Монстр ли?

       Я внутренне напряг тело и встал со стула. Первое впечатление не обмануло: сам факт его присутствия будто поглощал из воздуха все силы, а глаза смотрели как будто всюду и никуда одновременно. Быть может, он слеп?        — Ты не совсем прав. Это не мои глаза, — не сразу замеченная мной щёлка прямо на лбу существа открылась, и на меня взглянул уже настоящий глаз. С чёрной радужкой, голубым зрачком и таким же голубым белком. А затем Лунар поднял и обе руки, на которых аналогичные «веки» открывали ещё два ока. Да что ж мне везёт на всяких людей-нелюдей с нестандартным расположением органов… И тут до меня дошло. Он мои мысли прочитал?!        — Не стоит так паниковать. Да, я умею читать мысли, — Защитник слегка ухмыльнулся. — Но это не значит, что я желаю тебе зла. Я всего лишь пришёл поговорить.        — Поговорить? — слегка рыча осведомился я. — Я так полагаю, с Эмпресс ты в своё время тоже так «поговорил»?!        — Никто, кроме неё самой, не виновен в этом. Это было всего лишь предупреждение. Предупреждение о том, что не стоит беспокоить Луну.        Я не внял этим несомненно ложным словам и запустил в «гостя» стулом, с которого только что поднялся. Правда, тот не долетел. Лунный Лорд не двинулся, но табуретка застыла в воздухе и, жалостно хрустнув, разлетелась, будто её сжал невидимый кулак.        — Ты мне не веришь, — констатировал он, зевнув. — Я могу тебя убедить прекратить делать всё, что мешает ночному спокойствию. Но мне жуть как лень этим заниматься, поэтому, — Защитник пронзил меня взглядом своих настоящих глаз, и я понял, что не могу двигаться. Ярко-ярко голубые, почти белые зрачки гипнотизировали и вводили в состояние, близкое к трансу. А потом он сказал только: — Потеряй сознание. Я начал заваливаться назад, а в глазах потемнело. Последнее, что я услышал, это было:        — Башни, перенесите его ко мне. *От лица Сэм*        — Бликс? — я легонько толкнула ногой дверь комнатушки, в которой обычно обитал Демон. Надеюсь, он не запирался, а то мне с этим подносом в руках…        Дверь оказалась незаперта и легко поддалась пинку, открывшись и издав тихий скрип.        — Ох… — Арий лежал на столе и тихонько посапывал. — Так вымотался, бедный… А обещал не заснуть и дождаться, пока чай принесу. Вот зараза! — я как-то странно для себя усмехнулась, но всё же оставила поднос с дымящейся кружкой на столе. Вдруг проснётся, чёрт его знает. Всё же странный он… Странный, но такой притягательный…        Напоследок я легонько чмокнула его в лоб, прошептав «Сладких снов», и вышла из комнаты. *От лица Бликсера*        — Ох…        Голова-а-а… Нет, это уже издевательство какое-то! Я уже со счёту сбился, сколько раз за последнее время у меня настолько сильно раскалывалась эта несомненно важная часть тела. С трудом разлепив глаза (изображение любезно напомнило о том, что планета очень любит вращаться), я огляделся. Где это я?..        Пространство, в котором я находился, довольно сильно напоминало то самое место, где я встречался с Дарберой и Викитом. Что, снова? Хотя нет, сфокусировав зрение, я понял, что между этой комнатой и полусном нет почти ничего общего, кроме преобладающего иссиня-чёрного цвета. Я находился в огромном зале, свод которого подпирали огроменные колонны из неизвестного вещества, которые слегка светились голубоватым светом.        Так… Последнее, что я помню, это встречу с Лунным Защитником и обморок. Что он со мной сделал и куда перенёс — хрен его знает, но не убил, и на этом спасибо. Значит, на меня у него планы другие.        — О, очнулся наконец! — тонкий девичий голосок раздался позади меня.        — В этот раз долговато, — продолжил, казалось бы, тот же голос, но я нутром почувствовал, что говорящий не один.        — Обычно все просыпаются быстрее, — в третий раз раздался этот голос.        — Похоже, отец с ним перестарался, — на моём затылке сошлись четыре взгляда, принадлежащие кому-то, кто говорит абсолютно одинаково. Обернувшись, я узрел сидящих на небольшом диванчике и задумчиво смотрящих на меня четверых, почти одинаковых девушек. Правда, не обычных.        