Глава 1
21 апреля 2020 г., 01:01
Примечания:
Я пока переводила чуть инфаркт не схватила, я блин начинала перевдить фф по каччако не для того, чтобы словить бух от кацудек
Когда через неделю после начала отношений у Кацуки началась течка, Очако время от времени заглядывала к нему в комнату, чтобы проведать его, точно также как она делала, когда они были еще друзьями. Каждый раз он рычал на нее, пока Урарака не обнимала его и не давала ему сок, после чего уходила, чтобы он мог поспать. Когда она возвращалась уже с нормальной едой, он просил ее остаться подольше. Хоть его феромоны и распространялись по всей комнате, будто невидимый туман, но это было не настолько невыносимо, чтобы она поддалась своим инстинктам альфы, поэтому она осталась.
— Это ты приготовила? — спросил Кацуки, набивая рот, как будто сумасшедшее животное. — На вкус просто охуеть как отвратительно.
— Это ты отказался учить меня готовить, — надулась Урарака.
— Нечестно. Я схожу с ума от голода и жажды, а ты приносишь мне это? Ты просто пользуешься мной! — прорычал Бакуго.
Очако закатила глаза и запихнула пельмешку своему парню в рот.
— Даже, когда у тебя течка, ты чертовски агрессивный, — заключила она. — Я не могла бы воспользоваться тобой, даже если бы захотела.
— Да, черт возьми! — выкрикнул он, его голос заглушила еда во рту.
***
Деку закрыл свой нос двумя руками, когда Урарака села рядом с ним в столовой спустя неделю после того, как Кацуки заболел. — От тебя несет Каччаном! Очако смущенно кивнула, поскольку (она надеялась) это был пик течки Бакуго. — Думаю, я могу быть причиной, почему его течка длится так долго. Его тело скорее всего не привыкло к феромонам альфы, перемешивающимся все это время с его запахом, — Урарака фыркнула. — Но он настаивал на том, чтобы я осталась с ним на несколько часов вчера. Я попыталась смыть запах, но, когда я принесла ему этим утром завтрак, этот запах снова стал очень стойким. Она улыбнулась мыслям об омеге. Обычно они не обнюхивали друг друга слишком агрессивно. Кацуки пытался делать это небрежно и непринужденно, настаивая на том, что он просто напоминает ей, что она принадлежит ему, но Очако знала, что ему просто нужно успокоение, которое он получает от ее запаха, покрывающего его в самые тяжелые времена на протяжении его течки. Она посмотрела на остальных своих одноклассников, собравшихся за столом. Забыв о своих грезах, когда Деку помахал рукой перед ее лицом. Многие закрывали свои носы, а некоторые даже старались отодвинуться от нее как можно дальше. — Простите, — сказала она ребятам, не чувствуя ни капли сожаления. Из разговоров с другими девочками она узнала, что одноклассникам нет никакого дела до запаха Бакуго. Это было ненормально. Запах Кацуки был божественным, он пах, как костер и зефирки. — Эту проблему можно легко исправить! — заявил Минета с другого конца стола. Его лицо исказилось от отвращения, он пытался драматичнее других избегать запах Бакуго. — Просто сцепись своим узлом с его… Урарака кинула свой стакан в бету, прежде чем он успел закончить свое предложение. В ее глазах была ярость, она подняла руки, готовая драться, ее огненный взгляд был направлен на, теперь промокшего, винограда. — Давай я лучше засуну свой кулак тебе в глотку? Деку шлепнул рукой по лицу, но тоже уставился на бету. — Ты проводишь слишком много времени с Каччаном, ты уже начала перенимать его склонности к агрессии… — но даже если бы она сама не попыталась придушить Минету, то он бы с радостью взвалил на себя эту ношу за такое выражение.***
