Под чутким руководством

Счастливая. Да, такой она чувствовала себя сейчас. Окружена заботой и любовью, лишена всех обязательств, страха за завтрашний день и головной боли. Лишь сегодня. Единственный день, когда она могла себе это позволить. В вечер выпускного, когда проблемы отступили на второй план, они должны были расслабиться. Она и Гарри. По-детскому беззаботный Рон значительно отличался от внимательной Гермионы и с некоторых пор бдительного Поттера. Потому что всегда ситуация должна быть под ее контролем. Потому что он не может потерять больше никого из близких ему людей. Возможно, такими их сделала война, а может и сама жизнь вырастила подростков по своим правилам, воспитав чересчур недоверчивыми и настороженными. Как бы там ни было, сегодня им троим предстоит оторваться по полной! По крайней мере, так обещал Рон, который вместе с близнецами Фредом и Джорджем заморочился, составив развлекательную программу на целый вечер. А мог бы практиковаться в беспалочковой магии вместо разработки плана «безудержного веселья». «Программа», заверял младший Уизли, была рассчитана только до двенадцати часов ночи, ведь рано утром у девушки был поезд. Верилось в это слабо. Что-то Гермионе подсказывало: эта гулянка запомнится им всем надолго, и вряд ли закончится так рано. Она уж точно не отделается фразой: «Ребят, завтра поезд» или «Мы уже и так засиделись». Сейчас девушка стояла на летней террасе небольшого милого домика, в котором в прошлом году поселились молодожёны Билл Уизли и Флёр Делакур. Надо сказать, француженка постаралась на славу, отстраивая «Ракушку». Из неприветливого старого дома он превратился в коттедж на берегу моря, недалеко от графства Корнуолл. Ветер приятно ласкал кудрявые волосы Гермионы, а глаза начинали слезиться от непрерывного созерцания прозрачно-голубого моря. В этом месте было что-то волшебное, умиротворенное. Здесь всегда было тепло, но отнюдь не из-за Согревающих чар: в этом доме хозяева были рады каждому гостю, принимая его во всех лучших традициях Молли Уизли, и от этого на душе появлялось приятное ощущение Дома. А где же твой дом, Гермиона? От мрачных мыслей ее отвлек лучший друг, незаметно подошедший сзади. Гарри улыбнулся, положив обе руки на узкие плечи гриффиндорки. — Не помешаю? — его голос. Нежный и мягкий, но всегда надежный. Обволакивающий ее, словно мягкий плед. Голос, что всегда дарит надежду. — Ну что за глупости, Гарри Поттер?! — взмахнула волосами девушка, поворачиваясь к нему со слегка натянутой улыбкой и легким прищуром. Любой бы подумал, что расстояние между ними опасно сократилось, но только не те, кто знал этих двоих. Они стояли, просто глядя друг другу в глаза, будто слов для них не существовало вовсе. Этого им было достаточно, чтобы понять, принять, разделить боль или радость. Между Гарри и Гермионой всегда существовала эта невидимая связь подобно тоненькой серебряной ниточке, что соединяла их воедино. Такого она никогда не чувствовала по отношению к Рону, а Гарри, она была уверена, — к Джинни. Эта особенность их отношений часто выводила из себя Рональда, и даже заставляла его сестру ревновать. Конечно, все это было глупостями. Она была бы не волшебницей, если бы позволила себе хоть немного больше, чем сестринскую любовь по отношению к Гарри Поттеру. Не менее противно представлять себя в постели с Гарри, нежели со своим кузеном. Они пришли к этому решению не сразу, ведь с первого курса их с неведомой силой тянуло к друг другу. Так будет лучше для всех, решили они: Гермиона с Роном, а он — с Джинервой. Тем более, ее амбициозные планы на будущее были давно построены. И никто не посмеет их рушить. Гермиона работает в Министерстве, Рон — мракоборец. У них двухэтажная квартира в центре магического Лондона, двое прекрасных детей и партнерские отношения, в которых они несомненно смогут поддерживать свою неугасающую любовь. Именно таким взаимоотношениям она отдавала предпочтение: когда парень советуется с тобой, уважает твои права, принципы, и по жизни вы идете рука об руку. А Рон… А что Рон? Он был не против, наверное. Этот рыжий мальчишка искренне любил ее, а потому старался лишний раз не спорить. И кажется, их обоих это вполне устраивало. — Готова увидеться с родителями? — бодро задал волнующий их обоих вопрос Гарри, ударяя прямо в точку. Конечно, он знал причину ее грусти. — Не знаю, Гарри, — растерянно промолвила Гермиона, наблюдая, как ярко-красное солнце лениво закатывалось за горизонт, — ведь столько времени прошло… Вдруг они не вспомнят? — она свела брови и ссутулилась. Никому и никогда Гермиона не желала потерять родных. Хуже этого — только осознанно отделить себя от них и полностью оборвать связи. Он снова придвинулся ближе, привлекая ее к себе, для того чтобы подарить девушке самые крепкие объятия, на которые был способен только Мальчик-который-выжил. — Эй, — вмиг посерьезнел он, — я запрещаю тебе об этом думать! Тем более, что в новой Министерской библиотеке много книг, ты же знаешь, и