Красавец и (не)чудовище

      Драко провел ладонью по крышке фортепьяно, оставляя на ней свой пыльный отпечаток. От затхлости в поместье его замутило. Подойдя к занавешенному старыми портьерами окну, он со всей силы дернул за ручку, стараясь открыть неподдающиеся заржавевшие створки. Все это время Северус пустым взглядом смотрел в стену. Малфой молчал, не зная, что сказать, хотя ему очень хотелось поговорить со Снейпом. В голове крутилось столько мыслей разом… Драко посмотрел в окно. На небе зияла полная луна. Когда-то Нарцисса рассказывала ему, что полная луна — символ цельности и совершенства. В мифах луна часто подразумевала собой бессмертие, а в Риме, например, за луной по пятам следовало безумие. Малфой в последний раз кинул взгляд на луну и отвернулся от окна. Он собрался с мыслями и наконец спросил:       — Северус Снейп. Фамилия матери или отца?       — Матери, — тут же бесстрастно ответили часы.       — А по отцу, значит…       — Северус Тобиас Принц, — оборвал его Северус.       Против воли Драко скривился. Стрелка на циферблате Снейпа резко и рвано дергалась вперед, отсчитывая секунды.       — Я совсем запутался, — Драко в бессилии опустился на потертое кресло, которое стояло чуть дальше него. Снейп не сдвинулся с места, только постоянно виновато заглядывал ему в глаза.       — Все действительно слишком запуталось, и чем дальше, тем хуже. Но, Драко… — голос Северуса был непривычно мягок, — я отвечу на любой твой вопрос. Я хочу, чтобы ты верил мне.       — Хмурый высокий мужчина с низким голосом, всегда приходящий на ланчи с maman и не пропустивший ни одно Рождество в мэноре, лучший крестный, который всегда первым делом обнимал меня, наплевав на чопорные правила этикета… И озлобленный профессор, невзлюбивший меня с первого взгляда. Совершенно разные люди оказываются одним и тем же человеком. Но это даже не самое страшное, — с отчаянием сказал Драко, подскакивая со своего места и заметавшись по комнате, — самое страшное то, что семь лет назад ты бесследно исчез! Ты обещал быть рядом, а потом просто испарился из моей жизни!       Дикими глазами Малфой вперился в Северуса. Тот исступленно сохранял тишину.       — Почему, крестный? — в конце концов спросил юноша. Он замер, ожидая ответа, как приговора.       — Потому что я был нужнее Гарри, — отрезал Снейп, — и я должен был искупить свои ошибки. Это история тянется дольше, чем ты себе представляешь, Драко. Хотя, я думаю, ты догадываешься, что происходит с королевством. Тебе будет легко связать все факты воедино.       — Неужели ты имеешь в виду?.. — ошарашенно спросил Малфой. Он покачнулся и облокотился о стену, чтобы не потерять равновесие.       — Все всегда начинается с малого, — Снейп запрыгнул на стол, подбираясь поближе к крестнику, — так что я ничего не заподозрил, когда твой отец пригласил меня, Принца-полукровку, в некое тайное общество. В то время вообще была огромная мода на такие общества, это считалось неким подтверждением твоего высоко происхождения и твоих высоких нравственных идеалов. Сначала мы обсуждали политику — критиковали билли, законы, писали петиции и в целом составляли свой политический курс. Иногда мы обсуждали культуру, проходящие приемы в Лондоне или просто обсуждали новости. Твой отец всегда чувствовал себя там как рыба в воде. Люциус — блестящий политик, именно он задавал курс нашим дискуссиям и всегда невидимо контролировал все, что говорится на собрании. Но, кажется, даже он удивился, когда впервые прозвучала мысль о том, что монархия в стране слишком слаба. Ты помнишь, кто на тот момент был на престоле?       — Только взошел Джеймс Поттер, сын Флимонта Поттера. Что ж, не могу не согласится, что он был очень легкомысленным, — вставил между делом Драко, за что получил скептичную ухмылку Северуса.       — Говоришь точь-в-точь, как отец, — объяснил Снейп, а затем продолжил: — Тогда в обществе появились первые радикальные мысли. С каждым днем настроения становились все более неустойчивыми. Люциус пытался пресекать мысли о терроре или кровавых революциях, но затем он вдруг изменился. Теперь именно он громче всех критиковал монархию и призывал к решительным действиям. А затем и вовсе в обществе равных появился лидер. Холодный, безжалостный, о нем ходило множество самых пренеприятнейших слухов…       Пальцы Драко вцепились в край рубашки. Его лицо ужесточилось, и сквозь зубы юноша выдавил:       — Реддл…       Снейп кивнул.       — Я перестал посещать собрания почти сразу же, хотя официально общество так и не покинул.       — Но разве тогда ты не лишился покровительства других аристократов?       — Лишился, но меня это не волновало. Моя мама была простой крестьянкой, я вырос в ветхом домике около ручья, часто недоедал и, конечно, не обучался наукам. В мои пятнадцать мама скончалась от лихорадки, а я все это время, пока она страдала и медленно сгорала, не мог сделать ничего, — глухой звук идущей стрелки выдавал эмоции Северуса. Он был зол. Зол на собственное бессилие. — Врачи, те, которых мы могли себе позволить, пускали ей кровь. Стоит ли говорить, что эти врачи были тупыми идиотами? После этого меня забрал мой отец, которому мать успела послать письмо.       Часы вздохнули. Голос Снейпа стал еле слышим.       — Все эти годы у меня перед глазами стоит ее лицо. Каждый раз, когда я закрываю глаза, Драко. В тот год, который я провел в обществе, ее образ был особенно навязчив, он не отпускал меня ни на минуту. Я ел из золота, посещал изысканные приемы и выпивал столько шампанского, сколько не выпивал за всю свою жизнь. Пытаясь быть аристократом, я отрекся от собственных принципов в пользу лицемерного высшего света. И знаешь что самое ужасное? Не только перед своей матерью я виноват.       Драко вспомнил тот роковой вечер в поместье, когда он случайно подслушал разговор Альбуса и Северуса.       — Лили… — вырвалось у него.       Снейп поперхнулся воздухом.       — Откуда ты знаешь это имя?       — Я подслушал ваш разговор с Дамблдором, когда крался на встречу с Гарри, — честно признался Малфой.       — В любом случае, — многозначительно сказал Снейп, — ты не знаешь главного. Лили была матерью Гарольда. И она погибла из-за того, что я не смог ее защитить.       — Но что вы могли сделать?       — Я обещал защитить ее. Не важно, как и какой ценой. Но вместо этого…       Северус застыл и прислушался. Драко побледнел и кинулся к окну, боясь увидеть того, о чем подумал. Вдали виднелся огонь. Куча огней, которые почти сливались друг с другом, образуя кровавое зарево в ночной мгле, дрожали и приближались к поместью. Испуганный, Малфой резко дернул портьеры, и комната вновь оказалась в темноте.       — Что нам делать? — громко спросил он.       Снейп соскочил со стола и кинулся к выходу, приказывая следовать за ним. Вместе они оказались в конюшнях, где стояла один-единственный конь. Не задавая лишних вопросов, Драко подхватил часы и запрыгнул на скакуна. Тот стремительно рванул в сторону лесной чащи, перескакивая через ограду. В последний раз Малфой кинул взгляд в сторону приближающихся людей, и свет сотни факелов отразился в его глазах.

