Рогатая

Сердце бедняжки Мидзуно отказывалось что-либо чувствовать и понимать. После вновь прибывшей к ней силе, она встала в боевую стойку, всем сердцем желая поскорее закончить и все забыть. Придется сразится с Бакуго в последний раз. "Когда мы покончим с этим, уеду в горы. Свежий воздух и одиночество. Умиротворение. Я уже одной ногой там. Нужно только..." Ее пустые глаза стали влажными. Она не контролировала слезы и дергающиеся веки. "Кацуки, прости". - Ну ты точно еб*нутая! Он только что тушил о тебя свою вонючую сигарету! Ты его собираешься защищать? - Да ты не переживай так, - вмешался Кенджи, - до свадьбы заживет. Смотри, ее рана уже затянулась, не злись. - Хаттори, захлопнись хоть на минутку, пожалуйста, - устала от болтовни Мидзуно, - я никого не спасаю. Я получаю то зачем пришла. Свободу. - А до этого ты была пи*дец какая угнетенная! - Не твое дело! Словесная перепалка закончилась атакой Мидзуно. Хаос, в котором ничего нельзя разглядеть, полет пули, взмахи и крики. Участники этого фестиваля эпических ударов были предельно сосредоточены. И хотя каждый выкладывался на полную, результат боя долго не двигался с мертвой точки. До определенного момента. Мидзуно потеряла бдительность и открылась для атаки Бакуго. Красная перчатка и массивный наруч в быстром темпе приближались к ее лицу. "Вот и конец. Может оно и к лучшему" - подумала Мидзуно и застыла, гипнотизируя перчатку врага, в ожидании кары за обман и предательство. Когда взрывоопасный парень подлетел вплотную, она зажмурила глаза, принимая участь. "Чего ты ждешь, дура! Атакуй в ответ! Если так и будешь стоять, я подорву тебе башку так, что рога загнутся!" - подумал Кацуки, затем нервно выругался: - Тц, вот черт! Неожиданно для себя Бакуго направил взрыв в сторону, разбомбив стену. От бесконечной борьбы здание стало рушиться, не выдерживая нагрузок. Когда Бакуго приземлился, потолок стало неимоверно трясти и кусок здоровенной плиты отвалился и совсем не к стати прилетел на Кацуки. Удар был достаточно мощный, ногу придавило так, что он ее не чувствовал и мысленно уже попрощался с ней. Бакуго почти не мог двигаться, сил хватило только на то, чтобы сжать трясущиеся пальцы в кулак, которые вскоре сами разжались, в бессилии стукнувшись костяшками о пол - "Я придурок и слабак" - надоедливые флэшбэки из чертового сна наполняют его сознание, когда он смотрит в ее светлые глаза - "Не могу сделать ей больно". Мидзуно будто шандарахнули чем-то по голове. Она опешила от действий Бакуго, ибо явно была готова к тому, что сейчас исчезнет из этого мира навсегда. И как вышло, что они с Хаттори остались победителями? Она не ожидала такого простого финала, хоть и надеялась остаться в выигрыше. Мидзуно наблюдала за обездвиженным противником, всматриваясь в пыльные обломки. "Может он еще жив? Он не мог просто так взять и..." - Славно потрудились! - Кенджи положил руку на ее плечо, от чего девушка вздрогнула, - не такой уж он и опасный парень, как ты мне говорила. Не смог справиться с управлением собственной причудой. Их этому на геройском курсе учат? Хах! Тогда мне искренне жаль. В новом мире такие как он будут без причуды, уж я постараюсь. Есть более достойные кандидаты. - Немного не понимаю, о чем ты, - вдруг зародилось тревожное предчувствие, - разве ты не обещал сделать беспричудными всех без исключения? Что значит достойные кандидаты? - Думал, да вот передумал, хах. Представь как чудесно забирать причуды у грубиянов и наделять ништяками людей полезных для меня и для общества. Ха-ха, да не делай такие глаза, все будет почти так как мы изначально задумали. Бездельники герои, слоняющиеся по улицам, исчезнут, а бандитам, убийцам и ворам засадим по самые гланды. - Мы так-то и сами к последней категории относимся. Себе тоже засадишь по самые...? - Ахаха, обожаю твои колкости. Могу и тебе засадить, если хочешь. Что такое, грустинка? Голову опустила...