Позже в тот же день Урарака постучала в дверь комнаты Кацуки, чтобы передать ему тетрадь с записями с уроков. Когда он не ответил, она покрутила дверную ручку, чтобы проверить открыта она или нет. И она была открыта. Очако фыркнула. Казалось, что омега пытался узнать, посмеют ли его одноклассники зайти к нему, когда у него течка. Она открыла со скрипом дверь и просунула голову в комнату. Кацуки свернулся клубочком в своем гнезде, завернутый в одеяла, как буррито, и крепко спал. Очако быстро сделала фотографию на свой телефон и сразу же запихнула его в карман, чтобы сохранить в безопасности. Урарака подошла к комоду парня, положила на него тетрадь и собралась уже уходить, чтобы дать ему отдохнуть. Судя по запаху в его комнате, течка почти подошла к концу. Когда она уже уходила, из-под одеяла вытянулась рука и схватила ее за запястье. Не успев ничего понять, она уже была рядом с Кацуки на кровати, ее рот был наполнен его волосами, а в нос ударил его запах. Она хихикнула, когда почувствовала, как он прикусил ее кожу на шее, и обвила свои руки вокруг его плеч и сжала их. — Привет, ангелок, — отстраняясь, произнес он, только чтобы снова медленно поцеловать ее в губы. — Каччан, — Урарака будто засветилась и отодвинулась, чтобы поздороваться. — Хватит так лыбиться, — потребовал Бакуго. — Это отвлекает. — Хватит лыбиться вот так? — она улыбнулась еще шире, выставляя на показ свои жемчужно белые зубы. Бакуго демонстративно отвернулся. — Да, засранка. — Ты покраснел, Каччан! — Вообще нет! Но он правда покраснел. Урарака хихикнула. Мысль о том, что она имеет возможность получать такие реакции от омеги, приводила ее в восторг. Она потянулась, чтобы провести по его волосам. Ее сердце начало таять, когда Бакуго прильнул к ее ладони, как кот. — Как ты себя чувствуешь? — Я потный и голодный. — Ты говоришь так каждый день, когда я тебя спрашиваю. — она закатила глаза. — Но сравнивая с прошлой ночью, или даже с этим утром, насколько ты потный и голодный? Кацуки сильнее сжал свои руки вокруг нее. — Все не так плохо, — он еще сильнее прижался к ее шее. — Иногда я так ненавижу эту поеботу. Это охуеть как неудобно. Она не сказала ему, что все могло быть хуже, не попыталась наплести всякую хрень, чтобы «утешить» его, и Кацуки правда ценил то, что Очако понимает, что одного ее присутствия было достаточно, чтобы ему стало легче. Урарака была не в праве говорить о его течке, и она это знала. Конечно, и у нее был гон раз в пару месяцев, но с ее точки зрения это и близко так не выбивало из колеи, как течка. Она застонала, это снова был тот момент, когда ее мысль о том, что Изуку и Кацуки должны быть в более хороших отношениях и полагаться друг на друга, вновь подтвердилась. Они могли бы понять друг друга лучше, чем кто-либо еще в этой школе. Она понятия не имела, каково это переносить течку, не знала в каких словах он нуждался, так что Очако просто обнимала Кацуки, пока он не уснул.***
На следующий день Кацуки пропихнулся через Ииду и Изуку, чтобы сесть на парту Очако до того, как начнется урок, чуть не доведя Тенью до аневризмы из-за такого неуважения к школьной собственности. Бакуго просто показал ему средний палец, приобнимая свою девушку за плечи. Очако сбросила его руки с себя, не горя желанием получить наказание за публичное проявление чувств, но быстро успокоила его поглаживанием по коленке. — Кажется, тебе уже лучше, Каччан! — прощебетал Изуку. Кацуки ответил лишь злым «тц», что было большим продвижением в сравнении с их общением в прошлом году. — Мы собирались пойти сегодня поесть мороженое после уроков, Каччан, — радостно рассказала Урарака. — Хочешь с нами? Бакуго, нахмурившись, переводил взгляд с Ииды на Мидорию, как будто всерьез рассматривал ее предложение. — Я, пожалуй, откажусь. Она положила подбородок на свою ладонь, понимая, что понадобится чудо, чтобы Кацуки и правда захотел стать ближе с ее друзьями. Урарака засияла от пришедшей ей в голову мысли. Бакуго напрягся, когда заметил решительный блеск в глазах девушки. Какая бы идея ни пришла к ней в голову, для него это будет только очередной головной болью. — Не знаю, о чем ты думаешь, ангелок, но я могу предположить, что мне это не понравится. — Определенно не понравится, — согласилась она. — Тогда ты можешь, блять, не думать об этом? — прорычал Кацуки. На кончиках его пальцев