***

      Реддл поднял факел выше и крикнул:       — Мы не позволим чудовищу нападать на наши дома!       Толпа за ним взревела, руки с оружиями взметнулись в воздух и их громкий ответ развеял тишину леса.       — Не позволим!       Довольный десница оскалил белые острые зубы, но никто этого увидеть не мог. Он дернул за поводья, из-за его конь встал на дыбы и громко заржал.       — Мы убьем это ужасное чудовище!       — Убьем! — тут же ответила толпа еще громче.       Нарцисса со страхом оглядела толпы людей, аристократов, которые обнажили мечи и, обезумев, двигались в сторону скрытого лесом замка. Она успокаивающе провела рукой по шее своей лошади, которая взволнованно следовала за людьми. Ее муж был где-то впереди, в первых рядах и громче всех поддакивал Реддлу. Против воли она скривилась.       — Да, в лесу есть монстр, но, боюсь, он теперь не один.       С пальцев Реддла срывались красные искры, которые, покружив в медленном танце, дурманили головы людей. Они бездумно сжимали поводья и размахивали оружием, даже не замечая обмана. Люциус неясным взглядом вперился в непротоптанную дорогу к поместью — они были близко. Луна освещала их путь, ведя прямо к кованным воротам, за которыми таился монстр. Над макушками деревьев угрожающе возвышались острые шпили башен.       — Двигаемся вперед! — приказал Реддл. — Убивайте всех, кого видите! Но монстр МОЙ!       С визгом двери в замок распахнулись. Перед глазами толпы оказался темный и пустой холл. Они медленно вошли, освещая комнату факелами и рассматривая обстановку. И когда они в смятении разошлись по разным сторонам, двери захлопнулись.       — Защищайте поместье! — воскликнула Гермиона, и вся мебель накинулась на нежданных гостей.       Послышался лязг мечей и глухие звуки ударов. Реддл с невиданным равнодушием проскользнул через весь холл и направился вверх по лестнице. Напоследок он оглянулся, и его глаза на секунду вспыхнули красным огнем, а лицо исказилось.       — Последняя битва. Кто же победит, мой некоронованный принц? Нам следует встретиться как можно скорее, чтобы узнать это.       Послышались первые раскаты грома.