Подарочек

      Ночь мягко опустилась на деревню, размывая очертания домов. Уставшие жители мирно спали в своих постелях, набираясь сил для следующего дня. Лишь в одном доме, что стоял на отшибе, почти на границе с лесом, горел огонёк, указывая, что его хозяин ещё бодрствует. Хотя вряд ли кто-нибудь просто так отважился бы постучаться в столь позднее время в этот дом. Да, пожалуй, и в любое другое тоже, учитывая, что в нём обитала местная ведьма. Здесь её уважали, но, как обычно бывает, всё же старались держаться на расстоянии и лишний раз не тревожить покой старухи. Что, впрочем, ничуть не расстраивало саму хозяйку; пустой болтовни она не любила, так что такое положение вещей ей было только на руку.              Ведьма задумчиво уставилась на всполохи огня в очаге, полностью уйдя в свои невесёлые думы. Приближался Тот Самый День, а значит, опять придётся выбирать очередную жертву. Сколько молодых жизней пришлось принести в жертву древнего обязательства, а сколько ещё предстоит? Тихий скрип кресла нарушил уютную тишину в комнате, когда женщина медленно поднялась с нагретого места и неспешно приблизилась к столу, занимающему центральную часть комнаты. Взгляд ведьмы выхватил среди множества атрибутов для ворожбы, что загромождали практически всю поверхность стола в одном ей ведомом порядке, то, что сейчас было необходимо — гадальные кости. Она ловко сгребла их в ладонь и, прошептав что-то неразборчивое под нос, резким движением руки бросила на разложенный платок. Удивлённо приподняла брови, разглядывая сложившийся рисунок. Затем недоверчиво хмыкнула и, собрав гадальные кости в горсть, снова повторила бросок, не забыв сопроводить нужным заклинанием.              — Забавно, — неожиданно приятным голосом произнесла ведьма, рассматривая сложившийся узор. — Ты только посмотри, Юнги, что выпало на этот раз.              Пушистый чёрный кот, что сладко спал, свернувшись калачиком на половике возле очага, нехотя приоткрыл жёлтые глаза.              — Определённо, нашего Огненного ждёт весьма интересный сюрприз, — весело рассмеялась ведьма. — Даже я не ожидала такого исхода. Что ж, давненько духи так не забавлялись.              Кот, внимательно слушавший хозяйку, дёрнул ухом и тихонько мявкнул, словно соглашаясь со словами ведьмы. Он даже соизволил подняться с половичка и лениво потянуться, чтобы потом одним неуловимым движением спустя пару секунд оказаться на поверхности стола, где замысловато сложившимся узором лежали гадальные кости. Кот окинул взглядом представшую картину и снова мявкнул, более громко и утвердительно.              — Вот и я об этом же, мой милый, — ведьма хитро улыбнулась и почесала животное за ушком. — Думаю, что нам стоит привести наш уютный домик в более пристойный вид. Что-то мне подсказывает, что к нам после исполнения ритуала нагрянет один весьма недовольный гость.              Кот, успевший блаженно прикрыть глаза от ласки хозяйки, рассерженно зашипел, выражая свой протест.              — Не злись, Юнги-я, ничего плохого он нам не сделает, — ведьма задумчиво покосилась в темноту за окном. — Да, он вспыльчивый, но на самом деле очень добрый, и ты прекрасно об этом знаешь. И будь с ним повежливее, не ставь меня в неловкое положение. Всё же он один из немногих, кого я смело могу называть своим другом.                     

***

             Калитка скрипнула, запуская во двор гостя. Точнее гостью, а если ещё точнее — старую ведьму. Чонгук, коловший поленья во дворе, торопливо поклонился вошедшей женщине. Заиметь проблемы, которые вполне могла устроить ему старуха за проявленную неучтивость, абсолютно не хотелось. Получив благосклонный кивок в ответ, парень незаметно перевёл дух и даже позволил себе немного расслабиться. Ведьма окинула цепким взглядом замершего парня и усмехнулась:       — Не подскажешь мне, милый, дома ли твой названный отец? У меня к нему есть одно дело.              Парень нахмурился, беспокойно оглянулся на дом, затем посмотрел за спину ведьмы. Возле их забора уже начинала собираться толпа любопытных. Ещё бы! Появление ведьмы накануне проведения ритуала могло означать лишь одно: жертва избрана, и она готова огласить её имя.        Его семья вышла из дома и остановилась перед ведьмой, почтительно замерев. Чонгук с болью в сердце посмотрел на побледневшие лица своих приёмных родителей, возле которых испуганно жались их дочери. И хотя девушки уже вошли в ту пору, когда их можно было сватать — старшей исполнилось восемнадцать, младшей шестнадцать — двадцатилетний Чонгук заранее был против изъявления воли ведьмы. Ну разве справедливо выбирать таких молоденьких девушек, которые только-только вступали во взрослую жизнь? Почему одной из них уготована столь страшная участь? Он в бессильной ярости сжал кулаки, зная, что ничего изменить не в силах. Устами ведьмы говорили духи, и с принятым решением никто спорить не осмелится.              — Долгих лет Вам, госпожа, — чуть дрожащим голосом произнёс хозяин дома и поклонился ведьме. Вслед за ним в поклоне согнулись и остальные домочадцы. — Какое дело привело Вас в наш дом?              — Ты знаешь какое, Пак Чхве, — проговорила ведьма, не сводя с того проницательного взгляда. — Духи назвали мне имя будущей жертвы.              Единый вздох пронёсся по собравшейся толпе и тут же затих, заполняя всё пространство звонкой напряжённой тишиной.              — Я готов выслушать Вас, госпожа, — твёрдо ответил мужчина, мужественно принимая страшную для их семьи новость. — Которой из моих дочерей предстоит пройти ритуал?              Ведьма нарочито медленно оглядела обеих девушек, что прижались к своему отцу, и отрицательно качнула головой:       — Духи не назвали мне имя ни одной из твоих дочерей, Пак Чхве.              Тот недоумевающе нахмурился на сказанное:       — Тогда я не совсем понимаю причину Вашего прихода в мой дом, госпожа.              — Причина, как я уже говорила — имя жертвы, — ведьма тяжёлым взглядом обвела толпу, что затаила дыхание в ожидании, и неожиданно ухмыльнулась, напугав всех ещё больше. — Будущая жертва — Чон Чонгук, мальчишка, которого ты воспитывал с малых лет как родного.              Удивлённый гул пронёсся в толпе, люди ошарашенно пялились на виновника происходящего. Чонгук потряс головой, ему же показалось, что ведьма только что назвала его имя? Да быть такого не может! Он же не девица, чтобы его назначили в жертву!              — Но такого никогда не было, госпожа, — выдвинулся немного вперёд Чхве, притягивая к себе в защитном жесте оторопевшего Чонгука.              — Это не моя прихоть, Пак Чхве. Так сказали духи или ты желаешь оспорить их повеление? — ведьма недобро прищурила глаза, в упор разглядывая мужчину.              Тот вздрогнул и поспешно отвёл взгляд, принимая своё поражение.              — Прости, Гук-и. Ты же понимаешь, что я не смогу тебе помочь, — прошептал он виновато и отступил, выпуская парня из своих рук.              Ведьма, больше ни говоря ни слова, пошла на выход, жестом поманив Чонгука за собой. Толпа беспрекословно расступилась, пропуская старую ведьму и её избранника, которого она уводила к себе для подготовки к ритуалу. Лишь спустя некоторое время, когда ведьма отошла на приличное расстояние, люди принялись оживлённо обсуждать случившееся. И хотя они сочувственно качали головами вслед Чонгуку, но в душе каждый из них радовался, что его дом минула эта страшная участь.              

