Идите прочь, непосвященные

      Старскрим был прав — после того, как Мегатрон навестил Оптимуса, ему стало легче, работать в том числе. Он смог отдохнуть со спокойной искрой, и вернулся к работе собранным и готовым сворачивать горы.       — Ну, как там твой Прайм? — сикер не отрывался от очередного отчёта, но выглядел заинтересованным.       — Амнезия. Предположительно временная, — вздохнул Мегатрон.       — Предположительно?       — Точнее скажут через несколько циклов. Меня он так и не узнал.       — И как он тебе без памяти? — Старскрим поднял на него внимательный взгляд. Десептикон промолчал — ответить однозначно было сложно. Конечно, он испытал недолгое облегчение от того, что может теперь говорить с Оптимусом так… свободно, без груза памяти, ошибок и обязательств. Но в то же время ожидание возвращения воспоминаний было мучительно… Мегатрон уже не сомневался, что Оптимус простит его — если правда то, что рассказывали Элита и Сентинел. Но вот захочет ли Прайм общаться с ним и дальше? Можно ведь простить — и вычеркнуть из жизни, и если Оптимус решит поступить так, Мегатрон не сможет ничего изменить. Не посмеет навязываться.       На мгновение он представил, каково бы это было. Вот он, а вот Оптимус. Автобот помнит, но между ними нет ни дружбы, ни приязни. Просто два меха, в прошлом которых была общая история, не слишком приятная, но разрешившаяся миром.       Они почти не сталкиваются по работе, а в обычной жизни и подавно. Оптимус не смотрит на него. Самое большее, на что он может рассчитывать при встрече — короткий кивок и вежливый разговор, когда вопросы десептиконов и элитной гвардии пересекаются. Не больше. Нет улыбок и предложений сходить куда-нибудь вечером, нет разговоров об истории, о стихах, и вообще обо всём на свете…       А может, всё будет по-другому? Оптимус улетит, как хотел, на далёкую миссию, в колонию или ещё куда-нибудь. И не будет даже мимолётных встреч. Коротких разговоров. Даже слухов. Больше не будет в его жизни такого меха, как Оптимус Прайм…       Эта мысль оставила горечь и неприятное чувство, которому он не мог подобрать имени.       — Не знаю, — тихо ответил Мегатрон. — И не знаю, чего хочу больше, чтобы он вспомнил, или чтобы никогда не вспоминал.       Старскрим ответил долгим, проницательным взглядом.       — Ну, значит, для тебя ещё не всё потеряно, — наконец сказал он. Мегатрон моргнул, недоумённо посмотрев на старого друга, но прежде, чем успел спросить что-то в ответ, на связь по личному каналу вышла Страйка.       — Мой Вождь, у нас непредвиденная ситуация. На одну из малых автоботских колоний совершено нападение пиратского флота. Силы подразделений ЧС мобилизованы на отражение и защиту. По предварительным расчётам, колония продержится не больше двенадцати джооров. Боеспособные десептиконы собираются присоединиться к ним для оказания поддержки.       На какое-то мгновение ему показалось, что он ослышался.       На мирном Кибертроне было очень легко забыть, нет, — не обращать внимания на звёзды, среди которых не все цивилизации были дружелюбными. На Чаар редко совались пираты, десептиконов защищала и репутация, и космические аномалии, перекрывавшие их пространство, как решето, да и их оружие против других рас было более эффективным. Скорее уж они сами не брезговали разобрать мимо пролетающий пиратский крейсер. Да и взять у них было нечего. Автоботы же, что бы там ни говорил Оптимус о всеобщей военной подготовке, в первую очередь гражданские… да и что там за подготовка у тех, кто не элитгард? Смех один.       — Когда вылет? — уточнил лидер.       — Передовые части уже вылетают. В течении джоора подтянутся все остальные. Местные командиры сказали, что таких нападений давно не случалось. Обычно пираты пытаются устраивать засады на звездных трассах…       — Я успею присоединиться? — перебил Мегатрон. Несколько кликов Страйка молчала, затем комлинк звякнул пришедшим сообщением. Расписание рейсов с выделенными местами для десептиконов. Он поспешно ткнул плашку «занять очередь» и на экране высветилось время. Отправление через семнадцать бриймов…       Мегатрон оглянулся на Старскрима. Не поторопился ли он в своих действиях? Но… внезапно ему показалось нечестным пытаться подружиться с Оптимусом сейчас, когда он ничего не помнит. Если станет понятно, что Прайм не вспомнит — вот тогда он и решит, как действовать, а пока… это слишком тяжелая ложь.       Сикер встретил его взгляд с улыбкой. Тому, кто настолько хорошо знал своего лидера, не было нужды в телепатии — Старскрим прекрасно понимал, что сейчас им движет.       — Поторопись, а то опоздаешь. Мы справимся.       *       Автоботы грузились в шатлы быстро и расторопно, соблюдая порядок. При этом ни один командир не кричал на занимающих свои места подчинённых. Элитгарды проводили предполётную подготовку с лицами, полными решимости и мрачной готовности, в процессе проводя инструктаж.       — Группировка противника составляет двадцать три корабля класса Бет и три сотни одноместной мелочи. Санкционированно использование тяжёлого штурмового оружия…       Десептиконов принимали без вопросов, хотя и удивленно косились, но не протестовали против такого соседства, и даже предлагали выдать оружие. Многие соглашались — хотя все десептиконы, которых отпустили в бой, уже были способны без всяких помех активировать встроенное оружие своих корпусов, но… когда так искренне предлагают, гордо отказаться мало у кого получится.       Мегатрон усмехнулся. Он и сам принял пару тяжелых бластеров взамен своей старой пушки, которую уволокли на исследование как «уникальный образец военной техники Эпохи Сената» и до сих пор не вернули, найдя какую-то опасную поломку, из-за которой пушка со дня на день могла рвануть. И конечно, встроенные клинки, чья прочность сильно возросла — а дальнобойного оружия и у других хватает. Страйка, Тарн и другие…       — Займите прочное положение, Космический Мост переходит в форсированный режим! До активации двадцать пять кликов… пятнадцать… десять…       Какой-то молодой автобот — как будто даже младше Оптимуса — обернулся и нервно улыбнулся, наткнувшись взглядом на Мегатрона. Десептикон, сам не зная, зачем, ободряюще улыбнулся ему в ответ.       А потом корабль тряхнуло и бросило вперёд, рассекая пространство звёзд и планет, чтобы выкинуть через миг на краю кипящего сражения. Щиты тут же приняли на себя несколько залпов, но даже не дрогнули, лишь загудев от скачка напряжения. Прибывшие раньше шаттлы автоботов давили плотным огнём огрызающегося ракетами противника.       — Десанту приготовиться. Начинаем манёвр уклонения, — раздался спокойный голос пилота. — В колонию успели высадиться значительные силы. Применяются мехаподобные безыскровые дроны с пилотом-органиком внутри. Гражданские эвакуированы из зоны непосредственно удара, часть блокирована в шахтах. Бойцам-добровольцам: в отсутствие совместных тренировок рекомендуется сформировать собственный ударный кулак под прикрытием элитгарда…       — Принято.       Спуск в атмосферу отметился новой волной дрожи и гулом двигателей, вышедших на форсажный режим. Мегатрон отметил большой опыт пилотов и их мастерство и подумал, что нужно будет позже провести учения на слаженность работы.       — На выход!       Аппарель открылась с шипением сервоприводов, выпуская бойцов. Не умеющие летать автоботы отлично умели пользоваться джет-паками; покидая шаттл последним, Мегатрон видел, как воины алого знака еще в воздухе начинают стрелять, замедляясь у самой земли и стремительно рассыпаясь по местности.       Лидер десептиконов шагнул вперед, и в крылья альтформы ударил ветер.