затрещали взрывы. Она протянула руку вперед и положила ее ему на шею, начиная массажировать ее, чтобы он успокоился. Это была не ее тактика, чтобы манипулировать им, скорее способ разрядить его, когда он был слишком взвинченным. Урарака намеревалась вернуться к этому разговору, но уже когда они будут наедине, чтобы он мог огрызнуться и выплеснуть все свои эмоции, при этом не привлекая еще больше внимания к их, по мнению некоторых из их одноклассников, специфическим отношениям. Кацуки растаял под руками, только потому что хотел и только поэтому, никаких других идиотских причин не было. Изуку и Тенья открыли рот из-за его податливости. И тут в класс заполз Айзава в своем спальном мешке, и все ребята разошлись по своим местам до того, как учитель повысил голос.***
Несколько дней спустя после того, как она тщательно обсудила этот вопрос с Кацуки, потому что она никогда бы не сделала того, что бы ему действительно не нравилось, Очако обратилась к Киришиме с требованием пригласить ее, Ииду и Изуку на ночные посиделки, на которые он не приглашал их раньше. Он удивленно заморгал. Дело было не в том, что красноволосый не любил эту троицу друзей — напротив, Эйджиро думал, что они были офигенными ребятами, — проблема была в том, что если бы они пришли, то у Бакуго могла поехать крыша и он точно бы что-то поджог. — Бакуго будет не против? Очако покачала головой. — Иида и Деку будут держаться подальше от Каччана, но они ведь тоже мои друзья. Каччан пригласил меня, но мне будет не по себе без этих двоих. Кацуки понимает это, пусть он и не особо доволен этим, — объяснила она красноволосому. — Каччан очень заботливый, да? — Э, — протянул Киришима. — Конечно? Он проявлял заботу в очень необычной манере, но его друг омега так много ему помогал, что Эйджиро не мог не согласиться с Очако. Но «заботливый» явно было не первым словом, которое приходило ему на ум, когда он думал о Кацуки. — Спасибо, Киришима! — Без проблем!***
— Ну хорошо, ублюдки, — Кацуки провел пальцем по колоде карт, удовлетворяющий звук прошел по комнате, пока все остальные, за исключением блондина, стонали. — Кто хочет поиграть в египетскую мышеловку? — Бакуго, — пробормотал Денки, распластавшись на диване в другом конце комнаты. — Ты буквально разгромил нас в Слэп Джеке и игре на скорость. У тебя охуенные рефлексы, мы поняли это. — Ты обыграл нас даже в рыбе, — проворчала Очако, которую до сих пор задевал этот проигрыш. — Давайте перейдем к чему-то, что не является карточной игрой, — смело предложил Тодороки, держа в руках контроллер и новую игру Super Smash Bros. Кацуки зыркнул на альфу, задаваясь вопросом, когда это половинчатый успел заявиться на эту убогую вечеринку. Он заметил, что этот придурок сидел рядом с Деку, и сразу закатил глаза. — Вы все трусы, — заявил Бакуго, перетасовывая карты в руках и изящно складывая их вместе. — Ебанный стыд. — Бакуго, — Киришима придвинулся к блондину, широко улыбаюсь. — Спорим, что я смогу обыграть тебя, если буду играть за Линка. — Мечтай, дерьмоволосый! — прорычал Кацуки. Все выдохнули с облегчением. Урарака положила ноги на колени Бакуго, в то время как большинство мальчиков, Мина и Момо принялись играть. Она до сих пор не могла поверить, что в эту, и так беспорядочную игру, могут играть восемь человек одновременно. Очако с удивлением наблюдала за тем, что большинство раундов выигрывала Яойрозу. Бета гордилась этим, проиграв только тогда, когда остальные ополчились против нее. Деку тоже неплохо играл, всегда финишируя в первой тройке, даже при условии, что Кацуки пытался помешать ему больше остальных. Урарака общалась с Теньей, уже не особо обращая внимания на экран, когда в комнату отдыха зашла группа болтающих первогодок, скорее всего собирающихся заявить о том, что настала их очередь пользоваться телевизором. И это было честно, потому что они занимали комнату отдыха уже на протяжении какого-то времени. — Отъебитесь, чернь, — прорычал