Защищая тебя

      Пустующая каморка встретила своих хозяев тишиной и пылью, словно обиженная жёнушка, которая дуется на долгое отсутствие мужа. Дверь противно заскрипела в темноте, пропуская Данте домой. Полудемон еле стоял на ногах, когда зашёл в дом, казалось, что он упадёт прямо сейчас, но упёртость и крохи сознания не позволяли этого сделать. Младенец на руках спал спокойным сном, совсем не чувствуя усталость и раздражение родителя, что было на руку сыну Спарды: он не знает, что сделал бы, если бы снова услышал детский плач.       Уже совсем ничего не соображая, Данте прикрыл дверь, и прошёл в глубь комнаты, словно что-то ища. Его взгляд скользил по пыльным полкам, разобранному дивану, по столу, заваленным всяким мусором и остановился на старом шкафу. Шаркая тяжёлыми ботинками, парень подошёл к дверцам и открыл их: шкаф мало чем отличался от обычного: на верхних полках хранилось постельное бельё, на средних одежда, а на нижних расположились тряпки и запасное одеяло. Данте потянулся одной рукой к одеялу и забрал его. Не закрывая дверь, он отошёл от шкафа и направился в спальню.       В комнате парень вынул младенца из плаща, чем снова вызвал недовольный плач, но полудемон уже не обращал на это внимание. Скорее на автомате, чем осознано, он укутал ребёнка в одеяло и положил на кровать, сам Данте после снял штаны и с надеждой посмотрел на гнездо из подушек и одеял: неплохо было бы сходить в душ, но он слишком давно мечтал о нормальном сне, так что мойка немного подождёт, хотя бы пару часиков. Взгляд снова упал на ребёнка, тот недовольно махал руками и грозился разразиться новым плачем, и Данте уже готов начать молиться хоть кому-нибудь ради нескольких часов спокойного сна, но вместо этого полудемон аккуратно лёг на кровать, прижимая младенца к себе. - Тихо, малой, тихо, давай поспим, хотя бы немного.       Казалось, ребёнок действительно решил пожалеть отца и не стал устраивать новый концерт с износом ушей, а может он и продолжил орать, Данте не знал, ибо как только он закрыл глаза, весь мир исчез, оставляя младшего сына Спарды долгожданной темноте. - Верджи, пошли гулять!       Данте тянет брата за рукав, совсем не обращая внимание на недовольство последнего. Вергилий хмурит брови и недовольным, совсем ещё не хриплым, голосом просит Данте оставить его в покое: - Уйди, Данте, я читаю. - Ты всегда читаешь, а надо погулять!       Данте вырвало из сна колющее ощущение в руке. После того, как парень с трудом открыл глаза, первое, что он увидел, было одеяло, в котором был младенец. По крайней мере, должен был быть, но всё что увидел сын Спарды - комок ткани, а сам ребёнок в поле зрения не наблюдался. От нарастающей паники Данте спасло неприятное чувство в руке, словно её кто-то грыз. Полудемон повернул голову вниз, и недовольно нахмурился: ребёнок, снова обратившись в демона, грыз его пальцы на левой руке. Конечно, по сравнению с тем, что Данте приходилось переживать во время боёв с другими демонами, это цветочки, но подобные действия сильно напрягали. Хотя бы потому что парень не знал, норма это или нет. - Эй, - обратился Данте к демонёнку, - и долго ты будешь меня есть?       Ребёнок, наконец оторвавшись от трапезы, запищал, и как показалось полудемону, вполне довольно, от чего парень вздрогнул. Демонёнок весь был в отцовской крови, испачкав в ней не только лицо, но и волосы, руки и простыни. Смешавшись со старой засохшей кровью, она накладывала новый слой, делая зрелище ещё кошмарней. На лице маленького создания была довольная улыбка, и он потянулся к лицу Данте. Сейчас полудемон решил себя пересилить, и остался лежать неподвижно, ему было интересно, что произойдёт на этот раз. Он уже понял, что демонёнок не видит в нём угрозы, но понять, на что он способен, стоило. Вместо этого Данте начал изучать его вид: его броня, которая казалась в темноте чёрной, имела тёмно-синий оттенок на руках, голове, и немного на груди, середину маленького туловища было сложно различить, из-за крови отца, а за спиной были два фантомных голубых крыла, которые помогали демонёнку передвигаться. Данте готов поклясться, что если бы не вся эта кровавая картина, то он бы не оторвал взгляд от крыльев сына.       