я тут шутки пытаюсь шутить, а ты холодна как северный полюс. - Южный тогда уж...там холоднее. - Ты ж моя умница. Завеса, что скрывала мерзкую сторону Хаттори рухнула. Амая где-то глубоко внутри понимала, что изначально договаривалась не с самым честным человеком. И пусть он жестокий и странный, но она верила, что вместе они преследуют единую цель. Восстановить равенство в нестабильном мире. И вот теперь обнаружила, что все это время он жаждал власти и тонул в океане из зависти к окружающим. Она догадывалась, но... не хотела принимать, отметая действительность в сторону. Как говорится: "Овца всю жизнь волков боялась, а съел ее пастух". - Прежде чем разбежаться по разным сторонам, я тебе обещал кое-что, - Кенджи направил пистолет на рогатую, - я обещал избавить мою девочку от причуды. - Постой! Я отказываюсь. Если по Японии будут бегать созданные тобой Халки с причудами, а герои исчезнут, то мне нужно будет себя как-то защищать. - Говоришь, что я отказался от своих слов, а сама? Раньше вопила, что хочешь избавиться от "этой дряни" любой ценой и не важно, что будет с миром. С чего теперь такое твердое решение оставить все как есть? Понравилось сражаться? А может, - он медленно стал приближаться к Мидзуно, не опуская ствол, и, понизив голос угрожающе произнес - хочешь мне помешать? Тогда, детка, я могу и убить тебя... - Я соглашалась на мир без причуд! Но выборочно отдавать и забирать причуды это как-то... это слишком, - почувствовав опасность, Амая приняла удобное для атаки положение. Хаттори расценил ее инстинкт самозащиты как вызов. - Не слишком ли поздно ты идешь на попятную? Прими уже судьбу и попрощайся со своей причудой. Хлипкая нить союза истончилась до разрыва. Доверие сменилось подозрениями в предательстве...хотя было ли изначально между ними доверие? Девушка, которая на себе испытала как легко друг может оказаться врагом. Парень, который столько раз лично обманывал близких ему людей, что и сам не ждет от союзника чистых помыслов. Началась битва. Двое исполняли финальный танец, все больше разочаровываясь друг в друге. Рука-револьвер испускала оглушающую музыку, направляясь то в одну, то в другую сторону, а шустрые ножки Амаи интуитивно отскакивали, прочувствовав ритм, спасая хозяйку от беды. Затем, чуткий слух Мидзуно уловил посторонние звуки со стороны обломков, что переключило ее внимание, и это стало фатальной ошибкой. В бедро смачно вонзился нож, от чего нога отказалась функционировать и заметно замедлила движения Амаи. Хаттори всегда имел запасное оружие, и мастерски умел вовремя его применить. Попадать острием в цель с приличного расстояния он научился с малого возраста, чем бесконечно гордился. Теперь подстрелить раненую антилопу, которая не может бойко скакать, намного легче. - Бессмысленно. Стреляй уже, - Амая остановилась, держась за покалеченную ногу. Сил убегать больше не было. Звук уверенных неспешных шагов Хаттори становился все ближе. Треск мелких камней и осколков под подошвой казались оглушающими среди временного затишья. Ей не хотелось поднимать глаза. Позорище. Видеть как Хаттори держит ее на прицеле, как с привычным высокомерием в его глазах она прочитает: "Все этим и должно было кончится, детка. На что ты надеялась?". Царившее в подземке напряжение разорвалось на части выстрелом. Хаттори сделал свой ход, однако, все пошло не по плану. Одновременно с магической пулей прогремел взрыв космического масштаба. Заслонив собой Амаю, Бакуго подставил под удар свой крепкий наруч, который после попадания в него пули раскололся надвое. Ярко алые глаза блондина источали ненависть, направленную на врага. Взрывокиллер пробил ближайшую стену, открыв проход в смежную комнату. Амая не успевала понять, что происходит. Вот ее тянет за руку такой же хромой, как