Бакуго. — Мы еще не закончили. Они переключили свое внимание на омегу. Почуяв его феромоны, они скривились, будто съели что-то кислое. Их группа в основном состояла из альф, но с ними все-таки был один бета. Один особенно крепкий альфа сделал шаг вперед. — Я думал в Юэй серьезно относятся к поступающим и выбирают достойных поступления, — начал он, и Кацуки уже мог сказать, смотря на его уродливое лицо, что он собирался сказать что-то нетерпимое и бессмысленное. — Как такой омега, как ты, смог попасть сюда? Глаз Бакуго дернулся, и в комнате отдыха все замолчали. Через секунду Кацуки уже стоял. — Ты хочешь умереть или правда считаешь себя таким неприкосновенным, сука? Очако встала и положила руку ему на плечо, честно говоря, больше готовая поддержать его, если дело дойдет до драки, чем попытаться остановить. Из-за ее действия Кацуки расслабился и усмехнулся, смотря на альфу, стоящего перед ним. — Ты не стоишь того, чтобы я тратил на тебя время, — заявил Бакуго, снимая руку Урараки со своего плеча и переплетая их пальцы вместе, после отвернулся от этого тупого альфы и его свиты. — По мне так сука здесь ты, — самодовольно усмехнулся альфа, остальные в его компании давились смешками. Бакуго резко оторвался от Очако, в его ладонях сразу же загорелись искры. Но прежде чем он успел и пальцем коснуться ублюдка-альфу, влез Изуку, вокруг которого образовалась энергия, очень похожая на шипящую молнию. Он схватил альфу за руку и перекинул через свое плечо. Мидория прижал локоть к его шее, а колено приставил к паху. — Ты и правда хочешь умереть, да? — поинтересовался Изуку, на его лице расплылась безумная улыбка. — Предлагаю тебе свалить отсюда. Если он решит убить тебя, каждый в этой комнате прикроет его. Он отпустил подростка, помог ему встать и отряхнул его плечи. Альфа и его группа поспешила прочь подальше от омеги. — Вы все сумасшедшие! И они ушли. В комнате отдыха снова повисла тишина. Кацуки был в бешенстве. Он повернулся к омеге и прижал его к стене, выворачивая его руку, чтобы дезактивировать причуду. Когда он хотел нанести удар кулаком, Деку с легкость увернулся, просто опустив голову. Ему вспомнились прошлогодние слова задрота. «Ты всегда начинаешь с правого хука.» Это разозлило его еще больше. Рука Бакуго врезалась в стену, после чего он закрутил ее в рубашке Изуку, чтобы сдержать его. Его костяшки все были в крови. Он приподнял Мидорию над землей. — Что это, блять, было, Деку? — прорычал он. — Ты думаешь, я не могу справиться сам? — Оу, — застенчиво пробормотал Мидория. — Я знаю, что ты можешь справиться с таким сам, Каччан. Мое тело само как-то среагировало. — Это хуевое оправдание! — Прости меня? — Извинения не приняты! Не разговаривай со мной. Даже не смотри на меня. Я ненавижу твои инстинкты, — он тряханул Изуку еще раз, после чего отпустил его и направился к Очако, чтобы вытащить ее за собой из комнаты. Она вздохнула, разрешая ему утянуть себя вслед за собой.***
После инцидента в комнате отдыха, отношения омег стали намного напряженнее. Все было не так плохо, как на первом году их обучения, но они были близки к этому. Очако пыталась поговорить со своим парнем об этом, но каждый раз Кацуки уходил от темы и превращал в пепел все, что находилось у него в руках. Урарака предполагала, что это займет какое-то время.***
Недели спустя Кацуки и Очако возвращались вечером в общежитие со своего неофициального любимого места, когда они услышали тихие бормотания других студентов. Точнее, Кацуки услышал. Он вытянул руку перед девушкой, чтобы она не выдала их присутствие. Голоса доносились из-за угла, который был известен среди студентов, как «аллея обжиманий», потому что она была на приличном расстояние от кампуса. Они оба напрягли уши. Волосы на шее Бакуго встали дыбом. — О-отойдите от меня. Это был Деку. Они оба замерли, смотря друг на друга, взглядами задавая вопрос, что, черт возьми, здесь происходит. — Оу, но ты так приятно