Их тела, волосы и одежда состояли из одного цвета на каждую: оранжевато-красный, ярко-бирюзовый, нежно-фиолетовый и голубой. На удивление, оттенки одних цветов не сливались между собой, а гармонично переплетались, позволяя увидеть каждую складочку платья и каждую чёрточку лица. Это не боги и тем более не люди, я даже не знаю, к какой расе они принадлежат! Хотя сёстры (а кто это ещё могли быть?) явно знали, кто я и зачем меня сюда привели, предпринимать ничего не собирались. Они сказали про какого-то отца… Неужели?..        — Позволь представиться. Флэйр, Колонна Вспышки, — оранжевые волосы.        — Вортекс, Колонна Вихря, — бирюзовые.        — Небула, Колонна Туманности, — фиолетовые.        — Стардаст, Колонна Звёздной Пыли, — голубые.        — Мы — Небесные Башни, — сказали они синхронно. — Как ты верно подумал, наш отец – это единственный Лунный Защитник или просто Лунар.        — Значит, вы тоже умеете мысли читать? — я нахмурился. Это проблема.        — Нет, увы, — хотя я ошибся. Их голоса всё же отличались, но настолько незначительно, что можно было услышать это только при их хоровой речи да и то с большим трудом. Не забываем, что слух у меня более чем отменный. — Просто этот вопрос был написан у тебя на лице.        — Зачем вы тут? — довольно резко спросил я.        — Это же очевидно. Нам поручено следить за тобой, чтобы ты никуда не делся, но если есть ещё вопросы, можешь задавать, отвечать нам не запрещали. Гарантии, что мы ответим честно или ответим, вообще нет, но верить или не верить нам — дело твоё.        — Тогда начнём игру в «Вопрос — ответ». Как вы так одновременно говорите? — мне просто жутко интересно сейчас именно это.        — Мы все близнецы и связаны между собой особой связью, при желании можем объединяться в единый организм.        — Как давно я тут нахожусь?        — Время в этом месте почти стоит на месте, тут вечная ночь. Одна секунда в том мире равна ста пятидесяти двум годам пребывания тут.        — Понятно… — это значит, что одна секунда тут равна двум… триллионным от земных?! То есть, если меня не грохнут, то моего отсутствия никто и не заметит. Прекрасно! Стоп. — То есть, я тут по вашей иннициативе?        — Нет, нам приказал отец, но перенесли сюда тебя именно мы, — ага, против меня конкретно они ничего не имеют.        — А кто ваша мать?        — На этот вопрос нет желания отвечать, — так же резко, как я недавно, ответили Башни. Ага, больная тема, да?        — Ладно… Тогда последний вопрос. Где сейчас Лунар и что он хочет от меня?        — Это два вопроса, — четыре лёгких смешка, слившись в один, проскочили в возудхе. — Ответа на последний мы не знаем, а на первый… Он сейчас у себя в тронном зале отдыхает.        Ещё один тронный зал… Уже третий за последние два дня. Во времени вроде не переносился, а как будто в средние века попал. Ну ладно, вообще не о том думаю, если честно.        — А…        — И да, пока он сам не соизволит прийти сюда, мы тебя не выпустим, — опередили уже третий «последний вопрос» Башни. — А сейчас…        Девушки исчезли с диванчика и я почувствовал, как сзади меня оплели лёгкие и тонкие девичьи руки. Прямо в ухо мне прошептали четыре голоса:        — Может…        —…слегка…        —…скрасим…        —…ожидание?        Я дёрнулся, но меня как будто сковали толстенными стальными цепями — сестрички обладали поистине нечеловеческой силой для своей комплекции. Оно, конечно, и не очень удивительно, ведь дочери Лунного Лорда не могли быть настолько просты.        — Какого… вы со мной делать собрались?!        — Ты нам интересен с биологической точки зрения, — я не увидел, но будто почувствовал как Башни слегка улыбнулись. — Не человек, не зверь, не бог. Но в тебе есть и человеческое, и звериное, и божье. Кто же ты?        — Серый Демон, — дверь в зал распахнулась, слегка скрипнув, впуская Лунара. Узрев живописную картину, которую устроили его дочки, Защитник поморщился. — Башни, отойдите.        — Ну отец… — плаксиво заканючила Флэйр.        — Прочь! — рявкнул он, и сестёр отшвырнуло в разные стороны невидимой силой. Ну хоть на этом спасибо. Лорд пронзительно поглядел на меня своим глазом во лбу и кивнул в сторону входа. Мне кажется или я уловил в этом взгляде толику сочувствия?.. — За мной.        Противиться или делать что-то ещё смысла не было: он хозяин этого измерения и гораздо сильнее меня, а значит, сопротивление эквивалентно смертному приговору. Да и оставаться с этими четырьмя бестиями… Брр! Ух, ничего себе!        