в худшем случае мы сможем поискать информацию там, — начал нервно перечислять Поттер, пытаясь ее успокоить, — или посоветуемся с профессором Дамблдором! Да, он точно должен знать, что делать в таких… — Вот вы где! — известный своими неожиданными появлениями Фред просунул светлую макушку в дверной проем, — между прочим, вы сейчас пропускаете самое прекрасное зрелище в мире, — заговорчески подмигнул ребятам он. — И какое же? — усмехнулся Гарри, потирая от предвкушения ладони. — Рон решил искупаться в шоколадном фонтане Флер! — восторженно воскликнул парень, размахивая руками. Они рассмеялись и побежали по мраморной маршевой лестнице вниз, чтобы успеть застать это зрелище. Она проснулась от чувства удушья и резко распахнула глаза. Оказалось, что его вызвала массивная рука Рона, выбравшего свою самую любимую позу для сна, которую Гермиона смеясь называла «захватчик кровати». Она попыталась аккуратно отодвинуть руку со своего горла, но попытки девушки предсказуемо оказались тщетны. Тогда она улыбнулась своей собственной тупости. Да он не проснется, даже если ученые смогут вернуть мамонтов к жизни! Закатив глаза, она ловко вылезла из-под его руки, скатываясь с кровати. Спать уже не хотелось. Ее ждал долгий путь, встреча с родителями. Неприятное ноющее чувство отозвалось где-то в желудке, все больше нагнетая и нервируя. Гриффиндорка привыкла встречать рассвет с чашкой сладкого остывшего латте. Ее зубы были чересчур чувствительны, а потому она отдавала предпочтение холодным напиткам. Солнце уже встало, приветствуя всех ранних пташек своими нежными, еще не палящими лучами. На кухне «Ракушки» уже вовсю кипела работа. Скрепя сердце, девушка закрывала глаза на работающих здесь существ — домовых эльфов. Помнится, она согласилась на это только при условии оплаты их труда. К счастью, Флер поддержала ее идею, будучи покладистой воспитанницей Шармбатона. Быстро допив остатки кофе, Грейнджер поспешила наверх — пора спускать вещи из их с Роном гостевой комнаты. Ну не просить же ей об этом эльфов, в самом деле! Как и ожидалось, веселились выпускники до утра. По правде говоря, Гермиона плохо помнила последние три часа вечеринки, но ее это даже радовало, ведь в тот вечер с алкоголем перебрали все. Она улыбнулась, а в голове всплыли воспоминания о прошедшей ночи. В этот раз близнецы превзошли самих себя. Различные конкурсы, игры, состязания — все изобилие соревнований определенно было на вчерашнем празднике с лучшими ведущими в лице двух рыжих макушек, которые не давали усидеть на месте даже беременной Флер, вскоре удалившейся в свои покои подальше от своеобразного «веселья». — Береги себя, — по-отцовски сказал Билл, который вызвался провожать ее до самого перрона, — и пришли нам сову, как доберешься — мы волнуемся. Времена ведь не лучшие. — Конечно, — мимолетно улыбнулась она, почти не слушая его. Она спешила на встречу с самыми дорогими людьми — родителями. И вот, поезд издал последний протяжный гудок, приглашая внутрь опаздывающих пассажиров. Гермиона слегка нахмурила лоб, запрыгивая не без помощи Билла в последний вагон. Только вперед, только в будущее… — Мам, пап! — взволновано позвала она, не решаясь пройти внутрь дома. Часы показывали без двух минут одиннадцатого. В ответ — тишина. Она переступила порог. — Есть кто дома? — предприняла еще одну попытку Гермиона. Но ответ был неизменным — гнетущая тишина. Тишина и Холод — вот кто радушно встретил ее сегодня в прежне родной обители. Казалось, жизнь здесь остановилась. Глупые мысли. Но отделаться от липкого ощущения под кожей она уже не могла. Эта мысль набатом била по сознанию, и с каждым новым ударом девушку сильнее затягивало в пучину скользкого страха. Гермиона мысленно отвесила себе пощечину и рванула на второй этаж, в спальню родителей, совмещенную с гостиной. Там они обожали коротать свободное время за просмотром нового фильма или чтением книг. Перед входом в их комнату, она остановилась, пытаясь привести дыхание в норму. Соберись. Она тряхнула головой, разметав кудрявые локоны по спине, и толкнула тяжелую дубовую дверь. Та со скрипом отворилась, открывая ей вид на мирно спящих мистера и миссис Грейнджер. Капелька пота медленно скатилась со лба, а сердце на секунду прекратило биться. Живы. Повинуясь первому порыву, Гермиона захотела разбудить родителей прямо сейчас, но потом благоразумно решила, что все может подождать до завтра. Пускай выспятся, наверняка же устали за сегодня. «Понедельник — день тяжелый», — так всегда говорил отец, когда после веселых выходных в кругу семьи, им с мамой рано утром приходилось убегать на работу. Потому девушка аккуратно прикрыла дверь за собой и отправилась в свою старую детскую комнату. Она была уверена — мама до сих пор по пятницам убиралась там. В ее планах было отоспаться в своей любимой и мягкой постели, а потом — будь что будет. Одно девушка знала точно. Она в безопасности. И Гермиона позволила этому запаху до предела наполнить легкие. Наконец-то дома.