Все песни мира

За дверью был слышен звон посуды и яростные крики. Рейме открыла дверь и вошла внутрь. — Ты опоздала! — налетел на девушку князь Фобос, как только та вошла в темницу. — Я приказал тебе явиться час назад! — Вы кажется сегодня не в духе, раз так кричите. У меня была причина опоздать, — Рейме обратила внимание, что на лице князя был написан самый настоящий гнев. Глаза сузились и злобно метали молнии, губы презрительно поджаты. Девушка покрепче перехватила корзину в своих руках и только хотела объяснить причину опоздания, как князь снова начал кричать. — Да плевать мне! Кто ты такая чтобы приказывать мне успокоиться? И что за дерзость? — князь в бешенстве вырвал корзину из рук девушки и бросил её на пол. Корзина перевернулась и оттуда выкатились кексы с фруктами. — Ну вот зачем Вы так, князь? — разочарованно спросила Рейме и начала собирать всё обратно в корзину. — Что это? — А Вы не видите? Кексы и фрукты. Я испекла кексы, потому что вы как-то говорили, что хотите домашней выпечки. И принесла фруктов, а вы всё рассыпали, князь. Девушка закончила собирать кексы и посмотрела на князя. На лице у мужчину была написана большая гамма эмоций: удивление, злость и растерянность. Князь приложил руку ко лбу, он опёрся на стену и неожиданно произнёс:"Извини». Рейме бегло осмотрела темницу князя. Новые книги на столешнице возле входа, закрытая дверь лаборатории, новые магические барьеры на руках у князя. — Королева Элион была здесь? Что случилось? Вы явно не в духе. Фобос молчал. На мужчине даже не была надета его излюбленная маска язвительного лицемера, на лице словно была написана пустота. Рейме подошла к князю ближе. — Вы можете ничего не говорить, не рассказывать, но вам явно сейчас нужен друг, которому вы можете доверить даже свои слабости — сказала девушка и просто обняла мужчину. Он сначала явно напрягся, девушка почувствовала это, но спустя пару минут, князь обнял девушку в ответ и уткнулся лицом в макушку капюшона девушки. Он перехватил талию девушки ещё крепче и потянул её вниз, усадив обоих прямо на пол. Спустя время князь совсем расслабился и положил голову на колени к девушке, которая ласково начала перебирать пряди волос. Они просидели так около часа, или может быть больше, всё это время никто из них не произнёс и звука. Наконец князь заговорил. — Элион вынесла решение. Но лучше бы она меня казнила, Рейме. — Что за решение? — Кондракар и Совет постановил лишить меня титула для избежания проблем в будущем, якобы для того, чтобы в будущем, если с ней что-либо случится я не остался единственным наследником престола. Отныне наследник будет выбираться не по крови, не из династии, а по принципу преемника. Кого выберут эти брюзжащие советники и Кондракар, тот и сядет на трон. И я сам виноват в этом. Потому что из-за моего совета сестра отказалась выходить замуж и соответственно продолжать род она теперь не может, по мнению Совета. Я своими собственными руками отдал Меридиан неизвестно кому, — в глазах князя читалось настоящее отчаяние. Мужчина постоянно трогал лоб, что делал при сильных размышлениях. — Как теперь быть? Сестра стала подобно марионетки в руках Совета! И слова поперёк им сказать не смеет. — Возможно она согласилась для вида? Элион ведь не станет принимать такое решение, к тому же у неё могут появиться наследники, ведь в будущем она может выйти замуж, но за того, кого сочтёт нужным. — Ты плохо знаешь мою сестру, Рейме. Как она видится тебе? — Справедливый, добрый правитель, который думает о народе. — Вот именно. И она не захочет снова допустить меня на трон, понимаешь? Как моя обожаемая сестрица может только подумать о том, что на трон, в случае чего, снова сядет ужасный принц Фобос, Рейме? Как? Князь Фобос откинулся головой на стену и прикрыл глаза. Девушка внимательно посмотрела на князя и подумав, решилась. — Однажды, когда я была маленькой я оказалась в непонятном месте. Люди там носили такие плащи, как сейчас на мне, их лица были украшены тотемным рисунками, а сами они умели колдовать, — Фобос резко открыл глаза и начал внимательно слушать девушку. — Я не помнила ничего, твердя лишь два слова:"Рейме. Аро». Эти люди поняли, что первое это моё имя, а второе — место откуда я пришла. Но никто не знал где находится непонятный Аро, а я ничего не помнила. И тогда они приняли решение меня оставить и помочь вспомнить хоть что-нибудь. Эти люди меня пугали. Их магия могла делать то, что не поддавалось разуму. Они вытягивали души из людей, чтобы увеличить силу своей магии, продлить молодость… — Мара. Да? Девушка кивнула и продолжила. — Ими правил верховный жрец Тэ, у которого был сын Рэн. Тэ был достаточно твердым, но справедливым правителем. Но вот его сын был воплощением жестокости и тирании, он мог бы переплюнул даже Вас, князь Фобос, — из-под капюшона послышался смешок. Фобос тоже усмехнулся и пробурчал:"Вот уж нет.» — Шло время, Мара воспитывали меня как родного ребёнка, учили грамоте, несмотря на то, что они не обучали девушек. И когда наступил момент, Тэн покинул этот мир. Рэн стал верховным жрецом. И начался период скорби. Суровые наказания, казни, заточения и гонения. Он правил очень жестоко. Мара ненавидели своего жреца, но не противились его воле, веря, что он знает как лучше. Но несмотря на всю его жестокость, когда пришла большая беда и Мара были на грани вымирания, когда всё селение было охвачено огнём, Рэн несмотря ни на что защищал свой народ. А ещё он с помощью магии отправил меня на Меридиан. Он стёр мне некоторые воспоминания о Мара, чтобы не подвергать опасности, а также наделил медленным течением жизни, по сути подарив долголетие мага, чтобы я смогла найти загодочный Аро и своё прошлое, — девушка замолчала. Она повернула голову к князю. — Знаете к чему я это всё говорю? К тому, что даже самый жестокий правитель несёт в себе частичку добра, — Рейме взяла князя за руку и сжала её. — Просто её нужно показывать, хотя бы своим близким. Если бы Элион знала о ваших мотивах, мыслях, чувствах, она бы изменила своё мнение, князь Фобос. Мужчина долгое время внимательно смотрел на девушку, а потом неожиданно улыбнулся очень искренне. Его глаза лучились мягким светом и выражали благодарность. В этот момент князь был похож на тот счастливый рисунок из своего альбома, и Рейме подумала, что таким его не видел никто кроме родителей и её самой. Этот мужчина действительно удивлял её. Он был как калейдоскоп, каждый раз удивлял новым узором. И если 80% это были узоры из язвительности, холодности и надменности, 10% заносчивости, то остальные проценты удивляли собой искренностью и такой редкостью. — Спасибо, Рейме, — сказал Фобос и наклонившись к руке, галантно поцеловал руку девушке.