Выйдя из одного зала, который уже сначала показался мне огромным, я попал в другой, но этот был раз в десять (если не двадцать) больше предыдущего. Во главе его стоял трон, непонятно зачем, правда, ведь Лорд и Башни, судя по всему, единственные обитатели этого места. А посреди зала величественно покоился большой дубовый стол с двумя креслицами, очень уж выделявшийся среди необычной расцветки всего этого места. Вместо потолка и стены за троном сияло ночное небо с огромной и неестественной луной. Как там это говорится, комплексы на основе размеров?..        Бздынь! За подобные мысли мне быстро прилетел подзатыльник хрен пойми чем.        — Ау!        — Думать можешь всё, что хочешь, только не про меня и не при мне, — Лунный Лорд даже не шелохнулся, но я углядел, как приподнялись уголки его рта.        — А…        — Слушай, мне надоела официальщина. Присядем и поговорим, как цивилизованный народ. Ты не против?        — Н-нет, не против, — я медленно и слегка неуверенно опустился на креслице, напротив меня сел мой собеседник и тюремщик в одном лице.        — У тебя есть вопросы, так?        — Однозначно есть.        — Можешь задавать всё, что хочешь. Я отвечу, но, в отличие от моих дочерей, клянусь кровью, что буду говорить только правду, — клятва кровью? Вот теперь я начал доверять этому существу. Нарушивший эту клятву умрёт медленной и мучительной смертью, ибо с раскалённой магмой вместо крови никто не живёт. Можете сказать, что это бред, да вот в истории имелись неприятные прецеденты… Жуткое это зрелище.        — Ладно… Зачем я нужен тебе?        — Мне всего лишь нужно спокойствие. Ты для чего-то собираешь Семь Смертных Грехов, а это материя очень опасная и очень негативно действующая на психический фон. Грубо говоря, имея при себе хотя бы несколько кристаллизаций таких Грехов, ты создаёшь вокруг радиуса, где они находятся, поле, внутри которого такие эмоции и чувства, как гнев, зависть, жадность, лень, чревоугодие, гордость и похоть увеличиваются до невообразимых масштабов. Я видел, что они находятся у тебя в комнате, пускай спрятанные, но для них физические преграды не проблема. Ты элементарно можешь разрушить свой город из-за твоих прихотей, так что я хочу убедить тебя уничтожить их. И ещё… я не хочу возможного повторения событий, о которых не знает никто, кроме меня.        — Кто ты такой и какие у тебя силы?        — Первый, последний и единственный из чистокровных небесных существ. И могу я очень многое: чтение мыслей, искривление пространства, создание карманных миров, бессмертие, перемещение во времени себя и прочих объектов. Перечислять весь список?        — Спасибо, пожалуй откажусь, — он могущественее многих богов, но им не является. Откуда же у него такие силы? Кто же он всё-таки?..        — Если быть проще, меня почти всегда звали просто Лунаром. А сейчас люди, боги, эльфы, русалки, сирены, друиды, тёмные, феи, демоны и все прочие зовут меня потерянным Богом Лунной Ночи.        — Б-бог Лунной Ночи?! — я выпал в осадок. Бог Лунной Ночи — один из двух богов, ушедших из пантеона по собственной воле. Второй была наставница Монамон, создавшая, обучившая и назначившая на должности всех ныне существующих богов. — Исчезнувший в никуда, тот, о ком не было ни одного слуха последние тысячи лет. Так значит, это ты?        — Да, — Лорд усмехнулся. Правда, с его клыками эта усмешка больше походила на оскал. — И, так понимаю, ты хочешь узнать, почему я ушёл?        — Есть такое, — всё не могу привыкнуть к его чтению мыслей!        — Ну, как сказать… Я ушёл из-за Эмпресс. Странно слышать, что бога на уход из пантеона сподвигла тогдашняя королева фей. Сейчас-то об этой расе уже и в помине не услышишь, так как её представителей осталось очень мало и скрываются они весьма и весьма тщательно. Мы любили друг друга. Я любил её больше всего мира. Она была моим солнцем в вечной, пускай и подлунной, ночи. Но случилось страшное. Вернее сказать, я не дал этому случиться. Извини, но… я не могу рассказать об этом. Не потому, что не хочу, а потому что это может нарушить ход истории.        Он не врёт. Это… поражает.        — Ты сказал, что можешь искривлять время и переносится в нём, так? Почему ты не можешь просто посмотреть в будущем, что я не желаю зла миру?        — Ты прав, я могу переноситься во времени. Но там такое количество вариантов возможного будущего, что это ужасно долгое дело, плюс забирающее много сил, да и плюс, услышав будущее и ведущие к нему события, ты можешь захотеть его изменить, а такого нельзя допустить. Проще говоря, мне просто лень этим заниматься, да и головной боли можно потом не обобраться. Так что теперь вопрос задам я. Итак, что же ты хочешь сделать или какое желание загадать, когда соберёшь все Семь Грехов у себя?        — Я хочу только одного, и это восстановить Священное Древо. Оно уникально, создать такое же почти невозможно. А если и получится, то чтобы набрать хоть какую-то вменяемую силу, потребуется не одна тысяча лет. Моя сестра уничтожила прежнюю Ель под корень, оставив только пыль, а я никак не смог её остановить. Я мог бы пожелать всего, мог бы стать богом, уничтожить их, получить вечную жизнь и перечислять так можно до бесконечности. Но я хочу только этого, несмотря на все возможные риски.        — Хм… — Лунар задумчиво хмыкнул, поглаживая подбородок. — Можешь дать мне немного времени на раздумья? Сложно принять решение о чём-либо таком сразу.        — Я не против. Ведь время тут практически стоит на месте, так ведь?        — Разболтали всё-таки, чертовки, — он криво ухмыльнулся. — Знаешь, а я ведь и их люблю всей душой. Правда, показать и выразить этого я не могу, такова моя горькая участь.        — Ещё вопрос? — я приподнял бровь и посмотрел на него.        — Почему бы и нет?        — Кто их мать?        — Очевидные вопросы ты задаёшь.        — Я хочу убедиться.        — Очевидно, что их мать – это Эмпресс. В них половина крови феи и половина небесного существа, они действительно сильны и вчетвером даже могут мне противостоять, но я слишком хорошо знаю все их слабости, да и напасть на меня они никогда не смогут, хотя из-за этой моей маски, которую ты уже успел наблюдать, они меня любящим отцом точно не считают, так что порой такие мысли им в голову закрадываются.        — Клятва или их держит что-то другое?        — Нет, их держит простая совесть. Но их объединённое заклинание, самое мощное, которое они могут создать, поражает даже меня. Скрытый в тумане огненный вихрь падающих звёзд, действительно разрушительная магия. А сейчас можешь немного не отвлекать меня?        — Хорошо, без проблем.        — А, да, — воздух справа от Лунного Лорда исказился, будто открывая портал, и он достал из него ту самую гитару, что была подарком от Ди. — Сыграешь чего-нибудь?        — Какого?..        — Я ведь сказал, что могу искажать пространство, не так ли? — он передал мне этот прекрасный инструмент, который будто потеплел, оказавшись в моих руках. Я слегка задумался, что я буду играть, перебрал струны и тихо, чтобы не мешать принятию решения Лунара, начал:        Ход парусам        Где та одинокая русалка и там        Видел, как догорала по глазам        Ты знал, для чего на дне коралловые замки        Это дабы уберечь её, но        Сердце ещё бьёт, хотя давно обречено        И целый океан в её руках, но для чего        Ей все мало-мало-мало в этом нету ничего        Ничего, хоть даже капельки родного        Разочарование одно и выплыть не дано        И найдёт в этом свой конец или в другом        Везде тюрьма        Одно и то же ей дворец или дурдом        И до боли ненавистный океан        И не желает отпускать никак тоска        Смотрит на закат со скал        И верит, что когда-то её выбросит на берег        Если море волнуется, значит она ещё верит        И море волнуется два, и русалка всё ищет свой берег        Но как не крути, море волнуется три, и не важно кем быть        И рожденные ползать, плавать, летать, плевать        Хоть как научите ходить        Если море волнуется, значит она ещё верит        И море волнуется два, и русалка всё ищет свой берег        Но как не крути, море волнуется три, и так просто забыть        Что рожденные ползать, плавать, летать, плевать        Никак не могут ходить        Удача — это навык, и влюбленный и пленённый капитан        За розою ветров, от огромных берегов до Окинавы        И что прячут эти тайны океана        И опять поднимая якоря        И мечтая покорить себе моря        Что ушел по воде навсегда, всем сказал бы        А сам — на дно, но        На дно к своей русалке        Но не понимает, что даже если всё-таки умрёт        Она мечтает то ли покорить        Хотя бы метр земли        И заметно, что ей это море ну не более чем клетка        И оставить в глубинах покоящих        Дно и в пучинах дворцы и сокровища        Всё, готова океан позабыть        Только научите ходить, а?        