***

             — Не трясись так, дом развалишь, — одёрнула парня ведьма, стоило им переступить порог её жилища.              Чонгук старается, очень, но всё равно не может сдержать нервную дрожь. Не каждый день, знаете ли, тебе говорят, что станешь ритуальной жертвой. Да и в доме самой ведьмы он вообще-то впервые, что тоже не добавляет уверенности.              — Сядь и не мельтеши перед глазами, — раздражённо цыкнула ему ведьма, занятая сбором всего необходимого для путешествия. — Пару часов на отдых и отправляемся, путь предстоит неблизкий.              Чонгук послушно опустился на деревянный стул и замер в испуге, лишний раз боясь привлечь внимание ведьмы. На колени к нему мягко запрыгнул большой упитанный кот. Гук напрягся ещё больше. Уж как-то слишком осмысленно смотрели на него огромные жёлтые глаза, изучающие его с явным любопытством.              — Хороший котик, — сделал попытку парень наладить контакт с животным. Потянулся, чтобы почесать мягкую шёрстку, но рука зависла в воздухе, так и не достигнув цели, напоровшись на презрительный взгляд чёрной бестии.              — Юнги, не пугай нашего мальчика. Ты же видишь, он и так не в себе, — вмешалась ведьма мимоходом, замечая встревоженный вид Чонгука.              Кот тихо что-то фыркнул, и Гук готов поклясться, что различил «какие нынче неженки пошли», но упрямо игнорирует услышанное. Коты не разговаривают, даже если это коты ведьмы. Просто он, наверное, совсем немножко сошёл с ума, раз ему уже такое начало мерещиться. Может, это и к лучшему? И ему не придётся в полной мере осознать те страдания, через которые вскоре предстоит пройти?       Чёрный кот, ещё немного погипнотизировав парня, удобно устроился на его коленях и, пригревшись, начал тихонько мурчать, отчего на душе Чонгука стало как-то спокойнее. Он даже позволил себе с интересом оглядеть таинственное жилище старой ведьмы, пока та увлечённо что-то ищет на своем огромном столе.        «А здесь уютно», — первое, что пришло на ум парню после беглого осмотра помещения. — «Просторно и чисто, в воздухе витает приятный аромат, мебели немного, но жилище не выглядит бедно». Множество пучков засушенных трав, что висят на балке под потолком, да стол, загромождённый книгами и непонятными предметами для ворожбы, единственное, что отличало дом ведьмы от любого другого из их деревни. Никаких тебе черепов и склянок с кровью, о чём так любили судачить сплетницы возле колодца. Гук даже осторожно присматривается к грозной хозяйке, но видит лишь пожилую женщину с красивыми чертами лица, что не смогло испортить даже время. Это наблюдение почему-то приносит успокоение в мятущуюся душу Чонгука, отчего он уже более осмысленно начинает воспринимать действительность.       Ведьма сразу уловила перемену в своем госте и незаметно улыбнулась краешком губ. Умный мальчик, быстро понял, что паника ничем делу не поможет. Прогулка к горам обещает быть приятной; гораздо лучше, чем в обществе полуобморочных девиц, безудержно рыдающих всю дорогу и строящих из себя жертв, словно их ведут на заклание, как безропотных овец. Беспросветные дуры, которым с детства вбивают в головы байки о жестокости дракона. Зато как они потом рассыпались в благодарностях, узнав, что на самом деле их ожидает. Пожалуй, в этот раз она не пойдёт к пещере вместе с ритуальной жертвой, интереснее будет дождаться Огненного у себя дома. А то, что он непременно навестит её, у ведьмы не было никаких сомнений. Женщина ухмыльнулась, представляя себе реакцию дракона на появление у своего порога весьма странного подношения. Давно она так не развлекалась…