От подобных мыслей полудемон вздрогнул и зажмурился: он не успел всё обдумать как следует, и тот факт, что из него буквально вчера вылез ребёнок, заставлял в неверии мотать головой. Тем временем малыш уже дополз до Данте и внимательно его осматривал, словно видя что-то непонятное и великолепное. Полудемон расслабил брови, но всё также продолжал следить за ребёнком. Теперь его взгляд был прикован к маленькой голове, на которой "красовались" изогнутые рога, словно защищая голову от возможных ударов. Казалось, что они сделаны из застывших перьев, как и голубые крылья, но Данте знал, что это обманчивое впечатление. Маленькие жёлтые огни смотрели прямо в глаза парня, словно он нашёл там отражение другого мира. - Так, всё, - не выдержал Данте, - потом поиграем в гляделки, пора в душ.       Только сейчас, когда полудемон окончательно проснулся, он понял, насколько же ему нужно в душ: даже лёжа на относительно чистых простынях, он чувствовал, как пот, копившийся столько месяцев, смешался с грязью подвала, а отросшие волосы висели кольями на голове, разве что чудом ещё не стоя с помощью грязи. Тем не менее, желание поспать ещё отгоняется не только потребностью в душе. Данте кажется, будто его успели отбить как отбивную: всё тело ломило, голова гудела, а боль в нижней части тела так и не исчезла.       Сын Спарды взял демонёнка на руки, и, придерживая его в лежачем состоянии, спустился в гостиную. Голова гудела, а рука болела и продолжала кровоточить, но Данте старался не обращать на это внимание: и не такие царапины на нём заживали. Тем не менее, ребёнок не собирался смирно сидеть на руках, и вертелся, осматривая всё вокруг, раздражая парня ещё сильнее. Он недовольно посмотрел на сына, и тот, будто уловив настроение отца, перестал елозить. - Ну хоть тут мы друг друга поняли, - устало сказал Данте, снова подходя к шкафу.       Смотря в полностью распахнутый шкаф, парень пустыми глазами искал хоть что-то, отдалённо напоминающее пелёнки. Первой мыслью в голове было взять простынь или пододеяльник, но Данте снова перевёл взгляд на руки, причём не совсем на свои: маленькие демонические коготки казались достаточно острыми, чтобы расправиться с несчастной тканью, с другой стороны, неизвестно, когда он обратится снова, и демоническая оболочка уже не будет его греть. - Ладно, рискнём, - сказал сын Спарды и взял первую попавшуюся простынь, а затем два полотенца, бельё и что-то напоминающее домашние штаны.       Кровь запачкала бельё и Данте тихо выругался. По какой-то причине рана не перестала кровоточить, что напрягало парня, как и боль в районе живота. Сколько он проспал? Несколько часов точно, и это не говоря уже о том времени, когда живот был вспорот. Регенерация пошла по пизде, и это пугало, равно как и всё то, что происходило с его телом. Сын Спарды решил разобраться с этим чуть позже, а пока нужно прийти в себя. Поудобней устроив демонёнка на руках, Данте направился в ванну, оставляя за собой маленький кровавый след.       Когда ванна набралась, а комната наполнилась клубами пара, полудемон устало и блаженно вздохнул - он слишком скучал по этой душной чистоте. Отмыть демонёнка оказалось не такой простой задачей, как рассчитывал Данте: мало того, что малыш не хотел лезть в ванну даже на руках отца, так ещё и постоянно брызгался! Но спустя несколько минут, он привык к странному чувству, и относительно спокойно сидел на коленях Данте. Парень слегка нахмурился, когда засохшая кровь начала отмокать и окрашивать воду в красный цвет, но даже не это напрягло полудемона: рана на животе неприятно щипала. Раньше болячки заживали только так, но в этот раз регенерация словно отказала, и Данте прочувствовал всю “прелесть” обычной человеческой живучести. Демонёнок посмотрел на Данте и негромко рыкнул, привлекая внимание нерадивого родителя. - Да, да, сейчас тебя отмоем, замарашка.       Данте взял гель для душа и выдавил немного жидкости себе на руку, и размазав по ладони, начал отмывать малыша. Поначалу демонёнок не понимал, что отец делает, и старался схватить того за пальцы, отчего полудемон недовольно заворчал. - Сиди спокойно, если не хочешь, чтобы я тебе ещё и глаза промыл.       