Если море волнуется, значит она ещё верит        И море волнуется два, и русалка всё ищет свой берег        Но как не крути, море волнуется три, и не важно кем быть        И рожденные ползать, плавать, летать, плевать        Хоть как научите ходить        Если море волнуется, значит она ещё верит        И море волнуется два, и русалка всё ищет свой берег        Но как не крути, море волнуется три, и так просто забыть        Что рожденные ползать, плавать, летать, плевать        Никак не могут ходить        Я тронул струны последний раз и с лёгким вопросом взглянул на моего собеседника.        — Красиво, ничего не скажешь. Песня ведь о какой-то из русалок?        — Да. Песня, кстати, собственного написания. Как-то раз услышал историю о странной то ли русалке, то ли сирене, что полюбила земного человека…        — На четверть сирена и на три четверти русалка, — констатировал он. — Я знаю эту историю и, больше скажу, видел её лично, но это было так давно… Уже даже и не вспомню. Но точно помню, что вместе они не смогли быть.        — Кто знает? Человек от отчаяния, что не может быть вместе с любимой, бросился в море со скал, но утонул он или нет – неизвестно. Быть может, наш бог моря и бури сжалился над ним и превратил в русала.        — Дейтерий? Он мог, вполне мог, так как хоть на вид и выглядит грозным, на деле у него очень мягкая и добрая душа. Тело этого несчастного ведь не нашли, да?        — Этого в легенде не говорится. Но вряд ли она существовала, если бы его нашли, ведь утопленники-самоубийцы — не редкость, а вот утопленники, исчезающие в никуда, вряд ли встречаются часто.        — Ладно, это всё прекрасно, но решение я принял.        — И какое же?        — Назову, если ты согласишься пойти со мной. Хочу показать тебе кое-что.        — И что же?        — Увидишь. Согласен?        — А у меня есть выбор? — хмыкнул я.        — Нет, — Лорд снова оскалился. — Давай руку.        Это зачем? Ну, не принципиально. Я протянул руку Лунару, он быстро перехватил её и нарисовал странный символ на её тыльной стороне. Затем он раскрыл глаза на лбу и руках, быстро прошептал «Перемещение», и мои глаза ослепила яркая вспышка.        Прошла минута. Или больше? А может десятки лет пролетели мимо?        — Можешь открывать глаза, мы на месте, — слегка мрачно позвал он. Я с трудом раскрыл зрительные органы, и мне предстала страшная картина.        Земля под ногами трескалась и истекала лавой. То тут, то там вспыхивали кострищами остатки всего, что могло гореть, а с неба сыпались метеориты, оставляя огромные кратеры.        — Где это мы? — нервно задал вопрос я.        — Не узнаёшь свою родную планету? Это то, о чём я говорил тебе. Катастрофа, которую в текущем времени я смог предотвратить.        Внезапно, в небе появилась вспышка света, резанувшая по глазам. Присмотревшись, я понял, что так сияет полупрозрачная сфера, внутри которой было чьё-то тело. Спустившись на расстояние примерно десяти метров от раскалённой почвы, шар развеялся, выпуская из себя безвольное тело Императрицы Света, которое сразу начало падать.        — Эмпресс! — попытка позвать не увенчалась успехом.        — Сейчас мы нематериальные наблюдатели. Было бы иначе — тебя бы уже расплавило, так что хватит надрываться, она тебя не услышит, — в вечно спокойном голосе Лунного Лорда явно читалась печаль. — Да и не жива она уже.        Едва тело королевы фей коснулось земли, оно моментально рассыпалось пеплом.        — Конец был почти всегда именно таким. Это и есть сила Семи Смертных Грехов.        — То есть Эмпресс тоже пыталась?..        — Да, и у неё даже почти получилось, смогла собрать пять из них. Но она не смогла с ними справится. Они поглотили её, и результат ты сейчас видел. Ладно, пора возвращаться. Закрой глаза снова.        