Рогатая

«Как душно» - первая более менее осознанная мысль посетила ее голову. Мидзуно попыталась глубже вдохнуть, но давящий кашель оборвал ее попытку насытиться кислородом. Голова закружилась и ее стало жутко мутить. Хотелось встать или хотя бы повернуться на бок, чтобы не подавиться собственной рвотой, если уж стошнит, но что-то мешало ей двигаться. Мидзуно широко распахнула глаза и увидела ровно столько же, сколько видела с закрытыми, то есть совсем ничего. Вокруг царила кромешная тьма. Мозг стал рисовать тревожные сюжеты, что она потеряла зрение, что она парализована или вообще…быть может она уже в аду? Приступ паники охватил девушку, и она услышала свои же стоны, будто со стороны, не узнавая свой собственный голос. Ей до ужаса захотелось хоть что-то увидеть, узнать, почувствовать. Было так страшно, но… - Я думал, что ты уже сдохла. Долго же ты без сознания валялась. Нашла, блин, время отдыхать. «Знакомый голос. Я его знаю». Смысл сказанных слов не доходил но нее, но само присутствие этого человека унимало приступ тревоги. В такой темноте Мидзуно могла лишь опираться на собственный слух и ощущения. Ее спина была изранена, позвоночник прикован к неровной поверхности, твердые острые камни въедались в кожу, и тело ныло от царапин и гематом. Сверху же ощущения были до смешного противоположные. К ее груди, животу и бедрам прижималось, что-то мягкое, но довольно тяжелое… Человек?! В подтверждение ее заторможенных логических рассуждений, она почувствовала на своем лице неровное обжигающее дыхание. Амая протиснула руку, чтобы проверить свои догадки. Быстро нащупала шею, затем проскользила к взъерошенным волосам на затылке («такие густые и мягкие»), и далее провела по острым скулам. Кожа человека была влажной и пахла чем-то сладеньким. Нитроглицерин. - Бакуго? - Наконец-то, хоть рот открыла. Я знаешь ли подза*бался сдерживать еб*ные плитки. Включай соображалку и подумай как нам отсюда выбраться. До Амаи наконец дошло. Бакуго снова спас ее, когда потолок стал обваливаться. Он закрыл ее своим телом, приняв на себя всю рухнувшую конструкцию. Теперь они лежат под слоем обломков, и Кацуки сдерживает на себе вес в десятки раз превышающий его собственный. Сильные руки иногда вздрагивали, но затем вновь становились крепкими, доказывая, что рядом с «героем номер один» ничего не стоит бояться, тем более каких-то камней. Бакуго сделал упор на предплечья, расставив руки по сторонам от лица Амаи, стараясь не налегать на нее. Нитроглицериновая капелька пота покатилась по его виску, спускаясь ниже к подбородку, что выдавало его напряжение. Дыхание плохо поддавалось контролю, но разве он может показать, что ему тяжело? - Ты не можешь взорвать эти плиты? - Руки у меня сейчас заняты, если ты бл*ть не видишь. Могу пару взрывов через твою бошку пропустить, суицидница хренова. - Я, блин, ничего тут не вижу, - раздраженно ответила Мидзуно, пытаясь разглядеть хоть что-то в этом каменном царстве, - я даже не могу пошевелиться, только рука вот одна немного посвободнее, - она снова дотронулась до его лица, показывая, что может ей шевелить. - Есть идея получше, чем лапать меня? - Я уже предлагала…я могу отдать свою причуду… - Понял, значит тогда тут и сдохнем. Уже во второй раз он отвергает ее предложение, заставляя стыдиться сказанных слов. «Черт, вот же засранец». - Лучше сдохнуть, чем поцеловать меня? Спасибо за честность. - Несешь какую-то чушь, - Кацуки стиснул зубы, - сказал же, не собираюсь принимать от тебя твою хренову силу! Без своей регенерации ты быстренько отправишься на тот свет. Ты вообще себя видела? Эти раны на теле… ты не сдохла только благодаря причуде! И теперь ты говоришь, что готова отдать мне свои способности?! Не смеши. - Я… могу попробовать передать часть энергии, а исцеление оставить при себе. - Делала уже так раньше? - Нет, - честно ответила девушка, - но я уверена, что если постараюсь, то смогу управлять передачей причуды. Обещаю, у меня получится. Словесную перепалку сменило молчание. «Неужели я смогла до него достучаться?» - Амая замерла, секунды показались ей бесконечными. От невыносимого ожидания она не знала куда себя деть и что можно сказать. Слова больше не имели веса, и она решила довериться его решению. Тонкими пальчиками девушка вновь коснулась лица своего спасителя. Какой же он горячий. Кацуки немного вздрогнул, когда одноклассница случайно провела пальцами по его грубым губам. «Я для тебя шутка? Чертова рогатая, как я должен это понимать?!». Зачем, зачем она так нежно трогает его. Почему так волнуется и почти не дышит. Она не дает ему думать, в голове так шумно… - Пошла ты к черту! - А? - Постарайся не облажаться, говорю. Взрывокиллер с силой прижался к ее ротику, не давая ей шанса на отступление. Но Амая не собиралась сопротивляться, и отвечала слегка касаясь его языка своим. «Слегка касаться» не в стиле Кацуки Бакуго, поэтому скоро девушка сполна ощутила на себе горячий поцелуй, с последующим покусыванием ее нижней губы. Партнер оставлял укусы, затем их зализывал, и проникал все глубже в мягкий ротик. Амая никогда не думала, что поцелуй может быть таким будоражащим. «Что за кнопку я такую нажала, чтобы активировать режим поцелуйного маньяка? Когда я найду ее местоположение, то нажму ее тысячу раз, пока не отвалится. Вот бы это продолжалось вечно». Перед тем как потерять над собой контроль, Кацуки почувствовал, что рогатая улыбается ему в поцелуй. «Как же бесит, хочу ее закусать до смерти». Губы разомкнулись и Амая приоткрыла глаза. Силуэт Бакуго издавал свечение от переполняющей его энергии, взгляд марионетки послушно ждал приказа. - Для начала, мы должны выбраться отсюда. Как только она закончила говорить, прогремел взрыв, от которого заложило уши. Бакуго издавал волну всем телом, исключая руки, оберегая свою повелительницу от разлетевшихся на части камней. Амая: «Такой мощный, что даже страшно. Хорошо, что сейчас Бакуго только мой». Яркий свет бил в глаза. После заточения тяжело адаптироваться к свету и возможности двигаться. Бакуго помог Мидзуно встать и они двинулись в сторону выхода. - Мы должны выбраться из этого здания живыми. Если найдешь Хаттори, постарайся его обезвредить, - проговаривала приказы на ходу Амая. Долго ждать не пришлось. Коммандир Кенджи тоже направлялся к единственному выходу из здания и их пути пересеклись. Хаттори обернулся на приближающиеся шаги и, заметив мощную фигуру героя, понял, что сейчас ему придется попотеть. - Обезвредить… - проронил Кацуки, зафиксировав цель, и его глаза засверкали. Он ринулся в бой быстрее, чем Амая могла среагировать на появление Хаттори в поле зрения. Нечеткие силуэты на улетных скоростях боролись за право покинуть это место победителем. Амая почувствовала, как бетонный порошок режет глаза, а легкие требуют респиратора. Хотя Мидзуно безумно устала, она не могла перестать всматриваться в густые облака пыли, дрожа и впервые за кого-то так сильно волнуясь. Послышался дикий крик. Он был действительно жуткий, и Амая замерла, ощутив как кровь застыла в жилах. Пыль рассеялась и девушка смогла рассмотреть, что Хаттори невероятно корчит от боли, его лицо изменилось до неузнаваемости, повсюду кровь смешивается с грязью и пачкает одежду. Он стиснул зубы и судорожно пытался сдержать кровотечение. Бакуго стоял смирно, по-видимому посчитав, что бой окончен. Блондин повернулся в пол оборота к повелителю и сухо произнес: - Противник обезврежен. Тогда Амая заметила, что Бакуго держит что-то в руке. Окровавленный кусок плоти испускал алые капли. Бакуго оторвал руку у Хаттори вместе с его "волшебным" пистолетом. У Мидзуно даже пробежал холодок по спине от такого буквального исполнения ее приказа.

