Satisfaction

      — Ну что, готов? — спрашивает Юнги, обернувшись к Чонгуку. Тот возится с духами, пару раз брызнув себе на воротник, и нервно кивает.       — Мгм, — мычит альфа. — Хорошо, что они последние, а то я больше не выдержу, — пыхтит он, выходя из машины. Юнги ухмыляется, смеясь над вечно хмурым Чоном, и выходит за ним.       Чонгук сразу же прижимает его к своему боку, закинув руку на плечо. Яркий запах грейпфрутов тут же вбивается в лёгкие, и сердце начинает стучать чуть быстрее, а щеки алеют. Юнги действительно так спокойней, особенно когда им навстречу идёт такая красивая и уверенная пара.       Тэхен высокий, статный, широкоплечий — рядом с ним его омега выглядит совсем крошечным, как и сам Мин рядом с Чонгуком. Ким ещё в клубе приглянулся Юнги: он был вежлив и не такой извращённый, как остальные, а его яркий запах жгучего ликера идеально подходил владельцу.       Чимин был его роста — такой же маленький, но, судя по широким бёдрам и крепкой заднице, весит он намного больше. Он был очень спортивный и подтянутый — сквозь узкие джинсы было видно, насколько усердно он занимается танцами. Мин ещё в клубе заметил, как Чонгук, подбирая слюни, пялится на пухленькие губки бантиком и шикарную фигуру. Юнги откровенно завидовал Чимину, так как на его кожу да кости мало когда заглядывались, или вообще никогда.        Омега замечает, что одеты они не так дорого, как в клубе, где на их фоне Чон и Мин выглядели потерянными бродячими шавками: белый свитер со светлыми джинсами на Чимине и пастельная рубашка с черными штанами на Тэхене. Могло бы быть и хуже.       — Привет, наконец-то вы здесь, — омега улыбается им и тут же оказывается рядом с Юнги, выхватывая его из рук Чонгука и крепко обнимая.        Альфы где-то в стороне здороваются и пожимают друг другу руки, пока немного сбитый с толку Юнги неуверенно обнимает в ответ.       — Да, простите за опоздание, — отвечает Чонгук, ловко возвращая Мина к себе. — Мы немного заблудились у вас тут. — Он вздрагивает, вспоминая, как Юнги ругался на навигатор, который водил их по кругу.       — Ну ничего, проходите. Мы как раз все подготовили, — заверяет Тэхен и подталкивает гостей к дверям, идя впереди.       — Подготовили? — Юнги с Чонгуком переглядываются. В глазах Чона читается легкая паника и готовность уйти в любой момент. Мин сам нервно облизывает губы, вспоминая Красную комнату боли в прошлый раз, и сильнее жмется к Чонгуку, чтобы тот защитил его от всего ужасного.       — Да, нам же нужно разогреться немного, — пожимает плечами Чимин, снова выскакивая будто из ниоткуда. — Выпить, попробовать парочку закусок, поиграть в игры… Мы же как-то должны познакомиться поближе, верно?        После этих слов Юнги на пару с Чонгуком с облегчением выдыхает. Но все же есть одно, что его напрягает.       — Игры?       — Да, мне очень нравится одна, поэтому я понадеялся, что вы не будете против, — улыбается Пак.       — Мы все расскажем по ходу дела, а пока давайте насладимся вечером, — предлагает Тэхен и заводит их в сам особняк, на который Юнги ещё за воротами посматривал. Он и без того казался огромным, так ещё и внутри все оказывается намного дороже и громадней, чем снаружи.        Прихожая, кухня, столовая и чуть дальше гостевая с электрическим камином и плазмой на половину стены. Юнги не хочет думать о том, что это только те комнаты, которые видно от входа. Высоченные потолки, которые кое-где подпирают колонны, черный мраморный пол, в котором можно легко увидеть свое отражение. На потолке висела огромная люстра — будь Юнги чуть выше, обязательно бы ударился об нее головой, — вокруг вдоль стены расположились светильники поменьше, чтобы свет падал во все уголки. Интересно, сколько они платят за свет?        Юнги только оглядывается с жадностью, но уже может сказать, будто побывал в особняке британской знати: тяжёлая на вид мраморная лестница спиралью вела на второй этаж, под ней расположились несколько диванчиков и небольшой кофейный столик. За лестницей — широкая гостевая, где стояли длинные диваны и два кресла вокруг стеклянного столика. Кажется, здесь почти все было оборудовано специально для гостей.        Чуть дальше была кухня и столовая. На деревянном столе уже стояло несколько тарелок с какой-то едой, Мин ещё заметил бутылку чего-то, но определенно безумно дорогого. Стулья были высокими, массивными. В этом доме все было до смешного дорогим и огромным.        Юнги и Чонгук отдали верхнюю одежду хозяевам, чтобы те повесили их плащи в небольшой шкафчик в прихожей, который, как заметил омега, был абсолютно пустым. Похоже, он тоже был исключительно для гостей.       — Прошу, чувствуйте себя, как дома, — улыбается Тэхен и проводит их в глубь. Мин еле удерживается от желания все потрогать. Не смотря на то, что пространства много, хозяева нашли, чем его заполнить: кое-где стояли высокие вазы с цветами, на кухне возле окна расположилась чаша-аквариум, в которой шустро плавала светло-голубая рыбка с черными и розовыми вкраплениями на хвосте. Был даже отдельный уголок для семейных фотографий. Возле камина расстелен пушистый белый ковер — Юнги точно бы хотел на нем поваляться с бокалом вина.        — Господи… — выдыхает Чонгук, осматриваясь вокруг.       — Тише, ты! — Юнги щипает альфу за бедро.       — Но тут все такое… большое, — хрипит ему альфа, наклонившись к Мину. — Я комплексую.       Омега еле давит смех, прикусив язык. Было бы чего комплексовать.       — Заткнись, я сказал! Нас могут услышать!       Они садятся за стол — глаза Юнги тут же разбегаются по всем тарелкам. Не то, чтобы для него это было впервые; они и раньше бывали в подобных особняках, но им всегда предлагали только принять душ и больше ничего. Но Тэхен с Чимином казались более дружелюбными и гостеприимными.       Они больше говорили, чем ели. А ещё больше пили, опустошая бутылки: альфы взялись за крепкие напитки, а омеги предпочли лёгкие коктейли. Все разговоры об отношениях и о личной жизни в целом Юнги с Чонгуком перебивали на корню, ненавязчиво переходя на новые темы. Они прекрасно проработали свою легенду, зазубрили ее на отлично и могли повторить слово в слово, но всегда старались не упоминать детали о себе, чтоб не забыться. Тем более, когда ты пьян.       А вот Чимин был крайне болтлив, поддерживая любой разговор. Он был активным, ему редко сиделось на месте, но это и привлекало. Тэхен же с улыбкой наблюдал за своей омегой, иногда добавляя свои скупые реплики, но тоже участвуя в обсуждении.       Пара постоянно обнималась, их руки тянулись друг к другу, они никак не отлипали от любимых тел, и Юнги казалось это очень романтичным, в то время как они с Чонгуком сидели слегка отстранено. Ну, а что им оставалось? Чонгук был стеснительным, и, если переборщить с игрой, было легко сорвать весь план. Да и Юнги бы точно напрягся, если бы альфа распустил свои грабли и начал бы тискать его так же, как Тэхен Чимина. Всё-таки они только выполняют свою работу.