Я подчинился и снова ощутил это странное чувство, по видимому, перемещения сознания во времени. И действительно, мне не показалось: вокруг меня и вправду чувствовались потоки чистого времени, лившегося рекой, но увидеть я ничего не мог, ибо в этом пространстве я не мог даже раскрыть глаза.        — Вернулись, — констатировал он.        — Теперь я понимаю откуда взялось это твоё беспокойство. И… прошу меня извинить за мои мысли. Ты оказался далеко не тем безжалостным палачом, о котором мне рассказала Эмпресс.        — Это не правда, такой я и есть на самом деле. Просто я скрываю это всё, и жестокость очень слабо проявляется во мне, только если я этого не хочу. Так что я не держу обиду. После перемещения я потратил много сил, так что подожди пожалуйста.        Я сначала не въехал. Подождать чего? Лорд вздохнул.        — Ты тут остаёшься или возвращаешься в своё тело?        — А я разве…        — Да не тело это у тебя, подобие, не больше. Настоящий ты сейчас спишь лежишь на своём столе, — а-а-а, да? Поня-я-ятно…        — Возвращаюсь конечно. Лунар, можно задать ещё один вопрос?        — Конечно можно, — судя по тому, как он помрачнел, что за вопрос, ему уже известно.        — Неужели нельзя было обойтись каким-то иным методом? Неужели надо было почти дойти до убийства? Зачем тебе нужен был именно такой исход?        — Я любил её.        — Тогда зачем?!        — Ты не можешь этого понять, — он горько рассмеялся. — Ты видел какую катастрофу я предотвратил. И финалом этой катастрофы всегда была её смерть. Она много раз рассыпалась пеплом прямо в моих руках. Я снова и снова видел и переживал это, всё чтобы найти ту самую ниточку, от которой происходило всё это. Из двух зол мой выбор пал на большее для меня и меньшее для всего мира, и это далось мне с большим трудом. Я почти убил Эмпресс и заставил её возненавидеть меня. Это было больно. Больно, но не смертельно, я смог. Смог создать тот мир, который продолжил своё существование, не прибегая к самому очевидному варианту устранения проблемы, ведь я не хотел смертей.        — Я всё ещё понимаю плохо… — мысли переплелись и спутались в тугой комок, распутать который пока что возможным не представлялось.        — Ты и не поймёшь, — повторил Лунный Лорд, повернулся ко мне спиной и взглянул на вечную огромную луну. Внезапно он обратился ко мне: — Бликсер Арий, ты знаешь, почему меня зовут именно Лунным Защитником?        — И… почему же? — к чему этот вопрос?        — Ночь без луны была бы тёмной, но и ночь без солнца тоже. А всё потому, что луна лишь отражает солнечный свет. Защищая луну, я защищаю и солнце, защищаю её. Мы связаны навечно. Пусть она этого не знает, пусть она ненавидит меня, но я хочу, чтобы всё осталось так, как есть сейчас. И моя просьба к тебе — не рассказывать ей о всём том, что ты сейчас услышал.        — И какой же у меня предлог? — шутливо осведомился я, хотя рассказывать что-то у меня и в мыслях не было. Неожиданно для меня, Лунар поднял обе руки.        — Приори кристаллием, Лень, — в одной руке начал медленно формироваться серый осколок кристалла. — Приори кристаллием, Похоть, — в другой началось формирование такого же, но розового кристалла. Когда их создание завершилось, Защитник через плечо кинул мне их и я без труда поймал пару кристаллизованных Грехов. — Я не могу дать больше, ибо в этом измерении в последнее время не проявлялись ни Зависть, ни Чревоугодие, ни Жадность.        — Секундочку, Лень-то понятно откуда, а Похоть?        — Кхм, как тебе сказать, — Лорд слегка закашлялся. — Если бы не моё своевременное появление, Флэйр, Вортекс, Небула и Стардаст бы загробастали тебя для весьма интимных целей… — я закашлялся вслед за Защитником. — В общем говоря, не об этом речь шла. Я уже восстановил силы, ты готов?        — Всегда готов.        Глаз во лбу Лунара открылся и посмотрел на меня, будто пронизывая тело и смотря сразу в душу.        — Напоследок, попрошу тебя только об одном. Будь для Эмпресс хорошим другом, — а затем я снова почувствовал, что падаю.        Падаю в знакомое чёрное пространство, где меня тут же обнимает тёплая тьма.        — Спи Бликсер, за эти дни ты сильно вымотался, — Темнота мягко улыбулась через дымку, скрывающую её лицо.        — Подари мне сон, пожалуйста.        — Хорошо…