким пеплом, рана затянулась. На кровати с громким хрипом замер белобородый старик. — Ну что же, братец, я с тобой не прощаюсь и скоро не жду. Наслаждайся новой жизнью, а уж после мы с тобой поставим на рога весь Хельхейм. Призрак истаял, тени втянулись в углы. Локи вновь перекинулся в змея и отправился в свою комнату, не забыв предварительно сотворить палочку-дубликат из простого пера, которое он позаимствовал с прикроватной тумбочки. Наутро в Большом зале всех встретили траурные знамёна. Эпоха великого Светлого была завершена.

***

После рождественских каникул в Хогвартсе появился новый директор. Он подошёл к каменной горгулье у входа в башню в сопровождении министра Фаджа, четырёх деканов факультетов, журналистов и фотографов. — Положите руку на голову статуи и прикажите ей открыть проход, — поведала ему профессор Макгонагалл. — Если она вас послушается, значит, замок принял вас и ваше назначение законно. Мужчина дотронулся до страшной каменной морды и уверенно произнёс: — Приказываю дать мне доступ в башню, как новому директору Хогвартса! Горгулья осталась неподвижной, зашушукались зрители, кандидат немного побледнел. Локи, стоящий в толпе учеников, закатил глаза (вот же неугомонный дух!) и подал небольшой импульс магии в строптивую статую. Та подскочила и со скрипом открыла вход на винтовую лестницу. Вокруг раздались аплодисменты, защёлкали затворы камер, засверкали фотовспышки. Высокая комиссия отправилась в кабинет, дабы засвидетельствовать полномочия нового главы Хогвартса. Тем же вечером неприметный лопоухий домовик в костюмчике со знакомым гербом принёс Локи маленькую коробку его любимого шоколада и записку. «Благодарю за неоценимую помощь, Дракон. Я, конечно же, мог и так занять должность директора, но для британцев обязательно нужно внешнее проявление чуда. Да и колдофото вышли просто потрясающими, увидите в завтрашнем номере «Пророка». С благодарностью за содействие, Томас Гонт».

***

* Грэхэм Монтегю (англ. Graham Montague) — студент-слизеринец. Охотник факультетской команды по квиддичу с 1993 года. После ухода Маркуса Флинта в 1994-1995 учебном году стал капитаном команды. Известен как единственный за всю серию романов человек, которому удалось трансгрессировать в Хогвартс, обойдя защитные чары замка и стереотип «в Хогвартсе нельзя трансгрессировать». Точный год рождения неизвестен, но так как его в последний раз упоминают в 1995-1996 учебном году, собственным произволом подгоняю возраст под требуемые турниром параметры)))