***

Полиция добралась до академии только к концу сражения. Герои различных причуд бегали из здания и обратно, выносили пострадавших, разгребали завалы. Крепкие парни в геройских костюмах увели за собой Хаттори. Миздзуно было приказано снять с Бакуго свою причуду, что она без сопротивления выполнила. Ее повалили на землю и заковали в наручники. - Смотри, я цела и невредима, - Амая выдавила улыбку для Кацуки, лежа на полу, придавленная коленкой какого-то второсортного героя, - и буду сотрудничать со следствием. - Бакуго, ты не должен с ней разговаривать, - предупредил сотрудник правопорядка, - по нашим данным эта девушка не та, за кого себя выдает. Она сейчас использовала тебя, чтобы расправиться со своим подельником. - Много знаете да? - начал закипать блондин, - вы бы лучше так же быстро со злодеями разбирались, чем сыпать обвинениями направо и налево. Она сделала больше вас, чтобы сохранить камень и расправиться с тем рыжеволосым ублюдком. - Скорее всего он еще под эффектом от ее причуды, - заключил полицейский, - уведите подозреваемую. Бакуго, постарайтесь успокоиться. Скоро мы со всем разберемся, предоставь это профи. Бакуго хотел раскрошить им морды. "Нихера не знают и лезут! Сдохните". Но затем он увидел, что Амая качает головой, взглядом умоляя не делать из этих глупых людей фарш. Взрывокиллера просто разрывало от тупости этих амеб в форме, но так же он понимал, что если подорвет этот биомусор к хуям, то обвинение с Амаи от этого не снимут (если еще и больше не повесят). Поэтому он решил, что смирится с их действиями... ненадолго.

Тем же вечером в общежитии

- Как думаете, с Мидзуно все будет в порядке? - Мина ковыряла ложкой еле теплый суп. Ужин в общежитии проходил не так оживлено, как раньше. Веселые выкрики сменились на изредка брошенные по делу фразы. Ребята вернувшиеся с патрулирования были шокированы произошедшим. - Как может быть все в порядке у человека, которого посадили за решетку? - Асуи подлила еще дегтя в бочку с дегтем. Спустя пару минут тишины, Иида отодвинул в сторону наполовину пустую тарелку и произнес : - Правила, есть правила. Закон для всех один. Если совершил преступление, то должен соответствующее наказание. Но почему!? - староста стукнул кулаком по столу, - как мы могли не заметить, что ее что-то тревожит? - Все совершают ошибки. Мы виноваты в том, что не заметили. Она виновата в том, что привела злодея в академию, - прокомментировал Тодороки. - Возможно ей смягчат наказание, она ведь сражалась со злодеем! Наверняка за сотрудничество с полицией к ней будут более благосклонны, может даже отпустят, как думаете? - пыталась подбодрить всех Уравити. - Будем надеяться, Очако - похлопала ее по плечу Асуи.