***

      — Ну что же, давайте поиграем? — довольно тянет Чимин, возвращаясь с новой бутылкой шампанского и несколькими мешочками, которые вызывают бурлящий внизу живота интерес. Особенно после коктейля. — Только, если вы не против, мы переберемся к камину — за столом будет неудобно.       Тэхен тут же кивает, подхватывая тарелку с полюбившимися фруктами, и уносится на приглянувшийся Мину ковер. Юнги берет свой бокал, взяв Чонгука за руку, и тянет его ленивую, но весьма улыбчивую тушку за собой. Омега, усадив Чона на пол, позволяет воспользоваться ситуацией и приземляется меж его ног, прижавшись спиной к его груди. Чонгук тоже успевает получить удовольствие от своего положения, обхватив чужую талию и притягивая к себе ближе, чтобы уткнуться носом в загривок и обжечь чувствительную кожу горячим дыханием. Юнги его точно не осудит — все должно выглядеть максимально правдоподобно.       Юнги не осудит, но покраснеет точно.       — Жаль вас расстраивать, голубки, — перебивает их Тэхен, поцеловав в щеку приземлившегося рядом Чимина. — Но для этой игры придется рассесться.       Мин недовольно дует губы, отстраняясь от альфы, и плюхается рядом. Зараза, и здесь ему не дают насладиться моментом!       — Мне уже не нравится эта игра, — Юнги бурчит, отпивая из бокала, и складывает руки на груди. Остальные хихикают, а Чонгук наклоняется к нему, чтобы успокаивающе поцеловать в висок и заверить, что у них еще будет время друг на друга.       — Я расскажу правила, — Чимин вытягивает руку, как школьник на уроке, и ставит посередине пустую бутылку, кажется, из-под шампанского. — Это, как бутылочка, только, чтобы было интересней, мы придумали задания и написали их на листочках, — Пак показывает всем два мешочка, красного и зеленого цветов. — Зеленые — простые, красные — сложнее. Можете считать, что они разделены по уровню пошлости.       — И на сколько кхм…"пошлые" эти задания? — спрашивает Юнги с легким беспокойством. Нет, конечно, после Комнаты боли его уже ничем не удивишь, но мало ли. Лучше перестраховаться.       — Нуу~, — тянет Тэхен, потеряно переглянувшись с Чимином. Кажется, они и сами не совсем знают, что там, но, судя по довольно круглым мешочкам, заданий там предостаточно, что всех не запомнить. — «Трахнуть соседа слева» там точно не будет.       — Фух, ну тогда я спокоен, — с улыбкой выдыхает омега и придвигается ближе, чтобы они сидели ровно друг напротив друга. — Кто начнет?       — Ой, я хочу! Я хочу! — вызывается Пак и, не дожидаясь одобрения остальных, крутит бутылочку. Юнги не знает, почему его сердце так громко стучит, когда бутылка останавливается и горлышко указывает на Чонгука.        Он не хочет, чтобы кто-то заметил его искаженное недовольством лицо, но не может удержаться, чтобы не скривиться.       — Мне нравится, как начинается наш вечер, — ухмыляется Чон и бросает на Чимина такой пронзающий взгляд, словно вызывает на дуэль.       — Сейчас посмотрим, что мне нужно с тобой сделать, — омега шуршит рукой в зеленых бумажках и достает первый листочек, зачитывая: — «Оставить по два засоса на шее и груди». Ну, это просто, — пожимает плечами он и поднимается со своего места, подходя к Чонгуку. — Расстегнешь, или мне самому? — Чимин присаживается перед альфой на колени и указывает на черную рубашку.       — Давай сам.       Юнги сжимает ворсинки на ковре, надеясь, что его рычание никто не услышал. Он видит в глазах альфы азартный огонек, который не замечал ранее. Похоже, Чимин ему правда приглянулся (хах, а кому бы не приглянулся?).       Пак наклоняется ближе, его пальцы, словно специально касаются больше, чем требуется; он ловко расстегивает рубашку и тут же припадает губами к жилке на шее, с громким чмоком всасывая кожу. Чонгук опрокидывает голову назад, чтобы оставить омеге больше места, и кладет ладонь на его поясницу, пробираясь пальцами под кромку узких джинс.       Первая отметина ярким красным пятном остаётся на шее. Чимин облизывается и спускается ниже, действуя уже более напористо: его руки быстро проходят по обнаженной крепкой груди и заползают к животу под одежду.       Юнги ловит себя за тем, что наблюдает с интересом, открыв рот и откровенно пуская слюни на парочку. Он бы никогда не сказал, что его может такое впечатлить, но Чимин с выгнутой спиной, словно кошка, и довольной улыбкой так эротично смотрится на прикрывшем от удовольствия глаза Чонгуке, с двумя яркими пятнами на шее. Мин сглатывает, потрусив головой, и поглядывает на замеревшего в стороне Тэхена, который уже готов растолкать парочку и занять место Чонгука.       Чимин решает, что раз на его действия никто не отвечает негативно, а сама жертва даже поощряет всю самоволку, то расстегивает рубашку ещё на одну пуговицу и хватает карамельную кожу прямо у соска. Его рука небрежно оставленная ранее у шеи, мягко поглаживает скулу и подбородок. Последний засос омега решает оставить прямо на багровом соске, обводя бусинку языком и вбирая ее целиком в рот. Чонгук дёргается, сжимая ладонь на талии Пака, и кусает губу.       Вскоре Чимин отстраняется, стирая с блестящих уст слюну, и, как ни в чем не бывало, возвращается обратно к Тэхену. Юнги проводит его огромными глазами, отмечая, что парень определенно знает толк в соблазнении — судя по небольшим бугоркам на штанах альф, шоу им определенно понравилось.       Чонгук неловко откашливается и быстро застегивает рубашку, пытаясь вернуть себе более опрятный вид, но после работы Чимина это вряд ли будет возможно в ближайшее время.       — Чонгук, — зовёт его Пак таким приторно-сладким голоском, что у Мина волосы встают дыбом. Альфа резко поднимает на него взгляд, хрипя тихое «да». — Твоя очередь, — он указывает на бутылку.        Чонгук кивает и закручивает ее, следя за горлышком. Оно останавливается на Юнги, точнее, оно немного не доехало до его колена, но всё беззвучно решают, что теперь терпеть Мину. Ему даже показалось, что кто-то недовольно цокнул языком.        Чонгук кажется более напряжённым, чем с Чимином, и Юнги начинает волноваться сам, быстро отпивая коктейль.       — «Обмазать губы вареньем/медом/сливками и слизать», — читает альфа и Юнги хмыкает — это проще, чем могло бы быть. Не зря же у них пока «зелёные» задания.       — У нас есть сливки. Сейчас принесу, — вспоминает Тэхен и удаляется на кухню. Чимин провожает своего альфу голодным взглядом, а Юнги с Чонгуком с легкой нервозностью переглядываются. Да уж, тяжко им сегодня придется.        Вернувшись, Ким протягивает Чону сливки, и он, подойдя ближе, делает несколько пшиков прямо на губы Юнги. Омега еле сдерживается, чтобы не слизать их самому.        Чонгук незаметно вздыхает и целует, собирая языком воздушные сливки. Юнги отвечает ему, притягивая к себе ближе за затылок, и собственнически царапает оставленные другой омегой засосы.        Чимин с Тэхеном урчат на фоне, наклонившись в сторону, чтобы было лучше видно. Мин только мысленно закатывает глаза на это.        Чонгук не так щедр на прикосновения и ласки с ним, он более зажат и стеснителен, поэтому их поцелуй выходит очень неловким и только немного страстным. Честно признать, у Чимина было лучше.       Когда его губы остаются чистыми, но всё ещё немного липкими, Чон отстраняется со скупой улыбкой и усаживается на свое место, а Юнги спешит крутить следующим.       — Ммм, как интересно, все получается, — Тэхен смеётся, заметив, как краснеют Чимин, на которого указало горлышко, и Юнги, которому придется выполнять какое-то задание. Мин не то, что был очень против омег, но и это казалось ему более неловким, чем с незнакомым альфой.        Выбирая себе листочек, Юнги молится, чтобы там было что-то совсем уж простое.       — «Слизать с пальцев что-то сладкое», — Мин в голове благодарит всех богов и протягивает Паку сливки. Тот быстро вымазывает два пальца и протягивает их Юнги, который решает, что церемониться он не будет и быстрее со всем закончит: сливки не вкуснее с чужих пальцев, но и не сказать, что ему противно. Пусть и так, но Мин старается, добавляя язык и поглаживая большим пальцем ладонь. Чимин сидит с красным, но довольным лицом, словно король, которому подданный целует руки.       Очередь Чимина, и ему снова выпадает Чонгук, а Тэхен расстроенно вздыхает, скуля что-то похожее на «когда уже буду я?», Юнги лишь фыркает, а вот парочка стреляет друг в друга жадными взглядами.       — «Сесть на колени и целовать в течении пятнадцати секунд».        Не проходит и мгновенья, как Чимин оказывается верхом на сильных бедрах, окольцовывая шею руками. Его взгляд пару раз метит по своей цели — губам — а после спускается ниже, где оставленные им засосы выглядывают из-под воротника.       — Время пошло, — оповещает Тэхен, махая перед всеми экраном телефона. Чонгук с громким вздохом целует омегу, врываясь в его рот языком; его руки вновь возвращаются на талию и, осмелев, спускаются к соблазнительным ножкам, сжимая их до синяков и томного стона Чимина.        Пак, чувствуя, что альфа уже слегка на взводе, решает его раззадорить ещё больше, ерзая задницей по паху. Чонгук давится вздохом и уже силком удерживает омегу на месте, чтобы он не натворил ещё чего-нибудь.       Юнги нравится следить за ними, как они синхронно двигаются, выгибаясь навстречу друг другу, как их тела переплетаются без остановки. Но Тэхен перебивает их, оповещая, что время вышло и парням лучше отлипнуть друг от друга, пока их ревнивые половинки не выцарапал им глазки. А Юнги бы мог.        Чимин, словно делая одолжение, встаёт и уходит, виляя перед альфами задницей. Мин раздражённо хмыкает.       В следующий раз бутылочка останавливается на Тэхене, и омеги взрываются смехом, наблюдая неловкие переглядывания альф.       — Ну вот, любимый, — Чимин наклоняется к нему, чтобы похлопать по бедру. — Тебе же все не терпелось.       — Хах, мне не сложно, — Ким легко ведётся «на слабо», и Юнги тянется за своим бокалом, боясь, что без алкоголя не выдержит это шоу.       А вот Чонгуку, кажется, это не очень нравится, но под надзором Мина, чей взгляд так и кричит, что задание срывать нельзя, иначе второй попытки у них не будет, он все же достает свой листочек и зачитывает писклявым голосом:       — «Снять штаны и оставить по засосу на каждом бедре».       — Это легко, — комментирует Юнги.       — Ага, начинайте, — поддакивает Чимин.       Чонгук рычит на них, заставив омег хихикнуть, и подходит к слегка напрягшемуся Тэхену. Их движения грубые и дерганные, но все же в беглых взглядах и сильных руках, которые до синяков сжимают кожу, есть что-то страстное. Чон стаскивает рывками штаны с Кима и, разведя его ноги в стороны, наклоняется, но не целует, а сразу кусает. Тэхен шипит и хватает Чонгука за волосы, но тот бьет по чужой ладони.       — Легче, я не кусок мяса, — отзывается альфа, похлопав Чона по плечу, но он только рычит на него в ответ.       — Вообще-то, это не считается засосом, — Юнги с Чимином уже разлеглись на ковре, наблюдая за ними. Альфы замирают. Чонгук смотрит на него жалобно, будто умоляет не говорить этого, но сейчас, будучи выпившим и слегка возбужденным, Мин не собирается лишать себя веселья. — Переделывай, — приказывает он, блеснув надменной улыбкой в полумраке.       — И чтобы нам понравилось, — напоминает им Пак. — Гуки, будь… нежнее.       — За что вы так с нами? — вздыхает Чонгук. Его щеки пылают от злости и смущения.       — А не надо было так лапать чужих омег на моих глазах! Меня ты поцеловал, как будто первый раз пробуешь на помидоре!       — Тебя я каждый день целую!       — Твой рот не тем занят. Работай, любимый.       — Пф, похоже, он обиделся, — хмыкает Чон.       — Омеги, — отзывается сверху Тэхен, пожав плечами, после чего в него прилетает скомканной бумажкой с заданием от Чимина.       — Мы все слышим! Поторапливайтесь, нам скучно!       Юнги смеется, отмечая, что Чимин не настолько плох. Он громкий, но смешной и веселый. Мин уже и не вспомнит, когда в последний раз радовался этим качествам в человеке. Наверное, когда встретил Чонгука.       Чон, похоже, все же решается на то шоу, которое все так ждут от него, поэтому давит на грудь Тэхена, приказывая лечь. В этот раз он действует более нежно, словно в его руках находится миниатюрная омега, и, как и просили, целует мягко, засасывая кожу и проводя по ней языком. Ким округленными глазами поглядывает на альфу, приподнявшись на локти, но за его маской удивления можно было заметить плотно сжатые губы.       — Как думаешь, у него встанет? — шепчет Чимин, наклонившись к уху Юнги. Тот кивает без раздумий.       — Определенно.       — А если бы мы были на их месте? Ты бы тоже возбудился? — вдруг спрашивает Пак, и Юнги резко оборачивается к нему.       Что?       — Что?       — Всегда хотел попробовать с омегой. С девушкой уже было пару раз, но они явно не в моем вкусе. Согласишься? — Чимин смотрит на него лисьим прищуром, касается пальчиком его ладони и задевает губами щеку. Юнги вздрагивает и резко подымается. У него сбивается дыхание, его сердце так сильно колотится, что он боится, что Пак услышит. Но омеге не нужно быть сверхчеловеком, чтобы заметить покрасневшие уши, поэтому он только усмехается и кладет ладонь на чужое бедро, поглаживая. — Я буду считать это за «да».       — Нет! Я не… То есть, я… — бормочет Юнги, откашливаясь.       — Не волнуйся, Тэхена я тебе дам, но первый раз будет наш. А альф отправим на диванчик, наблюдать, мм? — Чимин продолжает настаивать, а Юнги уже не очень-то и сопротивляется ему, глубоко вдыхая приятный запах парня.       Если честно, он никогда об этом не думал. Для него любые подобные извращения в новинку, пусть они с Чонгуком занимаются этим уже чуть больше месяца. Каждый раз находится пара, которая удивляет его ещё больше своими чокнутыми фантазиями. Но в этот раз его предусмотрительно споили, и его мозг уже вряд ли будет советоваться со здравым смыслом.       — Тебе понравится, обещаю. Я умею обращаться с омегами, — Чимин резко оказывается совсем рядом, его дыхание опаляет затылок. Он поддевает серёжку Мина зубами и слегка оттягивает ее, играясь, словно котенок с клубком. Юнги смущается, действительно смущается, не веря, что не собирается отказывать.       — Хей, вы чего там шепчетесь? — голос Тэхена как гром среди ясного неба, и Мин тут же оборачивается на него, встречаясь с вопросительным взглядом Чонгука. Тот, кажется, слегка зол, что на его старания никто не смотрел.       — Да вот предлагаю Юнги попробовать задания посложнее. А вы что думаете, голубки?        Юнги тихо хихикает в кулак, заметив лёгкий румянец на щеках альф. И они были правы — Тэхен все же возбудился.       — Я был с самого начала готов, — хмыкает Ким, застегивая штаны.       — А ты, Чонгук? — Мин отмирает, все же возвращаясь в реальность. — Тебе понравилось?       — Хах, конечно! Всю жизнь об этом мечтал! — фыркает Чон.       — Со мной ещё никто не жаловался! — встревает Тэхен, складывая руки на груди.       — Значит я буду первым. Ноги побрей для начала.       — А что? Тебя это смущает? Или любишь гладеньких?       — Уж предпочитаю больше, чем это…       — Ну начинается! — Чимин спешит их разнять, пока те не устроили драку. — Давайте вы не будете мерятся членами? Лучше продолжим.       — Согласен, — Тэхен достает второй мешочек с заданиями и ставит его на середину вместо первого. Бутылку он тоже убирает. Мин провожает ее заинтересованным взглядом.       — Эти задания составлены немного по-другому, — объясняет Пак, заметив удивленные лица напротив.       — Итак, — тянет Тэхен, вытаскивая свой листочек. — «Довести до оргазма соседа справа, не снимая одежды».       Чонгук снова недовольно щурится, но в этот раз, когда Ким тяжело вздыхает и направляется к нему, поднимаясь, дергается и быстро мотает головой.       — Ну уж нет! Чмок в ляжку еще куда ни шло, но это уже ни в какие рамки! Тэхен сразу замирает и оглядывается на хитро улыбающихся омег, ожидая их вердикта.       — Работаем, мальчики! — приказывает им Юнги. — И без халтуры — это в ваших же интересах.       — Лично я еще хочу увидеть поцелуй. Ты ведь тоже, Юнни? — Чимин толкает его локтем в бок и омега быстро кивает.       — Юнги, кхм… — альфа сжимает челюсть до проступающих на лбу вен. — Люблю тебя, сил нет!       — И я тебя, солнышко, — Мин посылает ему воздушный поцелуй с широкой улыбкой.        Но посмотреть ему не дает подползший ближе Чимин, положив руки ему на плечи и мягко разминая кожу. Юнги напрягается, словно натянутая струна, и совершает одну из самых ужасных ошибок в своей жизни — оборачивается лицом к омеге: приоткрытые пухлые губы, блестящие глаза, в которых отражается золотой огонь с камина, выглядывающие из-под воротника выступающие ключицы и слегка растрепанные волосы. Они прожигают друг друга глазами, молчат, иногда вздыхая глубже, чем нужно, чтобы оценить насколько усилился запах друг друга. А он действительно усиливается.        Юнги ерзает, сводя колени вместе и шумно сглатывает, не в силах оторваться. Он испытывал такое жуткое влечение только к двум людям в своей жизни, и имя «Пак Чимин» есть в этом списке.       — Может, вам уединиться?       Голос Чонгука выводит их из транса и парни нехотя отстраняются друг друга, возвращаясь к наблюдающими за ними альфами.       — Вы уже закончили? — хрипит Чимин, слегка севшим голосом, от которого по телу бегут мурашки.       — Ооо, мы и не начинали! На вас смотреть интересней, — Тэхен смеется, облокотившись на колени и подпирая подбородок. — Так что? Нам вас оставить?       — Нет, мы…       — Да, мы идем наверх, — твердо отвечает Чимин, сжимая минову ладонь в своей. — И мы сделаем вид, что случайно забыли закрыть дверь. Мы же позволим им подглядывать, да Юнни?       — Пусть идут с нами, — соглашается Юнги. В глазах альф появляется огонек, — только, если они все же выполнят задание.       — Мне нравится.        Чимин с Юнги поднимаются, Пак ведет его в сторону лестницы, напоследок подмигнув парням.        Омега тащит Мина, с каждой ступенькой ускоряясь, и на второй этаж они уже залетают, смеясь. Чимин ведет его в одну из множества комнат в темном коридоре и, зайдя внутрь, сразу же стягивает с него одежду. Юнги оказывается в его крепких объятиях, стараясь освободить сильное тело от ненужных тряпок. Они чуть ли не рвут ее, раскидывая все на полу, и валятся на кровать.        Дверь скрипит — в комнату заходят Чонгук с Тэхеном, сбивая их с ритма. Омеги тяжело дышат, в их широких зрачках плещется возбуждение.       — Не отвлекайтесь, — успокаивает их Ким и, обняв Чонгука со спины, расстегивает его рубашку, мягко целуя в шею и изгиб оголившегося плеча. Юнги с Чимином пораженно переглядываются, боясь, что им это кажется.       — Чертовы извращенцы, — хмыкает Пак, вызывая тихий смех у Мина.        Будучи полностью голыми, они жадно осматривают друг друга и, встретившись глазами, больше не могут терпеть. Юнги целует Чимина и это кажется таким необычным и странным, что внутри все сжимается в тугой узел, а меж половинок становится влажно и липко. Чимин аккуратен — он чувствует неуверенность в чужих действиях, поэтому не настаивает, но всё же прижимает костлявое тело Юнги к своему, не менее тонкому.       — Расслабься, я же тебя не съем, — шепчет ему на ухо Пак и ведёт ладонью по позвоночнику, разминает напряжённые плечи и бока. Юнги плавится под его умелыми руками и уже тянется сам за поцелуем, ощущая мягкость омежьих губ на своих. Голова кружится от частых вздохов, сердце колотится в груди от прикосновений и Юнги валится на спину под чужим напором. Они теперь ближе, Чимин прижимает его к кровати, пусть и небольшим, но довольно ощутимым весом, его карамельная кожа смешивается с его белоснежной — Юнги бы сравнил их с капучино.        Чимин приятно пахнет: горячая карамель вперемешку с божественным ароматом свежего хлеба сводит с ума. Чимин сам своим лисьим взглядом и завораживающей, довольной улыбкой сводит с ума.        Юнги, сам того от себя не ожидая, разводит ноги в стороны, позволив Чимину устроиться между них и спуститься с его губ на шею и ключицы. Горячее дыхание обжигает фарфоровую кожу — Юнги выгибается дугой от еле ощутимых прикосновений, после которых тело ещё долго покалывает и хочется отстраниться, но Пак с неистовой для омеги силой сжимает его бока, обездвиживая. Мин громко ахает, когда Чимин с пакостным лицом покусывает его соски и ведёт тыльной стороной ладони по худому бедру, останавливаясь только у паха. Его пальцы цепляют липкую смазку — Юнги слышит самодовольный смех и жутко краснеет, когда Пак с удовольствием слизывает ее и шумно дышит — омеге определенно нравится запах Мина.       — А ты вкусненький, — Чимин облизывается и тянется за ещё одним поцелуем, желая поделиться солоноватым вкусом. Юнги с охотой принимает предложение омеги и впивается в пухлые губы.        Мин, вдохновляясь смелостью Чимина, решает дать волю рукам и спускается пальцами от плеч к подтянутому животу. Пак возбужден не меньше, его самого трясёт от прикосновений — он толкается в чужую ладонь и решает отплатить Юнги тем же, сжимая твердую головку. Их тяжёлое дыхание смешивается в одно, и Мин чувствует, как от нехватки кислорода у него голова идёт кругом.       — Хочу как следует распробовать тебя. Ты же мне позволишь, очаровашка?       Юнги и не успевает кое-как кивнуть, как Чимин переворачивает его на живот и давит на поясницу, заставляя прогнуться. Мин встаёт на колени и падает плечами на подушку, затуманенным от возбуждения взглядом наблюдает за омегой, который мягко целует упругие половинки, оставляет засосы и впивается зубами. Юнги нетерпеливо скулит, пальцы поджимаются в напряжении.       — Ну-ну, тише, сладкий, — Чимин с размаху шлёпает его, из-за чего Мин негромко вскрикивает. До чего же это странно — быть отшлепанным другой омегой. Уверенной в себе, сильной, привлекательной и безумно сексуальной омегой.        Они привлекают внимание альф и те урчат, жадно осматривая ласкающих друг друга омежек.        Юнги оборачивается к ним и замечает голодный взгляд Чонгука, от которого все внутри переворачивается. Хочется наконец-то почувствовать тяжелый, налитый кровью член внутри себя, вдохнуть терпкий запах альфы, но и оторваться от нагловатой омеги не может. Чимин пока только осматривается, щупает, гладит и целует, но только от этого и от вида альфы он готов кончить прямо сейчас.       — Может, присоединимся? — предлагает Чонгук, обернувшись к Тэхену. Тот пакостно улыбается и мотает головой.       — Нет, дадим деткам поиграть ещё немного. Тем более, мы с тобой ещё не закончили, — Тэхен притягивает Чона к себе и с силой впивается в его губы. Чонгук отвечает с тем же напором, они, будто борются за первенство, желая быть ведущим; они до синяков сжимают кожу друг друга, утробно рычат и громко дышат. Они словно соревнуются.        Юнги отрывается от них, жмурясь, когда Чимин начинает слизывать смазку вокруг прохода, обводя его языком и нежно касаясь губами. Омега постоянно облизывается и вкусно мычит, словно ему самому это приносит удовольствие. А Юнги, слыша чужие стоны, сам возбуждается сильнее и прячет лицо в подушке, ерзая. Он сжимает в руках простыни и еле удерживается на дрожащих от напряжения коленях.       — Ты такой тугой, детка, — выдыхает Чимин, пытаясь протиснуть свой язык в узкое отверстие. Юнги скулит, он чувствует, как пульсирует дырочка от интенсивных ласк. Чимин умеет доводить до края, но этого все равно мало, чтобы кончить. Хочется еще, чего-то твердого и горячего. — Давай-ка мы тебя растянем, а то вам с Тэхени будет неприятно, — предлагает Пак, будто только прочитал его мысли, и к его языку добавляется сразу два пальца. Юнги не сдерживает громкий стон и кусает губу до крови. Чимин, как обычно, смеется и бьёт по покрасневшей коже снова, сминая ее пальцами, и опять кусает.        Краем глаза Юнги замечает альф, наблюдающих за ними с нескрываемым интересом, — они явно ждут, не зная, чем все закончится, и это вновь смущает. Чонгук с Тэхеном водят по возбуждённым членам друг друга, иногда прерываясь на поцелуй; они жадно облизываются, еле держатся на краю из-за продолжительных ласк. Кто бы мог подумать, что Чонгуку понравится с альфой. Как и Юнги с омегой. И ему все еще интересно, что такого сказал Чонгуку Тэхен, что первый согласился.       Чимин вдруг наклоняется к нему и кусает за мочку уха.       — Они смотрят на тебя, — напоминает Пак. Да, Юнги и так знает, он уже насмотрелся на них и смотрел бы ещё, если бы не смущение и желание сосредоточиться на ловких пальцах омеги. — Ждут, когда ты кончишь, чтобы выебать нас как следует. Я бы отдал тебя Тэхену, но я хочу увидеть, как они кончат только наблюдая за нами. А ты что скажешь? — Чимин, словно специально, давит на простату внутри и Мин срывается на крик.       — Да! Да, хочу!       Чимин улыбается и поглаживает уже легче, решая подождать пока с оргазмом.       — Умница, сладкий, — от чужой похвалы дыхание напрочь сбивается и Юнги уже самостоятельно насаживается на пальцы, жуя подушку, только бы не кричать чужое имя. Его растягивают так бережно, но с другой стороны столь настойчиво, что даже больше больно, чем приятно. — Ты такой податливый оказывается… А я думал, что это мне придется стонать под тобой.       Ещё один шлепок. Потом следующий. Мин весь сжимается, чтобы не спустить сейчас. Но если Чимин хочет поиграть — они поиграют.       — Ты… — Юнги сглатывает, чувствуя ужасную сухость в горле. — Ты будешь кричать, — Мин смотрит на замеревшего Чимина с вызовом, ему нравится наблюдать, как на чужом лице появляется удивление.        Чимин ухмыляется и вытаскивает пальцы из разработанной дырки, отстраняясь.       — Докажи, — Пак принимает вызов, совсем не струсив, и Юнги пару раз щипает себя за бедро, чтобы убрать пелену с глаз. Он поднимается на один уровень с Чимином, кладет руки на плечи и целует в шею, ведя мокрую дорожку к уху.       — Сможешь продержаться так долго, чтобы заставить их кончить? — прошептав это, омеги одновременно оборачиваются к альфам, прожигая их сверкающими от возбуждения глазами.       — Они кончат дважды, — хмыкнул Чимин, осмотрев альф оценивающим взглядом. Тэхен с Чонгуком замирают, переглядываясь между собой.       — Они что-то задумали, — шепчет Чонгук. — Мне это не нравится.       — Думаю, они хотят, чтобы мы смотрели, — Тэхен подмигивает и сжимает бедро Чона, стараясь оставить как можно больше синяков на его теле. — Это как порно, только в реальности.       — Юнги редко бывает таким громким. Мне стоит брать у Чимина уроки? — Чонгук усмехается, наклоняясь к шее Кима, чтобы провести носом по выступающей жилке.       — Сейчас посмотрим, может, мне тоже придется попросить пару советов у Юнги, — они снова целуются, прежде чем вернуть все свое внимание омегам.        В это время Юнги уже успел повалить Чимина на спину и провести мокрую линию от ложбинки между ключиц до пупка. Он кружит вокруг паха, гладит крепкие бедра, царапая кожу ногтями. Мин иногда поглядывает на омегу, доверчиво прикрывшего глаза и иногда томно вздыхающего, чтобы лучше изучить чужое тело и знать куда давить, или где гладить. Вскоре он закидывает одну его ногу себе на плечо и берет небольшую головку в рот, обводя ее языком и плотно обхватывая губами. Чимин выгибается навстречу и путает руку во влажных волосах Мина, шипя от нарастающего удовольствия.        Юнги заглатывает глубже, постепенно увеличивая амплитуду, а после так же добавляет два пальца, проталкивая их во влажное отверстие, откуда уже давно вытекает вязкая смазка, а все ягодицы были в ней испачканы. Чимин довольно мычит, его громкие вздохи вперемешку с редким чавканьем заполняют всю комнату.        Мин никогда раньше не занимался сексом с омегой, поэтому пока смутно понимал, как ему действовать. Он решил следовать инстинктам, слушать слишком громкого Чимина и доверять своему личному опыту, который он раздобыл во время перерывов между отношениями. Он впервые пробует запах и вкус чужой смазки, и единственное, что его в этом всем пугает, что она не только пахнет карамелью, но и на вкус напоминает что-то подобное. От сладости во рту у него выделяется больше слюны и скользить языком по члену становится проще, а так Чимину намного приятней.        Юнги находит простату, прощупывая ее пальцами, и начинает быстро двигаться. Чимин громко скулит и хнычет, он стонет и ещё что-то тихо бормочет; его пальцы слишком сильно тянут за волосы Мина, так же, как и за простынь, но омега пока не спешит жаловаться, не желая испортить момент.        Он бросает взгляд на альф, у которых уже слюнки текут, и решает отплатить им за такие томные взгляды и пошлые улыбки — закидывает второю ногу Чимина себе на плечо, перекрывая им вид на само действо.       — Хей, так нечестно! — отзывается Тэхен, и Чимин хихикает, издеваясь над своим парнем ещё больше. Мин поднимает взгляд на Пака и видит, как тот с довольным лицом показывает альфам фак.       Чимин оказывается такой же податливый и нежный, если попробовать им управлять. Юнги пару раз шлёпает его по бедру и, судя по чужим вскрикам, получилось сильнее, чем хотелось бы, но Чимин не возражает, поэтому ему прилетает ещё третий раз, только по другой ноге. Пак покачивается вперед-назад, двигаясь навстречу длинным пальцам, и старается вилять тазом, чтобы подмахивать ещё и горячему ротику.        Юнги обводит языком уретру, дует на головку и обхватывает губами поджавшиеся яички, даже берет их в рот и долго вылизывает. Ему нравится, как бурно Чимин реагирует на его ласки, как он закатывает глаза от удовольствия и прижимает его ногами к себе ближе, не желая отпускать.       — Мфф, Юнги… Юн… — Чимин извивается словно змея, и Юнги приходится положить ладонь ему на живот, чтобы тот не рыпался. Кажется, он и сам получает удовольствие от этого.       — Кончишь? — спрашивает Мин, всего на секунду выпустив член изо рта. Чимин активно кивает и сжимается всем телом, его очень трясет. Юнги усмехается и сдавливает его член у основания, а пальцами внутри начинает двигать активней, добавляя третий. Пак расстроенно хнычет и заходится дрожью; низ живота напряжён: Юнги успел прервать его в самый последний момент.       — Юн… Пожалуйста, я уже не могу…        Но омега его не слышит, подводит к краю и сразу же перекрывает любую возможность получить оргазм. Чимин дёргается, его бедра дрожат от постоянного напряжения. Ему уже больно от любого касания, перед глазами все плывет и в ушах шумит, но Юнги не собирается его так просто отпускать, он хочет дождаться, когда Чимин окончательно сойдёт с ума и начнет умолять его.       — Ааах…! Юнги, хватит, я уже не могу терпеть!        Мин мгновенно замирает и выпускает член изо рта, а внутри перестает двигать пальцами. Чимин воет, в уголках его глаз собрались слезы, его губы искусаны и грудь ходит ходуном. Юнги подползает к нему и осыпает мелкими поцелуями его алые щеки, испачканной в смазке рукой ведёт по шее и мажет по приоткрытым губам.       — Хочешь, чтобы я остановился? Но ты же ещё не кончил, — шепчет Юнги и целует его, сталкиваясь с омегой языками. Чимин отвечает ему размашисто, словно в бреду.       — Прошу, я уже не могу… Мне больно… — Пак хнычет и чуть ли не плачет. Юнги оставляет на его губах мягкий поцелуй и возвращается обратно, обхватывая ртом посиневшую головку. Он проталкивает пальцы внутрь, растягивая и поглаживая, и размыкает кольцо вокруг члена. — Сейчас, я сейчас… — Пак прижимает Юнги за затылок и испускает горячую сперму в глотку с очень громким стоном. Его глаза широко раскрыты, вдох замер где-то в горле, тело охватывает судорога.        Юнги проглатывает все, облизнувшись, словно сытый кот, и протягивает Чимину свои пальцы, испачканные в смазке, чтобы тот вылизал их дочиста. Пак охотно принимает их в рот и томно посасывает фаланги, обхватывая языком. Мин только мурлычет.       — Черт, малыш, ты просто нечто, — улыбается ему Чимин и трёт глаза, смаргивая лишнюю влагу. Юнги довольно усмехается, чувствуя, что и в этот раз он победил.       Когда они заканчивают и снова начинают целоваться, альфы оказываются рядом, и Юнги замечает, как с их животов стекают белые капли — всё-таки у них получилось.       — Чимини, детка, так ты отдаешь мне Юнги? — хрипит Тэхен, разминая плечи Пака огромными ладонями.       — Ммм, Тэ, он мне так понравился, — недовольно бурчит Чимин и обнимает Юнги сильнее. Мин и сам жмется к омеге, двигая бедрами и создавая трение на их членах.       — Обещаю позволить вам поиграть утром ещё немного, — встревает Чонгук. — А сейчас иди ко мне, сладкий.       Юнги неохотно поднимается, и Тэхен сразу же обхватывает его за талию, притягивая к себе, словно пушинку, а Чимин подползает к Чонгуку на четвереньках, красуясь перед всеми своим шикарным телом.        Похоже, альфы уже успели договориться, как они будут трахать омег друг друга, ибо действуют слишком уверенно и как-то синхронно. Пока что они только щупают омег, изучая новые игрушки. Мин уже давно замечает на себе голодные взгляды Тэхена и ему это безумно нравится, особенно, когда чужие ладони обхватывают его тощую задницу и сжимают до синяков, царапая.        Юнги уже голову теряет, желая наконец-то кончить, но Тэхен не даёт ему даже прикоснуться к себе, сразу же приказав схватиться за спинку кровати позади них, и припадает губами к его соскам, кусая и посасывая.       Чимин позади них громко стонет, Чонгук шлёпает его и шепчет что-то на ухо, наверняка всякие пошлости, а у Юнги ревность бурлит и желание когда-нибудь занять место Чимина. Он уже был готов обернуться, чтобы посмотреть на «сладкую парочку», на противоположной стороне кровати, но Тэхен прижимает его к себе сильнее, из-за чего Мин полностью ложится на его грудь, и разводит ягодицы в разные стороны, растягивая проход и проталкивая палец внутрь на пару фаланг, чтобы проверить, насколько омеги растянули друг друга.       — Нравится вид? — спрашивает Тэхен как-то слишком громко для человека, который находится совсем рядом.       — Безумно, а тебе? — отвечает Чонгук, и Чимин почему-то после этих слов отзывается нетерпеливым мычанием. Они что, шоу друг для друга устраивают?! Ласкают омег на глазах друг у друга, соревнуются, у кого громче будет стонать, а самим омегам не дают даже обернуться. Похоже, это их месть за выходку Юнги, который не дал парням досмотреть.       — Ещё бы, — хрипит Ким. Он вытаскивает палец и даёт его омеге на пробу. — А тебе? Нравится, детка?        Юнги быстро кивает.       — Вы с Чимини хорошо поработали, знаете, что нам нравится, — Тэхен поглаживает его бедра, целует шею. — Но мы знаем, что вам этого мало. Хочешь наконец-то почувствовать мой член внутри себя? Хочешь, чтобы тебя вытрахали по самые яйца?       — Да, хочу-хочу… — Юнги смущается, прячась в изгибе широкого плеча. Тэхен просит его приподняться, после чего проводит головкой по проходу и пару раз легко толкается внутрь, входя всего немного. Мин пытается насадиться самостоятельно, но Ким крепко держит его, показывая, что в данный момент он будет указывать, когда.        