Как и следовало ожидать, слова никак не повлияли на малыша, и пена с головы полезла на лицо. Парень тихо выругнулся, поспешно ополоснул руку и убрал пену со лба, возвращая её снова на волосы. Ладонь прошлась по маленькой голове, “прилизывая” волосы назад. На секунду пальцы задержались на голове, а в памяти всплыл старый образ Вергилия, ещё до того, как мать и отец их покинули: слегка недовольное бледное лицо, короткие волосы зачёсаны назад, и голубые глаза обращены к книге. Данте отбросил воспоминание, и посмотрел на малыша: между ними не было ничего общего, по крайней мере, пока. На то немногое, на что парень мог рассчитывать, так это то, что характером мальчик не пойдёт в Верга. - А ты красавец, ещё бы не кусался, цены бы не было!       Демонёнок ничего не ответил, просто смотрел на Данте, ожидая дальнейших действий. Сын Спарды взял насадку для душа и стал настраивать температуру воды, но не тут-то было! От потери крепкой опоры, малыш упал в воду, брызгая и бултыхаясь. - Блять! - От неожиданности парень уронил насадку для душа и поспешил вытащить демонёнка из воды.       Послышался кашель, а по рукам снова пошла кровь, демонёнок крепко схватился за опору, не позволяя рукам снова его оставить. Данте слегка похлопал его по спине, чтобы помочь воде выйти. Когда кашель прекратился, парень снова осмотрел малыша: пена окончательно смыта, как и старая кровь, но красные разводы и только что выпущенная кровь не давали ощущения чистоты. - Не хочешь отпустить меня? – Скептически спросил Данте.       Вопрос остался без ответа, но вызвал новый интерес со стороны малыша. Жёлтые глаза не отрываясь смотрели на отца, а крылья, которые также могли схватиться за Данте, на его счастье, держали края ванны. Просидев так немного времени, полудемон заговорил: - Всё, теперь не упадёшь, обещаю, - как можно ласковей проговорил парень, - теперь отпусти меня, и мы закончим с этим как можно быстрее.       То ли малыш не понимал, то ли не разделял идеи отца, оттого и не опускал руки, а лишь недовольно рыкнул. Полудемон понял, что словами делу не поможешь, поплотнее обхватил бок, но отпустил второй. Детские когти сильнее расцарапали руку, пока Данте старался её вырвать, и казалось, что парень теперь свободен в движениях, демоническое крыло снова схватило его, но теперь за предплечье. - Да ты шутишь, - взвыл Данте.       Делать нечего, решил Сын Спарды и потянулся к пробке в ванной. Полудемон решил хоть немного упокоить немую истерику, и для этого спустил воду и снова взял насадку для душа. Дождавшись, когда вода уйдёт хотя бы на половину, Данте включил душ и навёл на малыша. Как парень и ожидал, его маленькому приятелю затея не понравилась, но явно устраивала больше, чем предыдущая, оттого в руках сильно не елозил. На счастье полудемона, основная часть пены ушла после первого «ополаскивания», и сейчас следовало только убрать остатки грязи. Закончив с этим, Данте ополоснул и себя, а после выбрался из ванны. Полудемон прижал малыша к себе, хватка последнего ослабла, и не казалась столь убийственной. Данте тяжело вздохнул: по идее, душ должен был смыть остатки сонливости, но всё возымело обратный эффект, и Сын Спарды оказался ещё более выжатым, чем до этого.       Данте взял в руки одно из полотенец и обвязал демонёнка им. Почувствовав на себе теплую ткань, малыш ослабил хватку и посмотрел на отца. Парень воспользовался моментом, и аккуратно посадил малыша на стиральную машинку и продолжил его обтирать. Кровь с рук продолжала капать, делая все усилия парня по очистке сына напрасными. Недолго думая, Данте обвязал раненую руку вторым полотенцем, чтобы не терять зазря времени, и наспех оделся. После полудемон плотнее завернул своего отпрыска и направился прочь из ванной комнаты.       В этот раз Сын Спарды решил устроиться на диване в гостиной, ибо перспектива возвращаться в перепачканную постель отсутствовала напрочь. Из спальни Данте забрал одеяло и подушку. Закутав в одеяло сына, Данте вернулся к дивану, кинув подушку и еле сдержавшись, чтобы так же не кинуть одеяло, аккуратно положив его. Полудемон взял демонёнка на руки и лениво расстелился на диване. Сонливость снова накатывала, и не собираясь ей противиться, парень положил сына рядом с собой, и укрывшись одеялом, блаженно прикрыл глаза. Сквозь сон Данте почувствовал шевеление возле головы, и руки сами потянулись обнимать малыша, в попытке не то успокоить, не то почувствовать родное тепло. И когда над ухом послышалось тихое сопение, Сын Спарды и сам наконец уснул.