и она Кацуки, закидывает ее в дыру в стене ("откуда такая сила?") и сам влетает следом, закрывая лазейку повторным взрывом, направленным в потолок. Отверстие засыпано, злодей временно изолирован. "Он еще и защищает меня! Наверное сильно головой приложился..." - Амая посмотрела с плохо скрываемым восторгом на своего спасителя. - Я думала, что ты помер там под плитой. - Хрен тебе! Я отдыхал. - Хах, да, я видела. - Заглохни и дай подумать! Положение вещей таково, что Хаттори с противоположной стороны постепенно разрушает стену и рано или поздно доберется до изрядно раненых Бакуго и Мидзуно. Бежать нет смысла, с ногами у этих ребят полная катастрофа. Командир-Кенджи был полностью здоров, поэтому о сражении с ним на равных тоже речь не шла. - Зачем...ты защитил меня? - спросила девушка потупив взгляд. Желание узнать, о чем, черт возьми, думает этот парень взяло верх. - А герои чем по-твоему занимаются? А? Перед тобой стоит следующий герой номер один, усекла? Спасать чужие задницы - моя работа. Если ты подохнешь, это испортит мою репутацию. Но...надумаешь вставить мне нож в спину, то я могу передумать и сам тебя прикончу. Хотя положение критическое, Амая видела, что Бакуго настроен взять удар на себя и продолжить противостояние. Он опирался только на одну ногу, вторая по-видимому была с закрытым переломом. "Никогда не видела его сломленным или неуверенным. Ломится вперед как танк, хоть и видно, что мы в полной заднице. А он все-равно гнет свою линию. Дурак! Дурак! И я ничем не могу тебе помочь... и скорее больше похожа на балласт." Раздумья прерывали боли в правом бедре, даже смотреть было страшно на кровавый глубокий прокол. "Черт, и кровь хлещет, регенерация не такая быстрая как хотелось бы. Я слишком долго возилась с Хаттори и сама себя исцелять уже не могу. Может передать остатки моей причуды Бакуго? Он станет еще сильнее и появится небольшой шанс на спасение. Интересно, если я отдам Бакуго свои силы, его нога быстро зарегенится? Так он сможет сражаться на равных и я не сомневаюсь - он одолеет Хаттори." - Поцелуй меня, - уверенно произнесла Амая. - А!? - Бакуго, я хочу, чтобы ты меня поцеловал! - как можно убедительнее произнесла рогатая. - Крыша поехала!? - голос Кацуки сорвался, и он почувствовал, как у него во рту пересохло, - Че у тебя в голове вместо мозгов? Потом отблагодаришь меня за спасение, сейчас не время заниматься херней, дура! Мидзуно схватилась за живот и стала давиться смехом. Ее жестко накрыло от того, что он понял ее не в том смысле. "Так вот как он реагирует, когда смущается. Ахаха! Какое чудесное открытие, теперь и умереть спокойно можно." - Сам дурак, ахах, я говорю о своей долбанутой причуде. Я не виновата, что она именно так активируется, - Амая с искренней, счастливой улыбкой посмотрела на дурочка-Бакуго, вытирая пальчиком слезу, - полагаю, что это наш последний шанс. Я отдам тебе свои силы, и мы выберемся из этой дыры живыми. - Да ни за что!!! - пошел наперекор Кацуки, - одного меня достаточно, чтобы подпалить морду рыжему говнюку. Если ты такая слабачка, можешь ковылять к выходу, я не против. - Какой же ты упрямый!! Я надеялась, что в безвыходном положении, ты станешь хоть на капельку сговорчивее. Неужели не хочется сражаться со здоровой ногой? - А куда потом переносятся эти сраные повреждения!? Они не исчезнут, а появятся у тебя! Хочешь на две ноги хромать, рогатая мазохистка? - Только раны, нанесенные после трансформации переносятся на хозяина, то есть на меня. Твоя нога будет восстанавливаться за счет моей способности к регенерации, а после отмены причуды я не получу никакого урона. Здорово, правда? Я разрешила твои сомнения? Если во время сражения Хаттори тебя не заденет, то увечий я не получу. -А если заденет? - перебил Бакуго, - а если он меня заденет, то что бл*ть тогда!?! По-твоему мне насрать, что человек находится на грани жизни и смерти из-за меня? Если я недостаточно силен, то хочу сам отвечать за это, а перекладывать ответственность за собственное бессилие на тебя...