Тэхен резко входит на всю длину — Юнги слышит, что они с Чимином стонут в унисон. Из глаз брызгают слезы, Мин впивается ногтями в спину Тэхена и надрывно хнычет, чувствуя как его наполняют внутри, как его растягивают до невозможного и входят так глубоко, что кажется, проткнут насквозь.        Тэхен не намного больше Чонгука, но его член явно толще, поэтому первые толчки приносят обоим лёгкий дискомфорт. Чимин хорошо его растянул, но маленькие омежьи пальчики и рядом не стояли с членом альфы.       Юнги не в силах продержаться долго и кончает совсем скоро, будучи обласканным омегой: его припухшая дырочка непривычно пульсирует и покалывает от грубых действий Тэхена, все тело пробирает судорогой и воздух застревает в горле; Ким не жалеет его тела, оставляя синяки и белые полосы от ногтей, засосы и отметены зубов, будто пытается откусить себе кусочек.       Положив голову на грудь Тэхена, Юнги потерянным взглядом удается найти Чонгука и Чимина, плотно прижавшихся друг к другу. Чимин окольцевал шею Чона, иногда припадая к его губам и пылко целуя, приглушая свои стоны. Член Чонгука легко входит в растянутое отверстие с громкими шлепками, Чимин охотно насаживается на него, будто только этого и ждал все это время; его выгнутая дугой спина, тонкая талия и сочные ягодицы привлекают взгляд не только альф, но и самого Юнги, у которого уже слюнки текут — так он хочет смять их в своих ладонях.        Юнги встречается взглядом с Чонгуком и тут же краснеет, представляя, как он выглядит со стороны, но ему безумно льстит тот факт, что альфа, находясь в объятиях другой, не менее привлекательной омеги, все равно жадно смотрит на него, изучает его и ревностно рычит, заметив, как Тэхен притягивает Мина к себе для поцелуя.        Юнги прикрывает глаза и полностью отдается мягким губам Кима, мычит в его рот и позволяет наглому альфе ворваться в свой языком. Поцелуй выходит грубым и смазанным, слишком развратным. У Мина кружится голова от нехватки кислорода, он чувствует, что скоро кончит второй раз, но Ким опять же доказывает, что все будет происходить исключительно по его сценарию, останавливаясь. Тэхен разворачивает его к себе спиной, обхватив поперек живота, и входит под новым углом.        Его взгляд натыкается на Чимина — затраханного до потери сознания, раскрасневшегося и потного; Чонгук сжимает омегу в своих руках, натягивая его на свой член, разводит его ноги максимально в стороны, пользуясь отличной растяжкой. Чимин выгибается, он безумно устал и только Чонгук не позволяет ему остановиться, придерживая под попу, но на его лице довольная, даже маниакальная улыбка, которая слегка пугает.        Их взгляды встречаются и Мин вздрагивает, словно по его телу проходит электрический ток. Он не может оторваться от Чимина, не может перестать скользить глазами по карамельной коже, плавным изгибам его крепкого тела, не в силах перестать смотреть на небольшой член с ярко-розовой головкой, которую бы он с радостью ещё раз попробовал на вкус. Чимин, кажется, думает о том же, судя по его жадному взгляду.       Юнги шумно сглатывает, стараясь дышать ровнее, но при таком животном темпе, который альфы задали с самого начала, он понимает, что продержится не долго. У него болит горло, но тише не выходит, особенно, когда Ким мажет головкой по комку нервов внутри, и Мин срывает на крик.       — Детка, ты все ещё такой тугой и горячий внутри, — Тэхен собирает соленые капли пота на шее омеги, поглаживает напряжённый до боли живот. — Ты весь мокрый там, такой податливый, так хорошо меня принимаешь. Хочу, чтобы ты показался нам в конце. Хочу увидеть, как из твоей дырочки вытекает моя сперма. Ты же постараешься, малыш, и вытолкнешь ее всю? Будешь хорошим мальчиком для нас с Чонгуком?       — Да, буду. Да, только дай мне кончить.       Юнги устал. У него болят все мышцы, даже те, о которых он никогда не догадывался. Ещё немного и он не сможет и слова сказать.        Тэхен смеётся над его беспомощностью и все же накрывает его член ладонью, поглаживая и надавливая на чувствительные места. Мин замечает, что Чонгук повторяет движения Кима — похоже, они хотят, чтобы омеги кончили одновременно.        И спустя энное количество толчков и несколько пошлых фразочек Юнги изливается в руку Тэхена, полностью садясь на его член, и громко выдыхает. Он падает на грудь альфы, прижимаясь к его горячему телу; он судорожно хватает ртом воздух, его горло саднит, а сердце стучит где-то в висках. Словно сквозь толщу воды он слышит надрывный вздох Чимина, а после его томное дыхание.        Внутри него разливается теплая, вязкая сперма, пока Тэхен медленно двигается. Альфа что-то шепчет ему, гладит по ногам и разминает пятнистую кожу.        Ким заставляет его нагнуться вперёд и встать на колени, а после приказывает развести руками половинки. Рядом с ним падает уставший Чимин, вяло улыбнувшись ему, и становится в такую же позу.       — Ну же, малыш, покажи как хорошо Тэхен тебя наполнил, — тяжёлая рука Чонгука ложится ему поясницу и несильно сжимает одну из половинок, проводя большим пальцем по припухшему проходу. Юнги краснеет и тихо хнычет, стараясь изо всех сил. Чимин рядом вздрагивает от сильного шлепка и мычит, сжимая зубами простынь.       Мин чувствует, как липкая жидкость каплями стекает по мошонке, и краснеет ещё больше, не в силах поверить, что он действительно это делает. Чимин тоже краснеет, но на его губах расцветает довольная улыбка, когда Тэхен похлопывает его по бедру.       — А у меня больше, — шепчет Ким и Чонгук фыркает.       — Эй, хватит уже письками мерятся! — отзывается Чимин, который тоже заметил эти надменные взгляды.       Юнги смеется, повалившись на бок, и тянет руки к Чонгуку, чтобы прижаться к нему и наконец-то поцеловать любимые губы. Чон неловко отвечает ему, улыбаясь и смущённо смеясь. Они решили, что будут делать так в конце, чтобы не выглядеть слишком отстранено.       — Можете воспользоваться ванной на этом этаже, — встревает Чимин. Юнги поворачивается к ним и видит, что Тэхен уже успел накинуть на плечи Пака одеяло и обнять его со спины. — Если решите остаться на ночь, ваша комната — вторая дверь справа от лестницы.       — Конечно останемся, спасибо, — отвечает Чонгук и поднимается, подтягивая за собой Мина.       — Увидимся за завтраком, — Чимин напоследок подмигивает им, после посвящая все свое внимание Тэхену, который, кажется, очень соскучился по своей омеге.       Чонгук с Юнги выходят из комнаты и, будучи слишком уставшими, договариваются, что для начала пойдут в душ. Они забираются в кабинку, быстро смывая с себя пот и сперму, находят в шкафчиках халаты и кутаются в них.       — Как думаешь, они уже пошли к себе? — спрашивает Чонгук, выглядывая из ванной.       — Не знаю. Давай ты иди вниз, поищи там, — Юнги подходит ближе, указывая на лестницу. — Если встретишь кого-то, скажи, что спустился нам за водой. А я пока осмотрюсь наверху.       — Хорошо, только не спались. Ты запомнил, какая комната наша, а какая их?       — Ага. А ты?       — Да.       — Тогда все фоткаем, а потом у себя посмотрим, что получилось найти.

***

       После сытного завтрака, который им любезно приготовил Чимин, Юнги с Чонгуком с легкой спешкой прощаются.       — Спасибо за эту ночь, — шепчет Чимин на ухо Юнги, поцеловав в щеку. — Надеюсь, еще увидимся.       — Конечно, обещаю, — Мин с хитрой улыбкой целует его в ответ и, помахав рукой, следует за Чонгуком к машине. Чон быстро выезжает, покидая территорию особняка, и, как только они оказываются на городской трассе, могут выдохнуть спокойно.       — Фух, — Юнги потягивается в кресле, кое-как выгибаясь под ремнем безопасности. — И снова успех! Нам обязаны дать повышение, не иначе!       — И не говори! — Чонгук облегченно откидывается на спинку, одной рукой управляя машиной. На его лице появляется улыбка, которую Мин тут же подхватывает. — Я так устал от этих богачей. Постоянно придумывают какие-то извращения…       — Ага, точно, — согласно кивает омега. — Но, ты согласись, эти были намного лучше, чем предыдущие! Как их там… Сок…джун? — Юнги достает пачку из бардачка и быстро закуривает, открыв окно со своей стороны. Чонгук протягивает руку к сигарете, и Мин передает ее парню, наблюдая, как альфа затягивается и возвращает ее Юнги.       — Ким Сокджин и Ким Намджун — та еще парочка, — комментирует Чон, смущенно усмехнувшись. Мин тоже тихо хихикает, вспоминая, в каком они тогда были шоке, узнав, что у Кимов в доме имеется копия Красной комнаты. У ранимого Чонгука тогда чуть приступ не случился, но их улов явно того стоил.       — Ужас! Как вспомню, сразу выворачивает! У меня тогда еще неделю задница болела!       — У меня тоже!       Они громко смеются, передавая сигарету из рук в руки.       — Черт, больше никакого БДСМ в моей жизни! И никаких свингеров! Этот секс уже в печенках сидит! — Юнги делает последнюю затяжку и выбрасывает окурок в окно, после чего закрывает его и устало откидывается на спинку сиденья.       — Мне показалось, что тебе понравился тот омежка — Чимин. Разве нет? — удивленно спрашивает Чонгук.       — Да, он был неплох. Очень даже. И Тэхен тоже. Возможно, я бы повторил, — признается Мин, краснея. В его голове всплывают воспоминания с громко стонущим в его руках омегой, с его довольной улыбкой и слезящимися глазами. По его телу проходит дрожь, и он тут же отворачивается к окну, надеясь, что в отражении не будет видно его красных щек. — А тебе? Ты тоже, вроде, неплохо провел время, нет?       — Было прикольно, но я больше никогда и ни за что не поцелую другого альфу! Точно не в этой жизни! — Чон застенчиво смеется, опуская голову, но быстро возвращает взгляд к дороге.       — Тебе было противно? — спросил Юнги, вспомнив свои чувства при первом поцелуе с Чимином: ему было необычно, странно, но безумно приятно. Точно не противно.       — Нет, но я бы не сказал, что это как с омегами. Скорее унизительно, я бы так это назвал.       — Унизительно? Что в этом унизительного?       — Ты омега, ты не поймешь.       Юнги давится возмущением, поворачивая к Чону всем телом и складывая руки на груди, дует губы. Альфа бросает на него беглый взгляд и усмехается.       — Что?       — Объяснись!       — Хах, как хочешь, но тебе все равно не понять. Вы, омеги, всегда снизу, вы по природе подчиняетесь альфам, а нам, альфам, особенно мне, совсем не хочется быть в роли омежки!       — Ааа, так Тэхен тебя нагнул и поэтому ты постоянно выделывался? — Юнги смеется, толкнув альфу кулаком в плечо. — Но я видел, ты все равно кончил с ним.       — Вы там такое устроили, там бы только импотент не кончил, — пыхтит Чонгук, надувшись.        Юнги перестает смеяться, отворачиваясь, и нервно кусает губу.       — Тебе понравилось?       — Кхм, ну… да. Можно и так сказать.        Они молчат, смотря прямо на дорогу, и только иногда бросают взгляды друг на друга: Юнги через отражение в окне, а Чонгук — в зеркале заднего вида. Атмосфера становится невыносимой, Юнги еле может сделать вдох в душном салоне. Ему впервые так неловко рядом с альфой.       — Вы круто придумали, — Мин решает быстро придумать им новую тему для обсуждения, чтобы провести оставшуюся часть пути в более приятной обстановке. — Я имею в виду, когда взяли меня и Чимина к себе в конце. Смотрелось, словно зеркало, — неловко бормочет омега, откашливаясь от удушливого комка в горле. Чонгук разминает напряженные плечи, пытаясь хоть как-то усесться и расслабиться, но у него никак не получается под взглядом Юнги.       — Да, это я придумал.       — Решил проявить инициативу?       — Мне стоило попробовать.        Юнги понимает, что сейчас их снова окутает молчание, и готовится сказать что-нибудь еще, чтобы поддержать разговор, но Чон опережает его:       — Что будешь делать после? Эти были последние…       — Не знаю, — отзывается Мин после небольшой паузы. — Вернусь к старой работе? Попрошу себе новый кабинет на пятом этаже, наконец-то погашу кредит за машину, схожу на свидание с Хосоком… Возможно…       — С Чон Хосоком? Начальником отдела? — Чонгук удивленно моргает. Нет! Юнги и Хосок даже рядом не смотрятся. Это будет выглядеть дико, лучше бы… Кхм, да, лучше бы.       — А что? Он меня уже звал на кофе пару дней назад… — признается Юнги. Он внимательно поглядывает на слегка погрустневшего альфу и почему-то в груди становится тепло. — Как думаешь, стоит пойти? Вы, кажется, знакомы?       — Ну так, пересекались пару раз. Разве у него нет девушки? Йенджи, кажется, так ее звали.       — Да, но они расстались на той неделе, — Мин хмыкает, пожимая плечами. — Он милый. И галантный. И умный.       — Если он тебе нравится, то соглашайся, конечно. В чем проблема?       — Да так, ничего особенного… А у тебя есть кто-то?       — Нет, — тут же отвечает альфа. — Я полностью свободен. А почему спрашиваешь?       — Ну… Ты же мне никогда о себе не рассказывал. Вот и спрашиваю. Мало ли, может, у тебя уже есть кто-то, а я совратил тебя на всякие непристойности.        Чонгук смеется, улыбнувшись омеге в отражении зеркала, и больше они не проронили не слова.

***

      - …Ах, и еще, еще! Он был такой сексуальный и красивый! Господи, а как он целуется! Ммм, как вспомню эти сладкие губки… Он мне так подмигнул и сказал, что будет не против повторить! — непрерывно трепетал Чимин, в перерывах, чтобы отдышаться, попивая коктейль через трубочку. Тэхен рядом улыбается, наблюдая за своей омегой. Сокджин с Намджуном, сидящие в обнимку напротив, тоже посмеивались с слишком впечатленного парня. — И еще, когда он управлял мной, было так хорошо! Он не давал мне кончить, черт, это незабываемые ощущения! Тэ, почему ты такого никогда не делал?       — Ты никогда и не просил, — Ким пожимает плечами, обняв омегу за плечи. — В следующий раз буду знать.       — Будь добр!       — Может, дадите нам их контакты? Судя по твоему описанию, Мини, они, наверное, боги в сексе, — смеется Сокджин. — Как думаешь, любимый? — обращается он к Намджуну. — Не хочешь снова кого-то позвать? Давно у нас никого не было…       — Ну да, можно, — полный энтузиазма альфа отпивает виски и заедает виноградом, подцепив его пальцами с тарелки.       — Ой, а у нас, наверное, нет их номеров. При первой встрече я дал им свой телефон, чтобы они могли нас найти, и все, — растерянно вздыхает Чимин. — Тэ, а у тебя случайно нет их номеров?       — Нет, ты же обо всем договаривался, — Тэхен отнекивается.       — А как их зовут? — спрашивает Намджун. — Может, мы уже пересекались?       — Мин Юнги и Чон Чонгук, — Паку еле удается вспомнить их полные имена. — Хотя, возможно, это просто псевдонимы — не все же парочки хотят выдавать свои настоящие имена.       — Стой, погоди! — Сокджин выпрямляется и ставит свой коктейль на столик. Чимин замечает в чужих глазах беспокойство. — Ты сказал: «Мин Юнги и Чон Чонгук»? — Пак кивает, переглядываясь с таким же растерянным Тэхеном. Намджун от истерического смеха чуть не проливает на себя алкоголь и тоже ставит стакан на стол.       — Что? Вы их знаете?       — Ооо, еще как знаем! — тянет Сокджин.       — Эти двое тоже нашли нас в клубе, разговорили… Они нам понравились, и мы предложили им попробовать — они конечно же согласились, но, как и у вас, сказали, что делают это впервые, поэтому попросились к нам, чтобы мы им все показали и объяснили, — рассказывает Ким. Чимин кивает каждому его слову, вспоминая их первую встречу с парой. — После всего мы предложили им остаться на ночь, чтобы они не ехали домой уставшие, да и некрасиво это как-то — сразу же их прогонять. А эти гады оказались работниками налоговой, порылись в моем кабинете и узнали все о моем бизнесе и имуществе. Ты же знаешь, с моей работой платить налоги — себя без гроша оставить, поэтому я активно их избегал, как мог. А через недельку после их визита мне позвонили и сказали, что налоговая выставила мне чек на такую кругленькую сумму, что и не выговорить.        Тэхен с Чимином переглядываются — в их глазах читается удивление, страх и еще легкая надежда, что это все выдумка. Они даже ничего подозрительного в тот вечер не заметили, разве что наутро, когда пара слишком быстро оставила их.       — Подождите, но они сказали, что…       — Да-да, знаем: Чонгук — архитектор, Юнги — хирург; познакомились, когда Чонгуку на стройке что-то там на ногу упало, а Юнги его потом лечил, — продолжил Намджун, одним глотком осушив стакан. — Ждите чек через пару дней.       Наступает нервное молчание и время, когда всем жутко неловко. Пак почему-то чувствует себя виноватым, хотя он здесь ни при чем. Никто не виноват, но все же обидно.       — Блять! — выдыхает Тэхен, зарываясь пальцами в волосы. — Сука, я тогда в кабинете столько важных бумаг оставил…       — Тэ, слушай, может, получится как-то это все замять? — сразу же предлагает Чимин. — Подадим на них в суд, скажем — «незаконное проникновение», мм?       — Чимин, не тупи, пожалуйста! — зло выдыхает Тэхен, что у омеги все внутри поджимается. — У нас в доме камеры на каждом углу! Придется показать запись, а там четко видно, что мы их встретили у ворот и лично провели в дом. И то, что мы делали… Хочешь, чтобы весь Сеул узнал об этом?       — Черт… — вздыхает Пак, судорожно глотая коктейль, и кричит официанту, чтобы тот принес ему чего-то покрепче.       — Странно, что вы о них не слышали, — тянет Сокджин, усмехнувшись. — Они уже всех наших так переловили.       — Сука, увижу еще раз — убью на месте! — Тэхен бьет кулаком по столу и, повторив за Чимином, допивает все до последней капли. — Пошли, Чимин! — приказывает альфа, и омега тут же поднимается из-за стола, следуя за разозленным мужем.       — Еще увидимся, — бросает Пак своим друзьям и скрывается за выходом.