пахнешь, омега. Как будто его отвратительные слова были предложением, Кацуки вдохнул и почувствовал запах Изуку. И не раздумывая ни секунды, он ворвался в аллею с криком, вырывающимся без его воли, и искрами в кулаках. Бакуго схватил нахального альфу за грудки и, используя все свои силы, швырнул его из аллеи на свет, вырабатывающийся от фонарей. — Отойди от него, урод! — Бакуго произнес бессмысленную фразу, потому что он уже откинул альфу на приличное расстояние от Мидории. — Или я убью тебя! Альфа залепетал. Как только Кацуки раскрыл ладони, на которых прыгали искры, глаза альфы широко раскрылись, и он, почувствовав неладное, поспешил убежать. Очако забежала в аллею, используя телефон в качестве фонарика. Мидория прижался к стене, слабый и покрасневший. Она подбежала к нему, стараясь оставаться спокойной, чтобы ее запах был успокаивающим и не казался омеге угрожающим. — Деку! — вскрикнула она, обхватывая его лицо руками. Очако посмотрела Изуку в глаза, его зрачки были такими большими, что не осталось и следа от его зеленой радужной оболочки. — Что ты делал так поздно на улице во время течки? Она обернулась на Кацуки, который стоял, как охранник, у входа в аллею на случай, если кто-то еще решит подойти. Мидория слабо улыбнулся, поглаживая ее по предплечью. — Я тренировался, — объяснил он. — Течка началась неожиданно, когда я переодевался в раздевалке. Бакуго резко развернувшись, направился к Изуку, как только услышал его ответ. — Какого хуя, Деку? Ты что, не следил за тем, когда у тебя должна начаться течка? Мидория затряс головой. — С самой первой течки, они были такими спорадическими. С тех пор, как мы начали здесь учиться, у меня было всего пару течек. Скорее всего потому… ну… Короче, смысл в том, что сегодня я правда не ожидал этого. Бакуго фыркнул, инстинктивно наклоняясь к Изуку и заставляя того уткнуться в его шею. Очако наблюдала за этим обменом с широко раскрытыми глазами. Мидория вел себя так, будто это было чем-то обыденным, просто уткнулся в блондина, будто это было самым естественным действием в мире. «Омеги всегда опекают друг друга,» — вспомнила она уроки из средней школы. — У тебя ебать какая сильная причуда, Деку, — сквозь зубы прошипел он, было видно, что ему было сложно признавать это. — Даже учитывая твой дерьмовый характер, ты должен уметь защищать себя во время течки от таких нежеланных ублюдков. Что это, блять, была за жалкая попытка самозащиты? Изуку вздрогнул от холодного прикосновения Кацуки, успокаиваясь благодаря приятному запаху омеги. — Мне сложно контролировать мою причуду во время течки, — просветил он их. — Я не практиковался так много, как ты, Каччан. Плюс мои течки очень изнурительные. — Вначале у меня было также. Со временем станет терпимее, — Бакуго нахмурился, он как будто не был уверен, что нерегулярность течек Изуку играет какую-то роль в этом. И он ненавидел эту неуверенность, клокочущую в его груди. Как только Кацуки понял, о чем он думает, то сразу застонал. — Не могу поверить, что говорю это, но давай отведем тебя в общежитие. Я останусь с тобой до конца твоей течки. Я выбью дурь из любого, кто захочет лишить тебя девственности. — Ты такой хороший, Каччан. Спасибо, — Мидория хихикнул. — Я не хороший, это ты просто жалкий. Я просто исполняю свой гражданский долг, помогая твоей всепрощающей заднице. — Конечно, — инертно согласился Мидория. Кацуки повернулся к своей девушке. — Ты можешь использовать свою причуду на этом задроте? Очако очнулась из своего транса. — О, да, конечно! — она ущипнула себя за бедро, чтобы убедиться в том, что она не спит. После чего она приложила свои пальцы к его лбу. Изуку поднялся воздух, паря рядом с ее плечом. Кацуки выпрямился, взяв другого омегу за плечо, чтобы отвести его к общежитию. Когда они дошли до комнаты Мидории, все, что смог сделать зеленоволосый омега, так это уронить ключи на голову Кацуки. Извинения Изуку не остановили Бакуго от недовольного