я по-твоему совсем мудак? - Кацуки крепко задело такое предложение от Мидзуно, от чего его кулаки непроизвольно сжались. - Я осознанно предлагаю тебе частичку себя, и принимаю все риски. Я совершила ошибку, когда согласилась на план Хаттори и теперь хочу все исправить, - Амая искренне выпалила перед Кацуки свои чувства. Бакуго молча смотрел на решительную одноклассницу, и хотел было что-то сказать, но трещина в стене прервала их словесную перепалку. С грохотом посыпались плиты под градом пуль, и в темноте сквозь пыль показался силуэт Командира-Кенджи. - Я вам не помешал? Ну и лица у вас. Судя по витающей тут атмосфере, плана для побега у вас нет. Друзья, нужно уметь договариваться, иначе проиграете. - Это тебе нужно придумать план по спасению своей задницы, готовься к смерти, рыжий долбо*б, - хрипел Кацуки. - Не слишком ли грубо для героя? Амая, не находишь такое поведение странным? - Странный тут только ты. Играешь в добренького спасителя мира, а потом пытаешься меня прикончить, - ответила девушка. - Так это все ради тебя, милая. Готов поспорить, я тебе нравился, когда говорил о балансе вселенной, о справедливости и о всяком таком возвышенном. - Теперь поняла, что мужчина определяется поступками, а не сладенькими речами. Спасибо за урок, Хаттори. - Всегда пожалуйста. Я тебя многому научил. Почти вырастил, считай. Иногда вспоминаю как я учил тебя целоваться...ммм... повторил бы, да ты теперь недотрога. Разгневанная фурия пронеслась сквозь выстрелы к бывшему союзнику и максимально опасным размахом оставила глубокие порезы на теле Хаттори, чем заставила его немного отступить назад. Ее так разозлил этот придурок, что даже боль в ноге прошла от прилива адреналина. - Не неси чушь! Мы испытывали мою причуду, только и всего! Держи при себе свои фантазии. - Но в тот самый первый раз мы еще ничего не испытывали и не знали о твоей способности. Как сейчас помню... вечер, беседка, окруженная зеленью. Мы грабили каких-то богатеев, но возвращаясь с дела, решили спрятаться не надолго в тени беседки, чтобы замаскироваться под обычных прохожих. Ты переодевалась при мне, не стесняясь ни капли, такая дерзкая и красивая, что я не удержался и... Хаттори не успел закончить, так как в него летел огромный огненный шар, от которого Кенджи еле увернулся. "Вот же черт! Задело. Я слишком увлекся" - подумал рыжий, после того как его протащило метров на 10 от эпицентра взрыва. - Мне глубоко насрать, чем вы там занимались! - у Бакуго дергалось лицо, а руки от напряжения сделались жилистыми, что казалось, будто его единственный оставшийся наруч сейчас разорвет изнутри на части - важно только то, что сейчас ты сдохнешь прямо здесь. - Кха, а как же взять меня живым? - Хаттори прижимал свои ранения, но теплая кровь просачивалась сквозь одежду и напряженные пальцы, - как же гуманность? Передать меня полиции для расследования и последующего суда? Без малейшего колебания Кацуки произвел серию небольших, но точных взрывов по врагу. В ответ же он получил не менее точные выстрелы. И пока все обменивались силушкой богатырской, поддерживающая потолок колонна, разлетелась на части. И так висевшие на соплях потолочные плиты с шумом стали отрываться кусками и с грохотом падать вниз. Мидзуно со страхом осознала, что она находится как раз в бомбардировочном эпицентре. Сообразив что к чему, она быстро (насколько возможно с раненой ногой) попыталась убежать от настигающей ее смерти по дрожащему полу, но звуки разрушений все ближе и ближе звенели в ушах. "Вот теперь я конкретно влипла. Не успею..." - и ход мысли прервался, а в глазах потемнело. Больше не нужно никуда бежать. Удар. Потеря сознания.