***

      Юнги курил у входа в офис, облокотившись спиной о свою машину, когда из главного входа вышел разозленный до жути Тэхен и выбежавший следом Чимин, пытающийся хоть как-то успокоить своего мужа. Юнги прекрасно знал, сколько они заплатили, знает количество штрафов и взяток, которые Киму пришлось подсунуть в нужные руки, чтобы к этому делу не привлекли суд. Сумма была действительно огромной, но если учитывать, сколько имущества было записано на имя Ким Тэхена и Пак Чимина и как долго они не платили налоги, это еще по-божески.        Юнги бы не сказал, что он был рад такому раскладу событий, все-таки он испытывал некую симпатию к паре, но с другой стороны, это был просто секс на одну ночь и не более — вряд ли они еще пересекутся.        Совсем недавно, когда он с Чонгуком собирался идти к начальству с собранным материалом, они заговорили о том, что возможно, было бы лучше, если бы они просто начали шантажировать Кима: они бы смогли расплатиться со своими долгами, решить с помощью полученных денег все свои проблемы и подарить Тэхену и его пассии возможность сэкономить несколько миллионов вон. Но в итоге они решили, что это не их проблемы, а свои деньги они и так получат.       Сейчас же его немного мучает вина, когда он наблюдает за разгорающейся перепалкой.       Следом за первой, идет вторая сигарета. Мин мельком поглядывает на наручные часы и тяжело вздыхает, заметив, что для него обеденный перерыв закончится через несколько минут. И Чонгук скоро должен вернутся из офисного кафетерия с обещанным стаканом кофе.       — О, Юнги~я?       Омега оборачивает на свое имя, встречаясь взглядом с Хосоком. Альфа широко ему улыбается, сразу подходит ближе и обнимает за талию. Юнги с блеском в глазах обнимает в ответ, шепча на ухо тихое «Привет». Сигарету он прячет за спиной.       — Чего здесь мерзнешь? Ждешь кого-то? — спрашивает Чон, но от его чуткого обоняния не скрывается то, что от омеги снова тянет никотином. Он хмурится и в силу своего роста заглядывает за спину, тяжело вздохнув. — Опять куришь?       — А… кхм… да, — смысла скрываться не было изначально, но Юнги любитель испытывать судьбу. Хосок не был против того, что его омега курит, но и не одобрял — ему никогда не нравился запах въевшегося в кожу и одежду пепла. — Сегодня был слегка напряженный денек, — Мин говорит чистую правду, все-таки он в последнее время ждал этого момента, когда сможет увидеть Тэхена и Чимина в офисе. Он не знал, удастся ли им поговорить, а если и удастся, то что ему следует сказать? Он не знал ответов на все свои вопросы, которыми он беспрерывно мучил себя. — А ты только вернулся со встречи? — омега быстро переводит тему.       — Да, думал успею к обеду, но пришлось задержаться. Хотел пригласить тебя покушать вместе.       — Ничего, я не голоден.       — А если бы я успел и пригласил? — на губах Хосока расползается шальная улыбка. Юнги смеется и подходит к альфе вплотную, запуская свободные пальцы в черные волосы, а той рукой, в которой все еще находилась тлеющая сигарета, обнимает за шею.       — Думаю, я бы очень хорошо подумал, прежде чем уделять вам свое драгоценное время, сонбэнним, — Мин прожигает его глазами, надменно хмыкая. Его прижимают к машине, сильные руки обхватывают талию.       — Да что вы, сотрудник Мин? — подыгрывает ему альфа. — Вы бы так легко отказали своему начальству в обеде?       — Только, если бы вы настояли, сонбэнним — я так просто не даюсь.        Хосок рычит, впиваясь в податливые губы. Юнги краснеет, когда подул лёгкий ветерок, напоминающий, что они все ещё находятся на улице и прямо напротив окон целого офиса, но их это не останавливает. Рядом с Чоном он всегда теряет голову, поддаваясь моментальным порывам, как этот.       — …ах, вот ты где, мелкая тварь! — громкий рык заставляет их оторваться друг от друга и перевести внимание на приближающихся Тэхена и Чимина. Хосоку не понадобилось много времени, чтобы узнать их, и тихо посмеяться вместе с омегой.       — Аа, это те богатенькие, которых вы с Чонгуком прижали?       — Да, оставишь нас? — Юнги смело игнорирует подбежавшую парочку, приглаживая слегка мятый после поцелуя воротник на чужой рубашке.       — Они же ничего тебе не сделают? — его тон меняется на обеспокоенный, когда Хосок замечает нескрываемую ярость в глазах незнакомого альфы. — Я могу остаться и…       — Нет, все в порядке. Иди уже, — Мин целует Чона в щеку и, когда тот уходит, наконец-то поворачивается к застывшим рядом Тэхену и Чимину, провожающих Хосока удивлённым взглядом. Но к ним быстро возвращается праведный гнев.       — Ты…! — первым наступает Чимин, толкая Юнги в плечо. Мин только слегка пошатывается.       — Я! — омеге нравится издеваться над ними, нравится делать затяжку с полусгоревшей сигареты и улыбаться им.       — Как ты посмел?! Ты хоть понял, кому перешел дорогу?! — продолжает Пак, срываясь на него. Тэхен стоит рядом, сжимая кулаки до посинения и челюсть до жуткого скрипа зубов. Юнги же ничего из этого не пугает, поэтому в следующую секунду он выпускает дым в лицо Чимина, заставляя того отстраниться.       — Во-первых, угомонись, сладкий, — Мин не знает, куда делась вся его вина, но теперь внутри плещется только желание поиздеваться. — А во-вторых, я всего лишь делал свою работу, — пожимает плечами.       — Работу?! Так это называется?! — терпение Тэхена наконец-то лопается, и он подходит к Юнги, выбивая сигарету из пальцев громким хлопком, и заставляет его встать на носки, схватив за ворот белоснежной рубашки.        Чимин на фоне громко вздыхает и дёргается, словно готов встать на защиту омеги. И Юнги знает, почему, заметив возле правого глаза слишком много тонального крема.       — Да, — все так же спокойно отвечает Мин. — Ты хоть представляешь, как было тяжело вывести вас на чистую воду обычными проверками. Вы же как крысы прячетесь. А наш способ действенный и очень даже приятный обоим сторонам, — омега подмигивает Чимину и отправляет ему воздушный поцелуй. А Пак бесится, у него уши краснеют от злости. Выглядит очень мило.       — Тебе смешно?! Ты хоть представляешь, сколько денег мы потеряли, щенок?! Тебе бы на три жизни хватило!       — Знаю, я сам все отчёты писал. Я писал отчёты на всех ваших друзей или таких же крыс и…       — Хей, ребята, вы что, развлекаетесь без меня?       Юнги оборачивается и замечает подходящего к ним Чонгука с двумя стаканами кофе. Его любовь к кепкам и солнечным очкам немного сбивают с толку, но омега легко узнает друга по голосу.       — Привет, ты долго, — Мин мгновенно вырывается из чужой хватки и подпрыгивает к альфе, забирая свой кофе. Он становится рядом и даже прячет половину плеча за чужой спиной, зная, что Чонгук защитит его.       — Прости, там очереди. А я смотрю, ты уже встретился с нашими голубками, — Чон, заметив лёгкую дрожь в холодных руках, когда отдавал Юнги стакан, сразу же обнимает его за плечи.       — Знаете что, мне все это надоело! Ещё посмотрим, как вы запляшете, когда через недельку вас уволят из этой конуры! Будете знать, как переходить дорогу таким влиятельным людям как я!       — Хей, успокойся, чувак, — усмехается Чонгук. — Все, что мы делаем, заставляем бизнесменов платить налоги. То, что вы прятались четыре года, при этом скупая ещё больше, можно даже сказать, нелегального имущества, это ваши проблемы. Было бы все честно, мы бы с вами никогда не встретились, и все были бы счастливы.       — А сейчас прошу нас извинить, — встревает Юнги, не отходя от Чона. — У нас закончился обеденный перерыв. И пусть я встречаюсь со своим начальником, но никаких особых привилегий мне это не даёт и тратить на вас свое рабочее время я к сожалению не могу. В следующий раз, если захотите поговорить, записывайтесь у нашего секретаря. Но не раньше десяти — я ещё сплю.       — Удачи.       Они с Чонгуком уходят, оставив слегка обескураженных, очень злых и обиженных Тэхена и Чимина позади. Зайдя в офис, они громко смеются, пародируя их перекошенные лица, чуть ли не разливая кофе.       — Спасибо, что помог. Не думаю, что мог бы продержаться с ними долго, — Юнги поднимается на носочки и шепчет ему на ухо.       — Ладно тебе, всё-таки не тебе одному отдуваться, — улыбнулся альфа и, похлопав Мина по плечу, уходит в сторону лестницы. — Наш вечер все ещё в силе? Или ты опять променяешь меня на Хосока? — он оборачивается, идя задом наперед.       — И не надейся! Тебе придется терпеть меня целых три часа!       — Оо, нет! Какой ужас! — Чонгук снова играет, словно падает в обморок, закатывая глаза.       — Иди уже! — Юнги неловко смеётся, когда альфа подмигивает ему и скрывается за лестницей. — Придурок.        Он слышит новый всплеск криков и резко оборачивается: Чимин с Тэхеном снова спорят. Возможно, Юнги все же чувствует вину, когда смотрит, как эти двое, с виду счастливая пара, уничтожают свои отношения. Для собранного Тэхена Чимин был слишком шумным и простеньким, в нем не было изюминки, которая бы завлекала умных альф. Его обаяние, желание заботится и постоянно уделять внимание — то, что смогло заинтересовать Кима только на первое время.       Юнги больно смотреть, как Тэхен отталкивает омегу, уходя прочь, а Пак в слезах бросается за ним. Он так и хочет подойти, схватить омегу за руку и сказать, что оно того не стоит, попросить быть мудрее и не бегать за альфами, а уметь вовремя уйти. Но пара уже скрылась на парковке, да и это совсем не его дело.        Он пьет теплый кофе и поднимается к себе в свой новый кабинет на пятом этаже, который ему так любезно отдал Хосок на прошлой неделе.