рычания, пока он пытался поймать оскорбительный снаряд. — Ау! — Виноват, — хихикнул Изуку. — Тебе даже не жаль, Деку, — глаз Бакуго дернулся. — Я могу заставить тебя почувствовать вину, если ты продолжишь в том же духе. Очако закатила глаза. Бакуго открыл дверь ключами. Они довели омегу до кровати, и Урарака сразу заметила, насколько мало в комнате было одеял и подушек. Она отменила свою причуду, и Мидория упал на свой матрас и сразу прижал к себе свою подушку. В пределах маленькой комнаты его запах стал распространяться густыми волнами. — Я пойду принесу вещей, чтобы сделать гнездо, — сказал Урарака. — Есть какие-нибудь пожелания? — Подушки и одеяла подойдут, — размышляя, он поднял свою голову. — Если найдешь толстовки, то это будет просто замечательно. Кацуки забрался в кровать к Изуку, поворачиваясь к нему спиной, но убедился в том, что они соприкасались. Изуку неосознанно придвинулся ближе к его запаху. — Каччан присмотрит за тобой, — засияла Урарака, радостная из-за того, что их инстинкты привели к такому исходу. — Спасибо, Очако! — Изуку улыбнулся ей в ответ, по его лицу стекал пот. Выйдя из комнаты и закрыв за собой дверь, она услышала приглушенный диалог. — Убери свой костлявый локоть от моей спины, Деку! Чему последовало застенчивое: — П-прости, Каччан!***
Кацуки оставался с Изуку на протяжении всей его течки, он даже отпросился с занятий из-за необычных обстоятельств, связанных с этой ситуацией. Он рисковал оставить Мидорию, только чтобы сходить в столовую поесть и взять что-то для другого омеги. Очако время от времени проверяла, как у них дела, но в основном Бакуго справлялся со всем сам. Она не хотела, чтобы ее феромоны усложнили его течку, как это было с Кацуки. Во время одного из обеденных перерывов Кацуки сказал нечто такое, что сбило бы ее с ног, если бы она стояла. — А? — ее челюсть отвисла, она даже не задумывалась о том, что ее рот был полон еды. — Я сказал, что нам стоит сформировать стаю. И Деку должен быть с нами, — фыркнул Бакуго. — Это как раз та часть, которая меня смутила, — объяснила она. — Я думала, ты терпеть не можешь Изуку? — Задрот не такой уж и плохой, если узнать его получше, — пробормотал Бакуго. Урарака пожала плечами. У этой парочки было полно времени, чтобы узнать друг друга лучше и возродить ту странную дружбу, которая связывала их в детстве. — Плюс он пиздец беззащитный во время течек, и… блять, если он попадет в беду из-за того, что я могу легко исправить… Если он будет в нашей стае, то все будут знать, что он под нашей защитой. Очако хмыкнула. Видимо инстинкты Кацуки в обеспечении Изуку комфорта превратили его ярость и комплекс неполноценности в дикое желание оберегать и владеть омегой. — Но это также будет значить, что ты будешь под его защитой, — напомнила она ему, стуча ногтем по его голове. Кацуки стиснул зубы и процедил: — Я знаю это. Если я добровольно на это иду, то это не должно быть проблемой. Но я спрашиваю тебя, альфу, можем ли мы это сделать? Урарака моргнула пару раз, немного ошеломленная. Он спрашивал ее мнения не потому, что она была «боссом» или что-то типа того. Он интересовался, потому что понимал, что альфы, беты и омеги равны, поэтому они должны создать сбалансированную группу, в которой общение будет протекать легко, а решения принимаются вместе. Создание стаи — это не то, к чему нужно было относиться легкомысленно. Это связывало так же, как спаривание, хоть было и не так необратимо. Но зная Кацуки так, как она его знает, Урарака понимала, что он все продумал, и он бы не предложил ей это, если бы не поддерживал эту идею до конца. И она доверяла Кацуки. Он был умным и добрым. Да и сама Урарака была не против быть связана с ним и Мидорией до конца своей жизни. Два омеги могли бы создать стаю сильнее целой армии альф, и она была польщена уже только тем, что ее пригласили в такой могущественный союз. Она улыбнулась своему омеге. Ее глаза наполнились слезами. — Хорошо.
